Междисциплинарное исследование в области конституционного права: использование достижений отраслевых юридических наук

Выше нами был рассмотрен потенциал междисциплинарного исследования территориально-политического устройства государства путем сочетания достижений юридической и иных гуманитарных наук.

В целом, современные конституции постепенно начинают закреплять отдельные комплексы норм (а иногда и главы), посвященные финансовой (в т.ч. и бюджетной) деятельности государства, а также правовому регулированию вопросов разграничения компетенции в области финансов. По сути, данный момент можно рассматривать как одну из тенденций конституционного развития современных государств, связанную с расширением предмета конституционно - правового регулирования^[79]. В первую очередь в рассматриваемом контексте заслуживает внимания Основной закон ФРГ 1949 г.^[80], в котором содержится отдельная глава, посвященная финансам^[81]. Положения о финансовой системе встречаются и в иных действующих конституциях - Конституции Португалии 1976 г.

Само понятие бюджетного устройства, т.е. организации бюджетной системы и принципов ее построения, как известно, является одним из измерений территориальной организации публичной власти в государстве. Российские исследователи указывают, что «в зависимости от государственного устройства страны существуют следующие схемы организации бюджетной системы: в унитарных государствах бюджетная система состоит из двух звеньев (центральный и местные бюджеты), в федеративных - из трех (федеральный бюджет, бюджеты субъектов Федерации и местные бюджеты)»^[84].

Выбор двух указанных отраслевых юридических наук не случаен, особенно если речь идет о федеративных государствах или государствах, ставших на путь широкой децентрализации политической власти. Цитируемый выше Н.М. Добрынин отмечает: «для верного понимания природы региона - субъекта федерации необходимо уяснить, что регион имеет двойственную сущность. Как элемент системы федеративных отношений он представляет собой преимущественно политико-правовое явление, но в то же время собственно регион - это прежде всего социально-экономическая система. Мы убеждены, что, не будучи эффективной социально-экономической системой, регион не в состоянии решать задачи в системе федеративных отношений... Вне реализации экономической составляющей субъекта федерации невозможен подлинный и эффективный федерализм. Ключевым для обеспечения региональной экономической эффективности является вопрос о распределении налоговых и бюджетных отношений и полномочий между федеральным бюджетом и регионами. Реальный федерализм должен покоиться на прочном каркасе федерализма бюджетного, в условиях же курса, взятого на перераспределение средств из регионов в центр, об эффективном реальном федерализме приходится забыть»^[85].

Хотя российские авторы (Ю.В. Ким, В.А. Черепанов^[86]) и критикуют столь расширительную трактовку взаимосвязи между федерализмом как феноменом конституционного права и финансовым (бюджетным) федерализмом, в ней заключается весьма важная идея, в силу которой одним федеративным государствам удается реализовать принцип федерализма, а другим - нет.

Общеизвестно, что «основа бюджетно-правового статуса государства и его территориальных подразделений - право на самостоятельный бюджет, из чего вытекает широкий круг бюджетных полномочий, через использование которых и осуществляется это право»^[89]. Наиболее четко рассматриваемое право на самостоятельный бюджет закрепляет ст. 109 Основного закона ФРГ 1949 г.: «Федерация и земли имеют самостоятельное и независимое друг от друга бюджетное хозяйство». При этом цитируемая статья «имеет целью констатировать, что федерация и земли только в правовом аспекте независимы друг от друга. В экономическом отношении абсолютно невозможно, чтобы внутри единой хозяйственной и финансовой системы отдельные бюджетные единицы остались за пределами влияния федерации или более крупных земель»^[90].

Однако сам принцип бюджетной автономии территориальной единицы сложного государства на уровне конституционно-правовой нормы имеет важное значение, так как в нем выражается гарантия того, что закрепленные за ней предметы ведения будут обеспечены должными полномочиям в бюджетной и налоговой сферах. Приведем несколько доктринальных суждений, актуальных в контексте настоящего исследования. Цитируемая Ю.А. Крохина рассматривает «принцип федерализма в бюджетном праве как исходное начало бюджетной деятельности государства, выражающееся в сочетании общегосударственных финансовых интересов с интересами субъектов РФ и заключающееся в распределении бюджетных доходов и расходов, а также в разграничении бюджетной компетенции между Российской Федерацией и ее субъектами»^[91]. Приводимое определение не потеряет смысла, если в нем федерализм будет заменен термином регионализм или децентрализация, ведь термин «бюджетный (фискальный) федерализм», по справедливому замечанию. Л.Я. Якобсона, «применяется в отношении стран, которые федерациями не являются. Федерализм в данном случае означает только наличие обособленных региональных звеньев бюджетной системы»^[92].

Таким образом, комплексное исследование территориально-политического устройства подразумевает и второй аспект междисциплинарности в рамках двух отраслевых юридических дисциплин - конституционного права и финансового права. В противном случае исследование имеет несколько ограниченный характер, так как в нем не будут рассмотрены проблемы соотношения юридической и фактической территориальной конституции государства, проигнорирована взаимосвязь между тем, почему в различных странах идентичные конституционные положения (особенно нормы, заимствованные из Основного закона ФРГ 1949 г.) не обеспечивают реализации принципа федерализма при конституционном закреплении федеративной государственности. Данный тезис актуален и при анализе государств, в территориальном устройстве которых прослеживается принцип федерализма, т.е. децентрализованных унитарных государств и регионалистских государств.

В рамках настоящей работы второй из предложенных аспектов междициплинарности позволит, с одной стороны, осуществить основательное изучение феномена асимметрии как признака территориальной организации публичной власти, свойственного сложносоставным государствам (в особенности регионалистским государствам, о чем будет сказано ниже), а с другой - более детально проанализировать отличия деволюционных моделей, конституционно оформленных в отношении составных частей Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии, с точки зрения обеспеченности закрепленных за ними предметов ведения необходимыми для их реализации полномочиями в финансовой сфере.

97

Якобсон Л.А. Государственный сектор экономики: экономическая теория и политика. - М., 2000. - С. 328.