О.А. Поротикова кандидат юридических наук, преподаватель Воронежского государствен нош университета ПРОБЛЕМЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ СОСЕДСКИХ ОТНОШЕНИЙ В СФЕРЕ ВЕЩНЫХ ПРАВ

Термин «соседское право» не знаком нашей правовой доктрине и законодательству, а редкое упоминание в текстах гражданско-правовых норм слова «соседи» ориентировано на бытовое, обиходное понимание его смысла.

Два из возможных критериев определения существа соседства уходят корнями в суждения римских юристов - пограничность имущества и вещный характер прав субъектов. Такое классическое представление о соседстве, к сожалению, не охватывает в современной жизни и половины случаев, которые нужно рассматривать и регулировать как соседские конфликты.

Начнем с того, что разделение права на вещное и обязательственное крайне условно. Круг интересующих нас отношений может быть максимально широким. Участниками подобных жизненных ситуаций чаще всего, конечно, становятся собственники недвижимого имущества, члены семей собственников, лица, обладающие правом пользования землей, правом проживания в жилых помещениях. Однако если внимательно присмотреться, то выясняется, что значительная часть соседских отношений основана на обязательствах Использовать прилежащее друг к другу имущество могут арендаторы, доверительные управляющие, соарендаторы и др. Таким образом, даже в классических случаях совладения граничащим имуществом можно обнаружить конфликты не только вещных правообладателей, но и обязательственных.

Второй критерий - наличие общей границы у вещей - также не универсален, как и вещный характер прав соседствующих лиц. Дело в том, что нередко соседями являются лица, имущество которых не соприкасается. К примеру, собственники квартир в многоквартирном доме, арендаторы нежилых помещений в зданиях, разделенных тротуаром. Более того, соседями, по сути, следует назвать и лиц, обладающих правом общей собственности на вещь, хотя при этом вещь одна и нельзя говорить о граничащем имуществе.

Итак, есть смысл исходить из интуитивного понимания соседства.

Теперь необходимо ответить на вопрос: а в чем, собственно, проблема состоит? В отсутствии правовых механизмов регулирования указанных отношений либо в неумении пользоваться имеющимися правовыми средствами?

Нормы, прямо или косвенно регулирующие соседские конфликты в гражданском законодательстве, есть, хотя их и немного. Дело, разумеется, не в количестве и даже не в уровне их юридической техники. Данные нормы крайне разрозненны, пунктирны. Вот они: п. 2 ст. 209 ГК РФ, ст. 10 ГК РФ, п. 3 ст. 292 ГК РФ, ст. 293 ГК РФ и ст. 98 Жилищного кодекса. Уже из перечня видно, что две из указанных норм носят общий характер и требуют сложного толкования для применения к конкретному делу, а две последние статьи, напротив, очень узки по содержанию и их буквальное применение не может обеспечивать необходимое правовое воздействие на весь крут соседских конфликтов.

Любой соседский кризис с точки зрения гражданского законодательства потребует обязательного обращения в суд, что не обеспечивает оперативного регулирования, но даже после этого трудно надеяться на какое-либо эффективное разрешение сложившейся ситуации. Это означает, что соседи редко прибегают к исконным цивилистическим методам регулирования, а стремятся использовать публично-право-

41

вые, административные рычаги: вызвать милицию, представителей домоуправлений и т.п.

Само по себе административное воздействие на соседские конфликты не является чем-то нехорошим, здесь неуместны рассуждения о том, какая отрасль нужнее и важнее. Проблема в том, что при всей безусловной оперативности административных мер они хороши только для настоящего момента, способны сегодня заставить соседа выключить музыку, а все дальнейшие взаимоотношения соседей так и остаются неурегулированными.

И все-таки в определенных случаях соседских споров, когда речь идет о соседях-собственниках пограничного имущества, гражданско-правовые средства могут быть эффективны.

Необходимо подчеркнуть, что область соседского права — одна из тех сфер человеческой жизнедеятельности, где правовые средства почти бессильны, а вернее, где для их эффективности требуется еше сложившаяся культура и обычаи общежития. В этой связи показателен опыт зарубежного регулирования этих отношений2.

Один из принципов, которые используются цивилистами других государств для разрешения соседских споров, — принцип "старшинства собственности"3. Речь идет О том. что, приобретая дом в жилом престижном квартале города, вы должны понимать: здесь уже заведен определенный порядок осуществления права собственности, здесь нельзя устраивать свиноферму или разводить змей. Эти простые правила в нашем государстве игнорируются не только участниками гражданских отношений, но и законодателем, я следовательно правоприменителями. А ведь, по сути, эти обычаи выступают ограничителями негаторных требований, что крайне важно для справедливого разрешения споров соседей.

Следует учитывать при регулировании конфликтов между соседями, особенно в связи с рассмотрением судами требований об устранении препятствий в пользовании имуществом, то, что существуют негативные эффекты жизнедеятельности соседа, которые связаны с нормальным функционированием собственности4. В новейшей зарубежной гражданско-правовой кодификации — Гражданском кодексе Квебека - содержится норма (п.

Теперь попробуем разобраться в том, почему «не работают» наиболее жесткие санкции за нарушение правил соседского взаимодействия — прекращение прав собственности или найма (ст. 98 ЖК РСФСР и 293 ГК РФ).

При применении норм о выселении перед судом стоит сложная дилемма: что лучше обеспечить потерпевшему соседу - нормальную жизнь в его квартире и оставить правонарушителя без крыши над головой или все-таки сохранить жилье для нарушителя, но вынудить его соседа терпеть неудобства? При такой постановке вопроса в качестве государственного интереса может пониматься желание не пополнять армию лиц без определенного места жительства.

Это не значит, что такая санкция за нарушение прав соседей, как прекращение прав нарушителя, не нужна. Видимо, требуется продуманный механизм, позволяющий гибко подходить к каждому случаю.

1 См.: Скловский К.И. Негаторный иск: отрицание не должно быть огульным // СПС «КонсупьтантПгюс». Судебная практика.

2 См.: Закон о праве собственности на жилое помещение и о праве длительного пользования жилой площадью от 15 марта 1951 г. (сиэм. на 5 октября 1994 г.) // Германское право Пер. с нем.; Науч. ред. Р.И. Кариулин. М., 1999. Ч. Ill, С. 65.

3 Маттеи У., Суханов В.А. Основные положения права собственности. М, 1999. С. 209, 219 и др.

4 См.: Дождев Д.В. Римское частное право. М„ 1996. С. 347.

5 Гражданский кодекс Квебека. М., 1999. С. 164.