<<
>>

§ 1. Понятие «нормы избирательного права»

К сожалению, в большинстве учебников и учебных пособий по избирательному праву отсутствует раздел, посвященный анализу избирательных норм и особенностей их изложения, в том числе и в фундаментальных изданиях Центризбиркома1.

На эти важнейшие проблемы обращается внимание в основном в работах Д.Б. Каткова, Е.В. Корчиго, Ю.А. Дмитриева, В.Б. Исраеляна, В.В. Пылина, А.Г. Головина[455] [456]. Стоит отметить, что в материалах данных авторов, за исключением анализа Ю.А. Дмитриева, В.Б. Исраеляна, избирательные нормы рассматриваются лишь в информационном плане. На самом деле это проблема куда более сложная, чем может показаться на первый взгляд.

Представляется, что будет несколько упрощенным рассматривать эти социальные явления как первичные системообразующие элементы избирательного права[457] начальные элементы («кирпичики») всего правового здания[458], или, более модернизировано, как первичные клеточки или атомы правовой системы в соответствии с биологической и физической терминологией[459], или минимальные компоненты российского избирательного права[460]. Более оправданно, не отрицая первичности, все-таки рассматривать правовые нормы через сочетание общего и особенного1, или через социальное взаимодействие и устойчивые общественные взаимосвязи, возникающие в процессе деятельности людей по обмену материальными и духовными благами и выражающие потребность социальных систем в саморегуляции[461] [462], или, как это делали ранее Б.Н. Чичерин — через выражение объективно обусловленной меры и формы свободы[463] и Н.М. Коркунов — через целеполагание, действующее правило для достижения той или иной определенной цели[464].

Понятие «норма» очень широкое. Если мы посмотрим общелитературное понятие «норма», то это установленная мера, средняя величина чего-либо, например: норма выработки, норма литературного языка, норма выпадания осадков[465] и т.д., нормы техники безопасности. Но норма — это и узаконенное установление, признанный обязательный порядок, строй чего-нибудь[466]. Итак, мы видим, что понятие «норма» имеет употребление во всех науках. Нас в данном случае не интересуют нормы технические, биологические, физиологические и др. Для анализа мы отталкиваемся от общеметодологического понятия «социальная норма», которая также имеет широкое толкование как общее правило поведение людей в обществе, эталон, масштаб, образец, которым руководствуются в обществе.

Понятие нормы, нормативности неотделимо от социальной деятельности людей, от их общественных отношений, способов их бытия. Норма не есть нечто стоящее вне общественных отношений, над ними; она органично вплетена в деятельность людей и выражает наиболее типичные, устойчивые связи и общественные отношения. Поэтому исследование социальной нормы сопряжено с анализом общественных отношений, деятельности индивидов как способа их социального бытия, с личностным подходом к природе нормативности[467]. Соответственно с видовыми характеристиками взаимосвязей субъектов в обществе мы выделяем и корреспондирующие им социальные нормы: нормы морали, этические и эстетические нормы, религиозные, политические, нормы обычаев, традиций, общественных организаций и другие.

Особой разновидностью социальных норм выступают правовые нормы.

С одной стороны, эти нормы, порожденные социальной динамикой общества, несут в себе его сущностно-содержательные характеристики и не могут рассматриваться в отрыве от него. С другой стороны, эти нормы отличны от всех других социальных норм своей санкционированностью государством и общеобязательным значением. При этом общеобязательность все же достигается возможностью государственного принуждения, а не потому, что данные нормы охватывают наиболее повторяющиеся, встречающиеся социальные процессы, причинно-следственные связи, образцы поведения, как это утверждается отдельными авторами1. Другие социальные нормы также «охватывают наиболее повторяющиеся, встречающиеся социальные процессы» и являются «образцами поведения», однако это не делает их правовыми.

Стоит обратить внимание и на то, что нельзя выводить различные социальные нормы из одного источника происхождения, как это делают некоторые авторы, абсолютизируя формационноклассовые подходы к соотношению социальных норм, в частности правовых и политических. Отмечая, например, что таким источником происхождения политических и правовых норм выступает формирование отношений собственности, которая, по их утверждению, выступает основой правовых и политических отношений, «ибо тот, кто обладает собственностью, обладает и политической властью», и что «вся политическая сфера нормирована»[468] [469].

Юридизация политики не должна быть абсолютной, и право не должно подменять собой политику не только исходя из «здравого смысла», а потому что по своей природе и своему предназначению это разные, самостоятельные социальные явления. Во-вторых, существует много периодизаций развития общества. В нашей стране в силу определенных факторов была абсолютизирована одна, марксистская, или формационная (формационно-классовая), основанная на экономических факторах (формы собственности, способ производства, производительные силы, производственные отношения, конфликт, скачок, революция, классовая борьба, диктатура и т.д.). Это привело не только к сужению возможностей для анализа развития общества, но было не так уж безобидно и для самой науки, в том числе права, политики и самого человека. Но если бы эта классификация была бы действительно единственно верной, то как тогда можно было бы объяснить многие закономерности развития социума, например воспроизводство самого человека, на основе формационной классификации или осуществления нормативного регулирования в догосударственный период.

Тем не менее мы не отрицаем и формационно-классового подхода к анализу проблемы, но будем его учитывать как одну из возможных классификаций наравне, например, с эволюционной, органической, стратификационной и другими, выстраивая анализ все- таки на их совокупности.

Итак, все социальные нормы имеют общественные основы, при этом правовые, содержащие правило, санкционированное государством, или разрешение, ограничение, запрет либо наложение позитивной обязанности тесно взаимодействуют с другими видами социальных норм, значительно обогащая содержание правового воздействия на общественные отношения. Например, общими принципами функционирования правовых норм являются фундаментальные начала, связанные с разумностью, добросовестностью, справедливостью, — категории норм морали. В публичном праве моральные ценности, связанные с представлением о долге, чести, достоинстве, справедливости, выступают важнейшими факторами правового регулирования, например, когда нормативно определяются равенство прав кандидатов в представительный орган власти, равные условия при проведении предвыборной агитации, ответственность кандидатов и депутатов перед избирателями, когда в международных избирательных стандартах и федеральном законодательстве закрепляются принципы свободных, демократических, периодических, равных, справедливых, честных выборов и т.д.

Включение элементов социального нормирования в содержание правовых предписаний усиливает эффективность реализации права, его позитивное воздействие на общественные отношения, в то же время включение в другие социальные нормы элементов правовой культуры или прямых указаний на соблюдение законности, общественного порядка, следование правовым нормам делают более устойчивым социальную регуляцию, с одной стороны, с другой — способствуют повышению авторитета самого права.

Итак, правовая норма выступает важным государственным регулятором типового общественного отношения, определенной моделью поведения людей, в которой даются общие типичные его варианты, общеобязательные и формально определенные, способствующие установлению единого порядка в обществе. При этом важ-

нейшими ее признаками выступают: общеобязательность (устанавливающая границы возможного и должного поведения субъектов правоотношений), формальная определенность, установление и санкционирование государством, а также осуществляемая им охрана от нарушений с применением в необходимых случаях мер принуждения в установленным законом или подзаконным актом порядке. В то же время от других социальных норм их отличает то, что они появляются в результате нормотворчества самого государства или непосредственного волеизъявления народа, содержат правила в общей (абстрактной) форме, нормативные предписания, которые относятся не к отдельным случаям, а к их видовым характеристикам, не прекращают своего действия ее исполнением в конкретном случае или однократным применением.

Видовой спектр правовых норм достаточно хорошо представлен в учебной литературе, содержащей их отраслевую принадлежность, характеристику по пределам действий в пространстве, во времени и по кругу лиц, а также по характеру нормативных актов, в которых они закрепляются, по своему назначению и способам воздействия на поведение людей (обязывающие, запрещающие, управомочивающие), по характеру устанавливаемых правил поведения, закрепленных в диспозиции (императивные, диспозитивные, дефинитивные), по функциям (регулятивные, охранительные), по степени определенности (абсолютные, относительные, альтернативные), по способу изложению (прямые, отсылочные, бланкетные). Нормы также классифицируются по различным группам, например основные (исходные) и производные (детализирующие), постоянные и временные, общие и специальные. В теории права выделяются и другие группы правовых норм, например отправные (учредительные), факультативные, коллизионные, поощрительные и т.д.

В целом назначение классификации нельзя сводить только к логически стройному, исчерпывающему делению норм на виды. Важнейшая задача классификации заключается в том, чтобы отразить существенные свойства норм как регулятора общественных отношений и на этой основе выявить их специфические черты, особенности их действия, что способствовало бы решению вопросов как теории, так и практики реализации правовых норм1.

По структуре, как известно, нормы дифференцируются по гипотезе (определенной, относительно определенной, альтернативной), диспозиции (простой, описательной, ссылочной, бланкетной, а также императивной, диспозитивной, дефинитивной), санкции (аб-

солютно определенной, альтернативной, относительно определенной, а также правовосстановительной, правонаделительной, правоохранительной, карательной). Существуют и другие критерии классификации1.

Что касается норм избирательного права, то следует отметить, что они могут иметь различную отраслевую природу, как отмечалось в литературе, образуют комплексную подотрасль российского права, объединяющую государственно-правовые, административно-правовые, финансово-правовые, уголовно-правовые нормы и нормы иных отраслей права, и отличаются специфическим статусом в системе права, для которого характерен дуализм юридической природы[470] [471].

Таким образом, нормы избирательного права закрепляются не только в Конституции Российской Федерации и актах избирательного законодательства. Нормы, регулирующие те или иные отношения, возникающие в ходе избирательного процесса, закрепляются также в ТК РФ, ГК РФ, КоАП РФ, УК РФ, ГПК РФ, НК РФ, в ряде федеральных законов, имеющих иную отраслевую принадлежность, например в законах Российской Федерации «О милиции», «О средствах массовой информации», «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», «О прокуратуре Российской Федерации», «Об информации, информатизации и защите информации»[472], «О рекламе» и др.

Объединяющим началом норм избирательного права является их специализация в рамках правового регулирования выборов, требующая интеграции различных по характеру отраслевых юридических норм в обеспечении надлежащих условий для реализации конституционных избирательных прав граждан[473].

Следует отметить, что нормам избирательного права, с одной стороны, присущи черты, общие для всех норм российского зако-

нодательства. С другой стороны, являясь подотраслью конституционного права, избирательное право состоит из норм, которые характеризуются чертами, присущими именно отрасли конституционного права, и не имеют каких-то особых черт, которые выводили бы их за пределы конституционно-отраслевого пространства. Но в рамках подотраслевого правового пространства нормы избирательного права имеют и характерные черты, которые их отличают от других подотраслей и правовых институтов конституционного права.

Общими чертами норм избирательного права выступают: нормативность, обобщенность, общеобязательность. Они выражают государственное повеление, общеобязательность предписания, санкционированность государственной властью. Издание их осуществляется нормотворческими органами, в них закрепляются правила общего порядка, они проходят процесс формализации, официальной публикации, охрана их происходит компетентными органами, принудительной силой государства. Они регулируют не единичные отношения, а видовые. Как уже отмечалось, они не только соотносятся с нормами международного права, но в своей основе воплощают в себе принципы международных избирательных стандартов.

Особенности норм избирательного права обусловливаются теми же факторами, которые характеризуют и особенности норм конституционного права1. Во-первых, по структуре правовых норм. Они в значительной части характеризуются отсутствием одного или даже двух структурных элементов правовой нормы, состоящей, как известно, из гипотезы, диспозиции и санкции. Например, п. 4 ст. 52 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» устанавливается, что «редакции негосударственных периодических печатных изданий, выполнившие условия пункта 6 статьи 50 настоящего Федерального закона, вправе отказать в представлении печатной площади для проведения предвыборной агитации, агитации по вопросам референдума». Как видим, здесь норма состоит из двух элементов — гипотезы и диспозиции — при отсутствии санкции правовой нормы. А в соответствии со ст. 7 этого же Закона голосование на выборах и референдуме является тайным, исключающим возможность какого-либо контроля за волеизъявлением гражданина. Как видим, здесь налицо отсутствие и гипотезы и санкции. Таких норм в избирательном праве достаточно много. Но в избира-

тельном законодательстве имеется немалое количество норм, которые не устанавливают четких прав и обязанностей субъектов избирательных правоотношений. Например, п. 1 ст. 20 указанного Закона устанавливается структура избирательных комиссий: «В Российской Федерации действуют следующие избирательные комиссии, комиссии референдума:

• Центральная избирательная комиссия Российской Федерации;

• избирательные комиссии субъектов Российской Федерации;

• избирательные комиссии муниципальных образований;

• окружные избирательные комиссии;

• территориальные (районные, городские и другие) комиссии;

• участковые комиссии».

С точки зрения критериев трехэлементной структуры правовой нормы мы не сможем здесь выделить ни одного, что вызывает сомнение в наличии самой нормы, несмотря на то что она устанавливает очень важный институт избирательной системы, или «строго определенный вариант поведения соответствующих органов»1.

Еще больший спектр отношений в избирательном праве регулируется дефинитивными нормами. Только ст. 2 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»[474] [475] закрепляет 66 норм- дефиниций, определяющих основные понятия. Правда, к закреплению основных понятий в дефинитивных нормах нормативноправовых актов отношение неоднозначное. Еще в начале XX в. Г.Ф. Шершеневич предупреждал, что формулировать определения и дефиниции — это не дело законодателя, а дело ученых, исследователей. Не случайно и в современной литературе наблюдается двойственная характеристика этого явления. С одной стороны, достаточно широкое представление дефинитивных норм в общей массе норм избирательного права вроде бы и облегчает уяснение сути и значения основных категорий, используемых в избирательном праве. Но, с другой стороны, дефиниции, содержащиеся в избирательных нормах, страдают противоречивостью и недосказанностью, вследствие чего способны вызвать серьезные издержки при их применении[476]. Кроме того, некоторые дефиниции настолько упрощают понятия, что поневоле напрашивается вопрос: кому они адресуются?

Например, что может дать такое определение понятия, как «избиратель» — гражданин Российской Федерации, обладающий активным избирательным правом (п. 18 ст. 2 ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав»). Кроме упрощенного определения, оно еще и ошибочное, поскольку в соответствии с п. 10 ст. 4 того же Закона право избирать, т.е. обладать активным избирательным правом, делегируется не только российским гражданам, но и иностранным гражданам, постоянно проживающим на территории соответствующего муниципального образования. Поэтому совершенно правы Ю.А. Дмитриев и В.Б. Исраелян, отмечая, с одной стороны, большой потенциал дефинитивных норм избирательного права, их обладание огромным регулятивным потенциалом, оказывающим воздействие на применение целых комплексов избирательноправовых норм, с другой — призывая законодателя с максимальной тщательностью и скурпулезностью подходить к их конструированию и закреплению, не порождать условий для неадекватного отражения в них объективных политико-правовых явлений, оказывающих существенное влияние на организацию и проведение выборов1. Стоит отметить и то, что в дефинитивных нормах мы также не находим проявлений классической трехчленной структуры.

Для большинства же норм избирательного права характерно только наличие диспозиции и отсутствие санкции. Но санкции все же присутствуют в нормах избирательного права и по сравнению с другими подотраслями и правовыми институтами конституционного права представлены даже более значительно. Если взять историческую электоральную практику, то мы сможем констатировать, что санкции законодателя по отношению к лицам, нарушающим «выбор», получили значительное развитие в XIX в., мы наблюдали закрепление специальных составов преступления за нарушение выборных производств, например, в ст. 1425, 1434, 14341, 1440, 14411 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.[477] [478], в ст. 39, 391 Устава о наказаниях, налагаемых Мировыми Судьями[479]. Но это были нормы уголовного права. С начала XX в. нормы, предусматривающие санкции, вводились уже в избирательное законодательство, например в Положение о выборах в Учредительное собрание[480] (ст. 96—113), нормы, предусматривающие дополнительную ответственность, а также подсудность, устанавливались ст. 114—118, правда, квалификация составов преступлений проводилась с учетом Общей части Уголовного уложения1.

В советское время законодатель окончательно определился с установлением оснований ответственности в одних нормативноправовых актах и конкретных мер ответственности за соответствующие нарушения — в других.

Например, в соответствии с Федеральным законом «Об основных гарантиях избирательных прав»[481] [482] ответственность за нарушения предусмотрена п. 6 ст. 21, п. 1, 8, 18 ст. 29, п. 1 ст. 46, п. 6 ст. 52, п. 8 ст. 56, п. 6 ст. 57, п. 13 ст. 6з, п. 12 ст. 64, п. 29 ст. 68, п. 10 ст. 70, ст. 79 и др. Так, в соответствии с п. 23 ст. 38 Закона избирательная комиссия может отказать в регистрации кандидата или списка кандидатов в соответствии с п. 2, 3, 4 ст. 76 и самостоятельно может рассмотреть вопрос об аннулировании регистрации кандидата, списка кандидатов. В соответствии с п. 1 данной статьи это может сделать вышестоящая комиссия в случае нарушения п. 19 ст. 38. При соответствующих основаниях, указанных, например, в ст. 91 Закона «О выборах депутатов Госдумы»[483], избирательная комиссия, зарегистрировавшая кандидата в депутаты, может отменить регистрацию соответствующего кандидата или федерального списка. Это своего рода самая строгая мера наказания, которая содержится в избирательном законодательстве и может быть применена в отношении субъекта избирательного процесса, зарегистрированного в качестве кандидата (списка кандидатов).

Указание на уголовную, административную либо иную ответственность предусматривают нормы и других избирательных законов, например: «О выборах Президента Российской Федерации» (ст. 86)[484], «О выборах депутатов Государственной Думы» (ст. 93), «О Государственной автоматизированной системе Российской Федерации “Выборы”» (ст. 24)[485], в Избирательном кодексе города Москвы (ст. 90)[486]. Значительное место вопросам ответственности уделено в Федеральном законе «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации о выборах и референдумах и иные законодательные акты Российской Федерации»1 от 21 июля 2005 г. № 93-ФЗ и последующих законах, принятых в 2007 г.[487] [488]

Таким образом, можно констатировать, что принадлежность той или иной нормы к правовой определяется отнюдь не ее структурой, а тем, что она установлена государством и ее исполнение обеспечивается необходимыми мерами воздействия, включая меры государственного принуждения[489]. Это в полной мере относится и к нормам избирательного права, которые дают общие типичные варианты поведения, общеобязательные, формально определенные, установленные и санкцианированные государством, закрепленные в официальном нормативно-правовом акте, принятом в установленном порядке уполномоченным на то органом. Реализация их обеспечивается как принудительными государственными мерами, так и уровнем электорально-правовой культуры членов общества, в том числе и субъектов избирательных правоотношений. Независимо от своей структуры и правил поведения различной степени определенности, закрепленных в их содержании, они выступают государственными велениями, регулируя важнейшие отношения, связанные с реализацией избирательных прав граждан, их гарантированностью при реализации непосредственного волеизъявления в процессе формирования органов власти, органов местного самоуправления и других отношений, составляющих предмет электорального права.

Специфика норм избирательного права обусловливается содержанием предмета избирательного права, особым кругом их адресатов. Они имеют свой специфический контингент субъектов, которые не могут фигурировать в качестве адресатов норм иных отраслей или институтов российского права, допустим: кандидаты в депутаты, избирательные объединения, избирательные комиссии и иные участники избирательных отношений, без которых данные отношения просто не могут существовать[490].

<< | >>
Источник: В.О. Лучин, В.Н. Беленовский, Т.М. Пряхина, Н.Д. Эриашвили, М.В. Максютин, В.В. Шуленин, В.А. Виноградов. Избирательное право России: учебник для студентов вузов, И33 обучающихся по специальности «Юриспруденция» / [В.О. Лучин и др.]; под ред. В.О. Лучина. — 2-е изд., пере- раб. и доп. — М. Закон и право,2010. — 735 с.. 2010

Еще по теме § 1. Понятие «нормы избирательного права»:

  1. §1. Понятие, предмет и система избирательного права Российской Федерации
  2. Глава 1. §3. Источники избирательного права Российской Федерации
  3. Глава 4. §2. Ответственность за нарушение избирательного законодательства
  4. Конституционно-правовая ответственность в избирательном праве
  5. Административная ответственность за нарушение избирательных прав
  6. Уголовная ответственность за нарушение законодательства о выборах и избирательных прав граждан
  7. Понятие избирательной системы и избирательного права
  8. Предмет и метод избирательного права
  9. Нормы избирательного права
  10. Понятие и классификация гарантий избирательных прав граждан в советском государственном и современном конституционном праве
  11. Гарантии избирательных прав граждан в системе права и в механизме правового регулирования: обзор научных подходов
  12. § 1. Понятия «избирательное право» и «избирательная система»
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -