ЭФФЕКТЫ ОШИБОК I И II РОДА СО СТОРОНЫ ГАРАНТА

Более общий — и реалистичный — случай, когда вероятность оши­бок первого и второго рода больше нуля, но меньше единицы. Для начала предполагается, что данные вероятности одинаковы для всех участников игры (см.

Причем P1 (Y — Z) > 0, что соответствует принятой выше пред­посылке о том, что размеры получаемой пострадавшей сторо­ной компенсации меньше, чем общая величина изъятых ресурсов у стороны, признанной виновной. Аналогично (1 — P2)( Y — Z) > 0. Интуитивно, чем выше вероятность ошибок первого и второго рода, тем больше оснований утверждать, что доминирующей мо­жет вновь стать стратегия «нарушать» для каждого из игроков, да­же если прямые издержки, связанные с предоставлением государ­ством услуг по защите прав, не столь велики.

В случае, если применяется дискриминация по вероятности не­правового решения (административного или судебного), то, при

Субъект B

Рис. 6

прочих равных условиях, это ведет к повышению привлекательно­сти нарушения условий контракта подмножеством игроков.

Пороговое значение разницы в выигрышах действующих лиц, если вероятность ошибок первого и второго рода равна нулю: (A1 + B1) — (A4 + B4) = Т*. Соответственно, если T < T*, то, при прочих равных условиях использование услуг гаранта имеет эко­номические основания в смысле возможности Парето-улучше- ния равновесия. Если Т = Т*, Парето-улучшения не происходит. Если же Т > Т *, условия равновесия в сравнении с отсутствием га­ранта ухудшаются.

Если теперь предположить появление ошибок I и II рода, то по­явится новое соотношение: (A1 + B1) — (A4 + B4) = Т+2p1(Y— Z), что является более жестким условием для выбора каждым из игроков стратегии «соблюдать» установленные правила и соответствен­но абсолютные и относительные права собственности. Даже если Т < T*, существует множество ситуаций, когда услуги гаранта не приводят к улучшению характеристик равновесия в сравнении с результатами обмена без третьей стороны — гаранта. Предпо­ложим, что АТ = Т* — Т. Соответственно если 0 < АТ < 2p1(Y — Z), то все равно нет экономических оснований для использования услуг гаранта.

Полученный результат указывает на то, что ошибки первого ро­да более значимы с точки зрения ухудшения характеристик усло­вия равновесия и, соответственно, ухудшения его координационных эффектов.

Кроме того, в представленном выше уравнении можно обнару­жить, что оптимальные санкции, по Беккеру, могут не привести к желаемому результату, что, в свою очередь, может потребовать

более высоких санкций как способа компенсировать (увеличе­ние) вероятности ошибок второго рода, но если это приводит также и к росту ошибок первого рода, то ситуация может лишь ухудшиться.

Соответственно, для компенсации негативных эффектов оши­бок первого рода должна быть уменьшена сумма санкций, но тог­да может пострадать сдерживающая сила санкций!

В приведенном примере важным представляется поставлен­ный ранее вопрос о зависимости вероятности совершения оши­бок I и II рода от количества ресурсов, затрачиваемых гарантом, а в более детализированном случае — от способа настройки сти­мулов исполнителей на стороне гаранта в условиях асимметрич­ного распределения информации. Иными словами, речь идет не только о вероятности верификации, которая зависит от тех­нологии и используемых в правоприменении ресурсов, но и от стимулов предпринимать какие-либо меры на основе получен­ных результатов.

Дополнение представленной выше ситуации фактором дис­криминации по стоимости услуг, санкциям и компенсациям по­зволяет использовать далее следующую платежную матрицу (см.

Субъект B

Рис. 7

Соответственно, граничные условия при сравнении с ситуа­цией обмена без участия третьей стороны-гаранта примут вид:

(A1 + B1) - (A4 + B4) = Т + Pl[(a + b1)Y - (a2 + b2)Z].

Дискриминация со стороны гаранта может распространять­ся не только на собственно стоимость услуг, а также размер взыскиваемых штрафов (применяемых санкций) и выплачивае­мых компенсаций, но и на вероятность совершения ошибок пер­вого и второго рода, которые также могут дифференцироваться. Однако в невырожденном случае наличие дискриминации должно означать для участника игры в худшем положении не только более высокую вероятность ошибки I рода (если только это по каким-то причинам сильно не затрагивает интересы другого субъекта), но и более низкую вероятность ошибок II рода. Иными словами, в слу­чае дискриминации одной из ее составляющих является принцип асимметричности распределения вероятности ошибок I и II рода по дискриминируемым субъектам.

Вследствие дискриминации по вероятностям совершения оши­бок I и II рода искажающие эффекты еще более усиливаются, по­скольку большая вероятность совершения ошибки I рода в от­ношении субъекта B, по предположению, означает большую ве­роятность выплаты компенсации А, и, наоборот, более низкая вероятность наказания B влечет за собой и более низкую вероят­ность выплат компенсации A, в том числе по причине того, что частноправовые иски будут иметь меньше перспектив удовлетво­рения в ситуации, когда нарушение на стороне В в публично-пра­вовом порядке не выявлено. Таким образом, стимулы А не соблю­дать права B усиливаются даже по сравнению с недискриминаци­онным случаем, тогда как стимулы B соблюдать установленные правила (права) ослабляются ввиду как снижения ожидаемой ком­пенсации, так и увеличения ожидаемых санкций в случае дис­криминации в пользу А. Представленная матрица может быть ис­пользована для иллюстрации избирательности правоприменения в части санкций и выплаты компенсаций, основанной не на огра­ниченных возможностях субъекта правоприменения относитель­но массовости нарушений и в то же время сложности установле­ния их факта (ввиду чрезмерной строгости правил) в лице третьей стороны — гаранта, а на дискриминации.

5.