ВОТЧИНА ГОЛОВКИНЫХ B БЕЖЕЦКЕ

Разложение очень большой вотчины Головкиных мы можем проследить с самого начала и до конца, на протяжении болео полутораста лет. История их вотчины интересна особенно тем. что в ней не было исключительных бедствий и катастроф, ко­торые вносятэлемент случайности.

B первой трети XV в. по соседству с Головкиными Tроиц- кий монастырь приобрел с. Присеки с деревнями на р. Мологе, в плодородной долине которой стал заводить большое хозяйство и округлять Присецкое владение. B разрушении вотчины Г о- ловкиных Троицкий монастырь играл не столько активную роль разрушителя, сколько пассивную роль собирателя пло­дов, которые сами падали в его руки.

По многочисленным актам Троицкого монастыря можно довольно определенно установить место и размеры первона­чальной вотчины Головкиных. Северная граница ее прохо­дила недалеко от дер. Елизаровой, а южная часть лежала там, где р. Белая впадает в р. Остречину, приток Мологи. По пря­мой линии это составляет около И км. Центром вотчины было с. Сукромна, Никольское то-ж, на восток и на запад от кото- poro,no обоимберегам р.Остречины, находилисьдеревни, тянув­шие к с. Никольскому. Таким образом, вотчина представ­ляла массив километров в 11 в длину и от 3 до 5 в ширину, — где больше, где меньше, — общей площадью не менее 5000 деся­тин. (См. Карту).

B первой трети XV в. вотчина принадлежала братьям Они- симу и Никифору Головкиным: первому —северо-западная

16&

половина.а второму — юго-восточная.с селомСукроийым. Тот факт, что доли братьев составляли один массив, дает основание полагать, что в XIV в. это была единая вотчина их отца. Кроме этого, Онисиму на нижнем течении Остречины принадлежали отхожие пожни, которые он и его сын продали частным лицам.

Весьма вероятно, что Головкины были потомками новго­родских бояр. Дело в том, что Бежицы, Бежецкая область были древним владением Новгорода. Восточная часть Бежиц, впослед­ствии образовавшая уезд Бежецкого Верха, во второй поло­вине XIV и в первой XV в. была в совместном владении Новгорода и Москвы. Москвичиохотноприобретализемливпло- дородной долине р. Мологи. B конце XIV в.здесьбояринуФедору Андреевичу Свиблому принадлежало с. Алабузино, конфис­кованное у него вел. кн. Василием Дмитриевичем. B первой четверти XV в. кн. ДмитрийЮрьевич Красной купилв Бежец­ке с. Присеки, которое после его смерти (в 1440 г.) было дано Троицкому монастырю его братом Дмитрием Шемякой. [83] B XV в. мы находим в Бежецке вотчины других москвичей — Морозовых, Слизневых, Остеевых и других. За новгородское происхождение Головкиных говорит и то, что,- поступив на службу московских князей поздно, они заняли скромное место в рядах городовых детей боярских.

У Онисима Головкина был один сын — Иван, который полу­чил вотчину отца целиком. Разложение этой половины нача­лось позже, когда она была разделена между девятью сыновья­ми Ивана Онисимовича.

У Никифора Головкина было четыре сына: Иван, Матвей, Михаил и Карп, с которых и началось разрушение вотчины. Распродажа наследия Никифора началась с Карпа, которъгіІ продал за 9 руб. (вероятно новгородских денег) землю Старо­сельскую и деревни — Ивашково.Чудинкову.Новинку и Бры- ково, а несколько позже продал еще одну деревню. B середине века братья Карпа, вероятно ввиду раздела наследства и вы­дела сестер, продали Троицкому монастырю за 30 руб. боль­шую часть своей вотчины, роловое гнездо — с. Сукромну с несколькими деревнями и пустошами. Несколько времени

Селения Головкиных в Бежецке.

спустя Матвей Никифорович променял монастырю весь свой жребий и получил в обмен землю Рыловскую Рясина, на p* Остречине, и 10 руб. придачи.

B следующем поколении было уже десять человек потом­ков Никифора, которые продолжали дробить и отчуждать свои вотчины.

Сделка на дер. Рахневу заслуживает внимания и подроб­ного анализа. Во-первых, следует отметить высокую цену — монастырь заплатил за деревню 130 руб. B данном случае мы можем наблюдать явление, которое подтверждается множеством купель-продаж первой трети XVI в. —очень значительное повышение цен на землю. Наблюдаемое повышение так значи­тельно, что его никак нельзя объяснить только изменением монетной стопы. Село Сукромна было продано на новгородские деньги, а новгородский рубль, как известно, был почти вдвое больше московского. Затем московский рубль» по предполо­жению нумизматов, понизился в весе с начала XV в. прибли­зительно в два с половиной раза.До 1536 г. в Москве чеканили нз гривенки серебра 2 руб. с полтиной и с гривенкой, т. e. 260 денежек, а в 1536 г. была установлена стопа в 3 руб. из гривенки серебра, т. e. 600 денежек или 300 коп. Такш об­разом, 130 руб. новыми деньгами в 1539 г. были равны по весу 109 руб. старых денег московским счетом и около 50 руб. новгородскими деньгами. Ha московский рубль первой поло­вины XV в. это составляет рублей 40—43. Между тем с. Сук­ромна с несколькими деревнями в 50-х годах было продано за 30 руб., как я полагаю, новгородскими деньгами.

Затем следует обратить внимание на то, что продажа дер. Рахневой была произведена для продавца не безболезненно. Монастырь заставил его, во-первых, дать особую очищальяую запись с неустойкой в 30 руб. в том, что он отведет покушщпсу землю и отмежует от соседей, а во-вторых, ou дал особое обя- 172 зательство —«ту деревню Рахнево... испростать, самому вый­ти и с семьею и людей своих вывезть всех на тот же срок, на Юрьев день на вешний»...

Деревни Чудинкова и Вовырево принадлежали сыновьям Матвея Никифоровича и достались Троицкому монастырю, но актов об этом не сохранилось.

Вьшіе было упомянуто, что Матвей Никифорович выменял у монастыря землю Рыловскую. Неизвестно, как она перехо­дила по наследству, но в 1577 г. Кунай Головкин.можетбыть, внук Матвея, с сыном Семеном, дал дер. Рылову Троицкому монастырю. B общем, к середине XVl в. потомки Никифора почти полностью ликвидировалисвои вотчины, большею частью путем продаж, и вклад Куная был финалом вотчинного обез­земеления потомков Никифора Головкина.

Несколько дольше продержались, но кончили тем же по­томки Онисима. У его сына Ивана было девять сыновей: Се­мен, Иван, Тимофей, Борис, Андрей, Гавриил, Григорий, Лукьян и Емельян. Андрей и Лукьян умерли без мужского потомства, а у остальных братьев мы можем насчитать поТрош> ким актам 25 человек мужского пола и п-ое количество дочерей, сведения о которых случайны, но которые тоже имели свои приданые наделки.

Доля Семена Иванова —с. Заручье с деревнями и почин­ками находилась смежно с троицкой дер. Пирожковой. Из этой доли Сем. Иванович в 1523 г. продал Троицкому монастырю дер. Сутоки за 30 руб. Вскоре после этого он умер, и его вот­чина была поделена его четырьмя сыновьями: Даниилом, Иг­натием, Яковом и Матвеем. B 1533 г. Семен Матвеевич от­делился от братьев и получил дер. Лисью Горку, причем братья приняли на себя обязательство уплатить долги отца. B том же году Матвей Семенович продал дер. Лисью Горку за 20 руб. Троицкому монастырю и окончательно разделался со своей вотчиной.

. После Якова Семеновича остались сын Семен и две дочери — Евфросинья и Марья, которые ликвидировали свою вотчину. B 1565 г. Семен Яковлевич с сестрой Евфросиньей

173

m

и с дядей Аникеем Гавриловичем Головкиным дали Троицкому монастырю по духовной отца дер. Заручье, оценив ее на слу­чай выкупа родичами в 50 руб.

Относительно Марьи в данной грамоте сказано: «А сестре нашей Марье Яковлевой дочери до тое деревни дела нет, по­тому что прикащик Пятой Александров да Некрас Иванов сын Головкина отдали сестру нашу Марью замуж и приданое за нее дали сполна с тое деревни, по приказу и по духовной грамоте отца». B данном случае мы видим, как наделение се­стер приданым обременяло сонаследников, деливших и без того небольшие вотчины.

Насколько первоначальная вотчина Головкиных раздроби­лась в третьем и четвертом поколениях, можно видеть из дела Гавриила Ивановича, которому досталасьодна третьдер. По­ляны. B 1533 г. он купил^ своего брата Ивана две третитой же деревни, за 19 руб. Повидимому, он купйл эти две трети на монастырские деньги, так как в том же году он продал всю деревню троицким старцам за 25 руб.

Вся вотчина Андрея и Бориса Ивановичей Г оловкиных состояла из большой пустоши Язвищ. Андрей умер бездетным, н его племянники Игнатий и Яков Семеновичи в 1535 г. дали по его духовной грамоте монастырю половину пустоши Язвищ, а затем в том же году племянники Андрея, Федор и Степан Семе- новичи.продали монастырюза 25 руб.и вторую половинуЯзвищ.

JlyrKbHH и Емельян Онискмовы Головкины получили от отца дер. Есипкову, по половинам. Половину Емельяна уна­следовал его единственный сын Роман и в 1546 г. продал ее за 3 руб. монастырю. Через два года душеприказчики Лукьяна, умершего бездетным, дали монастырю по духовной Лукьяна вторую половину дер. Есипковой, причем взяли у монастыря 5 руб. на уплату долгов Емельяна.

174

У Григория Ивановича Онисимова была шесть сыновей. Сам Григорий незадолго перед смертью продал монастырю в 1546 г.

Кризис третьей четверти XVl в. довершил разрушение Головкинской вотчины. B 1570 г. Корепан, Шестой и Чубар Александровичи завещали монастырю свою вотчину — деревни Семирядово, Кривцово, Палкину и Ямок, причем их душепри­казчики выговорили себе: Борис Головкин —пострижение у Тройцы, а Ратман Тимофеевич—принятие в монастырские служки. B том же году Селянин Иванович Головкин дал мона­стырю дер. Кожевницу, а в 1573 г. его вдова с сыном дала мо­настырю всю вотчину Селянина—деревни Запрудье и Новинку.

B 1571 г. вдова Некраса Иванова Гавриловас сыном Уланом тоже разделалась со своей вотчиной и дала монастырю дер. Якшино. Чтобы закончить длинный мартиролог Головкиных, отмечу, что дочь Осипа Гавриловича путем удачного брака поправила на некоторое время свои дела и выкупила у мона­стыря дер. Заручье, но, не имея детей, в 1575 г. постриглась и отдала монастырю всю свою вотчину — деревни Заручье, Bo- рок и Новоселку.

Таким образом, еще до Соборного приговора 1580 г. Голов­кины полностью разделались со своим землями, и все они до­стались Троицкому монастырю, за исключением двух неболь­ших владений, которые по женским линиям перешли к другим фамилиям и в XVlI в., как два небольших островка, выделя­лись в море огромного Присецкого владения Троицкогомо- ыастыря.

Ha основе рассказанных выше фактов можно сделать сле­дующие наблюдения. B XV в. Головкины сделали только два отчуждения — сыновья Никифора продали в середине века с. Сукромну с деревнями, и в конце века Константин Михай­лович дал монастырю деревни Чаянкову и Надеево. Тем временем Головкины размножались, дробили в семейных раз­делах вотчины и подготовляли свое разорение. Быстрое раз­витие с начала XVl в. денежного обращения оказало разру­шительное действие на старое вотчинное [84]землевладение. Bo второй четверти века размножившиеся Головкины начинают быстро отчуждать свои измельчавшие вотчины, но знамена­тельно, что из девяти известных нам отчуждений только два были дарениями, а семь были продажами. Окончательное разло­жение происходит в третьей четверти века, под несомненным влиянием бурных событий царствования Ивана IV. B этом пе­риоде мы видим совершенно иную картину — только в одном случае монастырь приобретает вотчину по просроченной ка­бале, а во всех остальных случаях он подбирал остатки Го- ловкинской вотчины без затрат со своей стороны, как спелые плоды.

Были ли Г оловкины новгородского происхождения — не­известно, но несомненно, что они не принадлежали к старым московским служилым родам. Возможно, что, обладая в XV в. большими средствами, они не служили совсем. Bo всяком слу­чае несомненно, что они не создали себе хорошего служебного положения. Когда служба стала обязательной, то Головкины заняли место в низших слоях городовых детей боярских. Этим, как мне кажется, объясняется быстрое обезземеление Голов­киных во второй и третьей четверти XVI в.

Присецкое владение Троицкого монастыря было одним из самых крупных его хозяйственных центров. Головкиш по сосед­ству с этим крупным хозяйством были вовлечены в орбиту его влияния и завязали с течением времени близкие отношения, — в монастыре они находили в случае нужды кредит, заклады­вали и продавали ему свои земли, давали вклады на помин душ и постригались. Разоряясь, они поступали в монастырские слуги и в конце концов находили себе приют среди братни и в хозяйстве монастыря.

175

B 60-х годах XVl в. в Троицком монастыре постригся Евфимий ДмитриевичГоловкин, в схиме Евстафий. Он быстро делает карьеру и в 1570 г. становится келарем и большим по- сельским старцем (управляющим всеми владениями монасты- ря^ B этих должностях Евстафий пробыл более 30 лет и умер в глубокой старости в 1603 г.1

Евстафий Головкин пользовался большим авторитетом у царей ИванаГрозногои Федора. Управляябессменно мона­стырем в очень тяжелое для монастырского хозяйства время, Евстафий, несмотря на Соборные приговоры 1580 и 1584 гг., значительно обогатил монастырь земельными владениями и приложил много труда, чтобы упорядочить монастырский ар­хив. Высокий авторитет Евстафия привлекал пожертвования, которые он отдавал монастырю. Bo вкладной книге Троицкого монастыря записаны вклады Евстафия 1572—1602 гг. всего на сумму в 1500 руб. Это было значительно больше того, что по­лучили все родичи Евстафия за 150 лет отчуждения монастырю своих вотчин. 2

Кроме Евстафия, в монастыре нашли себе приют и другие Головкины. Так, Ратман Тимофеевич в 1570 г. поступил в мо­настырские служки. B 1596 г. троицкий старец Иона Головкин дал перед смертью 50 руб. на вечный помин своей души и за­платил 10 руб. за принятие в слуги монастыря своего сына Ивана. B середине XVIl в. старец Евфимий Головкин был в монастыре конюшенным старцем, т. e. заведывал конным двором монастыря. 3

3.