РОДОВЫЕ И НЕРОДОВЫЕ ВОТЧИНЫ И ПРАВО ВЫКУПА РОДОВЫХ вотчин
Обычаи древнего родо-племенного быта допускали наследование вотчин, т. e. переход имущества по наследству от отца к сыну, разрешали членам рода отчуждение земли на время, но не допускали отчуждения родовой земли навсегда.
Да и для временногр отчуждения родового имущества было необходимо согласие всех полноправных членов рода, причем все члены рода сохраняли право выкупа отчужденного имущества.Само собой разумеется, что актовых источников по этим вопросам мы не имеем, так как уже в древнейших наших памятниках, например в Правде Русской, мы находим только слабые следы разложившегося родового быта. Однако указанные положения обычного права родовых союзов убедительно устанавливаются теми пережитками в вотчинном праве, которые мы можем наблюдать в многочисленных актах XIV и следующих веков. Эти пережитки, очень характерные для древнейшего вотчинного права, необходимо внимательно 18 исследовать и подробно описать. Важнейшими пережитками являются право родичей выкупать отчужденную сородичем родовую недвижимость и закуп-запродажа недвижимостей, т. e. отчуждение их на время.
Возникшая на почве разложения родо-племенных союзов княжеская власть присвоила себе право распоряжаться всеми землями на территории княжества и раздавать их во временное пользование или в полную собственность дружинникам и княжеским слугам. Ha пожалованные князем земли право выкупа родовых вотчин не распространялось по воле князя, а также потому, что в огромном большинстве случаев эти земли не имели никакого отношения к бывшим территориям давно распавшихся родовых союзов. Так, с течением времени наряду с родовыми вотчинами в собственном смысле слова в гражданском обороте появились вотчины, на которые право выкупа не распространялось: пожалованные князем, купленные у князя или у частных лиц, дарственные и закладные.
Неродовые вотчины в своих основных элементах были конструированы по образцу вотчин родовых, но права собственника неродовой вотчины были несколько шире, — его право отчуждения вотчины не было ограничено правом родичей давать или не давать согласие на отчуждение и выкупить у приобретателя вотчину, отчужденную без их согласия.
Дошедшие до нас жалованные грамоты князей на вотчины так определяют права вотчинника. B грамоте третьей четверти XV в. вел. кн. Ивана Ill Андрею Картмазову на село Дикое в Вышгороде (позже в Верейском уезде) сказано: «впрок ему и его детям, — волен Андрей то село и с пустошьми продать и променити, и по душе дати».1
B грамоте вел. кн. Василия Ивановича Дмитрию Миро- славичу на село Сковороденское в Медыни сказано: «впрок ему и его детям, — волен Дмитрий и его дети то село и деревни дати ипродати и променити, и в закуп дати и по душе дати».[5] Короче, но по существу тождественна формула грамоты 1528 г. того же князя Василью Беззубому Ларионову на
небольшой участок земли в Бежецком уезде: «волен Василий Беззубой тот починок продати и променити и по душе дати».[6]
Судебник 1550 г. подтвердил существовавшую до него практику и провел ясную грань между родовыми вотчинами, подлежавшими выкупу, и купленными, на которые право родичей на выкуп на .распространялось. Одновременно он разрешил вопрос, подававший, вероятно, повод к тяжбам и спорам, вопрос о превращении купленных вотчин в родовые. B 85-й статье Судебника сказано: «до купель (родичам) дела нет, а кто куплю продаст, и детям и братье и племянникам тое купли не выкупати. A кто напишет куплю свою детям своим после своего живота, ино им та вотчина, то им держати в вотчину, и вперед им (т. e. родичам) та вотчина выкупити по тому-ж указу за вотчину».
При некотором несовершенстве редакции смысл 85-й статьи все же ясен. Племянниками называли вообще всех боковых родственников, а так как родные братья и боковые ближайшие родственники чаще всего являлись выкупщиками, то они и упомянуты в Судебнике. НикакИх ограничений в степенях родства Судебник, следуя практике выкупов, не устанавливает. B то же время в нем ясно выражено положение: купленная земля, однажды перешедшая по наследству, становилась родовой вотчиной, на которую распространялось право родичей на выкуп.
Относительно пожалованных вотчин СудГебник ничего не говорит, — очевидно потому, что он желал оставить за государем правопо своему усмотрению определить в жалованной грамоте права жалуемого вотчинника. Так, царь Иван, жалуя в 1560 г. Ив. Шереметеву вотчину в Костроме, внес, в интересах службы с земли, существенное ограничение прав вотчинника: «а ему того села и деревень мимо детей своих сьтновейне отдать никому». Это ограничение предрешало вопрос и о превращении жалуемой вотчины в родовую[7].