Обычное право в трудах российских юристов середины XIX века

В юридической литературе отмечается, что юридический обычай, формируемый на основе обычая, как нормы социальной, является одним из древних исторически сложившихся источников права, который использовался в отношениях между людьми наряду с законами.

Научному изучению обычного права в России послужило усвоение русскими юристами идей немецких ученых Ф.К. Савиньи (1779-1861)¹, Г.Ф. Пухты (1798-1846)^[83][84] и других последователей исторической школы, обоснованной Савиньи в 1814 году в труде «О призвании нашего времени в области законодательства и юриспруденции». Научные труды именно этих двух ученых определили новую для того времени юридическую теорию в противовес господствовавшей естественно-правовой доктрине.

По инициативе М.М. Сперанского в Германии в 1831-1834 гг. была осуществлена подготовка российских стажёров-юристов Н.И. Крылова, братьев С.И. и Я.И. Баршевых, Н.Д. Иванишина, П.Д. Колмыкова, С.Н. Лешкова, И.В. Платонова, Д.И, Мейера и др., прослушавших юридические дисциплины курса, читавшегося Савиньи и его единомышленниками по основанной им исторической школе возникновения обычного права. Данное исследование заложило основы дальнейшего изучения обычного права и развития правоведения в России^[85].

Зачаточное состояние права, желание улучшить законодательство к всеобщему благу волновали умы мыслителей, правоведов и государственных деятелей конца XVIII - начала XIX в., которые основывали свои правотворческие идеи, воззрения на различных принципиально отличающихся позициях.

Состояние русского права в сравнении с западноевропейским, давало очень слабые перспективы быстрого приведения законодательства в соответствие с потребностями российского общества и государства. Поэтому представляется целесообразным, перед исследованием воззрений на обычное право российских юристов середины XIX века предварительно кратко рассмотреть юридические воззрения известных российских исследователей, ученых, профессоров на значение юридических обычаев и обычного права для правотворчества, отраженных в их трудах и послуживших основанием дальнейшего развития законотворчества в Российской империи.

Профессор права, член Российской академии С.Е. Десницкий (1740­1789)¹ в своём творчестве, с одной стороны, находился под влиянием зарождавшейся в западноевропейских странах исторической направленности в исследовании права, отрицавшей естественное право, с другой стороны, стоял за правовую регламентацию общественных и государственных отношений^[86][87].

Исследователь проблем правовой науки А.А. Артемьев (1748-1820) пытался осуществить разработку права, в основе которого лежали философско-догматические приемы^[88].

Правовед, государственный и религиозный деятель, первый ректор Императорского Виленского университета И.Б. Стршемень-Стройновский (1752-1815) обосновывал теологическое происхождение права.

Юрист, профессор, проректор Демидовского училища Г.Ф. Покровский (1774 - после 1837) в рассуждениях о происхождении гражданских законов придерживался теократических взглядов, и ставил создание «новых человеческих установлений от божественного»¹.

В.С. Филимонов (1787-1858) в своем труде «Система естественного права» отстаивал логически-философское происхождение первоначального естественного права, а также приобретаемого естественного права.

Доктор философии Г.И. Терлаич (1766-1811) впервые в курсе лекций предпринял попытку систематизировать гражданское частное право Российской империи^[89][90].

3 законодательных актов и их последующие изменения^[91].

Юрист-практик, преподававший в Московском университете, З.А. Горюшкин (1748-1821) в «Руководстве к познанию российского законоискуства» первым из отечественных исследователей указал на нравы народа как на источник права: «закон всегда основывается на народном умствовании»,

4

законы «суть через то является соединенная воля народа»^[92], и первым ввел в преподавание права исторический элемент, опередив этим распространение идей западноевропейской исторической школы права.

Ученый, педагог В.Г. Кукольник (1765-1821)¹также рассматривал одним из видов писанного права «постановления простого народа»^[93][94].

Российский юрист, профессор и декан Московского университета Л.А. Цветаев (1777-1835) в своих трудах развитие правовых знаний связывал с развитием общества, с внимательным отношением «к народной морали»^[95]. А юрист, литератор В.В. Вельяминов-Зернов (1784-1831) в научном труде «Опыт начертания российского гражданского права» указывал на значение правовых обычаев в формировании законодательства^[96].

Юрист, профессор А.П. Куницин (1783-1840), преподававший в Царскосельском лицее, обосновывая естественно-правовые идеи, в своем творчестве первоначальное право выводил из природы человеческого разума: «права первоначальные суть неотчуждаемы и неотъемлемы», и здесь же «все свободные деяния человека зависят от прав первоначальных»^[97].

Таким образом, на основании рассмотренных выше воззрений ученых и исследователей правовых вопросов в историческом периоде начала XIX в. до создания Свода законов Российской империи, можно условно выделить следующие основные правовые направления:

- философско-догматическое, к которому отнесём творчество А.А.

- теологическое и теократическое (представим условно объединенной позицией) - И.Б. Стршемень-Стройновский¹; Г.Ф. Покровский^[100][101]; Г.И. Терлаич^[102] и И.В. Васильев^[103];

- естественного права, представляющее разные позиции исследователей. Так, В.С. Филимонов^[104] естественное право выводил из «естественно-свойственного» закона «Практического разума» данного человеку свыше, а А.П. Куницин^[105] естественное право понимал, как первоначальное право, вытекающее из природы человеческого разума и основанное на справедливости и определённом равноправии;

- направление, предвещавшее развитие исторической отечественной школы, к которому, по нашему мнению, можно отнести правовые воззрения учёных З.А. Горюшкина^[106]; В.Г. Кукольника^[107]; В.В. Вельяминова-Зернова^[108] и в определённой степени Л.А. Цветаева^[109], отстаивавшего применение в правотворчестве «народной морали».

Следующей важной основой дальнейшего становления российского права явилось освоение западноевропейского законотворчества, впитавшего в себя устои римского права, а также обучение российских юристов в Европе. Помимо английской, французской и итальянской научных школ особая роль в развитии законотворчества в это время принадлежала немецкой

44 юридической школе, которая в том числе занималась исследованием исторических юридических истоков образования германского государства и была отражением специфических условий немецкого общественного развития.

Важной мерой явилась отправка М.М. Сперанским нескольких групп будущих русских юристов для совершенствования образования в Берлин, к Ф.К. Савиньи (немецкая историческая школа), которая позволила получить подготовленных профессоров для российских университетов и развития исследовательской научной деятельности в сфере юриспруденции. Созданные условия способствовали воспитанию российских юристов, ученых-исследователей права, правоведов, педагогов.

На ведущие позиции выходят исследователи, применявшие исторический метод, который позволял изучать действовавшее российское право, имевшее древние исторические корни, в основании которых лежали народные правовые обычаи как нормы права, установленные самим обществом и постепенно выделившиеся в форму обычного права.

Рассмотрим какое значение имело обычное право для развития правотворчества в трудах российских юристов исследуемого исторического периода. Для этого исследуем воззрения правоведов в период после введения в действие Свода законов Российской империи, характеризовавшийся упрочнением авторитета юридической исторической школы и затем в период развития практической юриспруденции во время «Великих реформ» 1860­1870-х годов.

В трудах российских ученых-правоведов с исторических позиций исследуются роль юридических обычаев и обычного права, укореняется понимание обычного права как источника права и его влияния на судебное правотворчество. В результате юридическая наука получила импульс развития в направлении постепенного сужения догматического и

45 практического направлений. Проанализируем воззрения известных ученых, юристов на обычное право в рассматриваемое историческое время.

Профессор Московского университета Ф.Л. Морошкин (1804-1857) в своих трудах¹ показывал стремление к философскому обобщению исторических поучений общественного характера, а также обращал внимание на значение изучения обычного права и судебной практики, на созидательный смысл «общего здравого юридического чувства и совести судьи»^[110][111]. В труде «Об Уложении и последующем его развитии» Ф.Л. Морошкин писал: «Право живет в народных обычаях.»^[112].

В это же время в Дерптском университете исследовали русское право профессоры И.Ф.Г. Эверс (1781-1830)^[113] и А.М.Ф. Рейц (1799-1862)^[114], преподававшие на немецком языке, которым уже были известны выводы западноевропейской юридической исторической школы, - они использовали новые методы исследования.

Член-корреспондент Санкт-Петербургской академии наук И.М. Снегирев (1793-1868) в своем творчестве искал сближения с русским народом, стремился понять мировоззрение крестьян. И.М. Снегирев писал, что в условиях постепенного перехода народов от родового строя в объединенное гражданское общество и образование государственного

46 устройства проявляется необходимость в создании письменных законов, но и на этом уровне законодательство продолжает черпать в нравах и обычаях народных «свои основные путеводные идеи, свою верную опору»¹.

Юрист-правовед, профессор К.А. Неволин (1806-1855), один из создателей юридической науки в России^[116][117], в «Энциклопедии законоведения» (1839-1840) делит все законы на естественные и положительные, показывая при этом как они изменяются под влиянием времени и обстоятельств. Он доказывал, что при исследовании происхождения права нужно исходить из «видимых» начал; та часть законодательств «которая может быть познана непосредственно умом, и сама по себе имеет обязательную силу, независимо от общественного постановления - законы естественные»^[118]. При этом идея законодательств в положительных законах, по его мнению, образовывается, как одной из составляющих, «от особенного характера народа, степени его развития, исторических отношений к другим народам, вообще от действия

4 причин временных и местных»^[119].

К.А. Неволин доказывал, что «сначала законодательство образуется посредством обычаев», так как «простота всех отношений» позволяет человеку находить «приличное решение»^[120]; влияние на развитие законодательства «есть необходимость историческая. Жизнь каждого народа развивается в необходимом порядке», так как «настоящее состояние народа всегда находится в теснейшей связи с прошедшим»^[121].

Рассматривая происхождение и постепенное образование законов со стороны их форм К.А. Неволин следует исторической школе, совмещая ее с естественно-правовой теорией.

Правовед, профессор и декан Московского университета Н.И. Крылов (1807-1879), специализировавшийся на римском праве, в своих суждениях стоял на позициях исторической школы юриспруденции. По его мнению, закон служит «отголоском народных верований, общим видимым центром, в котором сливаются убеждения»¹.

Правовед, историк К.Д. Кавелин (1818-1885), занимавшийся вопросами возникновения и преемственности развития процессуального законодательства^[122][123], отмечал, что право и суд издревне «покоились на обычном праве»^[124]. При этом участники судебного процесса целовальники, лучшие люди были «вещатели народных обычаев, органы обычного права»^[125]. В дальнейшем по мере усиления письменного законодательства и ослабления обычного права «в судах крестьянских участие старост и целовальников удержались гораздо далее потому, что тяжбы крестьян продолжали пещаться на основании обычного права»^[126].

По его мнению, древнейшую обычную форму судопроизводства «законодательство только определило и юридически установило его внешнюю, формальную сторону»^[127].

К.Д. Кавелин, наиболее широко исследовавший в 1840-1860 гг. проблему обычного права, его юридические нормы связывал с обыкновениями общественного и семейного устоев народа^[128]. Он пытался

48 объяснить особенности правовых норм на разных исторических этапах развития государства причинами семейного и бытового характера¹.

Профессор истории русского права, член Санкт-Петербургской академии наук, сенатор Н.В Калачов (1819-1885) в своих трудах^[129][130] исследовал юридические источники и объяснял связь древних законов с более поздними. В статье «О Судебнике Царя Иоанна Васильевича» он показал, что

3 «законодательство нашего отечества развивалось путем органическим»^[131], сохраняя преемственность поколений. В имеющихся письменных памятниках законодательства он видел развитие во времени исходных «законных» древних начал. Необходимо отметить, что Н.В Калачов внес большой вклад в исследования обычного права народов, населявших Российское государство, по его настоянию в Уставе гражданского судопроизводства в статье 130 было узаконено применение судами обычного

4

права^[132].

Ученый-юрист, профессор Я.И. Баршев (1807-1894), его брат правовед- криминалист, профессор и декан Московского университета С.И. Баршев (1808-1882) вопросы права также исследовали с позиций исторической школы. Так, С.И. Баршев в своих трудах утверждал, что надежда только лишь на законодательную волю в деле формирования права характерна для естественно-правовых теорий, приносит вред науке и «противоречит истории и опыту»^[133]. С.И. Баршев обращал внимание ученых на связь уголовного правотворчества с бытовыми условиями жизни крестьян.

Необходимо отметить, что на воззрения братьев Баршевых влияло богословское образование, которое они изначально получили. Поэтому С.И. Баршев выступал за связь права с христианской религией и нравственностью¹.

Я.И. Баршев разграничивал в своих юридических работах понятия «право» и «религия», в отличие от брата. Опираясь в своей правотворческой деятельности на источники обычного права, он утверждал, что законодательство должно максимально конкретно отражать юридические аспекты жизни народа.

Правовед, профессор П.Н. Даневский (1820-1892), один из деятелей судебной реформы 1864 г., исследовавший историю образования источников местных законов России^[134][135] (Остзейских губерний, Бессарабской области, прежней Грузии, источники законов и отчасти обычаи разных народов, подвластных России), в своем творчестве обращал внимание на исследование практики «из судебных обычаев, сохранившихся в судебных протоколах»^[136] с тем, чтобы этот юридический материал использовать при разработке законов. Проблемой являлось то, что в таком обычном праве действуют «обычаи семейные, родовые, еще не возведенные на степень положительного, ясного

4

закона»^[137].

П.Н. Даневский в качестве способа действий учета обычного права прибалтийских губерний отмечал, что при составлении Свода местных узаконений губерний Остзейских (1845) решено было узаконить ряд норм обычного права в случае их не противоречия государственным законам Российской империи.

Юрист, профессор Д.И. Мейер (1819-1856), уделявший изучению источников обычного права серьезное внимание, в труде «Русское

50 гражданское право», изданном по запискам слушателей после его преждевременной кончины, писал: «юридические воззрения народа, содержащие в себе гражданское право, отражаются в обычае и законе. В этом смысле можно говорить о них, как об источниках гражданского права»¹.

Ученый подробно рассмотрел общепринятое мнение 1820-х годов немецкого юриста Г.Ф. Пухты, придерживавшегося следующей точки зрения: «содержащееся в обычае юридическое воззрение не создается соблюдением, а только познается из него»^[138][139]. Д.И. Мейер убеждал, что нельзя «безусловно принимать теорию Пухты» - в ней есть недостатки, в то время, как обычай может стать источником права при наличии определенных условий, одно из которых является содержание в обычае юридического воззрения, многократного и длительного проявления данного воззрения в действительности.

Подводя итог своим рассуждениям, он утверждал, что по истечении времени законодательная власть может преобразовать судебные обычаи в

3

законы^[140].

Д.И. Мейер одним из первых так объемно, ясно и всесторонне обосновал содержание обычного права, его роль в законотворчестве и его значение в судебном правотворчестве. Значение трудов русского ученого для развития гражданского права было велико, так как ни один труд по русскому гражданскому праву в рассматриваемое историческое время не избежал его

4

влияния^[141].

Юрист, профессор, сенатор С.В. Пахман (1825-1910), стоявший на позициях формально логической, догматической юриспруденции, в основательном труде по русскому обычному праву, по мнению современников, пытался институты обычного права, отклоняющиеся от

51 общепринятых юридических взглядов, подчинить определенной логической структуре, так как полагал, что их воздействие на быт крестьян осуществляется от чисто внешних факторов¹.

Ученый, рассматривая истоки обычного права, указывал на динамичность права и на то, что обычное право, с одной стороны, обладает определенной стойкостью по сравнению с писанным законодательством, с другой стороны, не остается в абсолютной неподвижности и тоже, с течением времени, изменяется и развивается^[142][143].

Сторонник теории органического происхождения и преемственного развития законодательства, Пахман, исследуя формирование института судебных доказательств, пришел к выводу о преемственности развития процессуального законодательства^[144], и обращал внимание на такой источник изучения обычного права, как решения волостных судов.

Юрист, профессор, декан Московского университета В.Н. Лешков (1810-1881), представитель «славянофильского» направления в отечественном правоведении, занимавшийся государственным устройством и благочинием, т.е. полицейским правом, и применявший в исследованиях исторический метод, в понятие общественное право включал все вопросы «благочиния» и показывал, что проблемы формирования установительного и охранительного законотворчества возможно решать, только опираясь на юридические обычаи. В подтверждение этого утверждения приведем ряд его мыслей. Так, в указанном выше труде, он писал, что «Только обычаи да народные поверья, иногда предрассудки служили руководительными

4

правилами»^[145].

Ученый рассматривал в судебном правотворчестве законы «установительные» и законы «охранительные», которые в системе общественного права составляют род законов процессуальных.

Историк, юрист, профессор Московского университета И.Д. Беляев (1810-1873), принадлежавший по своему научному направлению к славянофильской школе, в своем творчестве¹ поддерживал развитие научного направления самобытного происхождения и преемственного развития законодательства. Ученый стоял на позициях, что общество в развитии должно опираться на свои законы, создававшиеся поколениями и отражающими в себе историческую жизнь народа.

Правовед, философ, профессор, член Санкт-Петербургской академии наук Б.Н. Чичерин (1828-1904), представитель «государственной школы» в русской историографии, в труде «Опыты по истории русского права» при обзоре исторического развития сельской общины в России в своих заключениях утверждал, что сельская община была «устроена правительством»^[146][147], так как общины «жили всегда на землях частного

3 владельца, князя или другого лица, на основании договоров о владении»^[148]. Ученый отмечал, что в исследуемом им вопросе, еще в последней четверти XVIII века «в нравах сохранились еще обычаи и выражения, напоминающие древний родовой быт»^[149].

Таким образом, рассмотрев воззрения выдающихся правоведов-ученых в исторический период после введения в действие Свода законов Российской империи и до «Великих реформ» можно сделать обобщения о том, что российские юристы, стоящие на отличающихся идеологических позициях, использовали в своих исследованиях в том числе исторический подход, изучали бытовавшие тогда обычно-правовые нормы и отмечали влияние

53 юридических обычаев и обычного права в целом на развитие законотворчества в государстве; показывали, что судебное правотворчество в крестьянских судах осуществлялось на основании обычного права.

Произошло признание юридического обычая одним из источников писанного права, при этом историки-правоведы расходились во мнении на степень влияния обычного права на формирование законодательства. Исследователи в области гражданского права утвердили идею о том, что правовые обычаи выступают регуляторами повседневной деятельности крестьянской общины и семьи.

Учёные, впитавшие в себя многие новые для того времени научные идеи и подходы открыли и исследовали большое количество древних источников права, их влияние на развитие правотворчества. Происходило ускоренное накопление юридического материала, понимание роли юридических обычаев, значения для судебного правотворчества обычного права, что способствовало осмыслению, распространению и критическому использованию достижений в последующем исследовательском опыте. Интенсивное развитие российской юридической науки позволило представить обществу лучшие образцы юридического творчества мирового уровня.

Рассмотрим исследования отечественных юристов по обычному праву периода «Великих реформ». Известный правовед М.Н. Капустин (1828-1899 гг.), представлявший историческую школу, выделял в истории развития права три основных периода: донациональный, национальный, и право народов цивилизации европейской он сформулировал как национально­общий¹. Ученый указывал на значение обычного права в жизнедеятельности людей и полагал, что «моменты бытия права» отражаются в законодательной деятельности народа, при этом «внешняя история права отождествляется с историею юридических памятников»^[150][151], а без изучения юридических

54 памятников «невозможно сознательное отношение к институтам, их критическое понимание». Обосновывая свою мысль, он утверждал, что общий характер права отражается в созданных кодексах, в обычном праве, в толкованиях и мнениях юристов»¹. Профессор М.Н. Капустин, убеждая в необходимости научного подхода к развитию права, утверждал, что обычное право выступает определенными формами отношений, «уважение к которым поддерживается преданием и переходит из рода в род»^{[152][153][154]}.

Исследуя национальные особенности обычного права, он пристально изучал заимствования обычаев юридических, использующиеся у других народов, так как, по его мнению, этот процесс оказывает значительное влияние на развитие народной цивилизации. М.Н. Капустин обосновал вывод, что «каждое право было выражением своего времени и

3 приготовлением к дальнейшему развитию» .

Ф.И. Леонтович (1833-1911 гг.), ректор университета Новороссийского, исследовал право славян, русское и русско-литовское обычное право, ъ в труде «История русского права» указывал на недостаточность современных работ по русскому праву. Ученый отметил устойчивость у славян обычного права, а также оказываемое им влияние на формирование законов. Он выявил, что с течением веков сфера обычного права очень медленно ограничивалась: «обычай постепенно уступал место закону, удерживал за собою в течении всей древней истории значение вспомогательного источника права»^[155], то есть обычное право действовало в течении всей древней истории и претерпевало незначительные изменения. Определенные изменения происходили при создании источников права письменных. Леонтович указывал, что «самый обычай только с петровских реформ окончательно перестает влиять на ход развития русского права»^[156]. В то же время он

заявляет, что «в одном лишь русском законодательстве можно проследить непрерывное развитие славянского права»¹.

К.П. Победоносцев (1827-1907 гг.), государственный деятель и юрист, придерживавшийся взглядов консервативно-охранительного направления, принимал участие в комиссиях, которые разрабатывали проекты судебных реформ 1860-х гг. В своих исследованиях он в качестве начальных источников рассматривал истоки русского права, а также юридические обычаи и юридические памятники. Для темы исследования представляет также интерес труд ученого по судебному правотворчеству «Сборник правил, положений и примеров...»^[157][158], который был принят современниками в качестве судебного руководства. Победоносцев в своих трудах показывал, что закон должен быть единственно опорой для лиц, осуществляющих правосудие.

Научно-юридические исследования К.П. Победоносцева фундаментально опирались на историко-юридические реалии правовой культуры русского народа.

Профессор Н.Л. Дювернуа (1836-1906 гг.) в своем труде «Источники права и суд в Древней России» Н.Л. Дювернуа отмечал, что народный обычай, в качестве формы правовых взглядов и представлений, проявляется как наиболее приближенный к сознанию народа, так как исходит изначально из духа народа.

Дювернуа и другие исследователи отмечали правотворческую силу обычаев. Учёный обращал внимание, что, сравнительный анализ положений о наследстве московских и новгородских завещаний XV века с прописанными в Русской Правде, а также в бессудной Мстиславской грамоте, ясно показывает, что проявляется другая деятельная сила (сила обычаев), дающая развитие праву.

Юрист, цивилист К.И. Малышев (1841-1907 гг.), применявший в исследованиях сравнительно-исторический метод, в труде «Курс гражданского права» обосновал, что обычное право - это «совокупность индуктивных юридических выводов из действительного строя гражданских отношений в какой-нибудь сфере гражданского общества»¹.

Он предложил рассматривать в обычном праве народную форму (или общественную), а также формы - судебную и научную. В ходе исследования судебной формы он показывал: если быт народа вырабатывается вне суда, то «выводы из него юридических понятий в особенности о частных правах и точная формулировка этих понятий развивается преимущественно в судебной практике, а вместе с тем суд служит главным органом обычного права. До тех пор, пока закон не установит общих норм быта, суд, естественно, руководится обычаями народа и в решениях его выражаются народные понятия о праве. Путем судебной оценки и повторения они постепенно определяются и принимают более и более точные формы»^[159][160]. К.И. Малышев доказывал значительность происходящего процесса трансформации права обычного в практику и правотворчество судебное.

Определяя задачу юридической науки при исследовании обычного права, он указывал, что она заключается «в собирании его [обычного права] материала. На первом плане стоят здесь судебные решения и группировка юридических выводов», что позволяет составлять «своды судебной правды»^[161].

А.А. Борзенко (1847-1915 гг.), юрист, правовед, в своих научных работах, с одной стороны, применял сравнительно-исторический метод, а, с другой стороны, выявлял и показывал изъяны исторической школы. Так, в работе «Русское гражданское право» А.А. Борзенко отмечал, что понимание обычного права состоит «в приведении односторонностей школ

57 исторической и естественного права к высшему их единству»¹. Исследуя отличия позиций по обычному праву естественной и исторической школ, он выявил, что естественное право рассматривает обычай, как прецедент, а школа историческая рассматривает обычное право, как последствие.

Ученый, в процессе исследования наследования по завещанию, отмечал, что оно старше, чем наследование по закону «ибо закон мог возникнуть из обычая, а обычай развился лишь из однообразного повторения завещаний»^[162][163].

А.Д. Градовский (1841-1889 гг.), один из творцов государственного права в России, в труде «Начала русского государственного права»^[164] выделил общие положения теоретического курса. Профессор Градовский писал об устойчивом применении юридических обычаев, о юридической самоценности обычая, которая не может быть устранена законом, в частности, в торговой сфере и особенностях применения обычного права кочующими народами.

П.П. Цитович (1843-1913 гг.), правовед и сенатор, народный обычай принимал как источник права. В первом томе Курса русского гражданского права ученый рассмотрел источники права, которые он определил, как формы, в которых «...возникают, существуют, т.е. действуют, и прекращаются веления положительного права, и в которых таких велений быть не может»^[165]. Он утверждал, что закон и обычай - это два источника русского гражданского права^[166].

Цитович считал, что необходимо отличать особенности осуществления деятельности по интерпретации определенных источников в рамках исторической эпохи от источников, как форм положительного права.

Понимание права, отражающееся в науке и претворяемое на практике, все время развивается и изменяется, «приспособляясь к потребностям и воззрениям каждой эпохи»^[CLXVII].

Таким образом, исследование трудов российских юристов середины XIX века показало, что обычное право, понимание его сущности и значения для развития российского законодательства и судебного правотворчества, а также истоки юридических обычаев, на которых основывалось обычное право, памятники права занимали умы ученых, педагогов-юристов, государственных деятелей, активно занимавшихся поиском и обоснованием решений при создании и совершенствовании законов.

Важной вехой становления российского права явилось освоение русскими юристами западноевропейского законотворчества, впитавшего в себя устои римского права; изучение английской, французской, итальянской научных школ и особенно немецкой юридической исторической школы, ведущей европейской школы рассматриваемого периода, а также обучение части российских юристов в Европе.

Ученые, стоящие на различных идеологических позициях и следовавшие отличающимся научным воззрениям, в своих исследованиях отмечали воздействие права обычного на правовую жизнедеятельность русского народа. Происходило открытие юридических памятников, их изучение, исследовались разные институты права, происходило ускоренными темпами накопление юридического материала, приходило понимание роли юридических обычаев, их значения для судебного правотворчества, что способствовало осмыслению, распространению и критическому использованию достижений в дальнейшем исследовательском опыте.

Применение в юридических исследованиях сравнительно­исторического метода, в особенности, когда его использовали в сочетании с методами естественного права, позволило аргументировать прогрессивные направления правотворческой деятельности, что способствовало быстрому

развитию юридической науки в России и демонстрации лучших примеров

правотворчества.

1.3.