<<
>>

§ 2. Государственные мероприятия в сфере противодействия взяточничеству во второй четверти XVIII в.

После смерти Петра I и восшествия на престол Екатерины I борьба со взяточничеством приобрела несколько другой оттенок. Поначалу правительство шло по пути, предложенному Петром I - непримиримое отношение ко взятке и взяточнику, применение самых жестких санкций в отношении виновных - смертной казни.

К примеру, в 1726 году Правительствующий Сенат приказал Комиссаров Новгородской Провинции Никиту Арцыбашева, Григорья Баранова и подьячего Якова Волоцкого, которые при сборе денежной казны в Обонежской пятине презрели указы и были уличены в похищении казны и в излишних сборах и во взятках, “казнить смертию повесить в той Обонежской пятине, и написать вины их на жести, прибить к тем виселицам, и тел их с тех виселиц не снимать”. Все имущество виновных, движимое и недвижимое, кроме приданного их жен было отписано на имя Ее Императорского Величества. Об этом случае также надлежало “учинить краткий экстракт”, то есть разослать отпечатанную информацию во все Камер-Коллегии во всех губерниях и провинциях, а также прибить соответствующие листы для всеобщего ознакомления как в

136 городах, так и в деревнях.

Однако по мере ослабевания значения Сената на политической арене антикоррупционная политика правительства начала изменяться. В 1726 году последовал указ, по которому отныне судить за взяточничество военнослужащих надлежало не по Воинским артикулам, а по Уложению 1649 г. и указам.[133][134] Таким образом, с изданием данного указа военнослужащие, по

сути, стали приравниваться к гражданским чиновникам, и отдельный состав преступления для них исчез.

Стоит отметить, что в качестве предупредительных мер в целях искоренения взяток в среде военных чинов указом от 13 мая 1726 года был дан запрет штаб и обер-офицерам вмешиваться в дела, относящиеся к ведомству Губернаторского и Воеводского управления[135]. Запрещение вмешиваться в чужую компетенцию, по мнению Екатерины I, должно было способствовать скорейшему искоренению взяток и превышений полномочий при исполнении военной службы.

Однако вскоре был издан акт, который в одночасье расставил все точки над i относительно взглядов нового правительства на взяточничество. Это был указ от 23 мая 1726 г. В нем устанавливалось, что жалование чиновникам Санкт-Петербурга необходимо было выдать на одну прошедшую январскую треть по прежним их окладам, как было установлено указами Петра от 1724 года, а зачет впредь определенного жалованья дать лишь Президентам и членам коллегий (в том числе Юстиц и Вотчинной коллегий) и судов и магистрата Санкт-Петербурга. Что же касалось приказных людей этих же органов, а также судов и магистратов других городов, то предписывалось прекратить выплату жалованья, “а довольствоваться им от дел по прежнему обыкновению с челобитчиков, кто что даст по своей воле”[136]. Существовало указание на запрещение принятия “излишних взятков” и чинения челобитчикам волокиты в их делах. Надзорные функции возлагались на судей, хотя наказывать предполагалось только по челобитью, а не по доносу.

Этот указ возвратил в государственные органы почти забытую систему кормлений должностных лиц, с которой так упорно боролся и которую практически сумел изжить Петр I. Все начинания императора в этой

сфере, все его нововведения и достижения одним махом были перечеркнуты и готовы были навсегда кануть в лету.

Избранный правительственный курс буквально через несколько дней был подкреплен изданием указа от 2 июня 1726 г. “О предоставлении приказным людям Юстиции и Вотчинной Коллегии, Надворных Судов и Магистратов, вместо жалованья, довольствоваться доходами от

добровольной дачи челобитчиков”, который подтвердил предыдущий акт и приказал от имени Екатерины I и Сенату издать собственный акт в соответствии с этим указом. Таким образом, не оставалось сомнений в том, что наступило время контрреформ и регрессивного движения в борьбе со взятками.

Удивляться такому повороту событий не следует, т.к. фактическую власть в царствовании Екатерины I сосредоточил в своих руках князь и фельдмаршал А.Д.

Меншиков, а также Верховный Тайный Совет. Как известно, сам князь Меншиков, при всех его заслугах перед отечеством, был отъявленным взяточником. Свои злоупотребления властью он начал еще при Петре I, о чем упоминалось выше, и действовал настолько открыто и нахально, что этим даже вызывал невольное уважение у своих противников.

Таким образом, становится понятной ситуация, сложившаяся в стране в правление Екатерины I. Отдав на откуп своим вельможам, неисправимым взяточникам, все управление страной, Екатерина I была полностью удовлетворена ролью первой хозяйки Царского села. Деятельность екатерининского правительства ограничивалась в основном мелкими вопросами, в то время как процветали казнокрадство, произвол и злоупотребления. Ни о каких реформах и преобразованиях речи не было, тем более в такой сфере как борьба со взятками.

Смена правителя в 1727 г. не означала смены политического курса, не смотря на громкие декларации. Взойдя на престол, Петр II указывал: “ни о чем так попечения не имеем, как о том, чтоб во всем Нашем Государстве, между всяких чинов людьми, как вышних, так и нижних чинов, суд и

расправа была всем равная, справедливая и безпродолжительная” [137]. Предпринимались определенные меры по борьбе с волокитой при судопроизводстве, но шагов по противодействию взяточничеству в этот период времени на государственном уровне не было.

Единственным актом этого периода можно считать указ от 12 сентября 1728 г., которым было предписано на местах губернаторам и воеводам чин “по совести своей исправлять и для своей корысти, свойства, дружбы, ни вражды, противно должности своей и присяги не поступать”[138].

Тем не менее, несмотря на регресс в деле противодействия взяткам, поиск системы сдержек и противовесов взяточничеству продолжался. Вопреки мнению о том, что в правление императрицы Анны Иоанновны был издан лишь один указ 1739 г. посвященный борьбе со взятками, это далеко не так. С 1730 по 1740 гг. была создана достаточно объемная законодательная основа для противодействия взяточничеству. Другое дело - была ли она достаточно эффективна.

Борьбе со взятками в судах были посвящены два указа 1730 г., принятые практически сразу же после восшествия на престол Анны Иоанновны. Принципиальных изменений в систему юридической ответственности судей за взятки они не вносили, а скорее были призваны подтвердить уже существующие положения. В указе от 1 июля 1730 года предписывалось по всей Российской империи всем судебным органам иметь равный суд. Упоминался достойный пример предков, которые с помощью казней и штрафов отвращали “таковые злодейства” и пытались утвердить таким образом правосудие.

В случаях нарушения норм наступала юридическая ответственность в виде штрафных санкций для виновных лиц. Не дожидаясь “будущего Божиего суда, которого им за презрение клятвенного обещания не

избегнуть”, судей повелевалось штрафовать в соответствии с законом “без всякие пощады”[139]. Чтобы обеспечить исполнение, этот указ был отправлен во все суды.

Так как взяточничество в судах было тесно связано с волокитой, давно ставшим своеобразным средством вымогательства взятки, ранее был издан Сенатский указ от 12 марта 1730 г. По нему следовало послать во все без исключения органы власти указы, чтобы по всем видам дел, как публичных так и частных, поступали по нормам Уложения 1649 года, указам и форме суда без проволочек и волокиты[140]. Стоит отметить, почему этот указ предшествовал указу от 1 июля 1730 г. По всей видимости, сначала правительство решило принять определенные меры по борьбе с волокитой, но, убедившись в низкой результативности принятых мер, императрица подписала указ от 1 июля 1730 г. “О решении дел Судьям по чистой совести, согласно с данною ими присягою, не смотря на лица сильных”, о котором речь шла выше.

Одной из насущных проблем рассматриваемого периода по-прежнему оставались взятки при проведении рекрутских наборов[141]. Действительно, обладая определенной властью, военные часто переходили все дозволенные пределы в погоне за собственным обогащением.[142] На штаб-офицеров помимо непосредственных функций по наборам возлагались также и контрольные функции - замечать за воеводами и их подчиненными различные злоупотребления по службе и доносить об этом в Сенат.

Как видим, в начале и середине своего царствования императрицы Анны Иоанновны в основном наказание сводилось к получению с виновных штрафа и ссылке. Однако, в 1738 г. появляется указ, демонстрирующий тенденцию ужесточение наказаний за взяточничество и лихоимство.

Например, в п.14 указа от 3 июля 1738 г. “О сборе во всем Государстве с 200 душ по одной лошади” к виновным уже применялась смертная казнь и конфискация имущества в пользу государства, как при Петре I[143]. Таким образом, признав неэффективными предыдущие меры, правительство фактически вернулось к петровской политике наказания за взятки.

Та же линия правительственной политики прослеживается и при исследовании ответственности за взятки офицеров, воевод и губернаторов при исполнении своих повседневных обязанностей. Основным актом времени правления Анны Иоанновны в этой сфере является Сенатский указ от 17 августа 1731 г. “О порядке принесения жалоб от уездных жителей на притеснения и обиды от обретающихся на вечных квартирах офицеров, от Воевод, или от самих Губернаторов”[144].

Губернаторам при назначении их на должность давались строгие предписания о необходимости “шкоды и убытки и опасности отвращать” и “для своей корысти, свойства, дружбы, ни вражды противно должности своей и присяги не поступать”. Например, подобные указания содержались в пункте 20 Инструкции (Наказа) Киевскому Губернатору от 17 января 1737 года “Об отправлении дел по его должности”.

Отдельным пунктом (п.32 Инструкции) были закреплены положения, прямо касающиеся запрета губернатору брать взятки при исполнении им своих полномочий. Этот пункт носил соответствующее название - “О нечинении обид и неимании взяток”. Норма определяла, что как самому губернатору, так и его подчиненным запрещается чинить обывателям обиды, взимать несуществующие налоги и брать взятки под угрозой штрафа[145]. Также имел место запрет на использование труда мастеровых людей и других работников для собственных целей.

Несмотря на все законодательные нововведения, злоупотребления в среде высших должностных лиц Российской империи оставались по истине ужасающими. В 1736 году вскрылось дело о многочисленных злоупотреблениях Иркутского вице-губернатора А. П. Жолобова, который вымогал взятки от тунгусским заисанов и шуленгов (верховные вожди тамошних племенных объединений). Местному населению А.П. Жолобов не давал настоящих указов, а, приняв большие взятки, подменял государственные указы поддельными. За взятки же он отпускал местных шаманов, иначе применял к ним различные пытки.

За взятки А.П. Жолобов прекращал следственные действия в отношении преступников, выдавал паспорта “пришлым людям сверх указанных сроков”, а у дворян отнимал земли и передавал пашенным крестьянам, “и за то брал с них себе взятки ж”. Также, беря с подданных ясак, и взяв при этом себе немалые взятки, он упустил ясачного сбора на 8230 соболей. В целом, как показало следствие, вице-губернатор взятками “и чрез непорядочные свои в противность указам поступки нажил себе 34821 рубль.”[146]

За все свои злоупотребления виновный был приговорен к смертной казни через отсечение головы, а подобные показательные процессы имели огромный общественный резонанс.

В период правления императрицы Анны Иоанновны были предприняты определенные государственные мероприятия организационного характера по искоренению взяток в среде служащих всех уровней. В частности, должностным лицам, занимающим руководящие посты, предписывалось следить за службой своих подчиненных, не допуская ни малейших превышений должностных полномочий и злоупотреблений. Например, в том же 1736 году генералу и обер-гофмейстеру Салтыкову был дан указ “О наблюдении за скорейшим и беспристрастным вершением дел в Московских

Коллегиях, Канцеляриях и Сенатской Конторе”[147]. Чуть позднее в 1739 г. в Санктпетербургскую Губернскую Канцелярию запретили присылать экзекутора для надзора, повелев “за канцелярскими служителями в исправлении дел смотрение иметь присутствующим самим”[148].

Специальный контроль за деятельностью должностных лиц должен был осуществлять прокурор, который по указу 1733 г. обязан был “смотреть, чтоб в судах и расправах праведно и нелицемерно по указам и Государственным правам поступали”[149]. Однако, последней контрольной “инстанцией” все же оставался Сенат, перед которым должны были отчитываться о своей деятельности воеводы и куда должен был обращаться прокурор, при усмотрении взяточничества и других злоупотреблений[150].

Как и при Петре I, вновь предпринимались попытки ограничить взяточничество путем введения специального жалования. Например, в 1739г. при расследовании недоимок по сборам офицерам, свидетельствующим по делу, решено было определить жалование, чтобы оградить их от соблазна принять взятку. Правда, такое жалование должно было выдаваться только в течение полугода, “дабы обнадеясь на оное, далее того свидетельства продолжать не могли”[151].

Внимание уделялось и подбору квалифицированного и надежного кадрового состава различных органов. Сенатский указ от 26 марта 1736 года предписывал “секретарей определять Сенату добрых, и к управлению порученных ими дел достойных и в прежних делах исправных”[152].

Проблемой оставались ужасающие масштабы взяточничества в отдаленных от центра местностях, и особенно в Сибири. В Якутском ведомстве и на Камчатке, население изнемогало от злоупотреблений воевод,

сборщиков ясака и комиссаров, которые требовали уплаты излишнего ясака, а в случае несогласия отнимали жен и детей у плательщиков, которых “и развозя перепродают”[153]. Обращая внимание на эту проблему, императрица издает в мае 1733 г. Именной указ “О нечинении обид и притеснений ясашным людям, живущим в Якутском ведомстве и в Камчатке”, по которому за взятки с “ясашных Княжцов и прочих всякого народа и звания, домами и юртами живущих и кочующих” полагалась смертная казнь.

В этом же указе находим обстоятельство, смягчающее ответственность взяточников - добровольное признание в содеянном. Также подчеркивалась необходимость обнародовать эти нормативные положения в Якутске, Охотске, острогах, зимовьях и волостях: “вкопав столбы и накрыв малою кровлею, прибить и хранить”. Сама процедура сбора ясака теперь должна была строго регламентироваться.[154]

На этом меры по искоренению взяточничества в Сибири не закончились. В тот период правительство считало, что борьба со взятками должна иметь прицельный характер. В частности, императрица полагала, что во взятках виноваты конкретные люди, а не система в целом. В связи с этим, в 1739 году было принято решение о том, чтобы определять в Сибирскую губернию воевод из шляхетства, “людей достаточного состояния и испытанной честности”[155]. Однако добиться на деле бескорыстной службы от чиновников оказалось не так-то просто.

Как уже говорилось ранее, основным указом в антикоррупционной сфере в период правления Анны Иоанновны в научной среде считается Именной указ от 7 ноября 1739 года. Этот акт регламентировал процесс получения с виновных всего того, что они незаконно приобрели в результате взяток. Основной проблемой были всевозможное утаивания имеющегося имущества, в том числе под видом законных сделок и утаивания

имущества[156]. Меры в отношении таких ловкачей принимались нешуточные : взыскание полученного в результате взятки в двойном размере, а при отсутствии средств - продажа с публичного торга имущества виновных. Всем этим должна была заниматься Дворцовая Следственная Комиссия.

Безусловно, значение этого акта велико, но вопрос о том, считать ли его основным в рассматриваемый период остается спорным, ведь, как мы видим, помимо этого акта, ему предшествовало издание еще множества нормативных положений, направленных на борьбу со взяточничеством и лихоимством в сложившихся условиях.

Таким образом, в период правления императрицы Анны Иоанновны были сделаны очередные шаги по искоренению взяточничества среди чиновников всех уровней. Были предприняты меры по борьбе со взятками во всех слоях общества. Однако достаточного эффекта они не имели, т.к. не существовало отлаженной системы претворения всех этих начинаний в жизнь, и многие нормы остались лишь на бумаге.

В длительное правление императрицы Елизаветы Петровны, которая, по словам В.О. Ключевского, была “умная и добрая, но беспорядочная и своенравная русская барыня XVIII в.”[157], продолжалась борьба со взятками. Сама императрица отзывалась о многочисленных злоупотреблениях государственных чиновников с большим негодованием. Особенный гнев вызывали взятки в судах при производстве правосудия, призванного защитить угнетенных, а на деле разоряющего их и высасывающего последние средства к существованию. Однако правительство прекрасно понимало, что взяточничество разъедает всю государственную систему, а не только суды. Царица Елизавета Петровна в одном из своих поздних указов

констатировала, что имеет “неоспоримые доказательства, открывающие средства к пресечению общего вреда.”[158]

Таким образом, проблема была поставлена ребром и требовала немедленного решения. В 1741-1762 гг. четко прослеживались следующие основные тенденции борьбы со взятками. Во-первых, по-прежнему действовала политика подношений от челобитчиков, установленная при Екатерине I. В подтверждении акта 1726 года был издан Сенатский указ от 3 декабря 1744 г., закрепивший, необходимость чиновников вновь требовать с просителей какие-то блага в качестве вознаграждения при отсутствии жалованья[159]. Также все еще существовал декларативный запрет на взятки и надзорные функции возлагались на судей.

Во-вторых, существовала практика обращения полученного по взяткам в доход государства. К примеру, в 1743 году было установлено взыскания с разных чиновников за взятки отсылать в Ландмилицкий комиссариат, а однодворцам, с которых были получены взятки, засчитать в подушный сбор[160][161].

Инструкции, адресованные различным государственным чиновникам (например, межевщикам), непременно содержали положения, в очередной раз напоминающие о необходимости вести дела честно и избегать

164

неправедных доходов .

Взяточничество при наборе рекрут продолжало оставаться проблемой тогдашней действительности. В правление Елизаветы был издан Именной указ от 2 октября 1756 г., в пункте 11 которого достаточно подробно регламентировались общественные отношений в этой сфере [162]. Однако, как видим, принципиальных новшеств в противодействие взяткам при

рекрутских наборах указ не привнес. В этом указе также была формальная отсылка к уже действующим принятым ранее актам.

В период правления императрицы Елизаветы Петровны роль Сената, как одного из высших органов власти, начала снова возрастать. Не уделяя внимания конкретизации возможных действий Сенаторов в случае обнаружения взяточничества, указ от 16 августа 1760 года обязывал сенатора употреблять все способы к восстановлению везде надлежащего порядка, правосудия, “благосостояния и общего добра.”[163]

Из указов, отличающихся некоторой казуальностью, интерес представляет Сенатский указ от 6 марта 1761 года “О запрещении взяток и задержки при осмотре проезжающих на заставах”. Из него можно заключить, что около Санкт-Петербурга от учрежденных застав, а также от Коммерц- Коллегии, Камер и Соляной Контор чинились “проезжающим всякого чина людям прицепки и задержки, единственно для ненасытного лакомства”. С целью пресечения этих злоупотреблений Военной Коллегии (а именно - ее Гарнизонной канцелярии) совместно с Коммерц-Коллегией, Камер и Соляной Конторами повелевалось сделать единое учреждение, чтобы “на тех заставах были не от разных команд определенные к тому караулы”, а также снабдить эти заставы соответствующими инструкциями и наставлениями[164].

Рассматривая тенденции борьбы со взятками при Елизавете Петровне, стоит упомянуть и о кодификационной работе, проводившейся в то время. В 1754 г. была создана новая комиссия для составления Уложения, которая закончила свою работу к концу царствования Елизаветы, но этот процесс был прерван Семилетней войной. Указом от 24 августа 1754 г. было предусмотрено создание в составе нового Уложения и специальной главы, посвященной взяточничеству - “Глава 55. О лихоимстве.”[165] Однако, как показало время, кодификация законодательства и установление достаточно

четких и систематизированных положений о взяточничестве успешно была проведена лишь в XIX в.

Что же касается государственных мер, носящихся организационный характер в борьбе со взятками, то к ним безусловно можно отнести и запрет на ябедничество[166], и обязывание присылать все деньги, обнаруженные в судебных органах “в безгласности”, в Сенат. С этой целью необходимо было в каждом суде “осмотреть все сундуки и ящики, не найдется ли где денежные казны золота и серебра.”[167] При обнаружении каких-либо свободных денег золотом или серебром и при наличии соответствующих документов необходимо было прислать соответствующие уведомления в Правительствующий Сенат в самые кратчайшие сроки.

Отдельного внимания заслуживает попытка законодателя упорядочить процесс подачи жалоб на взяточничество, волокиту и иные злоупотребления в коллегиях и канцеляриях. В Именном указе от 28 мая 1742 года говорилось, что челобитчики, усматривающие задержки и волокиту в деятельности различных коллегий и канцелярий, а также жалобы на неправильные решения должны подавать генерал-рекетмейстеру, но не Его Императорскому Величеству. Если же рекетмейстер будет отказываться принимать челобитную, то ее надлежало направлять в Сенат, “а Его Величеству не бить челом же.”[168] Затем данные положения были несколько изменены указом 9 августа 1759 года, разрешившим подачу жалоб на взяточничество в судах непосредственно Ее Императорскому Величеству для тех, кто “защиты и обороны получить нигде не могут”[169].

Что же касается воевод, известных своими злоупотреблениями еще с допетровских времен, то в отношении их был издан Сенатский указ от 26

октября 1760 года, по которому воеводы могли пребывать на службе не более

173

пяти лет.

Таким образом, видим, что во второй четверти XVIII в. противодействие взяточничеству на государственном уровне имело место, но в силу различных причин, в первую очередь частой смены правителей и изменения политических курсов не стало единой и продуманной политикой тогдашнего российского государства. С развитием российского абсолютизма особое место на вершине государственной власти занимает система фаворитизма, сыгравшая весьма значимую роль в процветании взяточничества. Надежды на конструктивные изменения в этой области появились у современников с восхождением на престол Екатерины II. [170]

173

<< | >>
Источник: Бычкова Светлана Борисовна. ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВЫЕ МЕРЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ВЗЯТОЧНИЧЕСТВУ В РОССИИ (XV - НАЧАЛО XX ВВ.). ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Нижний Новгород - 2015. 2015

Еще по теме § 2. Государственные мероприятия в сфере противодействия взяточничеству во второй четверти XVIII в.:

  1. Проект “Об основах государственного регулирования в сфере развития и использования новейших телекоммуникационных”
  2. § 4. Государственный контроль в сфере негосударственного высшего образования
  3. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА И ПРАКТИКИ ЕГО ПРИМЕНЕНИЯ В СФЕРЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ НАРУШЕНИЯМ ПРАВИЛ ДОРОЖНОГО ДВИЖЕНИЯ И ЭКСПЛУАТАЦИИ ТРАНСПОРТНЫХ СРЕДСТВ
  4. Статья 351. Участие органов социального партнерства в формировании и реализации государственной политики в сфере труда
  5. Тема 1.Государственное управление как вид государственной деятельности и сфера действия норм административного права
  6. Тема 29.Государственное управление в сфере охраны общественного порядка, общественной безопасности и их защиты в интересах личности, общества и государства
  7. Тема 30.Организация государственного управления в сфере юстиции в Российской Федерации
  8. 13.1. Основы государственного управления в сфере хозяйственной деятельности
  9. 2. ГОСУДАРСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ В РОССИИ ВО ВТОРОЙ ЧЕТВЕРТИ XVIII в.
  10. 2. Развитие государственной системы во второй четверти XVIII в.
  11. Государственное регулирование в сфере управления недвижимостью
  12. § 7. Государственное управление в сфере использования и охраны недр
  13. § 1. Государственное управление в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности при пользовании недрами
  14. §1. Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних и уголовная политика в сфере противодействия преступности несовершеннолетних
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -