ДАННЫЕ ДЛЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ПРОТОГРАФА ПРОСТРАННОЙ ПРАВДЫ

Bce наблюдения над изводами Пространной Правды приводят нас к выводу о существовании одного общего протографа этого памятника, от которого повели начало все его сохранившиеся списки и изводы.

По времени написания наиболее близким к протографу Пространной Правды является список 1280 года. Ho этот список уже потерял пер­

воначальные черты протографа Правды, имея новые чтения, отсутство­вавшие в протографе. Близость чтений Синодального списка к Троиц­кому XIV века, помещенному в Мериле Праведном, говорит о проис­хождении этих списков от общего, более раннего оригинала Простран­ной Правды. Ho сам Троицкий список также имеет некоторые ново­образования. Выше было уже выяснено, что остальные списки Троиц­кого извода (кроме Академического) возникли самостоятельно от Троиц­кого списка XIV века, следовательно, в некоторых случаях они дают представление о более ранних чтениях Пространной Правды. Таким образом, мы имеем возможность взаимно контролировать чтения Сино­дального списка и Троицкого извода, а также делать выводы о перво­начальных чертах протографа первой ветви Пространной Правды, нашед­шей себе место в составе Кормчих и Мерила Праведного. Большую помощь для определения правильности чтений Синодального списка может оказать Новгородско-Софийский извод, происходящий от какого-то списка, очень близкого к Синодальному, в особенности Рогожский спи­сок, не отразивший еще на себе позднейших переработок, внесенных в текст Пространной Правды составителями Новгородско-Софийского извода.

Несколько труднее дело обстоит с восстановлением протографа второй ветви Пространной Правды, помещенной в особых юридических сборниках. ДревнеЙший Пушкинский список XIV века дает текст в сильно испорченном виде. Некоторые поправки вносит Археографический извод, но и в нем немало искажений и новообразований. Кроме того, сам протограф Пуш­кинско-Археографической ветви уже обладал рядом дефектов, не говоря уже о том, что текст Правды был подвергнут редакционной обработке. Некоторую помощь мог бы оказать ТроицкиЙ IV список и Карамзин- ский извод. Ho к их чтениям следует относиться очень осторожно. Как было выяснено выше, Троицкий IV список и Карамзинский извод дают текст Пространной Правды по второй ветви, однако переработанной на основании ряда источников, среди которых немалое значение имели списки Синодально-Троицкой ветви. Bo всяком случае, протограф вто­рой Пушкинско-Археографической ветви Пространной Правды восста­навливается со значительно меньшей точностью, чем протограф пер­вой ветви.

Существование двух ветвей общего протографа Пространной Правды обеспечивает возможность судить о чтениях самого протографа. B са­мом деле, при полном совпадении чтений в обеих ветвях Правды можно быть уверенным, что подобные чтения уже находились в прото­графе Пространной Правды.

же большинство текстов Пространной Правды не имеет сходства с Краткой. Таким образом, некоторые разногласия между чтениями обеих ветвей Пространной Правды остаются неразрешенными или разрешен­ными только гадательно.

Восстановленный протограф Пространной Правды позволяет судить о первоначальном составе и тексте этого замечательного памятника. Предыдущее изложение, посвященное отдельным изводам Пространной Правды, является по существу историей Пространной Правды как единого памятника. B дальнейших главах автор этой работы ставит себе задачей выяснить происхождение и источники Пространной Правды. Ho эта работа не может быть проведена ранее рассмотрения третьей редакции Русской Правды — Сокращенной Правды, что будет сделано в следующей главе.

ГЛАВА 21.