1.З..Критика Л.И. Петражицким позитивистского понимании права

«существует только эмпирическое знание, а всякое другое... им

отрицается и признается ненаучным»90. Современные исследователи

Л.И.Спиридонов и И.Л. Честнов, авторы вступительной статьи к

переизданию работ Л.И. Петражнцкого, также характеризуют ученого как

«позитивиста»91. По мнению Г.В. Мальцева, психологическая теория

права, «несмотря на внешнюю оппозиционность юридическому

позитивизму», по сути, представляет собой «антропологический

позитивизм», поскольку выделяемые Л.И. Петражицким «формы бытия

права» - интуитивное и позитивное право, - принадлежат к

«эмпирическому уровню, сводимы к опыту, постигаемому

психологическими или социологическими средствами».

«Антропологический позитивизм», в основу которого были положены

«конструкции, экспериментально выработанные естественными науками»,

сосуществовал в дореволюционном отечественном правоведении наряду с

1 ^я

этатистским и социологическом позитивизмом . Данная трактовка методологических основ психологической теории права Л.И.Петражицкого вошла и в учебники по истории правовых учений. Так, В.Г. Графский полагает, что Л.И. Петражицкий «в гносеологическом и методологическом отношении... следовал началам позитивной философии»92.

Приступая к обоснованию своей теории права и нравственности, Л.И. Петражицкий, прежде всего, пытается «размежеваться» с позитивизмом и нормативным пониманием права. Последнее, как подчеркивает он, есть понятие права как системы нормативного долженствования, устанавливаемого волей государства. При господстве такого понимания права «вообще не имеют смысла определения того, что юристы относят к праву, то есть называют правом». 11ормы права здесь - «веления» и «запреты», обращенные к «подчиненному праву». Они же определяют «образ» правоотношений между субъектами, их обязанности и права.

Это влечет за собой ряд неразрешимых по существу проблем, в частности, о природе соответствующих мнимых реальностей. Они решаются путем разных правовых фикций, например, когда за данность (научную) принимаются разные несуществующие «воли», «общая воля», «единая воля» государства, «общее признание» и т.п. Нормы права, «совокупность норм права», как отмечает Л.И. Петражицкий, юристы называют объективным правом, или правом в объективном смысле. Правоотношения между субъектами, их обязанности и права (принимаемые за три раздельные «вещи») - субъективным правом, или правом в субъективном смысле. Таким образом, получаются «два права». «Теоретикам следовало бы, по-видимому, попытаться определить просто природу права, то есть как рода, обнимающего и объективное и субъективное право. Но этого не делается; установилась (с логической точки зрения случайная, не имеющая основания) традиция отождествлять проблему определения права с задачей определить природу объективного права, то есть норм права (так что «субъективное право» играет роль логически ненормального привеска к «объективному праву», чего-то вроде «второй разновидности права»)130.

Положение дел не меняется и в современной отечественной теории права.

Что касается нравственных норм, то права, по мнению Л.И.Петражицкого, в той части, в которой он регламентирует отношения, попадающие под юридическое и моральное регулирование, расслаиваются еще больше: «получаются две системы совпадающего под содержанию требуемого поведения права: с одной стороны, межчеловеческое право, устанавливающее для людей обязанности по отношению к другим людям как управомоченным; с другой стороны, религиозное право, устанавливающее для этих же людей обязанности и к такому же поведению с представлениями божеств как субъектов притязания на это поведение»131. Сейчас такая двойственность устранена: религия по факту, нравственность с точки зрения формального отмежевания юридического от неюридического, доюридического. Но проблема остается. Личностно- цснностнмс аспекты права, его содержательная сторона (определение его предназначения, сущности как социальной ценности в точном смысле этого слова) из него ушли.

Как подчеркивал ученый, ходячее определение права основано на взгляде на него как на принудительные нормы, пользующиеся признанием и защитой со стороны государства, то есть «право есть совокупность действующих в государстве принудительных норм. Из чего вытекает, что государство есть единственный источник права». Такое определение, по мнению Л.И. Петражнцкого, «особенно неудачно, т.е. не подходит не

Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нраветвснностн. СПб.. 2000. С. 85-

86.

14 Socilogy of Leon Pcirazyx:ki. P. 114. только к международному праву и вообще к тем видам права, которые не пользуются официальным признанием, но даже официальному праву, поскольку оно, как, например, народные юридические обычаи, создается не государственной властью. Оно относится только к государственным законам, а не претендует на определение права вообще»93.

Л.И.

Но, пройдя стадию «признания государством», право остается правом «только в голове», правом-притязанием. Ответ на это еще одно «расслоение» права в доктрине Л.И. Петражицкого следующий. Критикуя позицию Д.Д. Гримма, он пишет: «Преимущество этой формулы... в том, что она ясно исключает недоразумение, будто требуется знание и особое признание... каждой отдельной нормы со стороны государственной власти... Недостатком является то, что она выдвигает форму образования норм, игнорируя содержание. Государство не признает обыкновенно норм, противных по содержанию... государственному порядку и т.д., хотя бы они и отвечали условию «признанной органами государственной власти формы образования обязательных норм»94.

Л.И. Петражицкий по-настоящему бросил вызов юридической науке. «Вводя в понятие существа права случайный признак того или иного отношения к нему государства и принимая этот признак за существенный, - отмечал Л.И. Петражицкий, - наука сбивается на ложный путь; исходя из сложного произвольного комплекса юридических явлений...

Б.А. Кистяковский, создавая свою, пожалуй, самую основательную для того времени плюралистическую теорию права, существенное внимание уделял методологическому разбору существующих подходов к праву. В частности, он, как и Л.И. Петражицкий, выделяет четыре подхода. Первый - государственно-повелительный. Его порок - в исключении из понятия права международного права, а также правовых отношений. Второй - понятие права как совокупности норм и правоотношений (которое ему, как и Л.И. Пстражицкому ближе).

Правоотношения не сводятся к следствию правовых норм. Такое *

социологическое понятие права шире государственно-повелительного. Его недостаток - в игнорировании отчасти правотворческой роли государства.

Третье направление (которое ни Б.А. Кистяковский, ни другие ученые-юристы, находясь в рамках того видения, о котором говорил Л.И.Петражицкий, не связывали с начавшимися социологическими поисками и выделяли отдельно) - соотнесение права с психическими переживаниями долга и обязанности, которые имеют императивно- атрибутивный характер. К данному течению он относил Л.И.11етражнцкого и его последователей - Г.А. Иванова и П.Е. Михайлова. По мнению К.А. Кистяковского, здесь определение давалось фактически не праву, а правовой психологии. И это верно, но с оговоркой, что в теории Петражнцкого правосознание непосредственно вводилось в понятие права.

Четвертое направление - нормативистское.

Похожую классификацию предлагал П.И. Новгородцев. Он рассматривал право как явление: во-первых, исторического и социального; во-вторых, внутренне-психологического; в-третьих, нормативно- этического порядков. В соответствии с этим он различал три стадии изучения права: с точки зрения догматико-юридичсской, психологической и философско-этической (И. Кант, Г. Гегель). «Право, - подчеркивал П.И.Новгородцев, - есть результат борьбы различных общественных сил - сложный продукт их взаимодействия. Отражая на себе следы этой борьбы и этого взаимодействия, оно никогда не может быть ни строго логическим, ни вполне совершенным»98. Хотя социологическое исследование формально не выделяется, фактически ставится вопрос о социальной обусловленности права. В этой классификации, как видно, используется другой классификационный критерий - стадиальный, по мере удаления от правовой периферии к сущностным моментам. Таким образом, если Б.А.Кистяковский показывал «статику» права, то П.И. Новгородцев демонстрировал его «динамику»: движение от частного к общему. Л.И.Петражицкий же находился одновременно на уровне «периферии» и «центра», «статики» и «динамики», то есть намеренно онтологизировал существо проблемы99.

Л.И. Петражицкий, в свою очередь, выделяет, следующие основные теории: государственные, принуждения, общей воли и утилитарные.

Государственные теории (представители - Д.Д. Гримм, Leonhard). Право здесь рассматривается как принудительные нормы, пользующиеся признанием и защитой со стороны государства. «Ходячее определение права, - творит Р. Иеринг, гласит: право есть совокупность действующих в государстве принудительных норм, государство - единственный источник права»100.

Теории принуждения (представители - Р. Иеринг101, Л. Меркель, Г.Ф. Шершеневич). В данных теориях нормам права приписывается свойство принудительности (Zwangsnormen, Erzwingbarkcit), сила принуждения; или право рассматривается как явление, состоящее из двух элементов; норм и принуждения.

Теория общей воли в ее разновидностях (представители - Т. Гоббс, К. Савиньи, Г. Пухта, О. Гирке). Л.И. Петражицкий критикует данную теорию, сомневается в ее научной достоверности, т.к. понимание права как «общей волн», «выражения общей воли» может быть расценено как «общая воля» отправиться на прогулку, совершить кражу, разбой и т.п. Но с другой стороны, отмечает Л.И. Петражицкий, «всякое право представляет «общую волю» членов правового общения, например, все законное право данного государства представляет «общую волю всех граждан»102.

Утилитарные теории - это теории общелиберальной направленности, «теории, усматривающие существо права в том, что оно устанавливает... свободу, содержит совмещение свободы одних со свободой других, начала разграничения сфер свободы и т.п., или в том, что оно обеспечивает мир103, представляет порядок мира, или в том, что оно есть совокупное! ь условий достижения разумных целей жизни, осуществления жизненных благ, совмещения свободы и равенства, представления средств обеспечения жизненных условий существования общества и проч.»104. Как видно, он «идет» последовательно от государства к обществу, и человеку как центру.

С этой точки зрения теория права Л.И. Петражицкого имеет общелиберальную направленность, если под либерализмом понимать не знание и его отрасли, а применяемый им способ освоения правовой действительности, в частности, и действительности как таковой в целом: от человека, через человека и его свободу105. А свобода всегда была и будет рассматриваться в контексте взаимоотношений с правом. Право и свобода находятся в постоянном движении, взаимодействии, сдерживании и балансировании действий, поступков личности. Они являются показателями развития общесгва, обеспечением прав и свобод личности, поскольку взаимоотношение права и свободы - всегда являлось «лакмусовой бумагой» для определения положения личности в обществе и отношение государства к своим гражданам. Поэтому такой либеральный способ освоения действительности, который был предложен в теории Л.И.Петражицкого, является актуальным и весьма значимым и сегодня, в наше непростое время.

Таким образом, в результате анализа теоретико-методологических предпосылок формирования психологической теории права можно заключить следующее.

Зарождение и становление психологической теории права происходило на основе более широкого, чем это обычно принято считать, спектра идей, принадлежавших различным правовым школам и направлениям, развивавшимся в мировом правоведении в конце XIX - начале XX веков, а именно: естественно-правовой доктрине; юридическому позитивизму и нормативизму; социологическим концепциям иравопоинмания; правовому натурализму и психологизму; теории «нравственного чувства»; этическим теориям и направлениям в праве; другим, близким названным научным направлениям. Но не только сплав теоретических идей вызвал к жизни психологическое направление в правоведении, необходимость рассматривать психологию как один из источников права была продиктована усложнившейся на рубеже столетий юридической практикой.

Л.И. Петражицкий осуществил попытку дать ценностное обоснование права с точки зрения нравственной позиции самого человека, его религиозных установок, обычаев, устойчивых социальных стереотипов поведения, не акцентируясь на велениях и нормах, установленных государством. Ученый предложил устранить предлагаемое юридическим позитивизмом деление права на естественное и позитивное и использовать структурирование права на интуитивное и позитивное, определить истинную природу права, включающую в себя и объективное и субъективное право и разрешающую противоречия между ними.