<<
>>

3.3. Отказ от исполнения договора о суррогатном материнстве

Гражданским кодексом Российской Федерации установлен принцип недопустимости произвольного отказа от исполнения обязательств.

Ст. 310 Гражданского кодекса РФ гласит: «Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также н случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства».

В соответствии с п. 3 ст. 450 Гражданского кодекса РФ в случае, если это допускается законом или соглашением сторон, односторонний отказ от исполнения договора полностью или частично приводит к тому, что договор считается соответственно измененным или расторгнутым.

То есть односторонний отказ от исполнения обязательств и односторонне изменение его условий не допускаются, кроме случаев, предусмотренных в законе. В силу этого любой отказ основан на законной оговорке, а не на договоре.

Особенность договора возмездного оказания услуг относится к возможности одностороннего отказа от исполнения.

В связи с этим следует проанализировать возможность отказа от договора суррогатной матери и генетических родителей и их гражданско- правовую ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору.

По мнению А.А.Мирошника, глава 39 Гражданского кодекса Российской Федерации дает лишь очень обобщенное регулирование соответствующих отношений ввиду значительного разнообразия оказываемых услуг162. Специфика ответственности, по всей видимости, должна быть отражена в специальном законодательстве, посвященном тому или иному виду услуг.

Согласно п. I ст. 782 Гражданского кодекса РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Отказ от исполнения договора генетическими родителями может выражаться как в отказе оплатить суррогатной матери стоимость договора, так и в отказе забрать ребенка.

Компенсация расходов суррогатной матери в случае отказа генетических родителей от договора не является мерой ответственности. Указанные действия могут быть определены скорее как возврат сторон в первоначальное положение, когда в силу невозможности возвратить полученное в натуре другой стороне предписывается выплатить денежную компенсацию.

Данная норма представляет собой исключение из общего правила прекращения или изменения договоров, согласно которому для прекращения действия договора требуется обращение в суд. В данном случае заказчику предоставляется право, которым он может самостоятельно распорядиться без необходимости получения судебного решения. При этом отказ заказчика от договора не связан с нарушениями обязательств со стороны исполнителя.

Гражданский кодекс не уточняет обстоятельств, при которых заказчик вправе это сделать. Например, не определен период времени, в течение которого возможен такой отказ. По всей видимости, он может быть сделан в любое время, как до начала оказания услуги, так и в процессе.

Как отмечает А.А.Мирошник, такой подход представляется правильным, поскольку нельзя заставить лицо потребить услугу, которая ему не нужна.

Однако в случае с суррогатным материнством с такой позицией вряд ли можно согласиться, поскольку возмещение фактически понесенных расходов суррогатной матери в случае отказа генетических родителей от рожденного для них ребенка вряд ли можно рассматривать в

качестве адекватной меры защиты прав исполнителя.

Случай отказа заказчиков от еще не рожденного ребенка наблюдался в одной из российских клиник.

Как указывают авторы очерка о программе «Суррогатное материнство», «по настоятельной просьбе генетических родителей, в связи с изменившимися социальными обстоятельствами и с согласия суррогатной материи беременность была прервана в 10/11 недель в одном случае»163. Можно сказать, что это всего лишь один случай. Но надо учитывать, что он был один на 22 обращения, а это составляет уже почти 5 %.

Следует согласиться с мнением Л.Л.Мирошника в том, что в случае отказа генетических родителей от ребенка в связи с неправомерными действиями исполнителя, такой отказ неправильно квалифицировать по ст. 782 Гражданского кодекса РФ, так как в этом случае возмещение суррогатной матери поиссснных ею фактических затрат будет нелогичным и несправедливым. Отказ заказчика в случае нарушений со стороны исполнителя условий договора представляет собой соответствующую реакцию на правонарушение и не должен повлечь для заказчика никаких неблагоприятных последствий. А такие последствия предусмотрены ст. 782 Гражданского кодекса РФ. В случае неправомерного поведения суррогатной матери для заказчика единственным выходом согласно действующему законодательству является возможность расторгнуть договор в судебном порядке (п. 2 ст. 450 Гражданского кодекса РФ) по причине существенного нарушения договора исполнителем.

Если обратиться к нормам права, то поскольку обязанность генетических родителей забрать ребенка у суррогатной матери на законодательном уровне не прописана, то и ответственность по ст. 393 Гражданского кодекса РФ о взыскании с них убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, к ним применить нельзя. Отказ генетических родителей от рожденного для них ребенка укладывается в рамки понятия «отказ от договора», за который ответственность не наступает.

Видится возможным дополнить п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса РФ, изложив его в следующей редакции: «Если иное не предусмотрено договором, заказчик вправе отказаться от исполнения договора при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов».

Тогда в случае отказа генетических родителей от рожденного для них ребенка к ним можно будет применять нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за неисполнение обязательства, то есть с них можно будет взыскивать не только фактически понесенные суррогатной матерью расходы, но и расходы, которые она будет вынуждена нести в будущем на содержание ребенка до наступления им совершеннолетия.

По мнению Г.Б. Романовского, рождение ребенка в данном случае следует рассматривать как вред в гражданско-правовом смысле, причиненный суррогатной матери164.

В случае отказа заказчиков оплатить услуги суррогатной матери или медицинскому учреждению будут действовать нормы главы 25 Гражданского кодекса РФ.

Следуя статье 401 Гражданского кодекса РФ, статья 781 ставит последствия обнаружившейся невозможности исполнения для сторон в зависимость от наличия в том их вины. Соответственно пункт 2 статьи 781 Гражданского кодекса РФ выделяет случай, при котором невозможность исполнения обязательства по оказанию услуг возникла по вине заказчика. Тогда на него возлагаются все последствия такой невозможности, которые состоят в обязанности заказчика оплатить услуги в полном объеме. Такая обязанность представляет собой не самый долг, а ответственность за нарушение обязательства165.

При смешанной вине, то есть при вине обеих сторон, вступает в действие ст. 404 Гражданского кодекса РФ. В подобных случаях суд может обязать ответчика уплатить исполнителю указанную в договоре стоимость лишь частично.

В случае, когда невозможность исполнения возникла по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает, будет действовать п. 3 ст. 781 Гражданского кодекса РФ, согласно которому заказчик будет возмещать исполнителю фактически понссснныс им расходы, если иное не предусмотрено законом или договором.

Ст. 781 Гражданского кодекса РФ оставляет открытым вопрос о последствиях третьего случая невозможности исполнения: когда она возникла по вине самого исполнителя. Например, суррогатная мать вынуждена прервать беременность по медицинским показаниям, поскольку не следовала указаниям врачей. В этом случае, если иное не предусмотрено в законе или договоре, исполнитель полностью утрачивает право на выплату вознаграждения, а если ранее был выплачен аванс, то он должен быть возвращен.

Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет право отказа от договора и исполнителя. Согласно п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

При этом следует обратить внимание на их характер: в отличие от компенсационных убытков, вызванных необходимостью компенсировать порожденные нарушением договора последствия, в данном случае подразумеваются прежде всего убытки, аналогичные тем, которые имеют

основанием незаключение договора166.

В их состав будут входить затраты на проведение ЭКО, денежная сумма, выплаченная генетическими родителями суррогатной матери, транспортные расходы и т. д. По мнению диссертанта, представляется возможным и взыскание морального вреда с суррогатной матери в пользу генетических родителей за причиненные им нравственные переживания. Хотя, с точки зрения закона, суррогатная мать имеет право оставить ребенка себе, и поскольку этим своим решением она не совершает правонарушение, не нарушает личные неимущественные права заказчиков и не посягает на принадлежащие им другие нематериальные права, то и ко взысканию морального вреда ее привлечь нельзя. Также следует учитывать, что моральный вред компенсируется только при наличии вины причинителя вреда. Исключения составляют случаи, прямо предусмотренные нормами права (если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; в случае незаконного осуждения гражданина, незаконного привлечения em к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, если вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, а также в иных случаях, предусмотренных законом (ст. 110 Гражданского кодекса РФ).

Рассматриваемая ситуация не подпадает под исключения, предусмотренные законом. По мнению Г.Б. Романовского, генетические родители не вправе принудить суррогатную мать доносить беременность, если последняя передумает. По его мнению, к отношениям, возникающим между суррогатной матерью и медицинским учреждением, применим режим медицинского эксперимента, когда женщина согласно статьи 43 Основ об охране здоровья граждан вправе на любой стадии отказаться от него167.

Из анализа п. 4 ст. 51 Семейного кодекса РФ следует, что суррогатная мать может в любое время до внесения записи в книгу ЗАГС изменить свое решение о передаче ребенка заказчикам. Вины в этом се поступке не будет.

Таким образом, устанавливать ответственность по отношению к суррогатной матери за ее право оставить ребенка себе нет законных оснований.

Если законодатель счел правильным установление возможности исполнителя на односторонний отказ от договора, необходимо предусмотреть механизм ограничения такого правоположения. Для этого достаточно дополнить и. 2 ст. 782 Гражданского кодекса РФ, изложив его в следующей редакции: «Если иное не предусмотрено договором, исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг при условии полного возмещения заказчику убытков».

При такой формулировке п. 2 ст. 782 Гражданского кодекса РФ в договоре с суррогатной матерыо можно будет предусмотреть для нее штрафные санкции в случае отказа от исполнения договора.

Предоставляя обеим сторонам договора возмездного оказания услуг право отказаться от него, Кодекс проявляет разное отношение к сторонам. Речь идет о том, что под особой защитой оказывается заказчик. Если он откажется от договора, неблагоприятные последствия этого ограничиваются необходимостью возместить понесенные исполнителем расходы. Напротив, если в роли отказавшейся стороны выступает исполнитель, ему придется возместить заказчик}' убытки в полном объеме. Риск для супругов не ограничивается только возможностью отказа суррогатной матери передать ребенка. Их может ожидать и рождение больного малыша.

Требования к суррогатным матерям предъявляются достаточно жесткие: крепкое здоровье, удачный опыт беременности, стабильная личная жизнь, верхняя возрастная планка до 35 лет. Несмотря на это, иногда случается, что в результате искусственного оплодотворения рождается больной ребенок. Генетические родители и суррогатная мать здоровы, а ребенок болен. Кто должен нести ответственность в этом случае?

В судебной практике появились дела, в которых предмет спора возник в связи с отказом «потребителей» взять ребенка от суррогатной матери на том основании, что «дитя не является вполне здоровым, а слегка повреждено».

Если в рождении больного ребенка виновата суррогатная мать, то представляется возможным в договоре предусмотреть возможность возложения на нее материальной ответственности перед родителями в виде обязанности выплачивать ежемесячно определенную денежную сумму до достижения ребенком совершеннолетия.

В случае рождения мертвого ребенка по вине суррогатной матери в договоре следует предусмотреть ее обязанность возвратить фактически понесенные супругами расходы на проведение ЭКО и денежные суммы, полученные сю от заказчиков в период беременности. Видится возможным и взыскание с суррогатной матери морального вреда.

Рассматривая вопрос об ответственности медицинских работников за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора, следует отметить, что существует несколько мнений о правовой природе отношений, которые складываются между медицинским учреждением и пациентом. Сторонники теории административного договора относят к его особенностям неравноправное положение сторон, регулирование отношений актами органов государственного управления, административную ответственность за неисполнение договорных условий и рассмотрение споров, как правило, в административном порядке.

По мнению диссертанта, теория административного договора неприменима к отношениям по оказанию гражданам медицинских услуг.

Ст. 8 Гражданского кодекса РФ предусматривает возникновение гражданских прав и обязанностей не только из договоров и сделок, предусмотренных законом, но также из договоров и сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. Следовательно, и отношения, возникающие между медицинским учреждением и пациентом, также можно признать 1ражданско-правовыми. Данные отношения характеризуются равноправием сторон, а не подчинением одной стороны отношений (пациента) другой стороне (лечебному учреждению).

Супруга, заключая договор с медицинским учреждением, зачастую исключают вероятность рождения больного ребенка и не включают соответствующих условий в договор.

Могут ли в этом случае супруги или суррогатная мать (в случае, если она отказалась передавать ребенка генетическим родителям) требовать привлечения к гражданско-правовой ответственности меди ци иски х работ1 \ и ков?

Представляется, что в случае вины медиков эта проблема должна быть решена положительно. Медицинское учреждение обязано использовать все знания и опыт, проверять всесторонне как будущую суррогатную мать, так и супругов. Они должны быть обследованы на предмет физического и психического здоровья, наследственных заболеваний и многого другого, имеющего значение для рождения здорового ребенка. ЭКО - дорогостоящая процедура с высоким процентом отрицательных результатов. Пациенты испытывают достаточно тяжелую психологическую травму из-за отсутствия желаемого результата. Негативные эмоции, связанные с неудачей, крушением надежд порождают неудовлетворенность. В этой ситуации нечеткость договорных обязательств, любые недочеты в организации работы, отсутствие должного контакта с пациентами могут послужить поводом для поиска ими причины неудачи в некачественном, ненадлежащем исполнении услуги и для требования компенсировать материальный и моральный вред. Ситуация осложняется тем, что в нашей стране отсутствуют стандарты, определяющие надлежащий уровень оказания медицинской помощи вообще и в области вспомогательных репродуктивных технологий в частности. По этой причине содержание договора, качество медицинской документации приобретают особое значение.

Медицинские услуги, как и целый ряд других видов услуг, например, юридических, не сопровождаются предоставлением каких-либо гарантий. Пациент должен допускать фактор риска, то есть иметь в виду, что данный вид услуг не гарантирует стопроцентного достижения результата (рождение здорового ребенка).

По завершении медицинской услуги может наступить излечение, улучшение состояния, не произойти никаких изменений. Эффект лечения может наступить не сразу, а через какое-то время. Возможен и наиболее «плохой» вариант для обеих сторон возмездного договора - причинение вреда.

Понятие вреда означает уменьшение состояния имущества потерпевшего, которое находится в причинной связи с противоправным действием или состоянием. Если соотнести это определение с рассматриваемой проблемой, то такое уменьшение имущества определяется суммой средств, расходуемых па содержание и заботу о больном ребенке.

При этом возникает несколько правоотношений. Одно из них заключается в праве родителей на возмещение повышенных расходов на осуществление ухода за неполноценным ребенком. Второе правоотношение имеет место между медицинским учреждением и самим ребенком, у которого вследствие вреда, причиненного здоровью, возникает право на денежную компенсацию за повреждение здоровья или же за усложнение социальной адаптации.

То есть за рождение ребенка, физически или умственно неполноценного по вине врачей, медицинское учреждение должно нести ответственность перед супругами в соответствии со ст. 16 Правил предоставления платных медицинских услуг населению медицинскими учреждениями, утвержденными постановлением правительства РФ от 13.01.96 № 27168. Л пациент, не удовлетворенный результатами лечения, за защитой своих интересов может обратиться в суд. В таком случае исполнитель становится ответчиком, а единственным источником доказательств надлежащего или ненадлежащего выполнения услуги будет медицинская документация.

Если супруги будут согласны воспитывать больного ребенка, то предполагается, что медицинское учреждение будет обязано компенсировать затраты на содержание ребенка в течение всей его жизни. Кроме того, родители имеют полное право на компенсацию морального вреда, поскольку иметь больного ребенка - это большая психическая и моральная травма.

Медицинское учреждение будет отвечать не за любой, а только за причиненный им вред. Отсутствие причинной связи между искусственным оплодотворением и наступившими вредными последствиями, выразившимися в причинении вреда здоровью женщины или ребенка, исключают ответственность медиков, так как это означает, что вред явился следствием не его противоправного поведения, а вызван действием других причин.

То есть в случае если ребенок родился больным без вины врачей и суррогатной матери, представляется, что никто не будет нести ответственности. Ведь в соответствии со ст. 19 тех же Правил медицинское учреждение освобождается от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение платной медицинской услуги, если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Причем ответственность медицинское учреждение будет нести независимо от того, причинен вред умышленно или по неосторожности (в случае отсутствия в поведении медицинского работника должной внимательности и осмотрительности).

Например, в результате ошибки медиков возможно рождение ребенка с использованием репродуктивных тканей не генетических родителей.

Так, в Голландии у супругов Вилмы и Виллема Стюарт родилась разноцветная тройня. Тест на ДНК показал, что один из детей является ребенком Стюартов, а чернокожий ребенок их генетическим сыном не являлся169.

По мнению диссертанта, в данном случае заказчики должны иметь право на компенсацию морального вреда в порядке ст. 151 ГК РФ. Вина врачей налицо, также как налицо и причинение генетическим родителям нравственных переживаний.

Важная особенность вины как условия гражданско-правовой ответственности состоит в том, что ни форма вины, ни ее степень, по общему правилу, не влияют на размер ответственности и квалификацию правонарушения.

В соответствии с п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Примером может служить случай, когда родители утаили данные при их генетическом обследовании перед применением искусственных методов репродукции, вследствие чего родился ребенок с генетической патологией.

Что касается рождения мертвого ребенка, пусть даже и по вине врачей, то, по мнению некоторых авторов, медицинское учреждение не должно будет нести ответственность. Поскольку человек становится объектом правовой охраны с момента его рождения, и плод не является частью тела, то он не может быть обеспечен правовой охраной170. С точки зрения юридической ответственности здесь имеет место противоправное действие, но отсутствует противоправный результат, так как эмбрион в настоящее время не обладает статусом вещи, и, следовательно, на него не может распространяться ответственность за причинение вреда имуществу. Кроме того, поскольку ребенок не родился, нельзя говорить и о повреждении здоровья либо о смерти человека. Из этого можно сделать вывод, что юридическая ответственность не возникает.

Однако диссертант не соглашается с этими выводами и поддерживает точку зрения Е.В.Григорович, Я.Дргоица и П.Холлендера о том, что понятие вреда должно быть распространено и на охрану человеческого зародыша171.

Повреждение плода следовало бы считать основанием субъективной ответственности в случае виновных, противоправных действий, допущенных медиками при ЭКО. Целью правового регулирования охраны человеческого плода при применении искусственного оплодотворения является преодоление бесплодия родителей, этому должно соответствовать и требование правовой охраны плода.

Вполне обоснованно будет возложить ответственность на медицинское учреждение либо на отдельных его работников в случае заражения суррогатной матери или генетических родителей какой-либо инфекцией в процессе имплантации эмбриона как за вред, причиненный здоровью.

В ходе рассмотрения иска к клинике в суде принципиально важными являются ответы на вопросы: 1.

На что рассчитывал потребитель и что выполнил исполнитель? 2.

Чего достиг исполнитель по сравнению с тем, чего он мог достигнуть при надлежащем исполнении взятых на себя обязательств? 3.

Имеются ли нарушения прав и законных интересов потребителя?

Практика разбирательства подобных дел относительно невелика.

Судьи и юристы только набирают опыт. Исключительно значимой является роль эксперта, но в этой области экспертных институтов пока нет.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ172 каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд оценивает только имеющиеся в деле доказательства, то есть только документы, представленные сторонами или истребованные по их ходатайствам судом. В суд обращается активный пациент, считающий свои права нарушенными. Он консультируется у юриста, обосновывает исковое требование и подготавливает необходимые документы. Словесные аргументы ответчика, при отсутствии документальных доказательств, будут для суда неубедительными.

Таким образом, документальное оформление отношений с пациентами становится чрезвычайно важной задачей. При разборе конфликтной ситуации договор с пациентом является одним из самых важных документов.

В последнее время в научной литературе высказываются суждения об отнесении отдельных видов медицинской деятельности к источникам повышенной опасности, если они соответствуют признакам «источника Мб

повышенной опасности», то есть являются деятельностью, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны медицинских работников173. Такой способ медицинского вмешательства, как ЭКО, представляет собой повышенную степень обоснованного профессионального риска, поскольку зачастую сопровождается объективным вредоносным эффектом как в отношении суррогатной матери (в большей степени), так и в отношении генетических родителей (в меньшей степени). Такие особенности проведения ЭКО должны быть учтены законодателем в целях обеспечения необходимой правовой защиты как пациента, так и исполнителя медицинской услуги174.

<< | >>
Источник: Митрякова Е. С.. Правовое регулирование суррогатного материнства в России. 2006

Еще по теме 3.3. Отказ от исполнения договора о суррогатном материнстве:

  1. 1.2. Субъектный состав договора суррогатного материнства
  2. 2.1. Понятие и правовая природа договора суррогатного материнства
  3. 2.2. Содержание договора суррогатного материнства. Ответственность сторон
  4. § 2.3. Исполнение договора поставки, проблемы его применения с позиции современного законодательства
  5. (5) Отказ от исполнения сделок должника
  6. 19.3. Исполнение договора купли-продажи и ответственность сторон за его неисполнение
  7. Статья 780. Исполнение договора возмездного оказания услуг
  8. Статья 483. Извещение продавца о ненадлежащем исполнении договора купли- продажи
  9. Статья 523. Односторонний отказ от исполнения договора поставки
  10. Статья 782. Односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг
  11. 1.1. Понятие суррогатного материнства
  12. 13. Источники правового регулировании суррогатного материнства в России и за рубежом
  13. 2.2. Форма договора о суррогатном материнстве, его участники и порядок заключении
  14. ГЛАВА 3. ИСПОЛНЕНИЕ ДОГОВОРА О СУРРОГАТНОМ МАТЕРИНТСВЕ
  15. 3.2. Установление происхождении детей при суррогатном материнстве
  16. 3.3. Отказ от исполнения договора о суррогатном материнстве
  17. Глава 4. КАК РЕГУЛИРУЕТСЯ СУРРОГАТНОЕ МАТЕРИНСТВО В ЗАРУБЕЖНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
  18. Глава 6. ДОГОВОР О СУРРОГАТНОМ МАТЕРИНСТВЕ
  19. 2.2.3. Односторонний отказ от исполнения договора
  20. 8. Односторонний отказ от исполнения Договора
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -