32. ОТКРЫТИЕ НОВЫХ СОВЕТОВ

С 1904 года, т.е. спустя тридцать лет после временного приостановления,

началось открытие новых Советов присяжных поверенных. Ближайшим

поводом к этому послужило, по-видимому, случайное обстоятельство.

1903 году решено было создать новый судебный округ в Новочеркасске,

принадлежавшем до того к харьковскому судебному округу. В Новочеркасске уже с 1877 г. существовало отделение Совета присяжных поверенных харьковской Судебной Палаты. Так как с открытием самостоятельного

округа отделение Совета не могло бы дальше существовать, а открытие

новых Советов было приостановлено, то новочеркасские присяжные поверенные вошли с ходатайством к министру юстиции Н.В. Муравьеву, который оказал ему поддержку. 21 июля 1904 г. последовало Высочайшее

повеление об открытии Совета при новочеркасской Судебной Палате. Когда

же вслед засим депутация от нового Совета явилась к Н.В. Муравьеву,

чтобы поблагодарить за поддержку, то министр сказал, между прочим,

что, по его мнению, только при наличности самоуправления адвокатура

может достойно нести свои обязанности, и что он, министр, намерен войти

с ходатайством о повсеместном в империи открытии Советов . Слова министра реализовались не вполне, еще и до сих пор не во всех судебных

округах открыты Советы присяжных поверенных, но в том же 1904 году

(10 ноября) состоялось Высочайшее повеление об открытии Советов присяжных поверенных в округах казанской, одесской, саратовской Судебных

Палат, а еще через две недели, 24 ноября, состоялось Высочайшее повеление

об открытии Советов при иркутской и омской Судебных Палатах.

Из всего, что сказано выше, неоспоримо явствует, что момент для открытия новых Советов выбран был неподходящий. То было время исключительное, время бурных и быстро сменявшихся переживаний, меньше всего

пригодное для правильного и планомерного строительства.

задачами, в разрешении которых адвокатура принимала видное участие, и

потому сословная жизнь не могла развиваться даже более или менее нормально. Отчеты всех Советов пестрят сообщениями о несостоявшихся собраниях. В Одессе, в общем собрании 1909 г., обвинялись именно одесские

присяжные поверенные, . . Вопрос этот обсуждался почти во всех Советах, но все предложения всегда были отклоняемы. Саратовское общее собрание попыталось разрубить гордиев узел.

В 1907 году собрание было объявлено председателем Совета несостоявшимся за отсутствием кворума. Собрание, однако, признало себя состоявшимся. Совет назначил второе собрание, на которое тоже прибыло значительно меньше установленного кворума. Но собрание опять признало себя

состоявшимся и выбрало новый Совет. Судебная Палата и Правительствующий Сенат выборы отменили. А между тем зло абсентеизма все сильнее

укоренялось, и в 1914 г. несостоявшееся за отсутствием кворума общее

собрание постановило:

1) принять этически недопустимым поступком неприбытие присяжного

поверенного на общее собрание без уважительной причины;

2) рекомендовать Совету, возбуждая о лицах, не явившихся на собрание, дисциплинарное производство, усилить репрессивные меры, особенно

в отношении к присяжным поверенным, живущим в Саратове;

3) о причинах неявки на собрание запрашивать местные кабинеты присяжных поверенных (это постановление принято по предложению группы

тамбовских присяжных поверенных);

4) просить Совет печатать отчеты о своей деятельности, а в частности

и о дисциплинарных делах, каковые не печатались раньше за отсутствием

средств, а также напечатать свод наиболее интересных постановлений за

прежние годы.

Наряду с абсентеизмом все больше накапливались недоимки в сословных

сборах и стали принимать угрожающие размеры. . Сборы, - говорит казанский Совет, - поступают в такой степени неаккуратно, что представляется затруднительным

удовлетворять текущие потребности Совета по тем предметам, для которых

он назначен.

понять, что только при корпоративном устройстве присяжная адвокатура

может выполнить свое высокое общественное назначение, угрожает самому

существованию сословия>. Этот вопрос тоже служит предметом, можно

сказать, беспрерывного обсуждения с точки зрения принятия каких-либо

репрессивных мер, и точно так же никаких практических результатов отсюда

не получилось.

Такое же настроение царило и в молодой части адвокатуры. Открывая

в 1905 году первое общее собрание помощников присяжных поверенных

в Одессе, бывший председатель Совета О.Я. Пергамент во вступительной

речи сказал: . Так говорилось в 1905 г., а в 1908 г. отчет

комитета утверждает, что, . Здесь абсентеизм не чужд бьл даже

характера издевательства. В 1906 г. помощники решили организовать конференции, выработали программу, наметили руководителей, но уже на первых собраниях почти никого не было. Поэтому через два месяца было

созвано собрание, чтобы выяснить причины абсентеизма и либо прекратить

конференции, как неудавшуюся затею, либо принять меры. Собрание состоялось, и решено конференции посещать. Намечены были темы, выбраны

докладчики, но