ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования.

В результате проведенной в России реформы гражданского законодательства в правопорядок была введена категория «обход закона».

Понятие «обход закона» приобрело особое значение в современном договорном праве, обеспечивающем экономические отношения.

В Российской Федерации, следующей традициям континентального права, в котором закон всегда играл главенствующую роль, в последнее время отмечаются попытки снизить роль закона в целях выработки судебной практики, наиболее гибкой к текущим потребностям складывающихся экономических отношений. В связи с этим возникает еще одна, непосредственно сопряженная с обходом закона проблема подмены основных принципов, в частности, принципов добросовестности, свободы договора, справедливости и разумности, принципом экономической обоснованности, экономической целесообразности или полезности с точки зрения конкретного правоприменителя соответствующих положений гражданского законодательства.

Экономическая целесообразность как основа оценки законодательных положений достаточно давно зарекомендовала себя в качестве действенного критерия при осуществлении правоприменительной деятельности в западных государствах, в особенности в США. Американский подход к

современному гражданскому и торговому праву сформирован на основе доктрины экономического анализа права (economic analysis of law), а также доктрины процессуально-правовой недобросовестности (procedural unconscionability), которые приводят к принципиально иной системе оценок явлений, характеризуемых в отечественной доктрине гражданского права термином «обход закона».

Экономическая целесообразность законодательных положений постепенно начинает проявляться в отечественном гражданском праве и его важнейшей подотрасли - договорном праве. Разумеется, данные подход не соответствует ни традициям отечественного правоведения, ни существующей нормативной основе гражданского права. Формализация понятия «обход закона» в Гражданском кодексе Российской Федерации призвана, в частности, нивелировать эффект воздействия американских доктрин, активно воспринимаемых отечественным правопорядком, договорной и судебной практикой. Российское гражданское право имеет в своей основе иные категории, в том числе этические и нравственные, нежели прямая зависимость эффективности и востребованности закона от его экономической целесообразности. Частноправовые понятия гражданского права должны включать в себя в качестве основы принципы справедливости, добросовестности, нравственности и разумности. От того, насколько субъекты гражданского права будут защищены в своих договорных отношениях положениями закона, основанными на указанных категориях, в решающей степени зависит инвестиционный климат в стране. Экономическая целесообразность как фактор эффективности действующего закона должна иметь вторичный характер, на что неоднократно обращал

внимание профессор Е.А. Суханов, утверждавший, что «частноправовое регулирование должно основываться прежде всего на внеэкономических понятиях справедливости и нравственности и только потом учитывать экономические аспекты, поскольку даже в имущественном споре его стороны ждут от судьи справедливого решения конфликта, а не сокращения издержек»^[1].

Цели и задачи исследования.

Целью настоящего исследования является проведение комплексного сопоставительного анализа понятия сделок, совершаемых в обход закона в Российской Федерации и в США, для выявления их правовой природы, а также влияния англо-американского права на развитие указанного института в отечественном правопорядке.

Выбором указанной цели была предопределена необходимость решения следующих основных задач исследования:

1) проанализировать правовую природу понятия «обход закона» в Российской Федерации и США;

2) исследовать юридический феномен сделок, совершаемых в обход закона, в контексте соотношения с договорной дисциплиной в Российской Федерации и США;

3) исследовать реализацию основополагающих принципов права при совершении сделок в обход закона в Российской Федерации и США;

4) выявить закономерности развития правового регулирования, связанного с совершением сделок в обход закона в Российской Федерации;

5) проанализировать основные доктрины англо-американского права в области сделок, совершаемых в обход закона;

6) определить степень влияния англо-американского подхода о сделках, совершаемых в обход закона, применительно к отечественному

правопорядку;

7) разработать предложения по совершенствованию законодательства Российской Федерации по вопросам, рассматриваемым в работе, и практики его применения.

Степень разработанности проблемы.

Вопросы, связанные с исследованием понятия и видов «обхода закона», рассматривались многими дореволюционными и советскими авторами в их работах, посвященных более широкому кругу проблем. К числу ученых советского периода развития отечественного гражданского права и современных авторов, затрагивавших в своих исследованиях сущность «обхода закона», следует отнести Агаркова М.М., Безбаха В.В., Брагинского М.И., Братуся С.Н., Вавина Н.Г., Грибанова В.П., Витрянского В.В., Иоффе О.С., Красавчикова О.А., Кузнецова М.Н., Муранова А.И., Новицкого И.Б., Покровского И.А., Пучинского В.К., Суворова Е.Д., Суханова Е.А., Халфину Р.О. и др.

Вопросы обхода закона на доктринальном уровне рассматривались зарубежными учеными Geoffrey Buchanan, James Buchanan, D.J. Ibbetson, D. Calamari, J.M. Perillo, R.H. Graveson, Marvin A. Chirelstein, H. Pearson, R.A. Posner, A. Robert, H. Paul.

Объектом настоящего исследования являются общественные отношения, в рамках которых реализуются нормы законодательства о сделках, совершаемых в обход закона в Российской Федерации и США.

Предмет диссертационного исследования составляют нормы права Российской Федерации и США, относящиеся к сделкам, совершаемым в обход закона, закрепляющие их понятие и определяющие их юридическую сущность.

Методология диссертационного исследования.

Основным методом исследования, использованным в настоящей работе, выступает диалектический метод как способ объективного и

всестороннего познания. При подготовке исследования использовались также другие общенаучные методы познания, в том числе логический, функциональный, системный, исторический и др., а также сравнительно­правовой метод.

Теоретическую основу диссертации составили труды Безбаха В.В., Брагинского М.И., Братуся С.Н., Витрянского В.В., Иоффе О.С., Кузнецова М.Н., Новицкого И.Б., Покровского И.А., Пучинского В.К., Суханова Е.А. и других известных ученых.

Нормативную основу диссертационного исследования составили нормативные правовые акты Российской Федерации и США, устанавливающие правовую регламентацию отношений, связанных с совершением сделок в обход закона.

Эмпирическая основа диссертационного исследования включает судебную практику Верховного Суда Российской Федерации, арбитражных судов и судов общей юрисдикции, судебную практику судов США, материалы законопроектов и концепций совершенствования действующего законодательства Российской Федерации.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что диссертационная работа является первым комплексным исследованием правового регулирования, связанного с совершением действий в обход закона, и обусловленной совершением таких действий судебной практики в Российской Федерации и США. Новизна работы определяется ее содержанием и основными выводами, выносимыми на защиту и состоящими в следующем.

1. На основании обобщения существующих доктринальных подходов и судебной практики предлагается следующее определение понятия «обход закона»: «Обход закона - действия субъектов гражданского права, совершаемые с намерением не выполнять установленные законодательством требования или не применять иные установленные

законодательством положения без их непосредственного нарушения».

Предлагаемое определение учитывает обоснованные в работе выводы о том, что обход закона не может во всех случаях рассматриваться в качестве противоправного деяния, так как для признания действий по обходу закона правонарушением требуется установление дополнительных обстоятельств, связанных с намерениями осуществляющих их лиц и последствиями совершения таких действий.

2. В зависимости от правовых последствий сделок или иных действий,

связанных с обходом закона, предлагается разделить их на несколько категорий: во-первых, совершаемые в обход закона действия,

представляющие собой злоупотребление правом, способные причинить вред другим лицам или публичным интересам, во-вторых, действия, совершаемые в обход закона и представляющие собой злоупотребление правом, но не приводящие к причинению вреда другим лицам или публичным интересам, и в-третьих, действия, имеющие исключительно признаки совершения в обход закона при отсутствии злоупотребления правом.

Наличие последней категории, как показывается в работе, обусловлено пробелами или противоречиями в законодательстве, а также отсутствием в ряде случаев возможности для субъектов гражданского права удовлетворить свои законные интересы в установленном законодательством порядке.

3. Доказано, что совершение сделки или иного действия в обход закона может признаваться правонарушением только в том случае, если соответствующие действия субъектов гражданского права представляют собой злоупотребление правом и приводят или могут привести к причинению вреда публичным интересам либо правам и охраняемым законом интересам третьих лиц.

4. Обосновывается вывод о том, что критерий противоправности

целей при совершении обхода закона, используемый в пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве условия признания правонарушением действий, осуществляемых в обход закона, должен быть заменен совокупностью критериев злоупотребления правом и посягательства на публичные интересы или права третьих лиц.

Доказано, что использование критерия, связанного с наличием вреда или, по крайней мере, возможности его причинения публичным интересам либо физическим или юридическим лицам, позволяет закрепить в законодательстве объективное основание для оценки в качестве правонарушения действий субъектов гражданского права, связанных с обходом установленных законодательных требований.

5. Предлагается внести изменения в абзац первый пункта 1 и пункт 3 статьи 10 ГК РФ, изложив положения, относящиеся к правонарушению в форме обхода закона, по аналогии с определением ничтожной сделки в пункте 2 статьи 168 ГК РФ, в следующей редакции:

«1. Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона, представляющие собой злоупотребление правом и посягающие на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, а также злоупотребление правом путем иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав.»;

«3. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона, посягающих на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.».

6. Установлено, что буквальное толкование судом положений закона (принцип текстуализма) не способно обеспечить достаточный уровень превенции в отношении действий субъектов гражданского права по обходу

закона, при совершении которых последовательность законных сделок или иных осуществляемых субъектами действий может приводить к достижению незаконного результата. В связи с этим недостатки российского законодательного обеспечения прямого запрета обхода закона должны восполняться обобщением судебной практики, препятствующей возможности использования формальных положений закона для прикрытия обхода закона.

7. Доказано, что сделки, совершаемые в обход закона, не имеют характера притворности. Если для притворной сделки форма ее выражения полностью соответствует закону, прикрывая истинную волю сторон, то в сделках в обход закона стороны стремятся к достижению планируемого результата, обходя непосредственно предназначенные для использования правовые механизмы за счет использования других предоставляемых законодательством возможностей.

8. Сделан вывод о том, что законодательство не может предписывать субъектам гражданских правоотношений использование определенных правовых подходов с установлением запрета использования иных правовых институтов и запретить использование других способов реализации их интересов, поскольку в этом случае нарушается принцип диспозитивности гражданского права.

9. На основании проведенного исследования доказано, что доктринальные различия в толковании термина «обход закона» в российском праве и во многом аналогичных ему терминов «evasion of law» («уклонение от закона»), «circumvention of law» («обход закона») в праве США обусловлены различием правовых систем и применяемых правовых подходов.

Для российского права основой формирования законодательных норм является прежде всего принцип справедливости, в то время как право США исходит из необходимости учета экономической обоснованности, в связи с

чем обход закона, рассматриваемый в российском праве как деяние, противоречащее принципу справедливости, не анализируется в качестве такового в американском гражданском праве, основным предназначением которого признается обеспечение экономического оборота с использованием любых правовых способов, допускаемых законодательством.

10. Доказывается, что несмотря на невозможность непосредственного использования американских правовых доктрин в российской судебной практике ввиду их прямого противоречия основам российского гражданского права, они могут служить основой для выработки отдельных компенсационных мер законодательного и судебного характера, подобных тем, которые имеются в торговом и гражданском праве США: институт эстоппель, доктрина материально-правовой недобросовестности (substantive unconscionability), доктрина гибридной (или смешанной) недобросовестности (hybrid unconscionability), поскольку система американских судебных доктрин, будучи гибкой в отношении толкования действий субъектов, эффективно защищает интересы участников сделок от обхода закона их контрагентами.

11. Сделан вывод о том, что доктринальное понятие договорной дисциплины в российском гражданском праве не предполагает запрета на совершение контрагентом действий с целью избежать требований закона или исполнения обязательств по договору, и, следовательно, не устанавливает обязанности воздержаться от действий, представляющих обход закона. Принятый в США подход, основанный на положениях доктрины «встречного удовлетворения», предполагает запрет любых действий контрагента по договору, включая направленные на обход закона, если их совершение может привести к тому, что встречное удовлетворение не будет предоставлено в том объеме или на тех условиях, на которые рассчитывала другая сторона при заключении договора.

Теоретическая и практическая значимость исследования заключаются в том, что полученные в ходе его проведения результаты могут служить основой для дальнейшего научного исследования проблем правового регулирования, связанного с обходом закона, использоваться для совершенствования законодательства Российской Федерации, в нормотворческой и правоприменительной деятельности, а также в процессе преподавания гражданского, предпринимательского и международного частного права.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре гражданского права и процесса и международного частного права юридического института ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов». Основные теоретические выводы и практические рекомендации, выработанные в ходе диссертационного исследования, изложены в научных публикациях диссертанта. Результаты исследования апробированы автором при обсуждении на кафедре, а также в процессе предоставления правовых консультаций.

Структура диссертации.

Диссертация состоит из введения, трех глав, содержащих шесть параграфов, заключения и библиографии.