Политические аспекты.

Власть характеризуется силой принуждения. При прочих равных условиях в глазах обывателя более авторитетным выглядит тот президент, который является сторонником жестких силовых, решительных мер противодействия преступности.

Очевидно, что уголовная политика должна быть эффективной и обеспечивать реальную защиту личности, общества и государства от преступных посягательств. При предъявлении такого высокого требования к власти необходимо признать за ней право на использование соответствующих мер, которые способствовали бы его полноценному выполнению. В таких условиях и с учетом той степени опасности, которую несет современная организованная, вооруженная преступность, лишение преступников жизни выглядит вполне обоснованно. Естественно, это касается лишь определенной категории преступников и вполне конкретных ситуаций, при которых происходит ликвидация.

Особый резонанс вызывают известия о гибели лидеров чеченских боевиков (полевых командиров). Приведем краткую хронологическую справку, в основу которой положены материалы программы «Военная тайна» (13 марта 2005 г., канал REN–TV).

Джохар Дудаев – убит в апреле 1996 г. Спецслужбам удалось запеленговать сигнал его спутникового телефона, и по этому месту был нанесен ракетный удар с самолета. Закрытым Указом бывшего Президента РФ Б.Н. Ельцина нескольким военным летчикам были присвоены звания «Герой России».

Салман Радуев – задержан в марте 2000 г. 25 декабря 2001 г. Верховный суд Республики Дагестан признал его виновным в совершении целого ряда преступлений и приговорил к пожизненному лишению свободы. 14 декабря 2002 г. Радуев умер в соликамской колонии «Белый лебедь» в результате обширного кровоизлияния и поражения легких, почек и других органов.

Эмир Хаттаб – ликвидирован в марте 2002 г. Есть версия, что он был отравлен одним из доверенных лиц в результате успешной операции российских спецслужб. Однако труп осмотрен не был, и юридического подтверждения смерти Хаттаба нет.

Руслан Гелаев – убит в марте 2004 г. в перестрелке с пограничным нарядом в горах Дагестана. В городе Махачкале была проведена экспертиза трупа, которая подтвердила личность погибшего.

Зелимхан Яндарбиев – убит 13 февраля 2004 г. В Катаре была взорвана машина, в которой ехал Яндарбиев. О российском следе этого убийства спецслужбы Катара заговорили сразу и по подозрению в его совершении задержали трех сотрудников российского посольства (одного из них позже освободили). Двое других были признаны катарским судом виновными и приговорены к пожизненному лишению свободы. По утверждению катарской стороны, приказ о ликвидации Яндарбиева исходил от первых лиц Российской Федерации, от чего последняя, естественно, отказалась.

Аслан Масхадов – убит 8 марта 2005 г. в процессе проведения операции в поселке Толстой–юрт сотрудниками Центра специального назначения ФСБ России.

В рамках социологического исследования общественного мнения о терроризме, которое проводилось Саратовским центром по исследованию проблем организованной преступности и коррупции, респондентам был задан вопрос «Как Вы отнеслись к ликвидации А. Масхадова?». Были получены следующие результаты.

19,8% опрошенных ответили, что смерть лидера мятежников Масхадова – это самый большой успех Москвы в Чечне за последние годы.

2% респондентов указали, что с убийством Масхадова теракты на территории России прекратятся.

По мнению 37,7% участвовавших в анкетировании, смерть Масхадова может создать новые проблемы для Кремля, так как у чеченских боевиков появятся новые лидеры, более жестокие, чем Масхадов, чья гибель усилит позиции радикально настроенных полевых командиров, таких, как Шамиль Басаев.

3,6% опрошенных убеждены, что с гибелью Масхадова на политической сцене больше не осталось ни одного игрока, заинтересованного в переговорах с Россией.

6,9% респондентов заявили, что с убийством Масхадова рухнули и без того хрупкие надежды на мирное урегулирование 10–летнего конфликта.

4,5% участвовавших в анкетировании прогнозируют, что отныне ситуация на Кавказе и в Чечне грозит стать неуправляемой.

10,1% опрошенных считают, что уничтожение Масхадова – это переломный момент в войне на Кавказе.

6,5% респондентов утверждают, что ликвидация Масхадова лишит сепаратистское движение в Чечне широкой международной поддержки.

И, наконец, 16,2% участвовавших в анкетировании в графе «иное» указали, что после ликвидации Масхадова ничего не изменится и террористические акты не прекратятся78.

Физическая ликвидация активных участников незаконных вооруженных формирований в целом выглядит эффективным и политически оправданным средством борьбы с этим опасным проявлением преступности.