§ 5. Третий период истории становления института ответственности за совершение посягательств на отправление международного уголовного правосудия: 1993-1998 гг.

События, развернувшиеся на территории бывшей Югославии в 1992 г., способствовали окончательному осознанию международным сообществом того, что наиболее эффективным способом коллективного противодействия самым серьезными преступлениями является привлечение лиц, виновных в их совершении, к международной уголовной ответственности.

На деятельность этих трибуналов пришелся третий период в истории развития института ответственности за совершение посягательств на отправление международного уголовного правосудия. В их уставах о таких посягательствах ничего не говорится. Отсутствие уставных механизмов реагирования на посягательства на отправление правосудия и реальность угрозы их совершения обусловили широкое распространение в практике международных уголовных судов рассмотренной выше доктрины естественных полномочий для обоснования права наказывать такие посягательства без каких-либо указаний на наличие такого права в их уставе.

Третий период истории становления института ответственности за совершение посягательств на отправление международного уголовного правосудия - 1993-1998 гг.

Международный уголовный трибунал по бывшей Югославии. В 1993 г. Совет Безопасности ООН, действуя в рамках главы VII устава организации, принял решение о создании Международного уголовного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии с 1991 года (далее - МТБЮ). МТБЮ первым заявил о своем «естественном» полномочии преследовать случаи посягательств на отправление

им правосудия (проявления неуважения к суду) , предусмотрев в 1994 г. в Правилах процедуры и доказывания наказуемость дачи ложных показаний под присягой и отказа свидетеля от дачи показаний. В решении по первому делу о проявлении неуважения к суду защитником Д. Тадича М. Вуджином МТБЮ отметил: «Устав трибунала ничего не говорит о его полномочии преследовать факты неуважения к суду. Однако трибунал обладает естественными полномочиями, вытекающими из его судебной природы, принимать любые меры для обеспечения должного осуществления его основной функции по отправлению правосудия. Будучи международным уголовным судом, трибунал должен располагать естественными полномочиями наказывать лиц, вмешивающихся в отправление им правосудия» . Эта идея была впоследствии воспринята всеми международными уголовными трибуналами ad hoc.

Зарубежная доктрина неоднократно ставила под сомнение юридическую обоснованность вывода МТБЮ о наличии у него «естественных» полномочий наказывать посягательства на отправления правосудия . Для демонстрации несостоятельности этих сомнений достаточно отметить, что соответствие этого вывода, конкретизированного в правилах 77 и 91 Правил процедуры МТБЮ, его уставу, а, следовательно, и его правомерность, были, как минимум, дважды подтверждены Советом Безопасности ООН - органом, чье мнение по данному вопросу является наиболее авторитетным в силу того, что Устав МТБЮ был

183

принят в форме резолюции Совета Безопасности .

В первый раз такое подтверждение имело место в 1994 г., когда Совет Безопасности включил в устав Международного уголовного трибунала по Руанде (далее - МТР) предписание судьям будущего МТР принять Правила процедуры и доказывания МТБЮ в качестве документа, который бы регулировал ^{[180] [181] [182] [183] процессуальные аспекты деятельности МТР, с теми изменениями, которые они посчитают необходимым сделать . Во второй раз полномочия МТБЮ и МТР по преследованию посягательств на отправление ими правосудия получили одобрение Совета Безопасности в 2010 г. при принятии Устава Международного остаточного механизма для уголовных трибуналов (далее - МОМУТ). Переходными положениями этого Устава предусматривался порядок передачи МОМУТ дел о посягательствах на отправление правосудия МТБЮ и МТР.}

После 1994 г. Правила процедуры и доказывания МТБЮ претерпели ряд изменений, коснувшихся, в т.ч. положений о посягательствах на отправление правосудия, в результате которых их перечень существенно расширился. В 1995 г. он был дополнен покушением на оказание воздействия на или устрашение свидетеля^{[184] [185]; в 1997 г. - разглашением судебной тайны[186] [187] и безосновательным уклонением от явки или представления документом по приказу трибунала ; а в 1998 г. - фактами угроз, устрашения, причинения ущерба, подкупа или иного оказания воздействия на свидетеля до, после или во время дачи им показаний, а также теми же деяниями, совершенными в отношении потенциального свидетеля или любого другого лица, совершенными с целью не допустить исполнение этим}

лицом предписания трибунала; наконец, подстрекательством к совершению или

188

покушением на совершение любого из деяний, перечисленных в правиле .

При этом судьями систематически подчеркивался неисчерпывающий характер перечня наказуемых посягательств на отправление правосудия . В этом прослеживается преемственность второго и третьего периодов истории становления института ответственности за совершение преступлений против международного уголовного правосудия.

С течением времени менялась не только материальная составляющая, но и процессуальный порядок осуществления уголовного преследования посягательств на отправление правосудия. Если на ранних этапах Палата выносила предписание провести расследование обстоятельств, содержащих признаки неуважения к суду, Прокурору, то впоследствии фигура Прокурора исчезла, а предполагаемому нарушителю предоставлялась возможность объясниться самостоятельно либо через защитника, после чего Палата принимала решение о его виновности или невиновности^{[188] [189] [190]}. Изменениями от 28 декабря 2001 г. участие Прокурора было восстановлено, а при наличии у него конфликта интересов (например, если неуважение к суду было проявлено представителями его Канцелярии) в качестве обвинителя выступал специально назначенный amicus curiae.

В Правилах последней редакции МТБЮ неуважение к суду наказывалось штрафом и/или лишением свободы сроком до семи лет^{[191] [192] [193]. Это значительный срок, сопоставимый с теми, которые назначались лицам, признанным виновными в совершении нескольких преступлений против человечности и военных}

-192

преступлений .

Несмотря на то, то Правила процедуры и доказывания предусматривали виды и максимальные размеры наказания за совершение посягательств на отправление правосудия, в практике МТБЮ были случаи отступления от этих норм. Так, признав защитника Д. Тадича М. Вуджина виновным в представлении трибуналу заведомо ложных доказательств, Апелляционная палата предписала Секретарю трибунала рассмотреть возможность исключения его из списка лиц, допущенных к практике в трибунале в качестве защитника .

Международный уголовный трибунал по Руанде. В 1994 г. Советом Безопасности ООН был учрежден Международный уголовный трибунал для судебного преследования лиц, ответственных за геноцид и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории Руанды, и граждан Руанды, ответственных за геноцид и другие подобные нарушения, совершенные на территории соседних государств, в период с 1 января 1994 года по 31 декабря 1994 года (далее - МТР). В соответствии со ст. 14 Устава МТР, Правила процедуры и доказывания МТБЮ подлежали принятию в качестве Правил процедуры и доказывания руандийского трибунала с теми поправками, которые посчитают нужным внести его судьи. В результате изменений от 26 мая 2003 г. перечень деяний, подпадающих под квалицикацию проявления неуважения к суду в правиле 77 МТР, стал соответствовать перечню правила 77 Правил МТБЮ.

В отличие от МТБЮ, в МТР неуважение к суду влекло наказание в виде лишения свободы, не превышающее пяти лет^[196].

В практике МТР имело место два приговора за проявление неуважения к суду, в т.ч. единственный на настоящий момент в истории международного уголовного права приговор по факту дачи свидетелем ложных показаний^{[197] [198].}

Специальный суд по Сьерра-Леоне. Специальный суд по Сьерра-Леоне (далее - СССЛ) был создан на основании Соглашения между ООН и правительством Сьерра-Леоне от 16 января 2002 г. для уголовного преследования лиц, ответственных за нарушения международного гуманитарного права и национального права на территории Сьерра-Леоне в период начиная с 30 ноября 1996 г.

Остаточный Специальный суд по Сьерра-Леоне (далее - ОСССЛ) для осуществления прав и обязанностей СССЛ, продолжающихся после его закрытия, например, защиты свидетелей, обеспечения сохранности архивов, оказания правовой помощи сьерра-леонским правоохранительным органам, наблюдения за исполнением наказаний, в т.ч. разрешения вопросов досрочного освобождения, преследования фактов проявления неуважения к суду и т.д.^[199]

Регулирование процессуальных аспектов деятельности СССЛ осуществлялось на основе Правил процедуры МТР, с необходимыми поправками^{[200] [201]. Перечень способов проявления неуважения к суду в правиле 77 СССЛ был дополнен намеренным оказанием помощи обвиняемому в покидании пределов юрисдикции суда . В правило 77 Правил ОСССЛ также были включены получение, вымогательство и согласие на получение взятки в отношении доказательств в процессе[202] и те же действия, совершенные должностным лицом суда в связи с исполнением им своих должностных}

обязанностей^[203].

В отличие от МТБЮ и МТР, максимальный срок наказания за проявление неуважения к суду в СССЛ и ОСССЛ зависит от тяжести нарушения, которое, в свою очередь, определяется процедурой рассмотрения. Лицо, чье дело рассматривается в упрощенном порядке, не может быть осуждено на срок, превышающий шесть месяцев^[204]. Если характер нарушения таков, что требует проведения предварительного расследования, то максимальный срок наказания

увеличивается до семи лет лишения свободы . Правилами ОСССЛ дополнительно предусматривается, что при наличии отягчающих обстоятельств, таких как наступление смерти или серьезного вреда здоровью, размер наказания может превышать семилетний срок по усмотрению суда^{[205] [206] [207] [208].}

Специальный трибунал по Ливану. 22 января 2007 г. ООН и ливанское правительство согласились о создании Трибунала для привлечения к ответственности лиц, виновных в организации террористической атаки 14 февраля 2005 г. в Бейруте, в результате которой погиб глава ливанского правительства Р. Харири (далее - СТЛ) .

По сложившейся в международном уголовном праве практике, разработка и кодификация процессуальных аспектов деятельности трибунала в виде Правил процедуры и доказывания возлагалась на его судей . В Правилах было восполнено отсутствие в Уставе норм о наказании посягательств на отправление правосудия и авторитет трибунала, со ссылкой на доктрину естественных полномочий. Правило 60bis о проявлении неуважения к суду и препятствовании отправлению правосудия появилось в Правилах год спустя их принятия^[209]. Среди нововведений правила 60bis по отношению к аналогичным нормам других международных уголовных трибуналов следует отметить дачу заведомо ложных внесудебных показаний стороне обвинения или защиты либо их представителю, если лицо, дающее показания, было предупреждено об уголовной ответственности за такое поведение, о чем подписало свидетельство, приложенное к показаниям. Наказуемыми также провозглашались действия, составляющие угрозу, устрашение, либо направленные на принуждение судьи либо служащего трибунала, дача им взятки или серьезная публичная клевета в их отношении посредством ложных заявлений, публикация которых несовместима со свободой выражения мнения как она понимается в международном праве прав человека^[210].

Также по сложившейся практике наказуемость дачи ложных показаний под присягой в Правилах СТЛ регулируется отдельно в правиле 152.

Совершение деяний, предусмотренных правилами 60bis и 152, наказывается лишением свободы на срок, не превышающий семи лет^{[211] [212] [213].}

Порядок рассмотрения дел, возбужденных по правилам 60bis и 152, отличается от принятого в других международных уголовных судах. В рамках СТЛ предусмотрена должность судьи по делам о проявлении неуважения к суду, которая замещается Председателем трибунала для каждого дела из судей согласно установленной очередности . Апелляции по таким делам заслушиваются Апелляционным комитетом из трех судей .

СТЛ было рассмотрено два случая проявления неуважения к суду^{[214] [215]. Оба они имеют большое практическое и теоретическое значение, т.к. впервые в истории международного уголовного права в качестве обвиняемых в посягательствах на отправление правосудия выступали юридические лица. Эти}

215

эпизоды будут подробно рассмотрены ниже .

В практике международных трибуналов проявление неуважения к суду расценивается как уголовно-наказуемое деяние: об этом свидетельствует, помимо прочего, используемая терминология; предоставляемые обвиняемым процессуальные гарантии и обращение к принципам уголовного права. Одним из наиболее показательных является применение трибуналами к проявлениям неуважения к суду принципа «не дважды за одно»^{[216] [217] [218] [219]}, несмотря на то, что, будучи процессуальным по своему характеру, неуважение к суду не может служить правовым препятствием для возбуждения уголовного дела на основании тех же обстоятельств. Если проявление неуважения к суду содержит признаки преступного деяния, то такое деяние может преследоваться отдельно в установленном порядке . Например, если бы в рамках вышеупомянутого «дела врачей» свидетель К. Холленрайнер причинил телесные повреждения обвиняемому В. Бейглбоку в ходе судебного опознания , то в дополнение к лишению свободы за проявление неуважения к суду, он мог бы понести наказание по соответствующей статье Уголовного кодекса Германии - однако уже в соответствии с приговором не МВТ, а обычного германского суда.

Кроме того, судьи применяли к делам о неуважении к суду бремя доказывания по уголовным делам, требуя доказательств виновности обвиняемых

- 219

«вне всяких разумных сомнений» .

Третий период в истории развития института ответственности за совершение преступлений против отправления международного уголовного правосудия отличается смешанным дисциплинарно-уголовным характером этой ответственности. Также, как и во втором периоде, перечень наказуемых деяний ничем не ограничен и нигде не оговорен.

Указание на 1998 г. как на окончание третьего периода обоснованно, несмотря на то, что основная деятельность перечисленных международных уголовных судов пришлась на более поздний период, а многие из них даже были учреждены намного позже. Причина, по которой мы отнесли их всех к одному периоду, заключается в том, что правовые основания привлечения к ответственности за совершение посягательств на отправление правосудия в их рамках являлись логическим продолжением и развитием Правил процедуры и доказывания МТБЮ. Другими словами, обстоятельства, определившие и предопределившие особенность данного периода, а именно формирование смешанной дисциплинарно-уголовной ответственности за посягательства на отправление правосудия, имели место до 1998 г.