§1. Природа, понятие и классификации следственных версий

Предварительное расследование преступлений всегда обращено в прошлое, это всегда познание :::ыгия, имевшего уже место быть— год назад, сутки назад, час назад... Такое познание возможно единственным доступным человеку образом: на основании возникшей информации об исследуемом г акте выдвигаются предположения о его существовании и сущности, о его связях с иными фактами и обстоятельствами.

Эти предположения, как то известно из курса логики, именуются гипотезами. Различают гипотезы двух видов: общенаучные, объясняющие сущность наиболее общих явлений природы и общества, и частные, формулируемые в отношении фактов и их происхождения по поводу элементов жизни природы и общества. Так как в уголовном судопроизводстве идет познание частных фактов, то относительно них выдвигаются именно частные гипотезы, именуемые криминалистическими (следственными) версиями.

В сути своей версия выступает как предполагаемая с той или иной степенью вероятности (обоснованности) причина известных на момент ее выдвижения следствий — результатов преступления, других материальных и идеальных следов от него.

Следствия — результаты, материальные и идеальные следы преступления, выступают в качестве основания, причины выдвижения соответствующей версии. Подобные причины в философии именуются специфическими, такими, которые при наличии многих других обстоятельств, имевшихся в данной ситуации до наступления следствий (что образует собой условия действия причины), ведут к появлению следствий.

Поскольку следствия, повторим, в виде результатов и иных следов преступления, на момент выдвижения версий обычно выявлены, установлены и исследованы далеко не полностью и уж во всяком случае позволяют весьма различную их интерпретацию, то по одним и тем же следствиям и на их основе могут быть — и должны быть! — выдвинуты и сформулированы все возможные различные вызвавшие их появление предполагаемые причины-версии.

Их отличие от других разновидностей частных гипотез, выдвигаемых и проверяемых во всех иных исследованиях (как социальных, и так естественно-технических и т.п.), заключается в следующем.

Во-первых, формулируются следственные версии лишь применительно к фактам, обстоятельствам, их связям между собой, их совокупностям, лежащим в области предварительного расследования преступлений. Во-вторых, формулируются и проверяются они лишь профессиональными участниками уголовно-процессуального исследования преступлений, в нашем случае — осуществляющими уголовное преследование: дознавателем, следователем, прокурором. В-третьих, проверка таких гипотез осуществляется посредством направленной на то информационно-познавательной деятельности, осуществляемой в рамках правоотношений и институтов, установленных уголовно-процессуальной формой таковой деятельности для этих ее субъектов, и средствами, либо прямо предусмотренными, либо не противоречащими действующему уголовно-процессуальному законодательству. В-четвертых, проверка сформулированной версии, как правило, осуществляется в условиях противодействия такой проверки со стороны лиц, имеющих иные

161

Глава 8. Следственные версии и планирование расследования преступлений

интересы в предварительном расследовании преступления, чем интересы лица, сформулировавшего и проверяющего данную версию при осуществлении уголовного преследования.

Таким образом, следственная версия есть обоснованное предположение субъекта уголовного преследования (дознавателя, следователя, прокурора) о сути и значении отдельных фактов, обстоятельств, их связях между собой и совокупностях, лежащих в области и пределах уголовно-процессуального исследования преступлений, формулируемое в целях объективизации и оптимизации достижения результатов последнего и проверяемое в рамках уголовного судопроизводства.

Из многочисленных оснований имеющихся весьма различных классификаций следственных версий, на наш взгляд, наибольшую как теоретическую, так и практическую значимость имеют те, которые проводятся по субъекту, объему, степени определенности, отношения к предмету доказывания (их рассмотрение поможет глубже понять и само содержание криминалистических версий).

По субъекту выдвижения эти версии можно классифицировать на а) следственные, т.е. выдвигаемые и формулируемые следователем. Теория и практика этого вида версий наиболее разработаны, что вполне правомерно, ибо вся криминалистика в первую очередь — наука о расследовании преступлений; б) прокурорские —выдвигаемые и формулируемые прокурором как лицом, осуществляющим прокурорский надзор за органами и лицами, производящими предварительное расследование преступлений, и формулирующим государственное обвинение, а также представляющим его в судебных инстанциях (в первой, кассационной, надзорной).

В первом случае версионная деятельность прокурора наиболее отчетливо проявляется при изучении им материалов расследуемых конкретных уголовных дел и дачи по его результатам указаний на необходимость проверки формулируемых в них версий (типа: «необходимо объективно проверить возможность совершения преступления Н., для чего следует...»). Таким же образом она осуществляется прокурором при отмене им необоснованных, на его взгляд, постановлений о прекращении или приостановлении по различным основаниям уголовных дел, а также постановлений об отказе в их возбуждении.

Во втором случае версии прокурором могут формулироваться при возвращении им уголовного дела, поступившего к нему с обвинительным заключением, для производства дополнительного расследования (что, по сути свидетельствует об его отказе по представленным следователем материалам в данный момент возбудить государственное обвинение против лица (лиц), указанного в обвинительном заключении, составленном по данному делу следователем). Отказ государственного обвинителя (прокурора) в суде от поддержания государственного обвинения по делу в целом либо в части обвинения, сформулированного на стадии его возбуждения (при утверждении прокурором обвинительного заключения), или ходатайство о переквалификации действий подсудимого есть не что иное, как результаты проверки в судебном заседании сформулированных им (или предложенных защитой) и подтвердившихся версий.

По субъекту различаются также:

в)              защитные версии, выдвигаемые и формулируемые субъектом профессиональной защиты от

обвинения по уголовному делу — адвокатом. В сути своей защитные версии — контрследственно-

прокурорские версии. В силу своей процессуальной функции и специфики деятельности адвокат,

основываясь на известной ему информации по делу (на различных этапах его участия в деле объем

и значимость ее различны), просто обязан выдвигать, формулировать и проверять (а также доби

ваться проверки) версии о том, что его подзащитный, воспользуемся известным выражением

А.Ф. Кони, либо не виновен вовсе, либо виновен вовсе не в том и (или) не так, как то полагают ли

ца и органы, осуществляющие уголовное его преследование;    '

г)              версии судебные, т.е. формулируемые и исследуемые судом. Заметим, что суд лишь в крайне

нечастых случаях сам формулирует версии относительно фактов и обстоятельств, входящих в

предмет его исследования, которые направлены на обеспечение обоснованности и объективности

уголовного преследования. Как правило, он принимает для проверки версии, выдвинутые и сфор

мулированные следователем и защитой в процессе и по результатам предварительного расследова

ния преступления, прокурором при возбуждении им государственного обвинения, их модификации

в ходе судебного разбирательства, присутствуя и направляя, вновь вспомним А.Ф. Кони, их разра

ботку сторонами. Чаще всего, если в результате судебного исследования преступления меняется

его квалификация, исключаются отдельные эпизоды обвинения и даже постановляется оправда

тельный приговор, это не результат самостоятельного версификационного мышления суда, а ре

зультаты проверки им версий, сформулированных, как сказано, сторонами в судебном процессе.

Непрофессиональные участники уголовного судопроизводства как таковые, в рассматриваемом значении криминалистической версии, их формулировать не могут; они лишь высказывают предположения, которые могут быть, а в отдельных случаях — когда они обоснованно высказываются лицами, заинтересованными в исходе дела, — подлежат формулированию в качестве версии соот-

162

Глава 8.

ветствующнм профессиональным субъектом (следователем, адвокатом), обязательной для проверки по принципам такой деятельности, о которой речь пойдет несколько позднее.

Также большинство ученых по рассматриваемому основанию выделяют оперативно-розыскные версии. Такие, безусловно и очевидно, есть. Но относить их к числу криминалистических нельзя, ибо, как уже говорилось, вся оперативно-розыскная деятельность, а следовательно, и методы ее осуществления, в том числе и версионное мышление, есть предметная область не криминалистики, а теории оперативно-розыскной деятельности.

По объему, иными словами, кругу объясняемых фактов и обстоятельств, криминалистические версии обычно классифицируют на общие и частные. Первые из них предположительно объясняют наиболее важные, главные факты исследуемого события: носит ли исследуемое событие криминальный характер и какой именно, кто учинил данные деяния и т.д. В целом, думается, что общие версии — это те, которые выдвигаются и проверяются по обстоятельствам, перечисленным в п. 1,2 ст. 73 УПК РФ, а именно: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы преступления.

Частные версии соответственно касаются иных обстоятельств, подлежащих установлению по уголовному делу и имеющих значение так называемых промежуточных фактов.

По степени определености версии подразделяются на конкретные и типичные. Конкретными являются те из них, которые основаны на информации, содержащейся к моменту их выдвижения в материалах конкретного уголовного дела и (или) относящихся к расследуемому преступлению сведениях оперативно*розыскного характера.

Более сложно понятие типичных версий. Под ними понимают предположения, объясняющие событие или наиболее важные его обстоятельства «при минимальных исходных данных с точки зрения соответствующей отрасли научного знания или обобщенной практики судебного исследования (оперативно-розыскной, следственной, судебной, экспертной)»'.

Мы полагаем, что на первоначальном этапе исследования, в частности расследования преступления при наличии лишь минимальной информации по конкретному делу, объективность его может быть обеспечена лишь исследованием события именно в разрезе, с позиций соответствующих типичных версий. Поясним это положение несколькими гипотетическими примерами.

Факт смерти человека можно объяснить с позиции логики и криминалистики несколькими причинами: убийством, самоубийством, несчастным случаем, ненасильственной смертью— иное исключено. Это действительно исчерпывающее положительное знание по данному вопросу (конечно же, под углом криминалистики). Но именно эти возможные предположения лежат в основе осмотра места обнаружения трупа, назначения судебно-медицинской его экспертизы. Они формулируются следователем в качестве версий для производства данных следственных действий. Так, при осмотре места происшествия следователь в первую очередь пытается ответить на вопрос, имело ли место убийство, самоубийство, несчастный случай или ненасильственная смерть, и с целью получения ответа на этот вопрос, исследуя все. что свидетельствует в пользу той или иной из перечисленных версий, он и производит осмотр места происшествия. Предположив в результате исследования этой версии с той или иной долей вероятности, что в данном случае имеет место убийство, следователь тут же формулирует Оля себя такие же типичные версии относительно мотивов его совершения: убит т корыстных мотивов, хулиганских, сексуальных, на почве, как говорят, личных неприязненных отношений и т.п. — и весь дальнейший осмотр места происшествия следователь проводит в разрезе обнаружения фактов, свидетельствующих в пользу того или иного типичного мотива, по которым, как показывает практика, совершаются убийства.

Другой пример: факт выявления у материально ответственного лица недостачи материальных ценностей можно объяснить «положительными знаниями» о причинах возникновения недостач ценностей: халатность, злоупотребление служебным положением, кража, совершенная посторонними лицами, счетная ошибка и, наконец, хищение, совершенное лицам, у которого выявлена недостача. Но именно эти типичные версии неукоснительно должны лежать в основе допроса данного материально ответственного лица — без этого он в принципе будет беспредметен — и всего первоначального этапа расследования в целом, пока то или иное из возможных типичных объяснений факта возникновения недостачи не получит подтверждения данными конкретного расследования.

Третий, наконец, пример. В результате совершения преступления того или иного определенного вида возникают типовые следы на типовых для данного вида преступлений объектах (скажем, в результате изнасилования в первую очередь на теле и в организме потерпевшей, на ее одежде и т.д). Именно знание этого, как его называют в литературе, механизма следообразования, в сущности обусловливает все действия следователя по его переработке: по обнаружению, изъятию, исследованию и использованию следов конкретного преступления данного вида.

1 КечкипР.С Курс криминалистики — М., 1997 Т 1 — С Я64

Глава 8. Следственные версии н планирование расследования преступлений

Именно на основе типичных версий криминалисты создают системы типовых версий по расследованию преступлений отдельных видов— умышленных неочевидных убийств, убийств, совершаемых по сексуальным мотивам, и других отдельных видов преступлении. Если говорить вкратце, смысл и задача создания систем типовых версий— это оптимизация следственного поиска на основе своевременного выдвижения версий по фактам и обстоятельствам, которые, как показывает корреляционный анализ обобщенных материшюв следственной и судебной практики, наиболее вероятны для вида преступлений, к которому относится и расследуемое деяние.