§2. Принципы построения и проверки следственных версий

Следовательно, в основе выдвижения предположения, следственной версии лежит информация, но информация, недостаточная для однозначного по ней вывода, объем и предмет которой позволяет и обусловливает необходимость выдвижения версии, относящейся к тому или иному виду из рассмотренных выше их возможных классификаций. Накопление и осмысливание такой информации и является основой, первым этапом версионной деятельности следователя.

Версии могут вытекать как из доказательственной информации, так и из информации, полученной в результате оперативно-розыскной деятельности, а также полученной из любых иных источников — от сообщений средств массовой информации до анонимных писем. Но для того, чтобы они приняли вид версии, эти предположения должны быть сформулированы в виде, позволяющем дальнейшую с ними работу.

Следовательно, вторым этапом построения следственной версии является ее формулирование. Не касаясь многих вопросов, связанных с этим, ограничимся здесь формулированием следующего основного принципа: версия должна формулироваться в категорически однозначной форме, примерно в таком виде: «Преступление совершил Н.», «Преступление Н. совершил с целью завладения имуществом потерпевшего», «Преступление совершено при превышении пределов необходимой обороны» и т.п.

Следующим, третьим этапом версионного процесса, принципиально важным, но как-то вскользь рассматриваемым в литературе, является этап выведения из сформулированной версии следствий.

Дело в том, что сама по себе версия, являясь результатом логического рассуждения, идеальна, неосязаема. Проверяемыми практически являются именно следствия, вытекающие из данного логического рассуждения, из определенной версии.

Как говорилось выше, материальные и идеальные следы — следствия преступления выступают, с одной стороны, в качестве основания, информационной базы выдвижения соответствующей криминалистической версии, предположительно объясняющей одну из возможных причин возникновения этих следов. С другой стороны, следствия действия причины неизбежно должны нести на себе отпечатки (следы) причины.

Из этого методологического положения следует, что причина ведет к своему исчерпывающему отражению в следствиях своего действия, А потому если предполагаемая причина (версия) — истина, то она должна быть с исчерпывающей полнотой представлена в необходимых следствиях (следах) своего действия (подчеркнем здесь: «в необходимых следствиях», так как, помимо них, причина влечет возникновение и следствий возможных, о которых скажем чуть позже).

Рассмотрим их сущность и принципиальнейшую важность на небольшом гипотетическом примере. Обнаружен труп Иванова, смерть которого последовала от ударов ножом. На основании определенной информации (доказательственной и (или) оперативной), соответствующего ее осмысливания и логического рассуждения сформулирована версия: «Убийство Иванова совершено Петровым».

Что с необходимостью из этого следует, иными словами, какие необходимые следствия вытекают из этой версии? Их, как минимум, три: 1) Петров в момент нанесения Иванову ножевых ударов находился на месте убийства; 2) У Петрова на момент убийства Иванова был нож, которым потерпевшему наносились удары; 3) Петров имел мотив для убийства Иванова.

164

Глава 8. Следственные версии и планирование расследования преступлений

шые следствия должны быть выведены из частных версий, связанных с общей версией о со-шщкшении убийства потерпевшего Петровым: о форме вины, мотивах преступления и т.д. Напри-: г:ли частная версия гласит, что Петров завладел имуществом, бывшим у потерпевшего, то ¦г ?того с необходимостью следует, что эти ценности находятся у Петрова либо после совершения преступления он как-то иначе распорядился ими по собственному усмотрению.

Вот эти-то выводы из версий (необходимые следствия) можно объективно проверить, подтвер-гль или опровергнуть. К примеру: по первому из них — установить лиц, которые видели Петрова в mil, | il момент на месте или непосредственно у места происшествия, о чем их, естественно, допро-

ъ; произвести идентификационные исследования следов дбуви, отпечатков пальцев, обнаружен-

¦ на месте происшествия, с обувью, изъятой для этой цели у Петрова, и образцов отпечатков его ев и т.д. По второму — принять меры к обнаружению у Петрова ножа и последующих его экс- исследований (судебно-медицинских, физико-технических и др.), установить лиц, которые у Петрова подобное оружие, и т.д. По третьему — установить путем допроса как свидетелем, так и самого Петрова его взаимоотношения с потерпевшим, объективно установить наличие у ~-:*проеа именно того мотива, по которому совершено расследуемое преступление, используя для

го все имеющиеся процессуальные и криминалистические возможности: обнаружение похищен-

с ценностей у Петрова или лиц, которым он их передал, в случае совершения преступления по коры-- -. ым мотивам, исследуя биологические объекты, если убийство совершено по сексуальным мотивам, в виде соответствующих следов на теле и одежде как погибшего Иванова, так и Петрова, чья -гичастностъ к совершению убийства потерпевшего по этому мотиву проверяется.

Но, помимо следствий необходимых, причина (версия), как сказано, обусловливает проявление

следствий возможных.

гго-то видел Петрова на месте преступления; возможно, Петров рассказывал кому-либо о соверше-

им убийства Иванова; возможно, Иванов подозревал Петрова в готовности совершить его

"ийство; возможно, на теле и одежде Петрова остались следы от совершенного им убийства и т.д.

Эта возможные следствия также поддаются практической проверке соответствующими оператив-

¦о-розыскными и главным образом следственными действиями.

В сущности, именно логически точно выдвинутая и сформулированная система необходимых и : ззможных следствий из общей и частных версий предопределяет планирование их проверки и практическую реализацию плана расследования уголовного дела. Планирование практической их гроверки и составляет сущность четвертого этапа версионной деятельности следователя. Такая проверка должна привести к одному из следующих результатов: а) к подтверждению версии, т.е. к -: ложительному ответу на сформулированное в версии предположение — к достоверному знанию о факте или обстоятельстве, относительно которого она выдвинута («Да, убийство совершил Петров», «Да, убийство совершено Петровым по такому-то мотиву»), б) к опровержения версии, к ответу на нее отрицательно: «Нет, Петров убийства не совершал», «Нет, убийство не совершено по корыстному мотиву». Пока достоверного — или положительного, или отрицательного — знания по версии не получено, проверка ее продолжается.

Очевидно, что если получено положительное достоверное знание, то версионная деятельность следователя по факту или обстоятельству, относительно которого она производилась, завершается. Отрицательный достоверный ответ на версию означает окончание ее проверки, но обусловливает необходимость нового витка версионной деятельности: снова осмысливание информации, но информации, вновь полученной или модифицированной в результате проверки не подтвердившейся версии и в целом по исследуемому делу, снова логическое рассуждение по ее поводу, снова формулирование версий (уже иных), выведение из них систем необходимых и возможных следствий, их практическая проверка....

Вновь повторим: лишь когда, и только когда практическая проверка докажет — и докажет достоверно, однозначно — существование всех необходимых следствий, вытекавших из общей и частных версий, они перестанут быть версиями, а превратятся в истину.

Если продолжить наш гипотетический пример, то для обоснованного привлечения Петрова к уголовной ответственности за совершение им убийства Иванова необходимо, чтобы (если говорить лишь о самом факте совершения им этого преступления, условно абстрагируясь от формы вины, мотива и других компонентов, входящих в предмет доказывания по уголовному делу): а) экспертными исследованиями следов на месте происшествия, показаниями свидетелей и другими доказательствами было доказано, что Петров на момент убийства Иванова был на месте происшествия; б) при обыске в его доме или в другом месте, или у иных людей обнаружен принадлежащий Петрову нож:, которым согласно заключению судебно-медицинской и физико-технической экспертиз нанесены ранения потерпевшему Иванову; в) у Петрова или у людей, которым он их передал, обнаружены ценности, опознанные свидетелями как принадле.жащие Иванову и находившиеся при нем в момент его гибели.

165

Глава 8. Следственные версии и планирование расследования преступлений

По нашему глубокому убеждению, неустановление хотя бы одного (и «всего лишь» одного) необходимого следствия, вытекающего из версии о виновности обвиняемого в совершении преступления, влечет неполноту и необъективность расследования, делает необоснованным привлечение лица к уголовной ответственности, влечет следственную (а затем зачастую, к сожалению, и судебную ошибку) в установлении виновности обвиняемого.

Еще несколько необходимых положений, связанных с принципами построения и проверки следственных версий.

1. По каждому факту и обстоятельству, требующему объяснения, в процессе расследования пре

   ступлений надлежит выдвигать, формулировать и проверять все возможные, имеющие хотя бы какое-

   то информационное основание, версии, насколько бы маловероятными они ни представлялись на пер

   вый взгляд.

   Ограничение здесь единственное: версии не должны быть, как говорят следователи,

   «лунными», т.е. не должны противоречить научно обоснованным фактам или строиться на основе

   предположений, не имеющих под собой научного теоретического подтверждения. Нельзя, например,

   в настоящее время всерьез выдвинуть и попытаться проверить версию о том, что расследуемое убий

   ство совершено инопланетянами или зомби (впрочем, по поводу последнего предположения — о воз

   можности совершения преступления зомбированным человеком — не все так уж очевидно: оно вы

   сказывается не только в детективах, но и обсуждается в достаточно серьезных научных публикациях).

2. Даже самая, казалось бы, наиболее вероятная версия, может оказаться ошибочной, а кажу

   щаяся самой маловероятной— подтвердиться. Два примера этому из следственной и судебной

   практики правоохранительных органов Воронежской области.

После обнаружения трупа изнаышованной и убитой Ивановой в ее доме был изъят ее дневник. Последняя запись в нем была о том, что ее накануне пытался изнасиловать ранее судимый за изнасилование и убийство Н. и что когда друзья ее от Н. «отбили», он сказал, что все равно она от него не уйдет, что он ее все равно «достанет». Эта запись, данные о том, что Н. действительно ранее судим за указанные в ней преступления, а также что Н. видели с Ивановой в день ее исчезновения, очевидно, делали наиболее вероятной версию о совершении данного преступления именно Н. Он был задержан, дал «признательные» показания, несмотря на то, что спустя несколько дней от них отказался, заявив себе алиби (кстати, подтвержденное несколькими лицами), и впоследствии осужден за изнасилование и убийство Ивановой к 14 годам лишения свободы. Более того, в отношении лиц, подтверждавших в суде алиби Н., были возбуждены уголовные дела о лжесвидетельстве.

Спустя несколько лет было объективно установлено, что изнасилование и убийство Ивановой совершил серийный сексуальный убийца Р. А ведь действительно на первый взгляд, версия об убийстве Ивановой Н. не только пчела фактическую основу, но и представлялась наиболее вероятной.

Утром в дверь квартиры директора одного из крупных воронежских заводов Л. позвонил мужчина. Открывшей ему дверь жене Л. он назвал свою фамилию (как впоследствии выяснилось, вы-мыишнную) и попросил позвать мужа «по срочному служебному делу». Когда Л. вышел на лестничную площадку к незнакомцу, тот произвел в него выстрел в живот из, как потом было установлено, малокалиберного оружия и скрьшся. Л. от полученного ранения тут же скончался. Из множества выдвинутых версий, пожалуй, наименее вероятной представлялась версия о заказном характере этого убийства (поведение преступника, использованное им оружие, «непрофессиональный» выстрел и т.п.). И тем не менее расследование полностью и объективно подтвердило именно эту версию. Убийство носило заказной характер, заказчиком его являлся заместитель Л., а исполнителем один из рабочих завода.

3.              Все выдвинутые версии подлежат параллельной проверке, но, разумеется (и иное психологи

чески, видимо, невозможно), с различной ступенью интенсивности: в первую очередь наиболее ин

тенсивно проверяются более вероятные предположения, объясняющие исследуемый факт или об

стоятельство, затем иные... И в то же время необходимо помнить изложенное выше: может

подтвердиться именно менее вероятная версия. Обеспечение оптимальной практической проверки

сформулированных следователем версий, выведенных из них необходимых и возможных следствий

составляют ядро, смысл планирования этой деятельности.