Возможность применения гражданского ареста в российском исполнительном производстве

В России заключение под стражу применяется в рамках уголовной ответственности за совершение отдельных преступлений, тем или иным образом связанных со сферой принудительного исполнения судебных актов, которые были подробно описаны в Главе 1 настоящей работы.

В данном случае прежде всего следует отметить, что предусмотренные российским уголовным правом нормы нельзя рассматривать в качестве гражданского ареста, выступающего мерой косвенного принуждения должника к исполнению судебных актов, и применяющегося именно в этом качестве в зарубежных правопорядках. Хотя и гражданский арест, и уголовная ответственность за приведенные преступления предполагают лишение свободы должника, правовая природа и цель данных мер принуждения различны. Как справедливо указывает В.В. Ярков, в то время как в основе гражданского ареста лежит частноправовое начало, заключающееся в том, что данное ограничение применяется по инициативе и за счет взыскателя,

российское уголовное право предусматривает «классическое уголовно- правовое преследование должника в рамках исполнительного производства, а в случае применения уголовной ответственности последующая воля взыскателя на отказ от уголовного преследования должника не будет иметь значения»¹.

Исходя из этого возникает вопрос о том, возможно ли предусмотреть гражданский арест в рамках российского исполнительного производства именно в виде меры косвенного принуждения должника к исполнению предписанных судебным решением обязательств. Поскольку гражданский арест является самым жестким способом борьбы с уклонением от исполнения судебных актов, вопрос о необходимости его применения, в частности, в России, является крайне дискуссионным и порождает целый ряд проблем, требующих обоснованного решения

Во-первых, во всех государствах, где гражданский арест как мера косвенного воздействия на должника широко применяется, инициатива в установлении данного ограничения принадлежит исключительно взыскателю.

⅛ρκoB В.В. Отдельные меры косвенного принуждения должника в рамках исполнительного производства //Вестник Федерального арбитражного суда Московского округа. 2013. №4. С. 50.

Во-вторых, сложно определить все допустимые основания использования гражданского ареста таким образом, чтобы избежать потенциальных нарушений прав должника. Учитывая то, какой общественный резонанс вызвало в свое время ограничение права на выезд за рубеж, сложно представить реакцию граждан в случае внедрения в российское исполнительное производство столь суровой меры как гражданский арест.

В-третьих, очевидной представляется необходимость установления предельного срока, в течение которого должник может находиться под стражей, при этом не вполне ясно, каким критерием следует руководствоваться при его определении. Если должник по-прежнему уклоняется от исполнения тех или иных обязательств, сколько времени он должен провести вне свободы, чтобы мера возымела действие? Проблема адекватного срока в данном случае действительно имеет место.

В-четвертых, как неоднократно отмечалось ранее, использование гражданского ареста допустимо только применительно к платежеспособному должнику. Проблема установления наличия у должника имущества имеет для России особенное значение, проявляясь крайне остро в огромном количестве ситуаций.

И наконец, в России существуют также сложности исключительно практического характера, затрудняющие внедрение гражданского ареста в систему принудительного исполнения судебных актов. Проблема заключается, в том числе, и в переполненности следственных изоляторов H тюрем в России, а также финансирования пребывания должника под стражей. Во всех правопорядках бремя несения такого рода расходов лежит, как

правило, на взыскателе, однако сложно представить, например, женщину, безуспешно пытаю шуто ся получить алименты на содержание ребенка, на которую возлагают также расходы по применению гражданского ареста. Как указывает И.В. Решетникова, «наличие возможности применения тюремного заключения к должникам по гражданским делам может привести к возникновению частных тюрем, которые известны всему миру»^[111], но вопрос финансирования, тем не менее, остается нерешенным.

Таким образом, необходимо признать, что в настоящее время в России отсутствует необходимая инфраструктура для внедрения в российское законодательство об исполнительном производстве гражданского ареста, кроме того, целый ряд важнейших вопросов, связанных с применением рассматриваемой меры, требует глубокого осмысления

Вместе с тем даже если предположить, что все затруднения практического свойства будут устранены, и найдены адекватные решения приведенных выше проблем, относящихся к установлению оптимального срока гражданского ареста, возможным злоупотреблениям со стороны взыскателя и т.д., то даже в таких обстоятельствах введение данного ограничения представляется не вполне обоснованным.

чем лишение его личной свободы, поэтому мера, связанная с такого рода неблагоприятными последствиями для должника, может устанавливаться только в рамках привлечения лица к ответственности.

Кроме того, не вполне понятен смысл внедрения в правовую систему гражданского ареста, в то время как за совершение преступлений, связанных с уклонением от исполнения судебных актов, лишение свободы и так предусмотрено в виде юридической ответственности. Необходимость гражданского ареста в данном случае можно было бы обосновать упрощенным порядком или же более широким кругом требований по сравнению с привлечением уклоняющегося должника к ответ отв енностн. Однако такой аргумент сложно принять, поскольку применение гражданского ареста жестко регламентируется и сопряжено с целым рядом ограничений в использовании данной меры. Так, решение о наложении ареста принимается исключительно судом, категории требований, за неисполнение которых устанавливается рассматриваемое ограничение, строго ограничены, а также существует целый комплекс иных исключений во избежание нарушений прав должника. Таким образом, процедура применения гражданского ареста является достаточно сложной, и не многим уступает в данном своем качестве привлечению лица к ответственности, что представляется более чем оправданным в силу суровости данного ограничения Поэтому, когда лишение свободы предусмотрено законодательством в рамках привлечения должника к ответственности, внедрение в правовую систему гражданского ареста практически теряет всякий смысл. И, кроме того, на чаше весов личная свобода индивида, безусловно, должна перевешивать притязания гражданско-правового характера, поскольку исполнение судебных решений не может осуществляться любой ценой.

Исходя из изложенного, введение гражданского ареста в систему российского исполнительного производства в качестве новой меры косвенного принуждения представляется необоснованным, лишенным необходимости и оснований.