<<
>>

§ 1. Понятие «избирательные правоотношения»

Общепринято, что правоотношения — это общественные отношения, урегулированные нормами права и состоящие во взаимосвязи субъективных прав и юридических обязанностей, предусмотренных правовой нормой.

Как отмечается в литературе, регулируя общественные отношения (упорядочивая их, стабилизируя, развивая, изменяя, прекращая), право придает им новое свойство — превращает их в правовые отношения1. Иногда уточняется, что это не просто общественные отношения, а отношения между людьми и их организациями, один из видов волевых взаимосвязей между индивидами и организациями, они осознаются их участниками и создаются по воле людей[517] [518], т.е. правовые отношения выступают частью общественных отношений, участники которых выступают как носители субъективных прав и обязанностей[519].

В любом случае совокупные отношения в обществе (хотя не все отношения между людьми являются общественными) опосредуются через человеческий фактор, выступают отношениями между людьми (индивидуумов или организаций, состоящих из этих индивидуумов), образуя определенный социум. Общественные отношения — экономические, политические, социальные, классовые, национальные, этнические, конфессиональные, экологические, брачносемейные, нравственные и другие, подпадающие под регулирование правовыми нормами, — становятся правовыми, или правоотношениями. Не случайно в свое время С.Ф. Кечекьян отмечал, что замкнуться в рамках нормы права и не видеть права в общественных отношениях — это значит никогда не дойти до средств осуществления нормы права, до проверки наличия законности1. Норма права, как отмечал А.Б. Венгеров, живет, реализуется в правоотношении, которое и является в этом смысле результатом действия нормы[520] [521].

Правоотношения выступают необходимым и обязательным условием претворения юридических норм в жизнь, поскольку именно посредством правоотношений требования юридических норм воплощаются в поведении людей[522].

Однако не все исследователи считают так. Некоторые авторы указывают, что не все нормы реализуются непосредственно в правоотношениях, допустим нормы- принципы[523].

По этому утверждению следует отметить, что признание того, будто конституционные нормы, нормы-принципы реализуются вне правоотношений, равносильно тому, что они выходят за рамки общих юридических связей, существующих во всяком государственно организованном обществе[524], а также что нормы не действуют до тех пор, пока не будет принят детализирующий их конкретный правовой акт. Это противоречит установленному порядку вступления в силу Основного Закона и существенно ослабляет его регулирующий потенциал[525].

Конечно, и нормы-принципы, и нормы-декларации, и дефинитивные нормы являются действующими и реализуются через общественные отношения («жизнь права в правоотношениях»[526]), независимо от того, принят или нет соответствующий детализирующий акт высшей юридической силы или подзаконного характера. Но стоит отметить, что принятие детализирующего акта, тем более если он предполагается по смыслу нормы или прямо предусмотрен в ней, в любом случае значительно усиливает регулятивную составляющую права, делает более эффективным механизм его реализа-

ции, способствует совершенствованию общественных отношений и правоотношений в частности.

Правовое регулирование — это процесс наделения участников общественных отношений правомочиями, обязанностями, ответственностью (дозволениями, запретами, управомочиями), реализации этих правомочий, обязанностей, ответственности, превращения этих участников в субъектов правовых отношений1 на основе норм, закрепленных в актах более высокой юридической силы или актах детализирующих, конкретных, обладающих менее высокой юридической силой, как правило, подзаконного характера.

Следует отметить, что детализирующим может быть и акт равной с основным (рамочным, модельным) законом юридической силы и, естественно, находящийся в единой типологической классификации. Например, нормы Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав»[527] [528] от 12 июня 2002 г.

№ 67-ФЗ будут основополагающими по отношению к нормам другого Федерального, а значит и однотипного, закона «О выборах депутатов Государственной Думы» от 18 мая 2005 г. № 51-ФЗ[529]. В то же время нормы Закона о выборах депутатов Госдумы будут детализирующими по отношению к нормам Закона «Об основных гарантиях избирательных прав», хотя и ряд норм этого акта являются детализирующими, например устанавливающие полномочия избирательных комиссий.

Вместе с тем в законодательстве мы наблюдаем и определенные нормы, которые закрепляются в правовых актах, но фактически не действуют. Это не означает apriori, что они не находятся в системе юридических взаимосвязей, как и то, что такими могут быть нормы не только устанавливающие, например основы конституционного строя, но и любые детализирующие нормы, которые не задействуются на данном этапе в механизме правового регулирования или играют в нем пассивную роль, хотя они должны бы были быть задействованы значительно интенсивнее.

Но это уже проблема применения права и качества содержания самой нормы, поскольку правоприменитель, несмотря на иерархичность норм, в каждом конкретном случае использует их потенциал, приоритетно исходя из своего профессионального мастерства, квалификационных навыков, понимания конкретной ситуации, функциональной деятельности, свободной оценки доказательств, руководствуясь целевыми факторами и служебными обязанностями, и т.д.

С помощью права общественные отношения приобретают новое качество в виде юридических прав и обязанностей сторон, с которыми они могут, и в надлежащих случаях должны, сообразовывать свое поведение в отношении своих партнеров. Эти права охраняются государством, а исполнение обязанностей обеспечивается возможностью соответствующего государственного принуждения1. Отмечая правильность подхода к проблеме, все же следует отметить, что более корректно говорить не о юридических правах, а о субъективных правах и юридической обязанности. К сожалению, эта неточность повторяется и в других изданиях[530] [531].

Таким образом, касаясь природы правовых отношений, отметим, что правоотношение является разновидностью общественных отношений, урегулированных правовой нормой, хотя высказываются и другие суждения[532]. Например, А.Б. Венгеров отмечает, что правоотношение в целом — это юридическая форма реализации нормы права, поэтому встречающееся иногда в литературе словоупотребление «право регулирует правоотношение» некорректно. Правоотношение — это уже урегулированное правом общественное отношение[533]. Наверное, дополнение и замечание здесь вполне приемлемы. Но другое утверждение, что общественные отношения независимо от юридических норм могут иметь «правовую сущность», быть «по природе своей правовыми»[534], является небесспорным. Что же делает тогда эти отношения правовыми, если они нормативно не обусловлены, на основании чего они становятся правовыми? Правильно отмечалось в связи с этим, что если общественное отношение само, без воздействия на него юридической нормы может превратиться в правоотношение, то тогда возникает вопрос: зачем вообще нужно право? Именно в целях приведения общественных отношений в искомое, заранее заданное состояние они (т.е. общественные отношения) и подвергаются воздействию юридической нормы. И именно юридическая норма формализует их, наполняет юридическим содержанием[535].

Вместе с тем правоотношение, как отмечалось в литературе, — это не фактические, а юридические общественные отношения[536].

Под фактическим содержанием ряд авторов понимают существо тех общественных отношений, которые регулируются правом. То есть речь идет о том, что отношение возникает вне нормы права и независимо от нее1. Государственного регулирования в виде воздействия на эти фактические отношения может и не понадобиться, они могут функционировать и вне правового пространства, реализуя социальную взаимосвязь между субъектами общественных отношений в процессе функционирования общественно-государственного механизма в целом, подвергаясь регламентированию различных социальных норм, допустим экономических, политических, моральных, нравственных и др.

Юридическими общественными отношениями они становятся, когда в интересах государства и общества вводятся в правовое пространство на основе имевшего места юридического факта, подвергаясь при этом регулятивному воздействию соответствующих правовых норм.

Таким образом, фактические отношения становятся юридическими. Но это «перевоплощение» не отвергает фактической основы данных отношений. Между фактическим и юридическим отношением, как отмечается в литературе, существует органическая связь. Норма права конкретизируется в юридических отношениях, а последние, в свою очередь, составляют основу фактических отношений. При этом правовое воздействие на фактическое отношение не может быть самоцелью, а лишь средством достижения оптимального результата реализации регулируемого отношения[537] [538] в интересах человека, общества и государства.

Конституционные правоотношения обладают всеми теми же основными признаками, свойствами, которые характеризуют общий спектр правоотношений. Но в то же время они обладают и видовыми характеристиками, которые относятся именно к отраслевой их принадлежности. Стоит обратить внимание, что большинство авторов выделяют конституционные отношения общего характера, которые выражают сущность демократического строя Российской Федерации, его конституционные основы, определяют основные механизмы власти народа, осуществляемой непосредственно, а также через органы государства и местного самоуправления, опосредуют основные связи личности с обществом и государством. Этим отношениям присущ высокий уровень обобщения и наиболее абстрактная форма взаимодействия субъектов[539]. В то же время характерной чертой конституционных отношений является то, что все общие правоотношения занимают в механизме конституционного регулирования значительное место и могут, как считает, например Л.А. Морозова, рассматриваться как собственно конституционные1.

Одной из присущих черт конституционных правоотношений является и то, что в них, с одной стороны, воплощаются важнейшие принципы других отраслей права, с другой стороны, конституционные принципы положены в конструкцию отношений других отраслей права, повышая уровень их юридической защиты, и в этом плане конституционные отношения занимают особое место в системе правоотношений, нежели отношения других отраслей права, которые имеют большую отраслевую увязку.

Дискуссионным является вопрос о характеристике конституционных отношений как властеотношений. Эта точка зрения высказывалась еще в советское время, правда, применительно к государственно-правовым отношениям[540] [541]. Стоит отметить, что и тогда (т.е. в советское время) ряд исследователей не соглашались с такой односторонней характеристикой отношений, регулируемых нормами государственного права. Так, С.С. Кравчук отмечал, что это действительно особый вид общественных отношений, но он не может быть сведен к отношениям властвования, для которых характерны власть одной стороны и подчинение этой власти — другой. Такие отношения имеются в государственном праве, но свести все регулируемые государственным правом отношения к отношениям властвования нельзя, замечает автор. С.С. Кравчук не без основания отмечает, что властеотношения имеются и среди других общественных отношений, регулируемых другими отраслями права, в частности административного[542]. Соглашаясь с этими характеристиками автора, все-таки нельзя принять полностью его вывод о том, что в силу отмеченных выше факторов властеотношения не являются специфическими для государственноправовых отношений[543].

Конечно, властеотношения присущи и другими отраслям права, и не только административного, более того, потенциально они присутствуют и в цивилистике, защищая, например, интересы договаривающихся сторон, хотя непосредственно и приоритетно там функционируют отношения, основанные на принципах равенства и автономии воли.

Но для конституционного права властеотношения не просто являются наличественными, а приоритетными, во многом определяя объект правового регулирования в системе взаимосвязей человек— общество-государство. Об этом свидетельствует и структура нашего Основного Закона, устанавливающего основы конституционного строя, права, свободы и обязанности человека и гражданина, форму правления, политического режима, федеративного устройства, определяя и регламентируя функционирование важнейших институтов законодательной, исполнительной и судебной власти, местного самоуправления и т.д. Не быть властеотношениями такие отношения не могут, не могут они и не быть приоритетными в конституционном (государственном) праве, и наличие их выступает особенностью (спецификой) именно конституционно-правовых отношений. Другое дело, что нельзя их абсолютизировать и представлять себе, что конституционное (государственное) право состоит только из властеотношений. Конечно же, нет. Поэтому при характеристике отрасли конституционного (государственного) права, отмечая, что это отрасль публичного права, имеющая особенный субъектный состав с неравноправием сторон, и что содержание правового регулирования происходит с осуществлением властных полномочий (управление, самоуправление, судебная власть и т.д.), нельзя ограничиваться только этими характеристиками. Следует учитывать значительный спектр отношений, наличествующих в отраслях публичного права, в частности конституционном (государственном), которые стали воплощением принципов равенства сторон, т.е. равноправия субъектов данных отношений, содержание правового регулирования которых происходит без осуществления властных полномочий.

Что касается избирательных правоотношений как части однородной сферы конституционных отношений, то они воплощают в себе все признаки конституционных отношений, а в рамках подотраслевой характеристики имеют и отличительные признаки. Через избирательные правоотношения реализуется властная составляющая нашего общества, закрепленная ст. 3 Конституции РФ, или, как отмечал Ю.А. Веденеев, обеспечивается трансформация власти народа в государственную и муниципальную власть, опосредуются воспроизводство власти, формирование и функционирование всех институтов представительной демократии1, их необходимая ротация.

Избирательные правоотношения включают волевой, интеллектуальный элемент, возникают на основе юридического факта, выражают наличие юридической связи между субъектами избирательного права, которая характеризуются наличием прав и обязанностей, предусмотренных нормой права, к ним также подходит формула: нет прав без обязанностей и обязанностей без прав. Они гарантируются государством и охраняются принудительной силой компетентных органов.

Итак, избирательные отношения, как уже отмечалось, являются теми же конституционными отношениями, но в рамках однородной конституционной отраслевой сферы отношений регулируют осуществление избирательных прав граждан, передачу некоторых властных полномочий для осуществления публичной власти от ее носителя (народа) выборным государственным и муниципальным органам, их должностным лицам, тем самым опосредуют повседневную практическую реализацию конституционного права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти и местного самоуправления, развивая и дополняя конституционноправовые отношения как в процессе организации и проведения выборов, так и в межвыборный период1.

<< | >>
Источник: В.О. Лучин, В.Н. Беленовский, Т.М. Пряхина, Н.Д. Эриашвили, М.В. Максютин, В.В. Шуленин, В.А. Виноградов. Избирательное право России: учебник для студентов вузов, И33 обучающихся по специальности «Юриспруденция» / [В.О. Лучин и др.]; под ред. В.О. Лучина. — 2-е изд., пере- раб. и доп. — М. Закон и право,2010. — 735 с.. 2010

Еще по теме § 1. Понятие «избирательные правоотношения»:

  1. Административная ответственность за нарушение избирательных прав
  2. Понятие избирательной системы и избирательного права
  3. Предмет и метод избирательного права
  4. Источники электорального права и система избирательного законодательства Российской Федерации
  5. Избирательные правоотношения
  6. Тема 6. Понятие и характерные признаки правоотношений
  7. Понятие и классификация гарантий избирательных прав граждан в советском государственном и современном конституционном праве
  8. Гарантии избирательных прав граждан в системе права и в механизме правового регулирования: обзор научных подходов
  9. Глава 3. ГАРАНТИРОВАНИЕ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ ГРАЖДАН В СВЕТЕ ПРАВОВОЙ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  10. §1. Понятие избирательного процесса
  11. Основные нормы и избирательные действия, предусмотренные Федеральным законом от 18 мая 2005 года № 51-ФЗ “О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации” (с последующими изменениями и дополнениями), в схемах и таблицах
  12. Тема 3. Избирательный процесс в Российской Федерации
  13. § 1. Понятие «избирательные правоотношения»
  14. § 2. Содержание избирательных правоотношений
  15. § 1. Понятие и основные стадии избирательного процесса
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -