<<
>>

Избирательные правоотношения

Краткое содержание

Понятие и признаки избирательных правоотношений. Специфика избирательного правоотношения. Субъекты и объекты электоральных правоотношений. Особенности субъектного состава электоральных правоотношений.

Законность действий участников избирательных отношений. 7.3.

7.4.

7.5.

Юридические факты как основание возникновения избирательных прав и обязанностей.

Содержание и структура правоотношения (субъективные права и юридические обязанности в избирательном праве). Виды избирательных правоотношений, критерии классификации (по характеру воздействия, по предмету правового регулирования, по содержанию обязанностей, по распределению прав и обязанностей, по степени конкретизации, по времени действия и др.).

Целью изучения данной темы является рассмотрение особенностей избирательных правоотношений, оснований их возникновения, особенностей структуры, содержания и их субъектный состав.

Изучив данную тему, студент должен:

знать: особенности возникновения, содержательные и видовые характеристики избирательных правоотношений;

уметь: анализировать избирательные правоотношения, правильно их структурировать по основаниям возникновения, субъектному составу, по предмету и методу правового регулирования;

приобрести навыки: исследования избирательных отношений, рассмотрения их во всей совокупности избирательного процесса, по распределению прав и обязанностей лиц, участвующих в реализации избирательных прав граждан и установленного порядка выборов.

Акцентировать внимание на следующих понятиях: избирательное правоотношение, субъекты избирательных правоотношений, основания возникновения избирательных правоотношений, структура избирательных правоотношений, виды избирательных правоотношений.

164

Понятие избирательно-правовых отношений Общепринято считать, что правоотношения - это общественные отношения, урегулированные нормами права и состоящие во взаимосвязи субъективных прав и юридической обязанности, предусмотренной правовой нормой. Как отмечается в литературе, регулируя общественные отношения (упорядочивая их, стабилизируя, развивая, изменяя, прекращая), право придает им новое свойство - превращая их в правовые отношения399. Иногда уточняется, что это не просто общественные отношения, а отношения между людьми и их организациями. Они осознаются их участниками и создаются по воле людей400, т.е. правовые отношения выступают частью общественных отношений, участники которых выступают как носители субъективных прав и обязан- ностей401.

В любом случае совокупные отношения в обществе (хотя не все отношения между людьми являются общественными) опосредуются через человеческий фактор, выступают взаимосвязями между людьми, образуя определенный социум. Общественные отношения экономические, политические социальные, классовые, национальные, этнические, конфессиональные, экологические, брачно-семейные, нравственные и другие, подпадающие под вертикали регулирования правовыми нормами, - становятся правоотношениями. Неслучайно С.Ф. Кечекьян в свое время отмечал, что замкнуться в рамках нормы права и не видеть права в общественных отношениях - значит никогда не дойти до средств осуществления нормы права, до проверки наличия законности402.

Правоотношения выступают необходимым и обязательным условием претворения юридических норм в жизнь, поскольку именно посредством правоотношений требования юридических норм воплощаются в поведении людей403. Норма права, как отмечал А.Б. Вен- геров, живет, реализуется в правоотношении, которое и является в этом смысле результатом действия нормы404. Однако некоторые авторы указывают, что не все нормы реализуются непосредственно в правоотношениях. Об этом писал еще В.С. Основин, давая характе- ристику государственно-правовым отношениям, отмечая, что многие нормы могут быть реализованными и помимо правоотношений405.

Несколько позднее эти позиции развивала Р.О. Халфина, указывая, что не все нормы реализуются непосредственно в правоотношениях. Например, нормы, устанавливающие основополагающие начала правовой системы, нормы-принципы, лишь создают предпосылки для реализации норм детализирующих актов в конкретных правоотношениях406. Правда, такое утверждение вызвало негативную реакцию у ряда исследователей: Н.И. Матузова, В.О. Лучина, О.Е. Ку- тафина, специалистов по избирательным правоотношением Ю.А. Веденеева, С.Д. Князева, которые отмечали, что признание того, что конституционные нормы реализуются вне правоотношений, равносильно тому, что они выходят за рамки общих юридических связей, существующих во всяком государственно-организованном обществе407. Представляется, что это замечание имеет смысл, поскольку фактическое признание обратного положения означало бы, как отмечал В.О. Лучин, что некоторые конституционные нормы не действуют до тех пор, пока не будет принят детализирующий их конкретный правовой акт. А это противоречит установленному порядку вступления в силу основного закона и существенно ослабляет его регулирующий потенциал408.

Конечно, и нормы-принципы, и нормы-декларации, и дефинитивные нормы являются действующими и реализуются через общественные отношения, независимо от того, принят или нет соответствующий детализирующий акт высшей юридической силы или подзаконного характера. Но стоит отметить, что принятие детализирующего акта, тем более если он предполагается по смыслу нормы или прямо предусмотрен в ней, в любом случае значительно усиливает регулятивную составляющую права, делает более эффективным механизм его реализации, способствует совершенствованию общественных отношений и правоотношений в частности. Правовое регулирование - это процесс наделения участников общественных отношений правомочиями, обязанностями, ответственностью (дозво- лениями, запретами, управомочиями), реализации этих правомочий, обязанностей, ответственности, превращения этих участников в субъектов правовых отношений409 на основе норм, закрепленных в актах более высокой юридической силы или актах детализирующих, конкретных, обладающих менее высокой юридической силой, как правило, подзаконного характера.

Правда, здесь надо отметить, что детализирующим может быть акт и равной с основным (рамочным, модельным) законом юридической силы, и естественно находящийся в единой типологической классификации. Например, нормы Федерального закона РФ от 12 июня 2002 г. «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» будут основополагающими по отношению к нормам другого Федерального, а значит и однотипного, закона РФ от 20 декабря 2002 г. «О выборах депутатов Государственной думы Федерального Собрания Российской Федерации». В то же время нормы закона о выборах депутатов Госдумы, будут детализирующими по отношению к нормам закона об основных гарантиях, хотя и ряд норм этого акта являются детализирующими, например, устанавливающие полномочия избирательных комиссий.

Вместе с тем, в законодательстве мы наблюдаем и определенные нормы, которые закрепляются в правовых актах, но фактически не действуют так называемые «мертвые нормы». Но это не означает, что они не находятся в системе юридических взаимосвязей, как и то, что такими, т.е. «мертвыми», могут быть нормы не только устанавливающие, например, основы конституционного строя, но и любые детализирующие нормы, которые не задействуются на данном этапе в механизме правового регулирования или играют в нем пассивную роль. Вместе с тем, являясь потенциалом нормы, должны быть задействованы значительно интенсивнее. Но это уже проблема применения права и качества содержания самой нормы, поскольку правоприменитель, несмотря на иерархичность норм, в каждом конкретном случае задействует их потенциал приоритетно исходя из своего профессионального мастерства, квалификационных навыков, понимания конкретной ситуации, функциональной деятельности, свободной оценки доказательств, руководствуясь целевыми факторами и служебными обязанностями и т.д. Но это, как уже отмечалось, сфера применения, а не общая характеристика действия правовых норм в системе юридических взаимосвязей, т.е. правоотношений. С помощью права общественные отношения приобретают новое качество в виде юридических прав и обязанностей сторон, с которыми они могут и в надлежащих случаях должны, сообразовать свое поведение в отношении своих партнеров. Эти права охраняются государством, а исполнение обязанностей обеспечивается возможностью соответствующего государственного принуждения410. Признавая правильность подхода к проблеме, все же следует отметить, что более корректно говорить не о юридических правах, а о субъективных правах и юридической обязанности. К сожалению, эта неточность повторяется и в других изданиях411.

Таким образом, касаясь природы правовых отношений, наиболее распространенным среди юристов остается такое мнение, что правоотношение является разновидностью общественных отношений, урегулированных правовой нормой, хотя высказываются и другие су- ждения412. Например, А.Б. Венгеров отмечает, что правоотношение в целом - это юридическая форма реализации нормы права. Поэтому неверно встречающееся иногда в литературе суждение: «Право регулирует правоотношение». Правоотношение - это уже урегулированное правом общественное отношение413. Наверное, дополнение и замечание здесь вполне приемлемы. Правда, вряд ли может быть приемлемо другое утверждение, что общественные отношения независимо от юридических норм могут иметь «правовую сушрость», быть «по природе своей правовыми»414. Что же делает тогда эти отношения правовыми, если они нормативно не обусловлены. Если общественное отношение само, без воздействия на него юридической нормы, может превратиться в правоотношение, то зачем вообще нужно право? Именно в целях приведения общественных отношений в искомое состояние они (общественные отношения) и подвергаются воздействию юридической нормы. И именно юридическая норма формализует их, наполняет юридическим содержанием415.

Вместе с тем, правоотношение, как отмечалось в литературе, это не фактическое, а юридические общественные отношения416. Под фактическим содержанием ряд авторов понимает существо тех об- щественных отношений, которые регулируются правом. То есть речь идет о том, что отношение возникает вне нормы права и независимо от нее417. Государственного регулирования в виде воздействия на эти фактические отношения может и не понадобиться, они могут функционировать и вне правового пространства, реализуя социальную взаимосвязь между субъектами общественных отношений в процессе функционирования общественно-государственного механизма в целом, подвергаясь регламентированию различных социальных норм: экономических, политических, моральных, нравственных и др.

Юридическими общественными отношениями они становятся, когда в интересах государства и общества вводятся в правовое пространство на основе имевшего места юридического факта, подвергаясь при этом регулятивному воздействию соответствующих правовых норм. Таким образом фактические отношения становятся юридическими. Но это «перевоплощение» не отвергает фактической основы данных отношений. Между фактическим и юридическим отношением существует органическая связь. Норма права конкретизируется в юридических отношениях, а последние, в свою очередь, составляют основу фактических отношений. Норма права - стержень правоотношения. Правоотношение выступает как связующее звено, через которое норма права регулирует общественные отношения418. Но правовое воздействие на фактическое отношение может быть не самоцелью, а лишь средством достижения оптимального результата реализации регулируемого отношения419 в интересах человека, общества и государства. Хотя, конечно, при конкретном регулировании целевые приоритеты могут быть расставлены и по-другому.

Вместе с тем необходимо отметить, что механизм взаимосвязи между нормой и правоотношением очень сложный, который исследуется авторами в различных направлениях, в том числе воздействия самих правоотношений на правовую норму, по замечанию А.Б. Вен- герова, это взаимодействие строится по принципу обратной связи. Оно показатель того, насколько точно, грамотно сформулирована норма права. Не надо ли ее изменить, отменить? Или, может быть, надо принять для данной сферы общественных отношений новую норму права, с новыми ее характеристиками, прежде всего уточненных гипотезой. Ведь именно в гипотезе запечатлеваются условия реализации нормы права! Точно ли описаны эти условия, для того чтобы норма права могла быть реализована действительно с пользой в том или ином отношении? Обратное воздействие социальной и правовой практики на нормы права постоянно изучается теорией права, отраслевыми науками для совершенствования правовой системы, для эффективного решения социальных проблем с помощью права420.

В связи с рассматриваемой проблемой хотелось бы обратить внимание еще на один фактор - попытки выделить из множества общественных отношений основные, которые определяют ход социального развития. В принципе, если задаться целью, мы, наверное, можем выделять в той или иной модели какие-то отношения как основополагающие. Так, например, ряд исследователей подчеркивают, что правоотношения в значительной степени зависят от уровня и особенностей развития производственных отношений, «от уровня развития производства и обмена товаров», следуя традиционной марксистской доктрине421, по которой именно эти (производственные) отношения составляли экономический базис общества и складывались независимо от воли и сознания людей422. Правовые отношения, естественно, рассматриваются как надстроечные, введенные в сферу идеологии423.

«Такова общая закономерность исторического развития в целом, верно выделенная марксистским учением», - заключает А.В. Мицкевич424. Интересно, что в более ранней работе (1999 г.) уважаемый автор был более сдержанным в своем отношении к марксисткой теории, отмечая: «Такова, согласно марксизму, общая закономерность исторического развития в целом»425. Теперь же (2005 г.) автор не преминул подчеркнуть «Такова общая закономерность исторического развития в целом, верно выделенная марксистским учением».

Итак, А.В. Мицкевичу, воспроизведшего марксистское положение, по которому утверждение факта, что экономика лежит в основе общественного развития, следует считать, по крайней мере, реальным выводом, поэтому типы складывающихся в разные эпохи правовых отношений, несомненно, зависят от сложившегося уровня развития производства и обмена товаров426. Но заметим, что эти факторы не могут выступать универсальными и их нельзя подводить под весь спектр правоотношений.

Так, допустим, А.Б. Венгеров отмечает, что в других конструкциях (помимо марксистско-ленинской интерпретации истории) вместо производственных отношений с их приматом собственности на первое место выдвигаются не материальные, а духовные, идеологические отношения: религиозные, мировоззренческие, нравственные. Но для теории права основным является не столько социологический вопрос об иерархии общественных отношений (хотя без ответа на него тоже не обойтись), сколько вопросы о том, каким образом эти отношения превращаются в правовые, каковы механизм и формы их осуществления и действенность в этом качестве427. Представляется, что с такой позицией известного автора стоит полностью согласиться.

В системе правоотношений нас в первую очередь интересуют конституционные правоотношения, которые включают в себя и отношения урегулированные нормами избирательного права. Обзор конституционных правоотношений дан в работах О.Е. Кутафи- на, В.О. Лучина, С.А. Авакьяна, Е.И. Козловой, Е.И. Колюшина, М.В. Баглая, А.С. Прудникова, В.И. Авсеенко, В.В. Лазарева, М.П. Ав- деенковой, Ю.А. Дмитриева428 и др.

Конституционные правоотношения обладают всеми теми же основными признаками, свойствами, которые характеризуют общий спектр правоотношений. Но в то же время они обладают и видовыми характеристиками, которые относятся именно к их отраслевой принадлежности к конституционному праву. Обзор различных точек зрение на специфику и содержание был дан в работах указанных выше авторов. Здесь стоит обратить внимание на то, что большинство авторов выделяют конституционные отношения общего характера, которые выражают сущность демократического строя Российской Федерации, его конституционные основы; определяют основные механизмы власти народа осуществляемой непосредственно, а также через органы государства и местного самоуправления; опосредуют основные связи личности с обществом и государством. Этим отношениям присущ высокий уровень обобщения и наиболее абстрактная форма взаимодействия субъектов429. В то же время характерной чертой конституционных отношений является то, что все общие правоотношения занимают в механизме конституционного регулирования значительное место и могут, как считает, например Л. А. Морозова, рассматриваться как собственно конституционные430.

Одной из черт конституционных правоотношений является и то, что, с одной стороны, в них воплощаются важнейшие принципы других отраслей права, с другой стороны, конституционные принципы положены в конструкцию отношений других отраслей права, повышая уровень их юридической защиты. В этом плане конституционные отношения занимают особое место в системе правоотношений, по сравнению с отношениями других отраслей права, которые имеют большую отраслевую увязку.

Несколько дискуссионным является вопрос о характеристике конституционных отношений как властеотношений. Эта точка зрения высказывалась еще в советское время, правда, применительно к государственно-правовыпм отношениям431. Стоит отметить, что и тогда ряд исследователей не соглашались с такой односторонней характеристикой отношений регулируемых нормами государственного права. Например, С.С. Кравчук отмечал, что это действительно особыый вид общественных отношений, но он не может быыть сведен к отношениям властвования, для которых характерны власть одной стороны и подчинение этой власти другой стороны. Такие отношения имеются в государственном праве, но свести все регулируемые государственным правом отношения к отношениям властвования нельзя. Автор не без основания отмечает, что властеотношения имеются и среди других общественных отношений, регулируемых другими от- раслями права, в частности административного432. Соглашаясь с этими характеристиками автора, все-таки нельзя полностью принять его вывод о том, что, в силу отмеченных выше факторов, властеотноше- ния не являются специфическими для государственно-правовых от- ношений433.

Конечно, властеотношения присущи и другими отраслям права, и не только административного, но и других публичных отраслей права, более того, потенциально они присутствуют и в цивилистике, защищая, например, интересы договаривающихся сторон, хотя непосредственно и приоритетно там функционируют отношения, основанные на принципах равенства и автономии воли. Но для конституционного права властеотношения являются не просто наличе- ственными, а приоритетными, во многом определяя объект правового регулирования в системе взаимосвязей человек-общество-государство. Об этом свидетельствует и структура нашей Конституции, устанавливающей основы конституционного строя, права, свободы, ограничения и обязанности человека и гражданина, форму правления, политического режима, федеративного устройства, определяя и регламентируя функционирование важнейших институтов законодательной, исполнительной и судебной власти, местного самоуправления и т.д. Не быть властеотношениями такие отношения не могут, не могут они и не быть приоритетными в конституционном (государственном) праве, - и наличие их выступает особенностью именно конституционно-правовых отношений. С другой стороны, их нельзя абсолютизировать и думать, что конститиуционное право состоит только из властеотношений. Конечно же, нет. Поэтому при характеристике отрасли конституционного (государственного) права нужно отметить, что это отрасль публичного права, имеющая особенный субъектный состав с неравноправием сторон и что правовое регулирование происходит с осуществлением властных полномочий (управление, самоуправление, судебная власть и т.д.), но нельзя ограничиваться только этими характеристиками. Поэтому несколько абсолютизированной выглядит характеристика конституционно-правовых отношений, данная Е.И. Колюшиным, который отметил, что отличительной особенностью этих отношений является то, что их субъекты, стороны неравноправны, что в этих отношениях действует принцип власти и подчинения. При этом один и тот же субъект конституционного права в разных отношениях может как иметь власть, так и быть стороной подчиненной434. Несколько мягче сказано об этом у М.П. Авдеенковой и Ю.А. Дмитриева: «В отличие от частно-правовых отношений, публично-правовые отношения, в основном, характеризуются юридическим неравенством сторон. При этом государство, его органы осуществляют в пределах своей компетенции публично-властные полномочия и, следовательно, обладают большим объемом правомочий по сравнению с отдельными гражданами и иными физическими лицами»435.

Как представляется, в обеих характеристиках, были сделаны акценты на вертикальных способах регуляции, без учета значительного спектра отношений, наличествующих в отраслях публичного права, в частности конституционном, которые стали воплощением принципов равенства сторон, т.е. равноправия субъектов данных отношений, правовое регулирование которых происходит без осуществления властных полномочий. Поэтому совершенно правильно О.Е. Кутафин отметил, что неверно считать субъектов конституционно-правовых отношений обязательно неравноправными. Отношения субъектов РФ, например, складывающиеся в рамках заключаемых между ними договоров и соглашений, не являются таковыми. Не является абсолютно верным и утверждение о том, что в разных отношениях один и тот же субъект может как иметь власть, так и быть стороной подчиненной. Например, российский народ, будучи источником власти Российской Федерации (ч. 1 ст. 3 Конституции РФ) в качестве субъекта конституционно-правовых отношений никогда не будет стороной подчиненной436. Правда, последнее утверждение автора не может быть принято в такой форме, поскольку Е.И. Колю- шин говорит не о всех субъектах, а о том, что в разных отношениях субъект может иметь власть и может быть стороной подчиненной, соответственно, он ей может и не быть. Теперь, нельзя так абсолютно утверждать, что народ в качестве субъекта конституционно-правовых отношений никогда не будет стороной подчиненной. Во-первых, историческая практика показывает, что, к сожалению, были периоды, когда и народ был стороной подчиненной, хотя, безусловно, необходимо стремиться к обратному. Далее необходимо определять степень подчиненности. Если народу навязывается какая-либо управленческая конструкция, модель, которая ограничивает его пра- ва, не дает ему полностью реализовать демократический потенциал, в силу неразвитости определенной правовой и политической культуры, разве это не говорит о подчинении народа какой-то, скажем, концептуальной установке, которая, по сути, является антинародной? Кроме того, народ, несмотря на то, что является источником власти Российской Федерации и субъектом конституционно- правовых отношений, всегда, как и любой субъект правоотношений, подчинен закону. Если это нарушается, происходит бунт, путч, переворот, революция и т.д.

Наверное, нельзя категорично говорить о том, что в конституционных правоотношениях действует принцип власти и подчинения. Возьмем, например, конституционно-правовые отношения между Президентом РФ и Государственной Думой. Можно ли сказать, что в этих отношениях действует принцип власти и подчинения? Думается, что нет, - завершает свое рассуждение О.Е. Кутафин437. Естественно, принцип власти и подчинения действует в конституционных правоотношениях, но его нельзя распространять на все отношения, как нельзя утверждать, что он не соответствует действительности. Соответствует, хотя в определенном спектре отношений действует принцип равенства субъектов конституционных правоотношений. Представляется, что и приведенный пример равенства между Президентом РФ и Государственной Думой не совсем корректный.

Взаимоотношения Президента РФ и Госдумы, не совсем характеризуют принцип равноправия во властных отношениях. Эти отношения гораздо сложнее, пронизаны тысячами нитями взаимосвязей, среди которых есть и властные. В конце концов, Президент имеет право вето при подписании федерального закона, принятого Госдумой и одобренного Советом Федерации. Президент полномочен распустить Госдуму, а может и не распускать (ст. 117 Конституции РФ), т.е. не употребить свою власть по отношению к Госдуме. Госдума может инициировать процедуру отрешения Президента РФ от должности, а в случае принятия такого решения, Президент отрешается от должности Советом Федерации и должен подчиниться этому властному решению.

В Конституции РФ достаточно норм, закрепляющих принципы равенства, например: равноправие субъектов Российской Федерации (ч. 1 ст. 5), равноправие их во взаимоотношениях с федеральными органами власти (ч. 4 ст. 5), о равенстве обязанностей граждан России (ч. 2 ст. 6), равенство общественных объединений перед законом (ч. 4. ст. 13), равенство религиозных объединений перед законом (ч. 2 ст. 14), равенство прав мужчины и женщины (ч. 3 ст. 19), равенство перед судом и законом (ч. 1 ст. 19), равенство прав граждан гарантированных государством (ч. 2 ст. 19) и др.

Таким образом, отмечая те или иные пробелы или авторские позиции, нам необходимо избегать как их абсолютизации, так и своих позиций, не согласующихся с мнением оппонентов.

Что касается избирательных правоотношений как части однородной сферы конституционных отношений, то они, как уже отмечалось, воплощают в себе все признаки конституционных отношений, а в рамках подотраслевой характеристики имеют и отличительные признаки. Реализация норм избирательного права происходит через избирательные правоотношения, регламентированные как основополагающими нормативными актами в избирательном праве, так и актами, их детализирующими. Через избирательные правоотношения реализуется властная составляющая нашего общества, закрепленная ст. 3 Конституции РФ или, как отмечал Ю.А. Веденеев, обеспечивается трансформация власти народа в государственную и муниципальную. Опосредуются воспроизводство власти, формирование и функционирование всех институтов представительной демократии438, их необходимая ротация. Эта характеристика нуждается в одном уточнении. Речь идет о функционировании не всех институтов представительной демократии, а только части формируемых на репрезентативной основе. В обществе и государстве функционирует большое количество представительных институтов, сформированных на презентативной основе, которые к избирательной культуре не имеют отношения и не составляют предмет избирательного права.

Избирательные отношения также предусмотрены правовой нормой, включают волевой, интеллектуальный элемент, возникают на основе юридического факта, выражают наличие юридической связи между субъектами избирательного права, которая характеризуется наличием прав и обязанностей, предусмотренных нормой права. К ним также подходит формула: нет прав без обязанностей и обязанностей без прав. Они гарантируются государством и охраняются принудительной силой компетентных органов.

Итак, избирательные отношения, как уже отмечалось, являются производными от конституционных, вернее они являются теми же конституционными отношениями, но в рамках однородной конституционной отраслевой сферы отношений регулируют осуществление избирательных прав граждан, передачу публичной власти от ее носителя (народа) выборным государственным и муниципальным органам, их должностным лицам. Тем самым избирательные отношения опосредуют повседневную практическую реализацию конституционного права граждан избирать и быыть избранным в органы государственной власти и местного самоуправления, развивают и дополняют конституционно-правовые отношения как в процессе организации и проведения выборов, так и в межвыборный период439.

Содержание электоральных отношений. Наличие субъективных прав и юридических обязанностей, установленных правовой нормой, гарантированной государством, отличает электоральные, как и в целом правовые отношения, от неправовых, поскольку, следуя образному вытражению А.Б. Венгерова, государство всегда незримо, но весьма мощно присутствует в правоотношениях в качестве «третьего не лиш- него»440. Однако содержание правоотношения состоит не только в правах и обязанностях, но и в реальных действиях по их использованию и осуществлению441. Специалисты по избирательному праву добавляют к этому и гарантии избирательных прав как специфическую юридическую разновидность обязанностей.

Правовые нормы наделяют субъектов правоотношений рядом правомочий, т.е. более конкретными правилами поведения субъектов правоотношений442. В соответствии с этими правомочиями, субъекты электоральных отношений осуществляют свое поведение. Именно правомочия, как отмечал В.О. Лучин, составляют основной компонент содержания, которым охватывается также и фактическое поведение субъектов443.

Электоральные отношения имеют сложную структуру. Большинство авторов выщеляют в них юридическое и материальное содержание. Вместе с правами и обязанностями (юридическое содержание) мы говорим о реальном, фактическом поведении субъектов электоральных отношений (материальное содержание). Еще в 80-х годах ХХ века С.С. Алексеев, рассматривая соотношение юридического и материального содержания в механизме воздействия права на общественную жизнь, отмечал, что материальное содержание неразрывно связывает правоотношение с реальными отношениями, фактическими социальными процессами, а юридическое содержа- ние служит правовым средством обеспечения и нередко формирования материального содержания444.

Материальное содержание избирательного правоотношения непосредственно индивидуализирует его среди прочих, связывает с реальными отношениями, протекающими в рамках избирательной кампании процессами.

Что касается юридического содержания, то оно, как отмечал Л.С. Явич, служит правовым средством обеспечения соответствия материального содержания избирательных правоотношений требованиям законодательства, обслуживает механизм сцепления юридических и фактических избирательных отношений445. Верную характеристику соотношению юридического и материального содержания мы находим в работах С.Д. Князева. Он обращает внимание на то, что юридическое содержание избирательных правоотношений имеет унифицированный характер и не зависит от его участников, а материальное содержание, напротив, в каждом конкретном случае серьезно отличается своим социальным наполнением и по характеру, и по структуре поведения субъектов избирательного процесса. Вместе с тем автор предупреждает от преувеличения юридического содержания избирательных правоотношений, поскольку сами по себе закрепленные в нормах права модели возможного поведения их участников вовсе не гарантируют собственного адекватного воплощения в повседневной действительности. На функционирование механизма выборов и их результаты в не меньшей степени оказывает влияние материальное содержание, т.е. фактическое избирательное поведение граждан и других субъектов избирательного процесса446.

Избирательное правоотношение, как и всякое правоотношение, волевое, причем со значительно расширенным субъектным составом. В связи с этим необходимо уточнить наличие в данных правоотношениях «общей воли», т.е. государственной, и воли его субъектов (индивидуальной воли), уточнить их соотношение. Воля субъектов избирательных правоотношений выступает как бы вторичной по отношению государственной воли.

Обращаясь к данному соотношению, В.О. Лучин акцентировал внимание на том, что, подчеркивая значение юридических субъективных прав и обязанностей, роль индивидуальных волевых актов, следует помнить о приоритете воли законодателя, о недопустимости подмены ее волей и интересами субъектов индивидуальных право- отношений. Волевое содержание правоотношений связано, прежде всего, с государственной волей, выраженной в конституционных нормах, и лишь затем с субъективной волей их участников447.

Рассматривая в этом смысле притязания участников правоотношений, т.е правомочие, которое требует совершения конкретного действия обязанным лицом в интересах управомоченного субъекта правоотношений448 или связывается с возможностью обратиться в суд, иной орган за защитой своего права, если имеет место его наруше- ние449, Д.А. Керимов отмечал, что притязания участников правоотношений возможны лишь в пределах установленной меры поведения450, и противоречия между избирательными нормами, воплощающими конституционные основы природы избирательных прав, и реальными (фактическими) отношениями разрешаются в пользу основополагающих норм.

Итак, по структуре содержания электоральных правоотношений, как и любых других, мы выделяем юридически значимые субъективные права их участников и юридические обязанности. Структурными элементами последних выступает следующее: 1.

Это мера необходимого поведения. 2.

Обязанности устанавливаются не произвольно, а в соответствии с требованиями правовой нормы. 3.

Обязанности устанавливаются в интересах управомоченной стороны или государства в целом.

Составными частями юридических обязанностей выступают: 1.

обязанность воздержаться от запрещенных действий; 2.

обязанность совершения активных действий, предписанных правовой нормой.

При этом, обязанности могут быть как в односторонних, двухсторонних, так и многосторонних отношениях. Правда, в сфере публичного права действие, классификация, структура и содержание правоотношений имеет свою специфику, например: односторонние правоотношения в теории и на практике не выделяются в сфере публичного права, где большинство правоотношений возникает из одностороннего волеизъявления451. Замечание верное, хотя и абсолютизировать его не стоит, поскольку в современных условиях и в сфере публичного права значительный массив отношений регулируется в рамках договорных отношений, что предусмотрено и нормами Конституции РФ, например, разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ осуществляется как Конституцией, так и договорами о разграничении предметов ведения и полномочий (ч. 3 ст. 11). На двухсторонней и многосторонней основе заключаются международные договоры, которые являются составной частью правовой системы России и даже имеют приоритет перед актами внутреннего законодательства (ч. 4 ст. 11), договорными являются и важные отношения в сложносо- ставных субъектах Российской Федерации (ч. 4 ст. 66).

Стоит обратить внимание на то, что значительный спектр отношений в избирательном законодательстве регулируется договорными нормами. Например, в соответствии с законом «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»452, договор заключается между кандидатом и лицом, осуществляющим сбор подписей избирателей в поддержку кандидата (п. 7 ст. 37) в соответствии с договором, заключенным в письменной форме между организацией телерадиовещания и кандидатом; происходит предоставление эфирного времени как на платной, так и на бесплатной основе (п. 11 ст. 50) и др.

В абсолютных отношениях обязанность не имеет конкретного адресата и закрепляется за всеми субъектами правоотношений, которые не должны мешать управомоченной стороне реализовывать свое право. В этом случае субъективному праву корреспондируют пассивные обязанности. Пассивные обязанности «не препятствовать» и «не нарушать» относятся к тем основным субъективным правам, отмечал А.В. Мицкевич, которые признаются государством как принадлежащие каждому человеку или гражданину государства. Если эти неотчуждаемые права не обеспечиваются обязанностями других уважать права человека и не ограничивать свободы его действий, вряд ли можно говорить об их юридической обеспеченности453.

Таким образом, юридическая обязанность выступает как установленная Конституцией РФ и избирательным законодательством необходимость (мера необходимого поведения) действия лица, на которое возложена эта обязанность. Безусловно, она является и мерой должного поведения в соответствии с требованиями управомо- ченного лица или государства в целом. Основными адресатами юридических обязанностей в избирательном праве выступают избирательные комиссии, государственные органы, органы местного самоуправления. Именно на них возлагаются обязанности, связанные с назначением выборов, образованием избирательных округов и избирательных участков, составлением списков избирателей, регистрацией кандидатов, обеспечением свободного волеизъявления избирателей, подсчетом голосов, определением результатов выборов, привлечением к ответственности лиц, виновных в нарушении избирательных прав граждан454.

Теперь рассмотрим структуру субъективных прав. 1.

Это мера возможного, дозволенного поведения. 2.

Определение субъективного права происходит в соответствии с юридической нормой. 3.

Субъективное право обеспечивается обязанностью другой стороны. 4.

Это право, гарантированное государством. Составными частями субъективного права выступают: 1.

правомочие на собственные действия; 2.

правомочие требовать от другого лица исполнение обязанности; 3.

возможность привести в действие аппарат принуждения против обязанного лица, в случае невыполнения им возложенных на него обязанностей.

Таким образом, в электоральных правоотношениях субъективное право представлено дозволенной, допустимой и гарантированной как Конституцией РФ, так и нормами избирательного законодательства, возможностью определенного поведения лица, наделенного этим правом, которая обеспечивается государством. В связи с этим субъективное право содержит в конкретном правоотношении указание на возможность поведения, на меру этого возможного поведения, на осуществление прав в интересах управомоченного, на обеспечение государственной охраны, защиты управомоченного, поскольку субъективное право опирается не просто на обещание, прогноз или даже собственное предположение, а на государственную защиту интересов участников правоотношения455. В их интересах действует и обязанное лицо, преследующее не собственные цели, а интересы управомоченных лиц. Итак, мера поведения определяет и сумму возможных правомочий в субъективном праве456. Например, право избирателя на получение информации раскрывается через ряд правомочий, закрепленных в Федеральном законе «Об основных гарантиях избирательных прав»: правомочия на получение объективной и достоверной информации, правомочие на получение информации о ходе подготовки выборов, о сроках и порядке совершения избирательных действий, правомочие на получение информации о законодательстве, правомочие на получение информации о кандидатах, избирательных объединениях и т.д. (п. 2, 3 ст. 45).

Право на знакомство с избирательным списком и получение другой предусмотренной законом информации включает правомочие на получение разъяснения, обращение с заявлением о включении в избирательный список, указание на имеющуюся ошибку, неточность в сведениях о нем, внесенных в список избирателей, и т.д. (п. 15, 16 ст. 17).

Право на обжалование в электоральных правоотношениях раскрыывается через ряд правомочий избирателя, например правомочия обжаловать решения и действия (бездействие) избирательных комиссий, нарушающих права избирателя, правомочие на обжалование решений комиссий об итогах голосования (ст. 75), правомочие на обжалование об отклонении заявления на включение в список избирателей (п. 16 ст. 17), правомочие на обжалование решения комиссии об отказе в регистрации кандидата (списка кандидатов), правомочие на обжалование об отказе в регистрации инициативной группы по проведению референдума (ст. 78) и др.

Вместе с тем, не бесспорным является утверждение, по которому существенное значение для характеристики избирательных прав граждан имеет то обстоятельство, что они могут устанавливаться только федеральными законами. Как отмечают Ю.А. Дмитриев и В.Б. Исраелян это обусловлено прямым указанием Конституции России на то, что регулирование прав и свобод человека и гражданина находится в ведении Российской Федерации (ст. 71)457. К этому добавляется мнение известных специалистов по избирательному праву Ю.А. Веденеева и С.Д. Князева: «Любые попытки правового регулирования избирательных прав граждан на уровне законов субъектов Российской Федерации не соответствуют конституционному статусу российских граждан и не могут бытть квалифицированы как правомерное воздействие на юридическое содержание избирательных правоотношений. Исходя из этого, избирательные права граждан, являющиеся следствием правотворческой деятельности законодательных органов власти республик, краев, областей и других субъектов Федерации, не должны подлежать реализации и защите (!). Их недопустимо рассматривать в качестве компонента юридического содержания избирательных правоотношений»458.

Данные утверждения вызывают несколько вопросов и позиций, с которыми согласиться никак нельзя. Во-первых, нельзя так резко противопоставлять понятия «регулирование прав» и «защита прав». Действительно, в соответствии с пп. «в» ч. 1 ст. 71 Конституции РФ, к ведению Российской Федерации относятся «регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина», тогда как к совместному ведении России и ее субъектов относится только «защита прав и свобод человека и гражданина» (пп. «б» ч.1 ст. 72). На первый взгляд защита прав и свобод человека и гражданина - это совместное ведение Российской Федерации и ее субъектов, тогда как регулирование этих прав - ведение только Российской Федерации. Это не совсем так. Данная норма говорит лишь о приоритете конституционно-правового регулирования прав и свобод человека и гражданина Российской Федерации и об обеспечении ею единства в подходе к правам и свободам на всей территории России. Норма вовсе не исключает регулятивное воздействие субъектов Российской Федерации на отношения, устанавливающие права и свободы человека и конкретные условия их реализации. В Конституции нет нормы, запрещающей субъектам России регулировать отношения в области прав человека. Не хотелось бы здесь упоминать соответствующую формулу «разрешено все, что не запрещено», но любому специалисту, работающему в области прав человека, очевидно, что именно на плечи субъектов РФ ложится основная нагрузка по регулированию отношений, связанных с правами и свободами человека и гражданина.

Во-вторых, непонятно и другое утверждение авторов: «Любые попытки правового регулирования избирательных прав граждан на уровне законов субъектов Российской Федерации не соответствуют конституционному статусу российских граждан и не могут быть квалифицированы как правомерное воздействие на юридическое содержание избирательных правоотношений». Но даже Конституционный Суд не единожды в своих постановлениях, ссылаясь на пп. «в» ст. ч. 1 ст. 71, обращал внимание на то, что ведению Российской Фе- дерации принадлежит первичное (выд. - авт.) конституционно- правовое регулирование прав и свобод, установление единых федеральных стандартов, способов, средств и порядка защиты. Субъекты РФ при этом правомочны регулировать (выд. - авт.) переданные им вопросы, конкретизировать условия реализации и соблюдения прав459. Таким образом, речь идет о первичном регулировании, а не абсолютном, что невозможно.

В-третьих, авторы (Ю.А. Веденеев и С.Д. Князев) понимают, что защита прав и свобод человека и гражданина является одновременно и важной составной частью их регулирования, тогда как регулирование прав и свобод в первую очередь направлено на их защиту и создание оптимальных условий их реализации, как на уровне государства, так и на уровне субъектов.

В-четвертых, не выдерживает критики следующее утверждение авторов: «Избирательные права граждан, являющиеся следствием правотворческой деятельности законодательных органов власти республик, краев, областей и других субъектов федерации, не должны подлежать реализации и защите. Их недопустимо рассматривать в качестве компонента юридического содержания избирательных правоотношений». Действительно, избирательные права граждан в любом случае должны защищаться, независимо от того, каким органом они сформулированы, где закреплены и закреплены ли вообще в писаном праве. Если пойти от обратного, т.е. вслед за авторами, то пришлось бы дезавуировать, скажем, ст. 4 и многие другие статьи Избирательного кодекса г. Москвы460, и многие нормы избирательных законов других субъектов РФ, в которых содержатся регулятивные правила по правам человека. А между тем в соответствии с п. 1 ст. 11 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав», законодательство Российской Федерации о выборах составляют не только акты федерального законодательства, но и акты субъектов федерации: конституции (уставы), законы субъектов Российской Федерации и иные нормативные акты о выборах в РФ. Было бы наивно считать, что в этих актах не закреплялись регулятивные нормы в области избирательных прав граждан РФ и ее субъектов и что они не имеют компонента юридического содержания избирательных правоотношений (или имеют, но их таковыми рассматривать нельзя). Объекты и субъекты электоральных отношений. В структуре правоотношений, в соответствии с теорией права, кроме субъективных прав и юридической обязанности выделяются объекты и субъекты правоотношений. При этом к объектам правоотношений, т.е. к тому, по поводу чего они складываются, на что имеют право субъекты правоотношений, несмотря на довольно длительную дискуссию по этому вопросу461, относятся как предметы материального мира, так и материальные блага, духовные потребности, а также честь, достоинство, авторство и другие нематериальные блага. Вместе с тем, связь объекта с интересами участников правоотношения выводит за пределы анализа юридической формы правоотношения и позволяет установить связь этой формы с различными материальными, организационными и культурными средствами удовлетворения потребностей личности и общества462.

Кроме этого, объектом правоотношения является и само поведение, действие субъектов правоотношений, как правомерное, так и неправомерное, а также результат действия данных субъектов.

В значительной части к объектам избирательного права относятся неимущественные отношения, обусловленные действием, поведением сторон по выполнению прав и обязанностей в избирательном процессе, по формированию представительных органов власти на репрезентативной основе, которые составляют предмет избирательного права. Объектами, в этом случае выступает то, по поводу чего складываются, на что воздействуют субъективные права и юридические обязанности субъектов избирательных правоотношений, т.е. волевое, фактическое поведение участников электоральных правоотношений по осуществлению их прав и обязанностей. В свое время некоторые авторы отмечали, что правоотношения могут быть и безобъектными, допустим, государственно- правовые463. Аргументированная критика этих положений была дана Ю.А. Тихомировым, который отметил, что в правоотношениях, возникающих в процессе участия в выборах, имеются объекты, но не материального характера. В качестве таковых выступают действия государственных органов, поступки, политико-правовое состояние граждан и так далее464. Безусловно, объектный состав электоральных правоотношений имеет многоаспектное содержание. Именно объекты сводят воедино субъективные права и юридические обязанности участников избирательных правоотношений, а влияние на них в рамках, предусмотренных избирательным законодательством, предопределяет деятельность субъектов избирательного процесса465. Неслучайно и О.Е. Кутафин понятие объектов правоотношений связывал не только с предметами и явлениями, но и с поведением участников конституционно-правовых отношений, которые через конституционные нормы связаны с этими предметами и явлениями466.

При характеристике объектов электоральных правоотношений уместно сослаться и на замечание А.Б. Венгерова о том, что объект правоотношений отнюдь не пассивный элемент. Он также влияет на содержание конкретного субъективного права и юридических обязанностей467, обусловливает наличие конкретных правомочий и их реализацию, что в полной мере относится и к сфере избирательного права. Действительно, одни правомочия требуются, скажем, для выдвижения кандидата в депутаты, другие для его регистрации, третьи для организации предвыборной агитации, четвертые для организации голосования и определения его результатов, пятые для обжалования итогов выборов или для разрешения избирательного спора и т.д.

Некоторые исследователи выделяют нетрадиционные объекты праоотношений, например, Ю.А. Дмитриев и В.Б. Исраелян акцентируют внимание на понятии генерального объекта избирательных правоотношений, которым выступает процесс воспроизводства власти468, Ю.А. Веденеев и С.Д. Князев выщеляют главный, общий объект всего комплекса избирательных правоотношений, которым является публичная власть469. В рамках конкретных электоральных отношений выделяются и обособленные объекты. В.О Лучин, касаясь характеристики конституционно-правовых отношений, отмечал, что объекты придают конституционно-правовым отношениям осмысленность, целенаправленность, играют важную роль в обеспечении связи между их участниками, в реализации ими своих законных интересов. Это необходимый структурообразующий элемент конституционных правоотношений470. Представляется, что данная характеристика полностью распространяется и на электоральные правоотношения.

Другим важнейшим структурообразующим элементом электоральных правоотношений являются субъекты этих правоотношений. В основном субъекты правоотношений характеризуются по модели частного права на основании Гражданского кодекса Российской Федерации. В этом случае выделяются физические лица (индивиды) и коллективные образования, организационно оформленные471, при этом отмечается, что субъектами права являются лица или организации, за которыми признано законом особое юридическое свойство (качество) правосубъектности, дающее возможность участвовать в различных правоотношениях с другими лицами и организациями472. Правосубъектность рассматривается через такие ее структурные элементы, как правоспособность, дееспособность, правовой статус. Некоторые авторы включают еще элемент деликтоспособности как одну из составных частей правосубъектности, другие видят в делик- тоспособности лишь частный случай дееспособности. Иногда эти институты рассматриваются и как предпосылки возникновения правовых отношений: «Правовые отношения могут возникнуть тогда, когда участники общественных отношений выступают в качестве носителей прав и обязанностей, именуемых на юридическом языке правоспособностью (правосубъектностью)»473.

В этих случаях подразделение субъектов правоотношений идет на физических и юридических лиц. К физическим лицам относят граждан РФ, иностранцев, лиц без гражданства; к юридическим лицам - предприятия и их объединения, учреждения и общественные объединения и т.д., характеристика которых раскрывается через классические (легальные) признаки юридического лица.

По мнению А.Б. Венгерова, в общем понятие правового статуса синонимично понятию правосубъектности. Различие в том, что правовой статус гражданина определяет набор прав, которыми гражданин обладает для вступления в гипотетическое, возможное правоотношение, а правосубъектность - это уже характеристика правомочий конкретного субъекта в конкретном правоотношении474. А.В. Мицке- вич характеризует правовой статус как признанную конституцией или законами совокупность исходных, неотчуждаемых прав и обязанностей человека, а также полномочий государственных органов и должностных лиц, непосредственно закрепляемых за теми или иными субъектами права475.

Становление институтов физического и юридического лица занимало в истории российской государственности и права довольно длительный этап и произошло для физических лиц только в Московском княжестве в конце XV века (Судебник 1497 г.), а для юридического лица только в Петровскую эпоху в XVIII веке.

Что касается отраслей публичного права, то здесь при характеристике юридических лиц делается акцент на государстве (хотя оно может выступать и в качестве юридического лица в некоторых имущественных отношениях), органах государственной власти, в меньшей степени на органах местного самоуправления, общественных организациях, которые выступают самостоятельными субъектами права на осуществление функций государственной власти, управления и самоуправления, правосудия, установления ответственности, например, по Федеральному закону от 6 декабря 1999 «Об административной ответственности юридических лиц за нарушение законодательства Российской Федерации о выборах и референдумах»476.

В целом, субъектами конституционно-правовых отношений, отмечает О.Е. Кутафин, являются их участники, которые в конкретном правоотношении осуществляют права и несут соответствующие юридические обязанности либо своей правоспособностью порождают правовые отношения477.

Но вместе с тем, как указывается в исследовательской литературе, статус субъектов конституционных правоотношений имеет преимущественно политический характер, он интегрирует те права и обязанности субъектов, которые отвечают их социальной роли в механизме осуществления народовластия478.

При этом корректируются отдельные элементы правосубъектности, например наступление дееспособности или объем полномочий, определяющих правовой статус субъекта правоотношений. Важным фактором здесь выступает и установление возраста политического совершеннолетия, с достижением которого гражданин приобретает политические права, например, избирать и быть избран- ным на различные общественно-политические, судебные должности. Могут быть и другие условия (не обязательно возрастные), определяющие наступление политической дееспособности. Как отмечает А.Б. Венгеров, в тоталитарных государствах объем политической правоспособности зависит не только от возраста, но и от партийной принадлежности, признания господствующей идеологии. Иногда это закрепляется в Конституции, когда партии придается юридически руководящая роль479, иногда это фактически реализуется путем установления так называемой номенклатуры. В государствах, имеющих теократические тенденции, на правоспособность может влиять и религия480.

В целом правовой статус государственного органа очерчивается его компетенцией. Только прямо указанные в законе полномочия (властные права и обязанности) составляют его правовой статус. Выход государственного органа за пределы своих полномочий, а также их неосуществление в подлежащих случаях всегда являются неправомерными, незаконными действиями, хотя бы они и были вызваны возможностью принять иные меры481. Вместе с тем, Конституция РФ, как известно, не ограничивается закреплением общего правового статуса состояния субъектов, нередко она наделяет их конкретными полномочиями по совершению определенных действий482.

Перечень субъектов конституционных правоотношений во многом совпадает у разных авторов. Наиболее полно он представлен в работах О.Е. Кутафина, который выделяет: 1)

народ Российской Федерации и образующие его нации и народности России; 2)

граждан Российской Федерации, их группы и собрания, лиц без гражданства и иностранцы; 3)

Российскую Федерацию; 4)

субъекты Российской Федерации; 5)

административно-территориальные единицы; 6)

государственные органы Российской Федерации и ее субъектов; 7)

органы местного самоуправления; 8)

должностные лица; депутатов законодательных органов Российской Федерации и ее субъектов и органов местного самоуправления, членов Совета Федерации, а также их объединения; 9)

общественные объединения граждан483. Примерно такой перечень дает и В.О. Лучин, фрагментируя отдельные позиции перечня и усиливая его социальной ориентацией субъектов конституционно-правовых отношений484. В целом примерно те же группы субъектов конституционно-правовых отношений выделяли и исследователи в советское время485.

Что касается субъектов избирательного права, то они, во- первых, во многом характеризуются тем же составом, что и субъекты конституционного права в целом: народ, граждане, госорганы и органы местного самоуправления, общественные объединения и т.д. Но, с другой стороны, они имеют специфический круг субъектов, которые характеризуют именно избирательное право в структуре подотраслей и правовых институтов конституционного права, деятельность которых связывается с организацией всего выборного процесса и функционирования избирательной власти в межвыборный период.

Так, С.Д. Князев все многообразие субъектов избирательных правоотношений сводит к двум группам. К первой он относит граждан как основных носителей избирательных прав и свобод, выступающих в качестве избирателей, кандидатов, зарегистрированных кандидатов, доверенных лиц, наблюдателей и членов избирательных комиссий с правом совещательного голоса, отчасти иностранных граждан, которым по закону разрешено участвовать в выборах и быть избранными в представительные органы местного самоуправления, а также коллективных субъектов (избирательные объединения и избирательные блоки)486.

Ко второй группе субъектов избирательных правоотношений автор относит избирательные комиссии, государственные ораны, органы местного самоуправления, средства массовой информации, предприятия, учреждения, организации, а также их должностных лиц, на которых возложена обязанность оказывать содействие осуществлению избирательных прав граждан посредством создания надлежащих условий для организации и проведения выборов, предот- вращения нарушений избирательного законодательства и привлечения виновных лиц к ответственности487.

Как представляется в целом, с этой классификацией С.Д. Князева можно согласиться, хотя стоит отметить, что такая группировка субъектов избирательных правоотношений уж очень масштабная и для конкретизации ее субъектного состава можно сделать более дифференцированной, например, выделить группы (подгруппы) коллективных субъектов избирательных отношений. Ведь нельзя объединять в одну группу субъектного состава и физические, и юридические лица. Наверное, особую субъектную группу составляют и избирательные комиссии, и СМИ. Не определено и место судебных органов как субъектов избирательных правоотношений. Кстати, в более ранней статье С.Д. Князева, написанной в соавторстве с Ю.А. Веденеевым, данные субъекты дифференцировались по четырем группам: индивидуальные, коллективные, политические и ад- министративные488, - что представляется наиболее правильным. К тому же эта классификация полностью воспроизведена и в учебнике других авторов: Ю.А. Дмитриева и В.Б. Исраеляна489.

И еще на одной позиции стоит заострить внимание. В отличие от В.О. Лучина, О.Е. Кутафина С.Д. Князев не склонен рассматривать народ в качестве субъекта избирательных отношений на том основании, что, в силу достаточной аморфности и отсутствия внешней правовой обособленности, право участвовать в свободных выборах не относится к исключительному ведению народа. Поэтому автор считает, что народ, представляющий собой объединенную едиными историческими и территориальными признаками высшую социальную общность людей, может рассматриваться в качестве субъекта политических отношений, не требующих формальной определенности и обязательной юридической персонифицированности их участников. Несмотря на то, что народ является единственным источником власти, передача этой власти от народа выборным государственным органам и органам местного самоуправления осуществляется посредст- вам реализации принадлежащих не народу, а гражданам Российской Федерации избирательных прав. Неслучайно именно они выступают в качестве главного адресата избирательного законодательства и являются единственными обладателями конституционного права из- бирать и быть избранными в органы государственной власти и местного самоуправления. Без участия граждан попросту невозможно существование избирательных правоотношений, поскольку иначе пришлось бы признать, что цели выборов могут быть достигнуты при отсутствии свободного волеизъявления непосредственных обладателей избирательных прав490.

Сделаем некоторые уточнения. Во-первых, нельзя так противопоставлять народ и граждан. Все граждане являются представителями народа. Безусловно, категория народ более широкая, и можно представить, что определенную его часть составляют не только граждане, но и лица без гражданства, беженцы и др. Во-вторых, избирательные права принадлежат далеко не всем гражданам России, как это вытекает из утверждения С.Д. Князева. Лицам, не достигшим 18 лет, лицам, признанным судом недееспособными и содержащимся в местах лишения свободы по приговору суда не принадлежат избирательные права, хотя они и являются гражданами России. В-третьих, кроме граждан Российской Федерации в выборах могут принимать участие, т.е. наделяются активным и пассивным избирательным правом, и некоторые группы иностранцев, значит не только граждане России являются единственными обладателями конституционного права избирать и быть избранными. В-четвертых, надо все-таки уточнить, что во время выборов не происходит передачи власти от народа каким-либо выборным органам. Народ никому власть не передает и остается ее носителем и после выборов. Утверждать обратное - значит подвергать сомнению абсолютность нормы ст. 3 Конституции РФ, ее социальную ценность. Присвоение властных полномочий, в соответствии с Конституцией РФ, преследуется по закону (ч. 4 ст. 3).

А что же тогда происходит во время выборов? Мы уже частично ответили на этот вопрос в главе о юридической природе избирательного права. Во время выборов происходит делегирование ряда властных полномочий государственным органам и органам местного самоуправления для реализации ими своих функциональных действий. В этом плане нельзя преувеличивать роль выборов, придавая им характеристики единственной властноуправляющей структуры общества. К сожалению, в Конституции России отсутствует норма о делегировании властных полномочий органам государства и органам местного самоуправления для реализации их функций и содержится не совсем корректная и противоречивая формулировка о «го- сударственном органе власти»491. Никакому органу государства не может принадлежать власть, и он не может быть «органом власти», поскольку власть может принадлежать только народу (ч. 1, 2 ст. 3 Конституции РФ). Даже делегированные государственному органу властные полномочия являются временными, с пересмотром их объема в параметрах тех цикловых промежутков проведения выборов, определенных законодателем.

Стоит обратить внимание и на то утверждение автора, что только граждане выступают в качестве главного адресата избирательного законодательства. Во-первых, здесь, как мы отмечали, противопоставляются народ и граждане. Во-вторых, не все граждане выступают в качестве главного адресата избирательного законодательства. В-третьих, конституционная статья (ч. 1-3 ст. 3) главным адресатом субъекта выборов называет именно народ, а не граждан: «высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы» (ч. 3 ст. 3), хотя такого противопоставления - народа и граждан допускать нежелательно. И поэтому законодатель мудро поступает, называя главными адресатом и в избирательном законодательстве (буквально и по смыслу) народ и граждан (преамбула Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав»).

Представляется, что законодатель категории «народ» и «граждане» в избирательном законодательстве воспринимает как тождественные, не предпринимая попыток различить их, что может составлять предмет специального исследования или законодательного регулирования. В соответствии с Конституцией РФ, законодатель использует понятие народ в ситуации, когда надо дать указание на принадлежность власти, ее носителя. Используя понятие «граждане», законодатель в равной степени относит к нему и «народ». Неслучайно О.Е. Кутафин, давая характеристику участников конституционно-правовых отношений, как раз и подчеркнул такое понимание «народа». С юридической точки зрения, понятие «народ» отождествляется с понятием «граждане» и определяется как принадлежность данной, ассоциированной в рамках единого государства совокупности людей к соответствующему государству492.

В свое время соотношение этих категорий рассматривал и известный специалист в области электоральных отношений В.Ф. Коток, который убедительно показал искусственность такого противопоставления, но, с другой стороны, в сравнительной характеристике показал, в чем особенности правомочий народа как субъекта правоотношений, по отношению к другим субъектам правоотношений, в т.ч. к отдельным гражданам как участникам избирательных правоотно- шений493.

Вопрос о правосубъектности народа в конкретных правоотношениях, в том числе и электоральных, как мы видим, является дискуссионным. Ряд исследователей: С.С. Кравчук, В.С. Основин, В.Ф. Коток, Р.Г. Губенко, А.С. Прудников, В.И. Авсеенко, В.О. Лучин, О.Е. Кутафин, - считают, что народ в конституционных (государственно-правовых) отношениях выступает как субъект. А.В. Мицкевич, В.Т. Кабышев, О.О.Миронов, Р.О. Халфина, А.Х. Махненко отрицают наличие правосубъектности у народа в конкретных правоотношениях. К этой позиции склоняется, как мы видели, С.Д. Князев и некоторые другие специалисты в области электоральных отношений, например, Ю.А. Дмитриев, В.Б. Исраелян, Ю.А. Веденеев. Некоторые ученые допускают наличие правосубъектности у народа отчасти (С.Ф. Кечекьян)494 или в немногих правоотношениях (М.В. Баглай)495либо считают, что субъектом конституционно-правовых отношений является не просто народ, а только народ (многонациональный народ) Российской Федерации (С.А. Авакьян)496.

И все же, в конкретных правоотношениях, связанных с выборами и проведением референдума, с нашей точки зрения, народ выступает именно как субъект или как, заметил О.Е. Кутафин, как юридическая личность. Это правоотношения, связанные с проведением референдума и свободных выборов. При проведении референдума народ выступает как участник правоотношения, имеющий право выразить свою волю по тому или иному важному вопросу, а все государственные органы, органы местного самоуправления и граждане обязаны подчиниться воле народа. Народ имеет право выразить свою волю также посредством выборов497. Более того, как отметил в связи с этим В.О. Лучин, право участвовать в свободных выборах, право выражать свою волю путем референдума относятся к ис- ключительному ведению народа498. Результаты референдума и выборов обязательны для государственных органов и органов местного самоуправления, которые в значительной степени и формируются народом посредством этих институтов. Поэтому правосубъектность народа характеризуется не только качеством суверенности, но и качеством учредительности, т.е выражает учредительский характер народовластия. В этом проявляется двухуровневая характеристика природы правосубъектности народа, что отмечалось еще в советское время499: с одной стороны, в соответствии с Конституцией РФ, народ осуществляет свою власть непосредственно, с другой стороны - через государственные органы и органы местного самоуправления. То есть в первом случае народ выступает как участник общих, в том числе учредительных конституционных правоотношений, и в этом качестве связан со всеми основными видами субъектов права. Это особое конституционное состояние, выражающее иерархию, соотносимость субъектов права и ориентирующее их на обеспечение народовластия. Во втором случае народ выступает еще и как участник конкретных конституционных правоотношений, возникающих при формировании органов государственной власти, проведении всенародного обсуждения и референдума500.

Классификация избирательно-правовых отношений. Классификация правоотношений не является такой дискуссионной, как рассмотренные выше структурные элементы этих отношений. Различные критерии классификации или дополняют существующие, общепризнанные классификации или характеризуют авторские позиции по рассматриваемой проблеме. В литературе по теории права обычно выделяются критерии классификации по характеру воздействия (учредительные, регулятивные, охранительные, запретительные), по предмету правового регулирования, по содержанию обязанностей (активные, пассивные, односторонние, двусторонние или относительные) по распределению прав и обязанностей (простые, сложные, абсолютные, относительные), видовые характеристики представлены отраслевыми критериями (конституционно-правовые, административно-правовые, гражданско-правовые, уголовно-правовые, процессуальные и иные).

Что касается конституционных правоотношений, то они, с одной стороны, характеризуются всеми теми же признаками видовой характеристики, что и другие отраслевые правоотношения, но, безусловно, имеют и свою специфику, например, большинство этих правоотношений возникает из одностороннего волеизъявления501. Тем не менее, по способу индивидуализации принято делить конституционно-правовые отношения на относительные (двусторонние индивидуализированные) и абсолютные (односторонне индивидуализированные).

По целевому назначению они подразделяются на учредительные (общие конституционно-правовые отношения), правоустанови- тельные (осуществление субъектами конституционных правоотношений своих прав и обязанностей в соответствии с правовой нормой), правоохранительные (охрана предписаний конституционной нормы). Ряд исследователей как разновидность конституционных охранительных правоотношений выделяет группу гарантирующих правоотношений, опосредующих наиболее высокую ступень охраны и защиты конституционных ценностей, обеспечения правомочий конституционных субъектов502.

По содержанию конституционно-правовые отношения подразделяются на материальные (связанные с реализацией материальных норм с регулированием реальных отношений) процессуальные (связанные с реализацией процессуальных норм, имеющие производный и вторичный характер).

По форме ряд исследователей подразделяет конституционно- правовые отношения на правоотношения в собственном смысле и правовое состояние (С.С. Алексеев, О.Е. Кутафин). Конституционно-правовые отношения в собственном смысле характеризуются тем, что в них четко определены права и обязанности субъектов, и каждый субъект осуществляет свои права и обязанности лично. Правовое состояние отличает то, что здесь права и обязанности субъектов отношений носят менее определенный характер, чем в целом в конституционно-правовых отношениях в собственном смысле, хотя по сравнению, например, с общими правоотношениями, сами эти субъекты определены достаточно четко. Правовые состояния устанавливаются многочисленными нормами, на основе которых складываются другие правовые отношения503.

В литературе представляются и другие критерии классификации в зависимости от предмета исследуемого правового явления, научного направления, школы и позиции автора.

Электоральные отношения являются по сути конституционными, и в этом плане на них распространяются все характеристики конституционных правоотношений, в рамках подотраслевой принадлежности, связанной с выборами и избирательным процессом. Они имеют и свои специфические признаки. В своем большинстве это регулятивные отношения, связанные с государственным регулированием позитивного развития избирательных отношений, с действием регулятивной функции (функции организации), проявляющейся в двух своих основных видах: как закрепительная (или статическая) и динамическая. При этом статическая функция воздействия на избирательные отношения предусматривает закрепление в актах избирательного законодательства прав и обязанностей, свобод и ограничений, правового статуса, правил оптимального функционирования избирательной системы и реализации волеизъявления граждан при формировании представительных органов власти и выбора высших должностных лиц, проведения референдума. Через эти статические отношения устанавливается правовой механизм, призванный обеспечить реализацию предписаний норм избирательного права. Эти отношения связаны с определением правосубъектности, закреплением и изменением правового статуса субъектов избирательного права, определением компетенции избирательных комиссий, госорганов и органов местного самоуправления, участвующих в организации избирательного процесса, определением юридических фактов, связанных с возникновением, изменением и прекращением избирательных правоотношений, установлением конкретной правовой связи между субъектами электоральных правоотношений.

Динамическая разновидность регулятивной функции связывается с обязанностями субъекта электоральных отношений совершить активные действия положительного характера по реализации избирательного права. С помощью регулятивной функции не только происходит урегулирование общественных отношений, складывающихся в ходе выборов. Регулятивные отношения обеспечивают нормальное, стабильное функционирование избирательной системы в целом.

Охранительные отношения, предусматривающие охрану от противоправных посягательств на избирательные права граждан, реализуются через установление запретов (абсолютных и пассивных) на совершение определенных действий, предусмотренных законом и угрозой применением юридических санкций к виновным в правонарушениях. С помощью охранительных правоотношений государство как бы сигнализирует, какие ценности избирательной культуры взяты под особую охрану государства. Они всегда выступают как вла- стеотношения. Посредством охранительных отношений реализуются

197 меры юридической ответственности, меры защиты субъективных прав и законных интересов, превентивные средства государственного принуждения504. Безусловно, охранительные отношения выступают вторичным фактором в регулировании избирательных правоотношений нормами материального права и, соответственно, носят процессуальный характер. Поэтому исследователи рассматривающие виды избирательных правоотношений, как правило, используют дифференциацию их и на материальные, и процессуальные.

Материальные отношения составляют основной спектр отношений, урегулированных соответствующими нормами, обеспечивают реализацию избирательного процесса, формирования соответствующих представительных органов власти и, конечно же, обеспечивают реализацию избирательных прав. Что касается процессуальных отношений, в целом производных от материальных, то в избирательном праве они представляют значительный спектр, выполняя важную функцию. Однако нельзя их и абсолютизировать в том плане, что они занимают доминирующее, преобладающее положение в общей системе избирательных правоотношений505. Нет, доминирующими и преобладающими все-таки являются материальные отношения. Так, например, рассматривая осуществление охранительной функции в конституционном праве, подчеркивая ее значение и важность в обеспечении конституционного правопорядка, В.О. Лучин, тем не менее, отмечал, что охранительные правоотношения не имеют широкого распространения506. Это относится и к избирательному праву. Правда, ее подотраслевая специфика как раз и заключается в том, что, по сравнению с другими структурными элементами системы конституционного права, в избирательном праве действительно процессуальные отношения представлены в более полном объеме, хотя и здесь нельзя их абсолютизировать, поскольку в других подотраслях конституционного судопроизводства (например, парламентское право) они представлены в не меньшем объеме. К тому же не стоит забывать, что значительный спектр этих отношений имеет процедурный, а не процессуальный характер, что тоже является спецификой избирательных правоотношений. Справедливости ради необходимо отметить, что на это обращено внимание С.Д. Князева, который отметил, что не следует преувеличивать значение процессуальных норм, поскольку они неразрывно связаны с материальными отношениями и выполняют по отношению к ним ярко выраженную обеспечительную функцию507.

Правомерно, на наш взгляд, выделять в избирательном праве общие и конкретные отношения. Общее правовое отношение является своеобразной базой, на основании которой строится весь комплекс избирательных отношений508. Важно выделять как разновидность охранительных отношений гарантирующие правоотношения, опосредующие наиболее высокую степень охраны и защиты конституционных ценностей, обеспечения правомочий субъектов конституционного права509. Правда в литературе высказывается и другая точка зрения, что гарантийные нормы не могут быть отождествлены в чистом виде ни с регулятивными, ни с охранительными правовыми нормами. Они занимают сотдельное место в механизме правового регулирования избирательных отношений, выполняя обеспечительную роль применительно к важнейшей их компоненте - конституционному праву граждан избирать и быть избранным в органы государственной власти и местного самоуправления510. Считая, что гарантирующие отношения являются разновидностью охранительных, отметим главное: государство и его органы несут обязанности по отношению к членам общества, в том числе и избирателям, в реализации их прав на свободное волеизъявление. В системе избирательной власти, конечно, главная роль по созданию реальных возможностей для осуществления избирательных прав ложится на плечи избирательных комиссий, что находит отражение во всех избирательных законах. Основной закон подотрасли избирательного права неслучайно назван «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»511. Тем самым законодатель задает гарантийными нормами основные направления развития электоральных отношений.

Классифицировать избирательные отношения необходимо и в зависимости от их роли в технологическом и пространственно- временном обеспечении избирательных прав, как это сделали С.Д. Князев и Ю.А. Веденеев, первыми рассмотрев по этому критерию отношения, не только связанные с организацией выборов, но и опосредующие реализацию избирательных прав граждан в межвыборный период512. Заслуживает внимания и выделение отдельной группы правотворческих избирательных отношений513. Конкретные исследования могут приводить и к другим критериям классификации электоральных отношений, например, по субъектам избирательных отношений, по юридическим фактам, т.е. по основаниям, с которыми связано возникновение, изменение и прекращение конкретных избирательных отношений, по временным критериям (постоянные, временные, действующие неопределенный срок и ограниченный), по способам регулятивного воздействия (статические, динамические), по уровню действия (избирательные отношения федеральные, субъектов федерации, местные), по субъектам правотворчества, по составу (простые, сложные) и т.д.

Работать с законодательными актами [1, 6, 32], в т.ч. международными [4].

Читать учебную и научную литературу [23, 40, 46, 58, 59, 62, 65, 110, 127].

Ответить на вопросы теста 1.

Субъектами избирательных правоотношений являются:

а) физические лица;

б) юридические лица;

в) коммерческие организации;

г) государственные учреждения;

д) политические партии;

е) избирательные блоки;

ж) профсоюзные организации;

з) граждане Российской Федерации;

и) лица без гражданства; к) наблюдатели. 3.

По юридическому значению избирательные правоотношения подразделяются на:

а) статические;

б) динамические;

в) материальные;

г) охранительные;

д) процессуальные. 4.

Объектами избирательных правоотношений являются:

а) вещи;

б) личные неимущественные отношения;

в) авторские права;

г) воспроизводство власти;

д) преступления, связанные с воспрепятствованием реализации гражданином его избирательных прав. 5.

Содержанием избирательных правоотношений является:

а) право требование;

б) субъективные права избирателей;

в) право партии искать себе спонсора для участия в выборах;

г) правотворческая деятельность законодателя по разработке избирательного закона;

д) право члена избирательной комиссии составлять протокол об административном правонарушении в ходе выборов.

Контрольные вопросы 1.

В чем состоит общая характеристика избирательных правоотношений? 2.

Какова особенность структуры избирательных правоотношений? 3.

Перечислите особенности субъектного состава избирательных правоотношений. 4.

Перечислите особенности содержания избирательных правоотношений. 5.

Что выступает объектом избирательных правоотношений? 6.

Какова классификация избирательных правоотношений? 7.

Как соотносятся понятия «конституционно-правовые отношения», «политические отношения», «избирательные правоотношения»? 8.

Перечислите критерии классификации избирательных правоотношений по видам.

201 9. Каково соотношение субъективных прав и юридических обязанностей в избирательных правоотношениях? 10.

Являются ли процедурные избирательные правоотношения процессуальными?

План семинарского занятия 1.

Понятие избирательного правоотношение. 2.

Содержание избирательного правоотношений. 3.

Объекты и субъекты избирательных правоотношений. 4.

Классификация избирательных правоотношений.

202

<< | >>
Источник: Белоновский В.Н.. ИЗБИРАТЕЛЬНОЕ ПРАВО: общая часть: Учебно-методический комплекс. - М.: Изд. центр ЕАОИ. - 266 с.. 2008

Еще по теме Избирательные правоотношения:

  1. §5. Избирательные правоотношения
  2. Субъекты избирательных правоотношений
  3. Содержание избирательных правоотношений
  4. Объекты избирательных правоотношений
  5. Классификация избирательных правоотношений
  6. 2. Избирательный процесс и избирательные правоотношения
  7. Избирательные правоотношения
  8. Глава 3. ГАРАНТИРОВАНИЕ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ ГРАЖДАН В СВЕТЕ ПРАВОВОЙ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТИ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  9. §1. Понятие избирательного процесса
  10. Тема 3. Избирательный процесс в Российской Федерации
  11. Глава Избирательные правоотношения
  12. § 1. Понятие «избирательные правоотношения»
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -