<<
>>

§ 2. Становление древнерусского правового мышления » и его характерные черты

С X по XII вв. завершился в базовых основах процесс становления средневекового правового мышления. В XII в. имела место богатая юридическая практика в разработке законодательства, определились принципы правовой регламентации судопроизводства, уголовного и гражданского права (в понимании, естественно, того времени). Осознание права было таковым, что позволяло свободно создавать и вводить в действие новые за* коны. Одновременно имелся опыт «заимствований» из Византии, осваивались привнесенные правовые установления из византийских законов и Кормчих книг.
Однако в данный период нельзя с достаточной степенью адекватности судить о проникновении на Русь греческой философии и теории римского (византийского) права. За этот период отсутствуют полновесные данные о судебной практике. Можно, однако, утверждать, несмотря на всю бедность источников, что развитие теоретической древнерусской мысли имело очень оригинальные черты. Знакомство с трудами Отцов Церкви имело место в элитарной светской и церковной части общества уже на древнерусском этапе. Современные западные авторы, не склонные к неприязненным нападкам на русскую историю, полагают, что отсутствие в Киевской Руси специального профильного образования в систематизированных формах «во многом предопределило характерный облик древнерусского богословия, не похожего ни на византийское, ни тем более на западное, схоластическое».46 Дошедшие до нас произведения древнерусских мыслителей (митрополит Иларион, Владимир Мономах, автор «Повести Временных лет» и др.) имеют серьезные правовые и полити- ко-правовые составляющие, причем, именно на теоретическом уровне. Отечественные теоретики действительно не склонны к западной схола-

46 Подскальский Герхард. Христианство и богословская литература в Киевской Руси (988-1237 гг.). Спб. 1996, с. 131-132.

стике, сциентизированной витиеватости и логикообразному мудрствованию. Зачастую они сильно приближены к обыденной жизни. Русское теоретическое мышление во многом базировалось на принципе простоты, даже при использовании схоластических форм. Но простота не означала упрощенность. Этот принцип означает скорее ясность и продуманную доступность изложения. По нашему мнению, он утвердился в произведениях Отцов Восточной Церкви и был воспринят древнерусскими мыслителями.

Серьезное отличие древнерусской теоретической мысли или, если можно сказать, мистически-интуитивной теоретики от западной мысли заключалось в том, что она не нуждалась в необходимости логически доказывать некоторые фундаментальные положения. Не было нужды в логических доказательствах бытия Бога, логически осмысливать «размерность грехов», анализировать «правовые связи» человека и Бога и т.д. Русское мышление во всех этих вопросах полностью доверяет трактовке Святых Отцов. В теоретической древнерусской мысли утверждается препятствующая проникновению позитивистско-логизированной науки некая самодостаточность критериев истинности. Теории Отцов Восточной Церкви вошли в средневековую теоретику органически, без напряжения, легко, определив известную простоту конструкций и критерии истинности. В этой связи не было острой необходимости в логической разработке гносеологических вопросов и критериев истинности. В западном варианте теоретической мысли, перенасыщенном господством «наукообразия», логики и схоластики, мыслители интуитивно-мистического толка типа Франциска Ассизского были большой редкостью, на Руси они встречались как обычное явление.

«Научная деятельность», как анализ и обобщение, приняла на Руси иные формы и методы, проявлялась через мистическую интуицию Святых. Этот путь полагался достижением истины. Отсюда возник такой колоссальный авторитет св.св. Иоанна Златоуста, Василия Великого, Афанасия Великого, Григория Нисского и других, тексты трудов которых встречаются в средневековой Руси едва ли не чаще текстов Священного Писания.

Отсутствие на Руси «высшего образования» в университетских формах должно быть адекватно осмыслено. В Западной Европе университеты начали свою деятельность в XI-XII вв. Там интенсивно изучалось римское право, и в этом есть до сих пор не объясненная странность. Еще никто и нигде внятно не пояснил, зачем и почему с XI в. заработала в университетах такая масштабная «кузница юридических кадров», что толкало многие тысячи молодых людей на изучение, весьма дорогое изучение, еще не «родного для Европы», забытого и «погибшего» римского права. Ведь значение университетов в XI-XII вв. нельзя преувеличивать. Преподавание права в них сводилось к заучиванию текстов из плохо сохранившейся кодификации Юстиниана при их субъективном комментировании преподавателем. Сам Свод Юстиниана был открыт в полном объеме лишь в 1080 г.

Только в XII в. появляются в Европе первые и единичные теоретические трактаты по праву. На Руси в конце XI в. также получил хождение теоретический правовой трактат Никона Черногорца. Развитие права в Европе проходило параллельно с развитием богословия и философии. Метод «анализа и синтеза», так называемая схоластика, распространился соответственно на все перечисленные направления европейской теоретической мысли, или «науки».47 Знаменитые европейские богословы были одновременно и юристами: П. Абеляр, Дуне Скот, М. Лютер и т.д. В целом все эти тенденции имели место и на Руси, включая то обстоятельство, что изучали на Руси и Западе то же римское право по законам Юстиниана, но в различных организационных формах. Византийское право было известно в русском средневековье достаточно серьезно. Утверждения о какой-то примитивности правового развития средневековой Руси просто лишены оснований. Здесь важен совсем другой аспект развития права, наложивший отпечаток на последующую историю теоретической национальной мысли.

По нашему мнению, на Руси наблюдался на редкость синхронный процесс формирования государства, христианства и правовой мысли. Вообще, как в Западной Европе, так и у восточных и южных славян после утверждения государственности следовало принятие христианства или это проходило одновременно. В странах Запада в XI-XII вв произошел «правовой переворот» в связи с созданием университетов и рецепцией римского права. В важнейших славянских государствах становление государственности можно отнести к IX в., принятие христианства также к IX в. (Болгария, Сербия, Польша, Чехия). Однако становление права в кодифицированном виде здесь несколько запаздывало, вернее - значительно запаздывало, за исключением Болгарии (где все шло не без влияния Византии). В Болгарии кодификация возникла на рубеже VIII-IX вв, в Сербии к XII веку, в Польше и Чехии значительно позднее. Иными словами, у славянских народов наблюдался асинхронный процесс между становлением государственности и становлением кодифицированного права. Даже у чешских славян, где процессы государственного развития в VI—VIII вв. были очень схожи с русскими, возникновение кодифицированного права

48

относится лишь к XIII в. Это же наблюдается в Польше. Переломов в связи с рецепцией римского права славянские страны не знали.

Однако известную асинхронносгь между государственно-христианскими процессами и правовым становлением можно отметить. На Руси принятие христианства шло в таком же русле государственных процессов: IX век - становление

П

Берман Г. Западная традиция права: эпоха формирования. М. 1998, с. 124—164. 48 Зигель Ф. История славянских законодательств. История польского права. Варшава. 1914, с. 19; История Чехии // под ред. Пичета В.И. М. 1947, с. 5-9; Черниловский З.М. Возникновение раннефеодального государства и права в Чехии // Труды ВЮЗИ. Т. XIV. Проблемы истории государства и права. М. 1970, с. 176-213; Дарест Р. Исследования по истории права. Спб. 1884, с. 149-223; Пахман С.В. История кодификации гражданского права. М. 2004, с. 139-176.

государства, X век - принятие христианства. Но здесь нет асинхронности в развитии кодексов права. Оно развивается одновременно с принятием христианства в 988 г. в виде Уставов Церкви и первых редакций Русской Правды. Более того, договоры с Византией и «закон русский», законодательная деятельность князей в конце IX века и княгини Ольги в X веке свидетельствуют о «работе права на опережение». Во всяком случае, вместе с принятием христианства, богословская, философская и правовая мысль развиваются совершенно синхронно. «Переломы» в связи с усвоением римского (византийского) права, подобные университетскому влиянию кодекса Юстиниана на Западе, на Руси не имели места. Усвоение римского права в форме теоретических идей и некоторых конкретных направлений законодательства началось сразу после принятия христианства, т.е. одновременно (в конце X-XI вв.), что придавало этому праву такой же высокий авторитет, как и привходящей богословской мысли. Религиозно- бытовые аспекты римского права усваивались Русью в подобных условиях довольно легко. Ветхий и Новый Завет, некоторые богослужебные и канонические книги, по мнению некоторых авторов, усваивались в славянской среде уже к началу X века.49 Для Руси вопрос об асинхронности указанных выше процессов важен потому, что достаточно позднее принятие христианства, более чем через столетие после оформления государственности и вокняжения первой династии, позволил за это время развиваться национальному обычному праву и княжескому законодательству в конце IX-X вв. В какой-то степени это определило устойчивость национальной правовой сферы в последующие века и определенную двойственность существования национального права и правовых текстов византийского происхождения, ту самую двойственность «текстов», о которой активно спорят лингвисты.

При этом совершенно невозможно с точностью установить, в каком объеме и когда именно проникли на Русь труды Святых Отцов Восточной Церкви. Даже для XVI в. этот вопрос представляет спорную проблему. Хотя до крещения литературная патерика была особенно и не нужна, можно допустить ее наличие в каком-то варианте в элитной среде, связанной с ранним христианством (например, у княгини Ольги).50 С конца X века положение начало меняться и в XI в. авторитет Отцов Церкви стал, вместе с текстами Священного Писания, очень высоким. Юридические и правовые аспекты в трудах Отцов Церкви были для древнерусского правосознания столь же авторитетны, как и библейские тексты. Они были эталонами для 49

Макарий (Булгаков). История Русской Церкви. Кн. первая. М. 1994, с. 185-186. 50

Есть серьезные основания полагать, что за сотню лет до принятия христианства на Руси существовал полный перевод текста Библии (Ветхий и Новый Завет) на церковнославянский язык, осуществленный св. Мефодием. Следовательно нормативное ее содержание было известно на уровне элитного слоя славянства (Мнллер Л. Значение Библии для христианства на Руси (от крещения до 1240 г.) // Славяноведение. 1995. № 2, с. 3). v всех направлений книжности: богословия, философии, законоведения, толкования спорных вопросов и спорных религиозных текстов, спорных правовых проблем. Священные и религиозно-правовые тексты Отцов Церкви в целом «охранялись правосознанием» от самостоятельного схоластического (диалектического) толкования и «расчленения». Одна из тенденций средневековой «научной» мысли (книжности) оформилась как путь комментирования Священного Писания текстами Святых Отцов.

На наш взгляд, весьма важным обстоятельством является то, что процесс развития богословия, философии, государственной мысли и правовой теоретической мысли пошел с конца X в. в едином потоке, без конфликтности. И это предопределило на время средневековья по преимуществу гуманитарный характер русской мысли и системы знаний до XVII в. В редких исследованиях по истории науки это обстоятельство анализировалось совершенно недостаточно. В книге Т. Рай нова древнерусская наука представлена как исключительно технико-практическое явление без гуманитарной составляющей. Но совсем обойти реалии автор не мог и отметил «окрашенность» средневековых научных воззрений в цвета «богословской мистики».51

Отсутствие в средневековой Руси университетской системы усвоения знаний не означает приниженности «юридической базы». Правотворчество, юриспруденция, правовая мысль, как свидетельствуют летописи и сохранившиеся источники, играли важнейшую роль. Во-первых, в древнерусском обществе приобрела огромную значимость практическая юриспруденция. На практике все, кто нес государственную и государеву службу в аппарате, имели дело с правом и должны были в какой-то степени быть «юристами». Такое положение особенно укрепилось в Московской Руси. Члены княжеского совета, администрация древних городов, Боярская дума, служащие приказов, іубньїх изб, дьяки и подьячие обязаны были в разной степени разбираться в законах, поскольку вся их профессиональная деятельность была связана с законами и на них основывалась.

Такая практическая юриспруденция была развита и в странах Европы, особенно в периоды раннего средневековья. В Англии отменный вояка и дебошир, молодой английский король Генрих II во второй половине XII столетия по собственному почину и разумению так изучил право путем самостоятельных занятий, что постоянно поучал юриспруденции своих подчиненных, читал юридические лекции своим судьям и постоянно вме-

52

шивался в судопроизводство. Из этой самостоятельности изучения права родились судебные реформы по установлению основ суда присяжных, имеющие значение в Европе до сего дня. Но на Руси князь Владимир Мономах являл такой же образец освоения государственно-правовой мысли путем самообразования и также проводил разносторонние законодатель- 51

Райнов Т. Наука в России XI-XVII веков. М.-Л. 1940. 52

Берман Г. Указ. соч., с. 410.

ные усовершенствования. В свое время Оствальд Шпенглер точно подметил, что даже в Риме практическая юриспруденция оказывала серьезное влияние на совершенствование юридических знаний.53 Это же наблюдалось и в Древней Греции. Там, кстати, вся «великая философия» выросла, в том числе, вместе с преподаванием частными лицами посредством частных уроков. Но подобная система частного преподавания существовала и в средневековой Руси. Поэтому отсутствие на Руси университетов не означает «приниженности образования». Скорее тут целесообразно ставить вопрос о его недостаточной системности. Наличие юридической образовательной базы в виде частного освоения знаний и огромная роль «практической юриспруденции» создавали вполне адекватную потребностям базу.

По мнению многих исследователей, у руссов в IX-X вв. существовала письменность, однако уровень грамотности населения трудно установить даже в более поздние периоды. Невозможно решить вопрос о том, произошло ли становление «письменного законодательства» в конце IX в. и во время реформы княгини Ольги, хотя источники указывают на княжеские установления и «закон русский». Факты записи законодательства мы встречаем на примере договоров с Византией в X в., хотя и здесь не ясен вполне вопрос о языке записи текстов. Профессиональной государственной юриспруденции в X в. в обычном смысле еще не было, как не было для этого и соответствующей книжной базы. Юридические функции продолжали выполнять «специалисты» языческого права из языческой среды. При всем этом, становление государственности у восточной ветви славянства, в том числе Древнерусского государства, произошло во многом синхронно с распространением старославянского языка в письменной форме. Это вполне закономерно, поскольку «без письменности не может существовать и функционировать государство»,54 тяготеющее с самого начала к установлению общеобязательного письменного законодательства. Реально же, книжность, новое (антиязыческое) юридическое мышление и практическая юриспруденция нового типа стали утверждаться в конце X - начале XI столетий. 53

Шпенглер О. Закат Европы. М. 1998. Т. 2, с. 62. f ; ^ 54

Журавлев В.К. Внешние и внутренние факторы языковой эволюции. М. 1982, с. 89.

<< | >>
Источник: Рогов В.А., Рогов В.В.. Древнерусская правовая терминология в отношении к теории права. (Очерки IX - середины XVII вв.). - М.: МГИУ. - 269с.. 2006

Еще по теме § 2. Становление древнерусского правового мышления » и его характерные черты:

  1. $1. Методологические основы механизма реализации субъективных политических прав и свобод в Российской Федерации.
  2. § 1. Понятие, исторические и теоретико-правовые предпосылки возникновения и развития гражданского общества
  3. § 2. Становление древнерусского правового мышления » и его характерные черты
  4. § 6. Две системы русского средневекового права в XIV-XV вв. и различия в закреплении принципов собственности и статуса субъектов правоотношений (к вопросу об уровне правового развития)
  5. § 8. Об уровне теоретичности средневековой правовой нормы (логика построения, проблема казуальности и архаичности).
  6. § 4. Понятие и характеристика «права». Соотношение права и правды
  7. §1. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ВЛАСТЬ МОСКОВСКОГО ЦАРСТВА
  8. § 1. Б. Н. Чичерин о сущности государства и его составных элементах. Проблема власти. Государство и общество. Государство и общественный строй. Вопрос о правах и обязанностях граждан. Проблемы государственной политики. Вопрос о размерах государства
  9. Ф.В. Тарановский СЛАВЯНСТВО KAK ПРЕДМЕТ ИСТОРИКО-ЮРИДИЧЕСКОГО ИЗУЧЕНИЯ
  10. § 2. Эволюция обычного права у северокавказских народов
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -