<<
>>

§ 2. Парижская Префектура полиции - ведущий элемент полицейской системы Франции в период Третьей республики

Префектура полиции Парижа к началу XX в. была самым значительным полицейским подразделением страны. Численность сотрудников парижской полиции была более чем в 3 раза больше, чем численность персонала общенациональной полиции, находящейся в распоряжении Главного управления безопасности МВД Франции.

Ее годовой бюджет более чем в 2 раза превышал бюджет управления безопасности. В силу важности обеспечения политической стабильности в столице руководитель парижской полиции имел намного большее влияние, чем директор управления безопасности МВД[330]. Это предопределило влияние парижской префектуры на остальные полицейские учреждения страны, сделав ее, с одной стороны, организационным образцом, задающим вектор развития всей системы, а с другой стороны, превратив ее в «лабораторию» по созданию современных методов полицейской работы.

Определяющую роль в модернизации полицейской практики сыграл сотрудник столичной префектуры А. Бертильон (1853-1914). Под его руководством начиная с 1880-х гг. разрабатывались и внедрялись новые способы идентификации личности преступника - антропометрия, словесный портрет, анкетная фотография - все методы, объединенные термином «бертильонаж». Бертильонаж не просто определил появление службы криминалистического учета, но сделал возможным конструирование специфического поля полицейской деятельности, которому суждено было сыграть главную роль в становлении национальной модели полиции, как, впрочем, и в развитии международного полицейского сотрудничества.

Успеху антропометрической системы А. Бертильона способствовала коньюнктура: рост уголовной преступности, сопровождавшийся созданием в прессе пессимистической картины, уже в первые годы Третьей республики заставил власти обратиться к решению проблемы преступников- рецидивистов. Появились предложения о введении в качестве дополнительной меры наказания правонарушителю в случае неоднократного совершения преступлений депортации в колонии[331] [332] [333].

Закон от 27 мая 1885 г. о ссылке ре-

53

цидивистов явился свидетельством твердых намерений правительства в этой сфере. Цель законодателя состояла в том, чтобы «очистить» территорию, прежде всего, столичной Франции с помощью уникального в истории французского уголовного права института. Этот закон, исходя из «неоспоримой презумпции неисправимости», фиксировал число наказаний, количество нарушений, после совершения которых индивид объявлялся абсолютно не-

54

исправимым с помощью классического наказания .

С тех пор успех политики социальной профилактики зависел от возможностей выявления правосудием лиц, которые были осуждены неоднократно, но под различными именами. Закон 1885 г. о ссылке рецидивистов оказал воздействие на развитие сотрудничества между Министерством внутренних дел и Министерством юстиции, различными службами полиции и прокуратурой, способствовал созданию общенационального банка данных о преступниках[334]. На практике это предполагало решение двух различных проблем: организации хранения данных по осужденным и разработке метода идентификации ранее осужденного лица[335] [336]. Эта ситуация способствовала быстрому распространению системы Бертильона.

С 1800 г. в Префектуре полиции осуществлялось ведение Общего регистра применения наказаний, предусмотренного ст. ст. 600-602 Уголовного процессуального кодекса. Досье было построено по хронологическому принципу, и, по мере разрастания, дополнено алфавитной классификацией. Алфавитный перечень включал 500 000 имен . В 1833-1837 гг. записи были переведены на карточки. В 1871 г. после пожара в префектуре было принято решение о восстановлении более 10 млн накопившихся к этому времени учетных карточек. Этот момент был использован для их усовершенствования. Большая часть работы - 6 млн восстановленных карточек - была проделана за два года, но полностью закончена лишь к 1885 г. Огромное количество учетного материала (8 млн в 1893 г.) делало любой поиск информации трудоемким, медленным и не всегда результативным[337].

В связи с этим в их опознании полиция и органы правосудия больше полагались на память своих сотрудников и сотрудников исправительных учреждений[338].

Осознавая бесполезность составления и классификации непригодных карточек, поскольку при отсутствии единообразия описания индивида и фотографий, сделанных по одному стандарту, выявить среди тысяч карточек, те, что описывают одного человека, было невозможно, помощник писаря А. Бер- тильон выдвинул идею регистрации человека по размерам частей его тела, которой он дал название антропометрической идентификации. В антропометрической карточке отмечались и приметы (цвет радужной оболочки левого глаза, особые приметы)[339]. А. Бертильон разработал также метод фотографирования, получивший название сигналетической фотосъемки.

Благодаря Л. Лепину, генеральному секретарю префектуры в 18861891 гг., префекту в 1893-1897 гг. и 1899-1913 гг., поддержавшему идеи А. Бертильона, в 1883 г. состоялось первое опознание рецидивиста с помощью антропометрического метода. Всего в этом году А. Бертильон идентифицировал 49 рецидивистов, а в следующем - 241. В 1882 г. при префектуре полиции было учреждено бюро идентификации подозреваемых и преступников во главе с Бертильоном, в 1887 г. преобразованное в службу идентификации, к которой была присоединена фотографическая служба. За период между 1882 г. и 1893 г., когда при префектуре была сформирована служба криминалистического учета, состоящая из отдела регистрации, антропометрии и фотографии, создавшая прочные организационные основы развитию и применению антропометрии и связанному с ней методу классификации картотек в полиции префектуры, система А. Бертильона постепенно получила официальное признание. За этот период было опознано более 5 тыс. рецидивистов.

Для того чтобы работа шла единообразно у всех полицейских регистраторов, А. Бертильон подготовил ряд учебников, в которых были представлены чертежи, схемы, рисунки необходимых инструментов, приемов измере- ний частей тела человека, правила и образец заполнения регистрационной карты с наклеенным на нее фотоснимком человека анфас и в профиль.

В 1895 г. была принята единообразная модель карточки, получившая название «парижской карточки». Она включала антропометрические характеристики на основе точных показателей, две фотографии (анфас и в профиль), словесный портрет, указание особых примет, отпечатки пальцев, гражданское состояние, дату рождения, с 1908 г. национальность, с 1912 г. в карточку вносились записи о наказаниях, до этих пор отмеченные на отделенных листках, прикрепленных к карточкам. Постепенно картотека Префектуры полиции превратилась в национальный архив, куда стекалась информация не только о всех осужденных, предоставляемая канцеляриями судов присяжных, апелляционных судов и исправительных судов, коммерческим судом департамента Сены, военными трибуналами сухопутных и морских сил, Кассационным судом, но и сведения о лицах, в отношении которых было начато уголовное преследование, поступавшие из главного управления безопасности МВД.

При ведущей роли Префектуры полиции и ее службы криминалистического учета активизировались процессы национализации и профессионализации полицейской деятельности, адаптирующие полицейскую систему к новым условиям. Составными элементами этих процессов были укрепление на постоянной основе взаимодействия центральных органов с местными полициями, его рационализация посредством выработки определенных бюрократических процедур, выработка общих профессиональных знаний и умений, как и создание общего профессионального языка, без которых развитие криминалистического учета было бы невозможно. Чтобы описание, сделанное одним полицейским, было правильно «прочитано» другим, необходимо было использовать одинаковые термины. «Научные понятия, распространенные Бертильоном, абсолютно изменили старый полицейский язык: все инспекторы полиции используют, когда они говорят о приметах, точные специальные термины. Также ошибки в характеристике на лиц, которые некогда приводили к ошибочным арестам, сократились, если не сказать практически исчезли», констатировали слушатели полицейских курсов, на которых обучались методу словесного портрета в октябре 1907 г.[340]

В системе уголовной регистрации, разработанной А.

Бертильоном, ее вспомогательному методу - словесному портрету - была суждена долгая судьба. Поскольку методика словесного описания, несмотря на ее четкость и продуманность, оказалась довольно сложной для усвоения сотрудникам полиции, для ее изучения он разработал программу курсов при службе криминалистического учета парижской полиции. Эти курсы, введенные постановлением префекта от 6 марта 1895 г., можно считать «официальным рождением профессионального обучения сотрудников судебной (уголовной) полиции во Франции»[341]. Другое постановление 1902 г. утвердило обязательное наличие свидетельства об обучении технике составления словесного портрета для кандидатов на должности комиссара, секретаря и инспектора полиции. Принимая ежегодно 200-250 учеников, эти курсы подготовили до 1930 г. более 7 тыс. полицейских. Вскоре две подобные школы были основаны в Лионе и в Бордо. Примеру Парижа последовали многие иностранные столицы[342].

В 1908 г. при префектуре полиции был открыт музей полиции, прежде всего, для пропаганды профессионального обучения и дополнения обучения методам идентификации на курсах. «Дидактический музей - абсолютно подходящее место для занятий будущих офицеров и агентов полиции», - заявил А. Бертильон в печати[343].

Вместе с тем антропометрический метод имел серьезные недостатки, самый важный заключался в том, что он не давал абсолютную гарантию тождества личности при совпадении антропометрических показателей. Это обеспечила только дактилоскопия. А. Бертильон не игнорировал достижения дактилоскопии, но сомневался в возможностях использования отпечатков пальцев для идентификации личности. Тем не менее в 1904 г. служба криминалистического учета префектуры полиции включила в содержание карточки отпечатки десяти пальцев, правда, к февралю 1914 г., из 1 200 000 карточек лишь 60 000 были классифицированы на основе дактилоскопического критерия. Так антропометрический метод, с одной стороны, способствовал, модернизации полиции Франции, а с другой стороны, его господство привело постепенно к определенному отставанию французской полиции в техническом отношении от многих европейских стран.

Развиваемая на основе централизации криминалистических данных в службе криминалистического учета префектуры общенациональная система розыска основывалась на трех главных элементах: внедрении антропометрического метода, упорядочении и бюрократизации форм обмена информацией между центром и местными органами полиции, унификации ведения криминалистического учета.

Значительные успехи в совершенствовании «бертильонажа» и дактилоскопии в последней трети XIX в. - начале XX в. позволили французским властям расширить роль, отведенную приметам, фотографии и отпечаткам пальцев в качестве идентификационных сведений. Первоначально эти методы, главным образом, использовались, чтобы опознать с большей или меньшей долей точности лиц, представлявших непосредственную угрозу для общественного порядка: преступников-рецидивистов, лиц без определенного места жительства, иностранцев и иммигрантов. В сентябре 1921 г. префект полиции Парижа Р. Леллье выступил с инициативой введения единообразного «удостоверения личности француза» для всех граждан, проживающих в Париже или в департаменте Сены[344], которая была разработана на основе достижений службы криминального учета префектуры полиции под руководством А. Бертильона. Идентификационная карта включала фотографию, соответствующую определенным требованиям, описание примет (с использованием методов словесного портрета и антропометрии), отпечатки пальцев владельца. Службы Префектуры парижской полиции должны были организовать регистрацию выдачи карты и хранение всех, потребовавшихся для ее изготовления документов.

В начале XX в. французы прибегали к различным способам удостоверения личности: обращались за их выдачей в мэрию и комиссариаты полиции, где могли также выдать свидетельство о благонамеренности и подтвердить адрес проживания; использовали военный билет; разрешение на право охоты; свидетельство о рождении; карты клиентов железнодорожных компаний; членские билеты общественных организаций и ассоциаций. Эта практика способствовала процветанию подлогов, огромное разнообразие идентификационных документов тормозило осуществление полицейских задач. Введение единообразного удостоверения личности, по мнению префекта, модернизировало бы полицейскую деятельность в столице с учетом интересов населения[345].

Нововведение вызвало широкую дискуссию в прессе, в научных кругах. Часть периодических изданий выступила с одобрением и поддержкой этих мер, считая, что создание такого банка личных данных повысит быстроту полицейских расследований, от чего выиграют невиновные граждане, оказавшиеся под подозрением случайно. Несмотря на эту поддержку средств массовой печати осуществление реформы, с одной стороны, столкнулось с затруднениями материального порядка, с другой стороны, реформе оказали противодействие сотрудники полиции, встретившие инициативу без энтузиазма, и население. Введение этого удостоверения в качестве обязательного оказалось, в итоге, невозможным, но Префектура полиции приступила к его выдаче исключительно по желанию самих граждан[346]. Оно получило в последующие годы широкое распространение.

Императив общественной безопасности, заставляющий правительство Третьей республики усилить репрессивный характер уголовного законодательства, увеличил потребности правоохранительных органов в разработке процедур идентификации и розыска преступников. Становление системы регистрации и розыска преступников было одним из факторов процесса огосударствления и централизации полицейских учреждений. Разработка и внедрение единой идентификационной карты француза происходила в этом же контексте. Но ее значение и значение усилий полицейских органов по ее распространению превосходят чисто полицейские последствия. Как отметил П. Пьяза, «необходимо быть внимательнее к роли, которую сыграла карта в конструировании нации, национального государства. Пользуясь ею регулярно, французы интериоризировали понятие нация, как один из главных параметров собственной идентичности»[347].

Наряду с той ролью, которую Префектура полиции сыграла в утверждении централизованной модели полицейской деятельности, она находилась на острие потребностей времени и в понимании необходимости утверждения более мягких, «цивилизованных» методов работы. Республиканские идеалы стимулировали проблемы формирования полицейской этики. Но процесс начался задолго до утверждения Третьей республики. Первой программой преобразования парижской полиции в рассматриваемом ключе, на наш взгляд, являлся проект 1854 г., разработанный под руководством префекта полиции П. Пьетри. Согласно его представлению, полиция должна была стать органом, оказывающим помощь нуждающимся, проявляя в нужные моменты твердость[348]. Образцом для создания «хорошей» полиции стала лондонская полиция, в проекте отмечались ее главные принципы: постоянное и повсеместное присутствие полиции как гарантия безопасности населения, преобладание в ее деятельности профилактики правонарушений. Для реализации первого принципа предлагалось увеличить численность агентов охраны общественного порядка в форме (сержанты полиции) до 3 тыс. человек, что приводило к удвоению их числа на улицах Парижа. Эта мера была введена декретом от 17 сентября 1854 г. Для усиления превентивной работы сержантов полиции была введена новая организация пространства города. Г ород был разделен на 12 районов, соответствующих 12 округам, каждый район делился на секцию (квартал), а каждый квартал делился на «илот» (от фр. - островок, изолированный участок), где была введена система постоянного дежурства сержантов и стационарного наблюдения. Сержанты имели право ареста нарушителя только если его личность была неизвестна. Так как сержанты, закрепленные за постоянным илотом, хорошо знали жителей, эта локализация полицейской службы позволила сократить число арестов . При П. Пьетри была введена и подготовка сержантов, которых обучали, прежде всего, умению замечать признаки назревающих городских волнений и способам борьбы с последними. И хотя по-прежнему трудно было разграничить, в чьих интересах - политической власти или самого населения - полиция осуществляет постоянное наблюдение городских пространств, взаимоотношения стражей порядка с парижским обществом, как отмечали современники, с этого времени вступили в стадию нормализации.

Снижение градуса репрессивности полиции, безусловно, требовалось в связи с масштабными социальными изменениями. Модернизируемое общество становилось все более нетерпимым к проявлениям насилия в публичной жизни. Смягчение методов работы, ее гуманизацию, появление превентивного аспекта не следует преувеличивать, но они все более властно заявляли о себе в рассматриваемый период.

Как ответ на эту потребность адаптации полицейского института к меняющимся запросам общества, с одной стороны, и как составная часть общественно-политических изменений Франции, особенно после Первой мировой [349] войны, приведших к росту участия женщин в трудовой деятельности, состоялся приход в профессию полицейского, изначально мужскую, женщин. Феминизация полиции, масштабы которой не следует преувеличивать, так как еще и в настоящее время доля женщин во французской полиции не превышает 20% по отношению к общей численности кадрового состава, на наш взгляд, интересна именно тем, что позволяет высветить суть изменяющихся требований к полиции и полицейской профессии и роль столичной Префектуры полиции в этом процессе.

Во многих странах в начале XX в. была признана необходимость присутствия женщин в полиции для работы, в большинстве своем профилактической, в ограниченной сфере, связанной с женской и детской преступностью, насилием против женщин и т. д. Чтобы не произошло нежелательной ассоциации женщин с полицейской деятельность, их стали называть не “policemen”, а “policewoman”, а сами они предпочитали считать себя социальными работниками . Именно эта потребность полиции в осуществлении «социальных» функций, которые, согласно распространенным общественным стереотипам о мужских и женских качествах, женщины могли выполнять гораздо лучше в соответствии со своей природой, сделала возможным первоначальный доступ женщинам в полицейские структуры.

Концепция ограниченного использования женщин в полиции при организационном обособлении «женских» подразделений была принята во многих странах вплоть до 1960-х гг., хотя были и редкие исключения .

Во Франции инициатором процесса феминизации полиции стал Национальный совет французских женщин и Муниципальный совет Парижа. Вопрос о создании специальной бригады помощниц полиции при Префектуре полиции был решен положительно в период обостренного интереса к проблеме профилактике преступности несовершеннолетних и обновления соответствующего законодательства. 31 декабря 1935 г. в префектуре появились [350] [351] первые 2 помощницы (в Англии в это время в разных городах действовали уже 165 полицейских агентов-женщин), впоследствии бригада состояла из 20 сотрудниц. К ним предъявлялось обязательное требование - иметь диплом социального работника, в число их служебных обязанностей входило поддержание связей с общественными организациями . В конце XIX - начале XX вв. по инициативе женщин, принадлежавших к обеспеченным слоям общества, во Франции было создано множество благотворительных женских ассоциаций, призванных сгладить проблемы социального неравенства, особое внимание уделявших женщинам и детям из бедных слоев и оказывавших на них, в первую очередь, нравственное воздействие. Они действовали в том

74

же направлении, что и женщины-полицейские .

Вслед за Парижем в 1936 г. префект Роны предпринял эксперимент по созданию службы помощниц полиции в Лионе . Задачи помощниц полиции заключались в профилактике детской преступности и преступности против детей, борьбе против проституции. Они должны были «вовремя распознать зло, которое может произойти, падение, которое может состояться из-за стечения обстоятельств», осуществляя постоянный контроль общественных мест вблизи женских учебных заведений, кафе, досуговых учреждений, скверов, бирж труда и т. д., и, если необходимо, оказать помощь женщинам, оказавшимся в трудной ситуации[352] [353] [354] [355].

В работе с несовершеннолетними до 18 лет помощницы полицейских должны были основываться на положениях декрета от 30 октября 1935 г., который отменил статьи Уголовного кодекса о наказании несовершеннолетних за бродяжничество и ввел меры предварительного помещения (ст. 2) и окончательной защиты (ст. 3). Каждый безнадзорный ребенок должен был быть доставлен помощницами в ближайший комиссариат полиции. После исследования всех его жизненных обстоятельств он либо возвращался к родителям, либо направлялся на попечение администрации по социальным вопросам. Собранные помощницами сведения, дополненные комиссарами полиции, а иногда и обществами охраны детства, передавались в прокуратуру, которая принимала решение либо о прекращении мер предварительного помещения, либо о передаче дела в суд для принятия решения о мерах окончательной защиты.

Контроль за Службой помощниц полицейских осуществлялся префектом полиции. Поскольку на помощниц полиции распространялись общие условия оплаты труда и отставки сотрудников полиции, они не должны рассматриваться как социальные работники. У них имелись и определенные полицейские полномочия: они могли принять решение о наложении штрафа, применить арест, сделать запросы о необходимой информации. Правда, во всех случаях, когда требовалось использование принуждения, им должны были оказывать содействие коллеги-мужчины, эта норма может трактоваться и как формальное ограничение полномочий полицейских-женщин.

Их повседневная деятельность состояла из обязательного присутствия в бюро в Префектуре полиции с 8 до 10 часов, патрулирования улиц, и, особенно, мест, где часто бывают женщины и дети, или, где они, чаще всего, оказывались в опасности, осуществления встреч с родителями, представителями общественных организаций и т. д. Несмотря на все опасения полицейского руководства, служба была положительно принята общественным мнением и сотрудниками полиции.

Присутствие женщин в полиции позволило без больших затрат предложить ее современный и гуманный образ, доброжелательный имидж полицейской организации, хотя не следует переоценивать итоги этого нововведения, положительного во всех аспектах, поскольку служба долгое время насчитывала только двух сотрудниц.

В период Четвертой республики (1946-1958 гг.) были предприняты попытки феминизации полиции в национальном масштабе, потерпевшие неудачу из-за того, что в рамках чисток послевоенного времени от коллаборационистов, Национальная полиция Франции нуждалась в репрезентации более мужественного определения полицейского корпоративного духа.

Первые серьезные изменения в положении женщин внутри полиции были достигнуты благодаря самим парижским помощницам полиции: хорошо интегрированные в полицейскую профессию и доказывавшие свою значимость и необходимость, они смогли без привлечения к своим проблемам широкого общественного мнения добиться удовлетворения некоторых требований в вопросе повышения статуса и жалования. В 1952 г. было отменено требование обязательного диплома социального работника при приеме на работу женщин в полицию, в 1960 г., помощницы получают статус, эквивалентный статусу полицейского инспектора. Сначала в Париже (1953 г.), а затем на всей территории страны (1968 г.) они получили право участвовать в конкурсе на замещение должности помощника офицера полиции.

Таким образом, роль Парижской префектуры в произошедшем переломе в освоении женщинами полицейской профессии несомненна. В 1970-1980-е гг. они получили к ней равный с мужчинами доступ. В 1975 г. во французской полиции работали более 1000 помощниц полиции, 254 инспектора, 11 следователей, 4 комиссара полиции женского пола .

Доступ женщинам к осуществлению полицейской деятельности в полном объеме был открыт в результате процесса ее профессионализации. Он состоял во все большей централизации управления полицейской организацией, стандартизации полицейской работы на основе складывающейся системы профессиональной подготовки; специализации деятельности, отказе от осуществления задач, которые не связаны с поддержанием порядка и т. д. Про- [356] цесс сопровождался укреплением иерархизированной военизированной модели полицейской организации. Это утверждение формальных критериев отбора на службу облегчило доступ в полицию женщинам.

Префектура полиции Парижа в кризисный момент, когда полиция была вынуждена адаптироваться к работе в стремительно развивающемся под воздействием науки и техники обществе, смогла выработать современные полицейские методы работы. Становление общенациональной системы регистрации и розыска преступников было одним из факторов процесса огосударствления и централизации полицейских учреждений.

Ведущая роль в формировании полицейской системы Франции Префектуры полиции столицы проявилась в ее влиянии на развитие централизованной модели полицейской деятельности, что, в немалой степени, было обусловлено ее быстрым реагированием на потребности времени поиском новых, более эффективных методов работы.

<< | >>
Источник: АНДРЕЕВА Ирина Анатольевна. ПОЛИЦЕЙСКАЯ СИСТЕМА ФРАНЦИИ: ГЕНЕЗИС, ФОРМИРОВАНИЕ, РАЗВИТИЕ (ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XVII - НАЧАЛО XXI ВВ.) Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Омск 2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2. Парижская Префектура полиции - ведущий элемент полицейской системы Франции в период Третьей республики:

  1. § 4. Национальная жандармерия на рубеже XIX-XX вв.: преодоление кризиса и модернизация
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -