III. ИСТОЧНИКИ ПРАВА И ИСТОЧНИКИ ПОЗНАНИЯ ПРАВА

Конституции и лауды. В эпоху шляхетской Речи Посполитой обычное право продолжало еще играть существенную роль в области частноправовых отношений. Однако уже в эту эпоху выдвигается на первое место право писаное, установленное властью.

Основным источником права с конца XV столетия стали нормы, утвержденные сеймом, называемые, как уже говорилось, конституцией. Различались конституции вечные, действие которых не было ограничено временем, и конституции временные, которые должны были действовать на протяжении определенного, заранее установленного срока. Основные нормы государственного строя считались неизменными. Такой характер придавался прежде всего Генриковским статьям (1573 г.), объединенным после элекции 1632 года в один правовой акт с пактами конвентами. Они были причислены к кардинальным (основным) правовым нормам шляхетской Речи Посполитой. С конца XVI века утвердился принцип, что постановления сеймов принимались как целое. Конституции издавались от имени короля. С 1543 года сеймовые конституции составлялись и печатались на польском языке и рассылались в отдельные земли, что являлось формой их публикации. Во второй половине XVII века участившиеся срывы сеймов привели к застою в законодательстве. Наряду с сеймовыми конституциями король издавал эдикты, войсковые артикулы, ординации (горные и др.). Кодификационное движение. Источники польского права не были объединены одной системой. Важнейшие из законов (статуты и конституции) были напечатаны в так называемом Сборнике Лаского, изданном по инициативе Радомского сейма (1505 г). Редактировал сборник коронный канцлер Ян Лаский. Сборник этот стал считаться затем фундаментальным сводом польского права. Вскоре в связи с экзекутивным движением средней шляхты стали стремиться к унификации и систематизации всего действующего права. На Быдгощском сейме в 1520 году была избрана кодификационная комиссия, которая подготовила проект кодификации судопроизводства, названный Formula processus (1523 г.) Он был принят сначала в Малой Польше, а со временем — всей Короной.

Это был единственный кодифицированный раздел судебного права в Польше того времени. В результате дальнейших кодификационных работ в 1532 году был опубликован проект, известный под названием «Correctura iurium», именовавшийся также Корректурой Ташицкого (Николай Ташицкий был упомянут как глава комиссии, составлявшей проект). Проект, состоявший из 928 статей, охватывал всю структуру судов, процессуальное, уголовное и гражданское право, право сословий, а также формулы правовых действий. Однако он был отвергнут Сеймом (1534 г.), так как не содержал положений по реализации экзекуционной программы. Кодификация польского права так и не была осуществлена, т. е. наиболее влиятельным магнатским группировкам и церкви было выгодно существовавшее положение, нежели кодификация, проведенная в интересах средней шляхты. В первой половине XVIII века было начато важное издание польских законов и конституций, предпринятое Юзефом А. Залу- ским и Станиславом Конарским, известное под названием «Volu- mina legum». Оно должно было включить в себя все законодательство Речи Посполитой. В 1732—1739 гг. вышло в свет шесть томов этого издания, в которые вошли законы от XIV века до 1736 года. Издание было продолжено и в дальнейшем. Городское право. К XVI веку относится также оживление в области разработки городского права. Самую большую роль сыграл в этом деле писавший по-польски Бартоломей Гроицкий, который в 1556 году издал «Статьи Магдебургского права», а вслед за этим пять книг, касающихся различных разделов городского права; они выдержали несколько изданий. Изданные на польском языке и к тому же отличавшиеся полнотой, труды Гроицкого пользовались таким авторитетом, что на их основе выносились приговоры в городских и сельских судах. На них смотрели как на официальную интерпретацию Магдебургского права. Среди источников сельского права особого внимания заслуживают сельские законы. Их называли также вилькерами, реже ординациями. Они содержали нормы, определявшие BHytpeHHioio жизнь деревни, повинности крестьян, организацию власти и суда, касались также гражданского права, уголовного и процессуального.

В XVII—XVIII вв. законодательная деятельность помещиков нормировала подробно домениальные отношения. Сельские законы могли изменять положения Магде- бургского, Хелминского, Средского и обычного права в соответствии с волей помещика, обладавшего всей полнотой законодательной власти в своих имениях. Сельские законы были распространены в королевской Пруссии и в Великой Польше. К самым обширным относится «Ординация в имениях Згежа и Ратаях», изданная городом Познань в 1773 году для принадлежащих ему деревень. Законы, издаваемые магнатами в отдельных латифундиях, охватывали иногда не только деревни, но и частные города. Право Мазовецкое, Прусское и Литовское. Мазовецкое право, отличающееся во многих деталях от Коронного, развивалось в условиях длившейся вплоть до 1526 года обособленности княжеской Мазовии. Наряду с обычным Мазовия имела также собственное писаное право в виде княжеских статутов. Мазовецкое право было кодифицировано только после инкорпорации Мазовии (1529 г.), что имело целью сохранение ее обособленности в новых политических условиях. Проведенная комиссией под председательством Петра Горынского и утвержденная королем в 1540 году, эта кодификация, именуемая Сводом Горынского, действовала на протяжении более четверти века. В результате происходившей ассимиляции в области государственного устройства и права ма- зовецкая шляхта составила в 1576 году декларацию о принятии коронного права, оговорив для себя сохранение отдельных правовых норм. Включавшие 46 статей, известных как Мазовецкие экс- цепты (утвержденные в 1577 г.), они действовали до падения шляхетской Речи Посполитой. Особое право шляхты Королевской Пруссии было кодифицировано коронным сеймом в конце XVI столетия. Эта кодификация была известна под наименованием Корректуры прусской (1598 г.). Она была насыщена элементами римского права, которое посредством так называемого ученого права (т. е. права, развиваемого доктриной) распространялось и на территории королевской Пруссии. Великое Княжество Литовское, охватывавшее наряду с собственно Литвой и Жмудью обширные белорусские и украинские территории, вырабатывало собственную правовую систему, объединявшую обычно право с положениями древнерусского права.

Союз с Польшей способствовал постепенному сближению права Великого Княжества с польским земским правом, особенно в том, что касается положения шляхты. Стремление к кодификации встречало в Литве, стремившейся к сохранению политико-правовой обособленности, более благоприятные условия, чем в Польше. Следствием этого явилось возникновение в XVI веке последовательно трех кодификаций в виде Литовских статутов: 1 (в 1529 г.), II (в 1566 г.) и III (в 1588 г.). Они были составлены на старом белорусском языке — официальном языке Великого Княжества, вплоть до конца XVII века. Кроме Великого Княжества литовское право действовало также в воеводствах Волынском, Брацлавском и Киевском в редакции II Статута, действовавшего там в момент включения этих земель в состав Короны (1569 г.). III Статутом пользовались и в Короне (в польском переводе) благодаря его ясному языку и высоким юридическим достоинствам как вспомогательным правом.

<< | >>

↑

Источник: Ю. Бардах Б. Леснодорский М. Пиетрчак. ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА ПОЛЬШИ. 1980

Еще по теме III. ИСТОЧНИКИ ПРАВА И ИСТОЧНИКИ ПОЗНАНИЯ ПРАВА: