Урок, продажа и головничество

Сущность урока заключается в установленном судом денеж­ном взыскании в пользу потерпевшего за причиненный «обидой» ущерб. «Уроки платились только за материальный убыток, поне­сенный хозяином какой-нибудь вещи от преступления»[321].

Как справедливо замечает H.

Урок, равный 30 резанам, по Краткой редакции, взимался, в ча­стности, за хищение ладьи, утки, гуся, журавля, лебедя - ст. 35 , 36[322].

По Пространной редакции урочная плата, например, состав­ляла: за отрубленную в вооруженной схватке руку, ногу или глаз, вследствие чего лишение возможности ими пользоваться - 10 гри­вен - ст. 27; отрубленный палец; удар мечом, не повлекшим смер­тельный исход - 1 гривна - ст. 28, 30[323].

B ст. 45 Пространной редакции указаны урочные плата за кражу скота: за кобылу - 60 кун, вола - 1 гривна (=50 кун), за же­ребца неезженого - 1 гривна кун, корову - 40 кун, трехлетку (кобы­лу или корову) - 30 кун, двухлетку - полгривны (= 25 кун), теленка, свинью, овцу - 5 кун, жеребенка и коровье молоко - 6 ногат (= 15 кун), за барана - ногату[324].

B некоторых нормах отсутствует точная величина урочного платежа. Так, например, в ст. 84 Пространной редакции, говоря об ответственности того, кто по злобе зарежет чужого коня или дру­гую скотину, помимо продажи в 12 гривен, с виновного в пользу потерпевшего взыскивался урок: «а пагубу господин урок платити». Либо, если кто безвинно убьет холопа, должен заплатить хозяину урочную цену: «но оже будеть без вины убиен, то за холопа урок платити или за робу» - ст. 89 Пространной редакции[325]. Видимо, в подобных случаях, величина урока определялась судейским усмот­рением исходя из ценности для хозяина холопа или рабы.

«В Ярославовой Правде, - как отмечал H. Дювернуа, - удер­живается взгляд на преступление как на обиду, месть остается пра­вомерным средством. Ho вслед за этим идет ряд новых явлений. Под влиянием религии падают основы прежнего порядка. Bo всех видах правонарушений мы находим не одну систему частных штрафов, рядом с ними идут штрафы князю»[326].

Продажа - денежное взыскание в пользу князя, размер кото­рого определялся в зависимости от тяжести «обиды». По мнению H. Ланге, продажи делились на три разряда: 12 гривен, 3 гривны и 30 кун, 60 кун[327]. Вновь обратимся к тексту памятника. Продажа по Краткой редакции взималась, например, за хищение чужого пса, ястреба или сокола - 3 гривны - ст. 37; голубя, курицы, сена, дров - 9 кун - ст. 36, 39; ладьи, утки, гуся, журавля, лебедя, овцы, коз, сви­ньи - 60 резан - ст. 35 , 36, 40[328].

Размеры продаж в Пространной редакции следующие: за кражу чужого холопа, убийство связанного вора у клети, убийство чужого холопа или рабы «без вины», - 12 гривен - ст. 38, 40, 89; оскорбление в форме вырывания волос из бороды - 12 гривен - ст. 67; нетяжкие преступления против здоровья - от 3 до 12 гривен - ст. 23, 25, 28, 29, 30, 31, 68; укрывательство чужого челядина, незаконное пользование чужим конем - 3 гривны - ст. 32, 33; угрозу обнаженным мечом - 1 гривна - ст. 24[329]. Как видим, платеж продажи был различен, смотря по преступлению, но не превышал 12 гривен кун. «В иных случаях она платилась самим виноватым, в иных обществом... »[330]

Любопытно, что в свое время была высказана версия о про­даже как плате обидчика обиженному, продававшему за известную материальную ценность свое неотъемлемое правом мести[331], а также продажи как одного из вариантов потока[332]. Представляется, что это не более чем предположения, которые нуждаются в более обстоя­тельном обосновании.

Головничество - денежное взыскание в пользу семьи убито­го[333], если родственники отказывались от мести. Несомненно, что оно возникло из обычая, который именуют ее как «выкупать у обижен­ного свою вину»[334].

Отсутствие четко фиксированных размеров платы родичам уби­того А.А. Зимин объясняет тем, что само государство этого вознагра­ждения не получало, а поэтому не включало его в размер штрафов[336]; «... истец сам назначал плату за убийство и представлял ее судьям»[337].

По мнению большинства исследователей, она соответствова­ла размеру виры - 40 гривен. При этом князь в любом случае также взимал с убийцы виру в размере 40 гривен[338].

«Головничество, как было сказано, выплачивалось самим го- ловником; исключение из этого составлял только один случай - это тот, когда виновником убийства был раб или холоп, тогда головни­чество уплачивалось его владельцем» . Впрочем, не всегда обнару­женный преступник подвергался плате за голову. Без сомнения, та­кая плата не взыскивалась, если кто убивал кого при необходимой обороне. B частности, на самой татьбе «во пса место». Ho, само со­бою разумеется, «не избавлялся от головничества тот, кто умерщв­лял татя уже связанного[339].

Любопытно, что вира, как установление чужое, противное ко­ренным началам славянских законодательств, скоро исчезнет, не оставив после себя никаких следов, то головничество (головщина) живет несколько веков, не изменяя своего первоначального значе­ния даже в то время, когда новые понятия, преимущественно ут­вержденные христианской религией, о преступлении и правосудии уже пустили глубокие корни в народную жизнь[340].

3.2.