§ 17. ПРИМЕНЕНИЕ ТЮРЬМЫ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ

B нашем очерке тюремного законодательства следует сказать о роли тюрьмы по Уложению о наказаниях 1649 года и по Воин­скому уставу Петра I. Эти законодательные памятники продол­жали оставаться действующими кодексами вплоть до издания Свода законов 1832 года.

Отмерли те статьи Уложения с угрозою тюрьмою, которые определяли это наказание за нарушение закона о местничестве, за появление на государевом дворе с «пищалями или с луком» (ст. 7 гл. 3 определяла за это «вкинуть в тюрьму на неделю и батоги»), за бесчестие на том же дворе в присутствии государя (ст. 1 гл. 3 назначала за это две недели тюрьмы), за удар на государевом дворе, за удар с кровоизлиянием, за обнажение оружия на госу­даревом дворе и пр.

По вычислениям Сергеевского, в Уложении 1649 года было бо­лее сорока статей, которые грозили преступникам тюрьмою боль­шею частью в соединении с наказанием кнутом или батогами. Тю­ремное заключение соединялось также с увечащими наказаниями и ссылкой. По исследованиям того же автора тюрьма сроком от одного дня до четырех Лет назначалась за самые разнообразные преступления. Сюда входили: «нарушение благочиния в церкви и на государевом дворе, многие проступки по службе, оскорбление чести, угрозы, сопротивление власти и преступные деяния против порядка управления, повреждение границ, подлоги, татьба, раз­бой, укрывательство вещей, добытых преступлением, чадоубий- ство (т. e. убийство родителями своих законных детей), убийство неумышленное, побои, увечье, кормчество». Тюрьма назначалась также за работу в воскресные дни, за непринятие мер предосто­рожности против пожара. Этот перечень — не исчерпывающий. Назначалась тюрьма (но большей частью на неопределенный срок и впредь до государева указа) и за религиозные и государ­ственные преступления [67].

Широкий круг преступных деяний, допускавших тюремное за­ключение по Уложению 1649 года, отнюдь не говорит, что у за­конодателя был какой-нибудь определенный взгляд на это нака­зание, а соединение его с другими наказаниями только подтверж­дает расплывчатость этого взгляда.

Если Уложение 1649 года назначало тюрьму большей частью в соединении с другими наказаниями, то эти добавочные нака­зания нередко имели в глазах законодателя преимущественное значение. И в общей системе наказаний преобладающая роль при­надлежала не тюрьме, а смертной казни, увечащим и болевым те­лесным наказаниям.

Военно-уголовное законодательство Петра I включало лише­ние свободы в систему карательных мер еще реже, чем Уложение 1649 года. Савинков B., автор исследования «Краткий обзор исторического развития военно-уголовного законодательства» (1869 г.), дал в этой своей работе две очень наглядные таблицы. Одна из них выявляет во всей полноте характер уголовной реп­рессии по Воинскому уставу по каждой из 24 глав кодекса. Дру­гая таблица дает те же сведения, но перечисляет наказания с меньшей подробностью, объединяя их в несколько групп L

Для того чтобы показать, какая ничтожная роль отводилась наказанию лишением свободы, я приведу конечные итоги второй из названных таблиц, не останавливаясь на воспроизведении мер репрессии по отдельным главам.

ТАБЛИЦА,

ПОКАЗЫВАЮЩАЯ ЧИСЛО СЛУЧАЕВ НАЗНАЧЕНИЯ РАЗЛИЧНЫХ НАКАЗАНИЙ ПО ВОИНСКОМУ УСТАВУ ПЕТРА I

Смертная казнь

а) расгтрел........................................ 7

б) казнь мечом................................ 11

в) виселица...................................... 25

г) колесование.................................. 6

д) четвертование............................... 8

е) сожжение....................................... 4

Тяжелое нарушение ч e с т и

а) прибивание фамилии к висе­

лице ................................................... 8

б) перелом шпаги палачом . . 18

8

40

1

2

T я ж e л ы e т e л e с н ы e н а к а з а ни я

а) тяжелые заключения . .

б) шпицрутены.......................

в) кнут ...................................

г) обрезание ушей. . . . .

д) отсечение руки или пальцев 7

е) каторга вечно............................... 7

ж) каторга на время.........................

Легкие нарушения чести

а) лишение чина.............................. 24

б) «отсылка из полка без паса» 6

O б ы к н о в e н н ы e т e л e с н ы e на ка з ан и я

а) ношение оружия (мушкета,

седла) ............................................... 4

б) заключение............................... 6

в) заковывание в железо . . . 7

И м у щ e с т в e н н ы e на каз а ни я

а) конфискация............................ 29

б) вычет из жалования . . . . 5

в) штраф ......................................... 21

И с п p а ш и в а н и e п p о щ e- н и я 7

Церковное покаяние . 6

Из этой таблицы видно, что наказание лишением свободы на­значалось в виде бессрочных и срочных каторжных работ в де­вяти случаях, в форме тяжелого заключения — в восьми слу­чаях и в виде обыкновенного—B шести случаях. Упоминаемое в артикулах заковывание в железо не могло осуществляться без лишения свободы. Оно упомянуто в семи случаях. Приведенные цифры дают в итоге только 30.

Проф. Филиппов, употребивший другой метод вычисления, определил, что в воинских артикулах на 200 артикулов Воинского устава пришлось 69 с безусловной угрозой смертной казнью и в 30 артикулах смертная казнь была назначена как высшее нака­зание наряду с другими, менее суровыми мерами репрессии [68].

Что касается лишения свободы по Воинскому уставу, то «тя­желое заключение» соединялось с заковыванием в железо и упо­миналось в отдельных статьях перед шпицрутенами, т. e. как бо­лее тяжелое наказание. B некоторых статьях такое «тяжелое за­ключение» было предусмотрено для рядовых как единственное наказание. Сроки заключения не были высоки и были определе­ны, например, в полгода (ст. 151), в 14 дней (ст. 6), в одни сут­ки (ст. 10). Кроме тяжелого заключения, Воинский устав на­значал какое-то «сносное заключение» (ст. 152), просто «заклю­чение» (ст. ст. 21, 34, 85), тюрьму (ст. 203), арест у «профоса», т. e. палача (ст. 11), и др. Однако закон не определял, в чем именно состоял каждый из этих видов лишения свободы.

Приведенные цифры в достаточной степени выявляют, что Воинский устав, так же как и Уложение 1649 года, строил ре­прессию не на тюрьме, а на смертной казни и на телесных нака­заниях.

Оба названные законодательные памятника оставались в силе до введения в действие Свода законов. Истекшие почти два столе­тия со времени издания Уложения 1649 года и более ста лет со времени введения в действие Воинского устава расшатали основ- ные устои обоих этих кодексов; время делало свое дело, и лише- Зійе своОоды фактически постепенно получало все большее значе­ние, становясь на место других видов_репр££СИЙ. Итоги этого ис­торического процесса подвел XVrTOM Свода законов в 1832 году.

Таким образом, в исследуемый нами период и Уложение о на­казаниях 1649 года и Воинский устав 1716 года уже устарели как материал для выявления объема применения тюрьмы.

Свод законов в XV томе обновил материальное уголовное за­конодательство, отбросив устаревшие и отмененные статьи и смягчив меры репрессии. Если «Устав о содержащихся под стра­жей» 1832 года открыл довольно широкое поле для творчества со­ставителей свода, то уголовные законы XV тома (часть I) вос­производят многое из предшествующих крупных законодатель­ных памятников и в большей степени отражают действовавшее тогда уголовное законодательство. C этой точки зрения XV том

(часть I, 1832 г.) можно рассматривать как подведение итогов законодательной работы предшествовавших лет.

Сосредоточивая наше внимание на санкциях в XV томе, мы видим очень незначительную роль тюрьмы, смирительного и ра­ботного домов и ареста среди довольно сложной системы кара­тельных средств.

Как известно, в XV томе (часть I) всего 765 статей, состав­ляющих содержание первой книги «О преступлениях и наказа­ниях вообще». Из них ст. ст 182—765 относятся к Особенной ча­сти. Ha первом месте стоят угрозы каторжными работами в со­единении с кнутом или без кнута, а также наряду со смертной казнью как замена ее.

При выборе наказания между тюрьмой и телесным наказанием XV том отдавал дань уголовной политике более раннего периода и предпочитал кнут, плети, шпицрутены и т. д. тюрьме. Это видно уже из одного перечня орудий телесного наказания в ст. 25: «Телесные наказания имеют следующие виды: 1) наказание кну­том, 2) наказание плетьми, 3) наказание шпицрутенами, 4) нака­зание, производимое плеткой по одежде, также веревкою, хлы­стом, палкою и розгами или лозами».

Даже и тогда, когда та или другая статья назначает тюрьму, она предоставляет суду возможность выбора между нею и телес­ным наказанием или штрафом и другими легкими наказаниями. Так, например, тюрьма, телесное наказание и вычет из жалования назначаются за «богохуление по легкомыслию» (наказание в ос­тальных случаях — каторга и кнут).

Из других преступлений, караемых тюрьмой, в Своде законов указаны нарушение благочиния в церкви, оскорбление чиновника словами, неосторожная порча указов, ослушание начальства и дерзость, неосторожное убийство, легкие раны, клевета, тяжкая обида, связь неженатого с незамужней и некоторые другие.

Смирительный и работный дома перешли в XV том как нака­зание за воровство и порочное поведение. За помещиками закреп­лено право отправлять их крепостных в названные дома без суда. Подтверждено, что за мелкие кражи наказание лиц, не изъятых от телесных наказаний, производится полицией. За кражи на сум­му от 20 до 100 руб. полиция наказывает виновных плетьми. Го­родские обыватели, мещане, купцы и дворяне подлежат наказа­нию за кражу лишь по суду (ст. 696).

Вообще классовое неравенство, отмеченное нами в предше­ствующем изложении, в полной мере отразилось и в XV томе. До каких пределов оно доходило, можно видеть из статьи 549: завод­чик за утайку металла в горном деле подлежал лишению завода, а его приказчик за это же — каторжным работам.

Раздел об имущественных преступлениях (а именно, статьи о воровстве) воспроизводит постановления о смирительном и работ­ном домах, определяет сроки заключения в них, порядок учета ра­бочих дней и пр. Эти статьи здесь помещены не к месту: более под­ходящее для них место было бы в «Уставе о содержащихся под стражей».

Как правило, сроки лишения свободы в тюрьме не указаны, они не указаны и в Общей части этого XV тома. B тех случаях, когда срок тюремного заключения указан, он большей частью краток: от трех до 14 дней, три месяца, не «долее трех заседаний суда» и полгода. Срок заключения в смирительный дом в одном случае достиг двух лет. За кражу и мошенничество от 5 до 20 руб. не изъятые от телесного наказания отдаются в работу на разные сроки в зависимости от размера украденной суммы, например, за кражу от 5 до 10 руб. на 90 дней. При оплате же стоимости по­хищенного время работы сильно сокращается, например, 15 дней вместо 90 (ст. 708).

Сроки лишения свободы не указаны ни в одной из статей Об­щей части. Общая часть вообще не определяла ни сроков того или иного наказания, ни количества ударов тем или другим из орудий телесного наказания. He указаны даже и максимальные сроки ли­шения свободы и наивысшее возможное количество ударов кну­том, плетьми и др.

Номенклатура наказаний лишением свободы не была выдер­жана в Своде законов. B статье 16, перечисляющей в десяти пунк­тах различные роды наказаний, лишение свободы занимает лишь третье место с конца. Нигде в Общей части не указаны отдельные виды лишения свободы; каторга и ссылка выделены в особые пункты. Встречается упоминание лишь о смирительном и работном домах в пятом отделении статьи 34, в которой дается перечень ра­бот, начиная от каторжных. B Особенной же части XV тома в от­дельных статьях упоминаются не только тюрьма, арест, смири­тельный и работный дома, но и неопределенное содержание «под крепким караулом» (ст. 757) и арест в какой-то «черной комна­те» (ст. 633). Эти последние названия являются чисто случай­ными. Вообще же тюрьме и другим более легким видам лишения свободы как мерам репрессии Свод законов отвел очень скромную роль. Такая скромная роль уже известна нам из предшествующего изложения истории тюремного законодательства. Напоминаем, что рассмотренные нами постановления «Устава благочиния» рас­ширяли применение лишения свободы как меры полицейского воз­действия и как средства воспрепятствования уклонению от след­ствия и суда. Несмотря на это, никакого тюремного устава еще не было, и можно сказать, что тюремное законодательство еще только начинало складываться, готовясь занять важное место в общем уголовном законодательстве.

Отсутствие общего закона о тюремном заключении неизбежно должно было порождать большой произвол во всем тюремном де­ле. Он был связан с общим произволом власти в России, — как государственной, так и местной, — и ярко отражался на фактиче­ском положении всех мест заключения. K ознакомлению с таким положением мы и перейдем, уделяя особые главы Петропавловской крепости, Шлиссельбургской крепости, монастырским тюрьмам и общеуголовным тюрьмам.