Численность и состав

Выход из кризисной ситуации, в которой оказалась Россия после смерти Петра I, новое правительство видело в сокраще­нии численности аппарата, прежде всего местного. Как уже от­мечалось, указами 1726—1727гг.

Формированию состава местной администрации в 1727г. уделялось особое внимание, и этот вопрос не однажды об­суждался в Сенате и Верховном Тайном совете. Уже в янва­ре—феврале 1727г. были утверждены начальники двух новых губерний Новгородской и Белгородской, заменены правители Архангелогородской, Воронежской, Казанской, Киевской, Мо­сковской и Смоленской губерний; в марте назначены воеводы в 31 провинцию (32-я Пошехонская провинция была упраздне­на), при чем из старого состава сохранили свои посты только 12 человек. Одновременно были утверждены кандидаты на за­мещение должности товарищей или помощников провинци­альных воевод. В 1727г. были возрождены и городовые воево­ды: 166 кандидатов получили назначение в 146 уездных городов и 20 пригородков, где эта должность существовала до преобра­зований Петра I"9.

Большинство провинциальных воевод были отставными во­енными и находились в ранге полковника или подполковника, иногда и бригадира, редко майора, а их товарищи имели чин майора, иногда капитана и редко подполковника. Не последнюю роль в формировании их состава играли и гражданские служа­щие (бывшие асессоры при воеводах и камериры), оставшиеся не у дел после закрытия ряда учреждений и упразднения мест. Особенно много их было среди городовых воевод. В уездные го-

119 Сборник РИО.

283

рода и пригородки получили назначение 87 гражданских и 78 во­енных служащих, что составляло соответственно 53 и 47% общей численности городовых воевод (из 165 чел.). Среди гражданских лиц преобладали старые московские чины (13 жильцов, 13 столь­ников, 10 царедворцев и 3 стряпчих) и дворяне, служащие по выбору (33 чел.), много было и тех, кто лишился работы пос­ле упразднения их учреждений и мест (5 камериров, прокурор, советник, ландрат и ландрихтер). Городовые воеводы из воен­ных имели чины от прапорщика (3 чел.) до полковника (7 чел.), хотя большинство из них были майорами (30 чел), капитанами (14 чел.), подполковниками (12 чел.) и поручиками (9 чел.)120.

Таблица 20

Число местных начальников и секретарей в 1726 и 1740 (1735) гг.

Примечания: * В списке отсутствуют сведения о правителях С.-Петербургской губернии, но эти сведения не смогли бы заметно повлиять на общие данные, так как после учреждения Новгородской губернии (в апреле 1727г.) территория столичной губернии ограничи­валась пределами Петербургской провинции, т.е. состояла из Петер­бурга и нескольких близлежащих городов.

120 Сборник РИО. Т. 63. СПб., 1888. С. 428-435.

284

Ш1 ** Эти губернии были созданы в 1727 г.

*** С учетом 8 вакансий на должность воеводы (1 провинциального и 7 городовых) число местных администраторов составляло 259 чел.

Составлено по: Кирилов И.К. Указ. соч. С. 71—283 (сведения за 1726г.); РГАДА. Ф. 248. Оп. 126. Д. 1155. Л. 196-246 (сведения о мес­тных начальниках за 1740г.), 542—577 (сведения об обер-секретарях и секретарях [1735 г.]). Подсчитано мною.

Судя по сведениям, приведенным в таблице, к 1740г.

Готье, подробно исследовавший состав местной администра­ции 1720—1760-х гг., выделил ряд характерных черт, отличавших тех, кто занимал должности губернаторов и воевод. Во-первых, состав правителей разных губерний был неоднороден, что за­висело от значения и местоположения управляемых террито­рий. Особой знатностью выделялись начальники Московской и Казанской губерний, в то время как небольшой Петербург­ской губернией (после выделения из ее состава Новгородской и Выборгской губерний), учреждения которой были заслонены центральными, управляли люди во всех отношениях малоиз­вестные. В материальном отношении правители губерний были обеспеченными люди, владевшими родовыми или полученными за службу имениями. Губернаторы-бедняки в то время были до­вольно редким явлением. Во-вторых, не все губернаторы имели военные чины, хотя во главе губерний, имевших военное значе­ние, стояли, как правило, военные. В-третьих, губернаторы не имели личных связей с управляемым краем. Как замечает Го­тье, это «были настоящие бюрократы, не связанные с местным обществом и всегда оглядывавшиеся на столицу», для которых губернаторство было лишь эпизодом их общей государственной службы121. Лица, замещавшие эти должности, не получали спе­циальной подготовки, но ее заменяли практическая подготовка и служебный опыт, которые были «основными положительными

121 Готье Ю.В. Указ. соч. Т. 1. С. 206—208.

285

чертами представителей высшей губернской администрации XVIII в.» Большинство губернаторов до своего назначения за­нимали второстепенные должности в коллегиях и Сенате, вхо­дили в состав следственных комиссий и выполняли другие по­ручения.

Средний слой местной администрации составляли воеводы и их товарищи, которые, в отличие от губернаторов, замещались по спискам Герольдмейстерской конторы, ведущей учет канди­датов на должности по гражданскому управлению. Готье обра­ботал сведения о возрасте и материальном положении 359 лиц: 98 провинциальных воевод, 27 воеводских товарищей, 234 горо­довых воеводы и кандидатов на их должности. Они составляли примерно 25—30% от общего числа служащих, занимавших вто­ростепенные должности по областному управлению с 1727 до конца 1740-х гг. По его подсчетам, около % этих лиц находились в возрасте от 40 до 70 лет. Причем, провинциальные воеводы были моложе воевод городовых. Если главы провинций в возрас­те до 50 лет составляли 25%, до 60 лет — 60% и до 70 лет — 10% их общей численности, то среди правителей уездов эти возраст­ные группы насчитывали соответственно: 20, 45 и 32%.

Введение Манифеста 31 декабря 1736г., сократившего срок военной службы до 25 лет, способствовало заметному омоло­жению состава местных начальников. Так, среди 124 кандида­тов, представленных на должности воевод в первой половине 1762 г., соотношение указанных выше групп выглядело уже как: 42, 17 и менее 1%. При этом, 38% всех кандидатов было моло­же 40 лет, что для предыдущего периода было довольно редким явлением (они составляли не более 3%). Таким образом, в нача­ле 1760-х гг. 80% воевод находились в возрасте до 50 лет, то есть имели силы для активной деятельности123.

Что касается материальной обеспеченности 359 лиц, входив­ших в среднее звено местной администрации, то, как показали подсчеты Готье, она была очень разной, но состоятельных людей среди них было мало. Рассмотрим, как изменилось положение этой группы местной администрации к 1755 году.

122 Готье Ю.В. Указ. соч. С. 212-213.

123 Там же. С. 217-219.

Таблица 21

Владение воевод и их товарищей крестьянами в 1727-1755 гг. (в%)

286

Составлено по: Готье Ю.В. Указ. соч. Т. 1. С. 231; Троицкий С.М. Указ. соч. С. 298-299.

Как показывает таблица, во второй четверти XVIII в. среди вое­вод, их товарищей и кандидатов на замещение этих должностей пре­обладали мелкопоместные помещики, владевшие до 100 крестьян­ских душ. Однако к 1755 г. в материальном положении местных администраторов наблюдается определенная поляризация: число владельцев до 100 душ сокращается, вместе с тем растет число вла­дельцев от 100 до 500 душ (от 19 до 32%) и число тех, кто вообще не имел крестьян (с 3 до 10%). Причем по сведениям 1727—1740-х гг. среди провинциальных воевод удельный вес владельцев до 10 душ был в 3 раза ниже, чем среди городовых воевод, а удельный вес владельцев до 500 душ — в 2,5 раза выше, что говорит о большей обеспеченности лиц, занимавших более высокие должности.