§ 1. Сущность и проявления юридической антикультуры органов местного самоуправления[4]

Диалектика развития правовых систем предполагает одно­временное функционирование в любом обществе не только юри­дических ценностей, составляющих его (общества) правовую культуру, но и существование определенных негативных юри­дических явлений, процессов и состояний.

В правовой науке указанным негативным явлениям посвяще­но большое число исследований, в которых они рассматриваются в рамках различных теорий: «теории социально-правовых откло­нений», «теории неправовой жизни», «теории теневого права», «теории деформации правосознания», «теории ЮО», «теории правонарушений» и т. д.^[6]

Безусловно, данные концепции вносят определенный вклад в развитие юридической науки. Наиболее же перспективным пред­ставляется культурологический подход к подобного рода фено­менам, который позволяет охватить все основные деструктив­ные элементы и связи реальной действительности (юридические антиценности)^[7].

Изучение природы юридической антикультуры органов мест­ного самоуправления и разнообразных типов (видов и подвидов) ее проявления дает возможность выявить общие закономерности развития патологических процессов в системе муниципальной власти, условия и причины их возникновения, разработать мето­дику их предупреждения и устранения, грамотно организовать мероприятия по правовой пропаганде, юридическому воспита­нию и образованию.

Юридическая антикультура органов местного самоуправле­ния представляет собой антипод их правовой культуры. Поэто­му стремление отдельных авторов рассматривать противоправ­ное поведение (деятельность) и другие юридические аномалии в качестве атрибутивных свойств и элементов правовой культуры нам представляется методологически ущербным^[8].

проявления юридической антикультуры. Дело в том, что отдель­ные их типы, виды и подвиды (юридические конфликты, риски, проявления нигилизма, неисполнение субъективных юридиче­ских обязанностей и т. д.) могут иметь определенную социаль­ную полезность (позитивность), на что в литературе указывают как отечественные (В. Н. Кудрявцев, Ю. И. Гревцов, К. Г. Федо­ренко и др.), так и зарубежные (Э. Дюркгейм, Л. Козер, А. Коэн и др.) авторы^[9].

Юридическая антикультура органов местного самоуправле­ния зеркально отражает подавляющее большинство черт, при­сущих правовой культуре. Так, в юридической антикультуре проявляются в совокупности все юридические антиценности, об­разующие деструктивный пласт в муниципальном праве, право­сознании и юридической деятельности должностных лиц, депу­татов, муниципальных служащих и т. д. органов местной власти. Поэтому в самом общем плане этот феномен можно определить как совокупность юридических антиценностей.

Юридическая антикультура имеет конкретно-исторический характер и диалектически связана со всеми внутренними и внеш­ними, объективными и субъективными, экономическими и по­литическими, нравственными и религиозными, юридическими и иными конструктивными и деструктивными факторами, анализ которых позволяет более полно и всесторонне раскрыть ее обще­социальную и юридическую основу, закономерности возникно­вения, развития и проявления. Это один из аспектов взаимоот­ношения юридической антикультуры с другими социальными явлениями.

Кроме того, сама юридическая антикультура негативно влия­ет на все сферы общественной жизни. Любые изменения в эконо­

мической и политической системах, социальной и духовной сре­дах, государственной и местной властях начинаются как карди­нальные «сдвиги» внутри юридической антикультуры, правовой и общечеловеческой культуры, как процесс противодействия и борьбы с антисоциальными юридическими взглядами, представ­лениями, теориями, знаниями, пробелами, ошибками и другими недостатками в муниципальном праве, правосознании и юриди­ческой практике, как результат разработки и настойчивого вне­дрения в любом обществе, субъекте Федерации, регионе, городе, поселении и т.

Каждое негативное юридическое явление наносит либо мо­жет нанести определенный вред (социальный, материальный, моральный, физический и т. п.) законным интересам людей и организациям. Юридическая антикультура органов местного са­моуправления снижает эффективность и качество их функциони­рования, направлена на дезорганизацию и дестабилизацию обще­ственных и правовых отношений, всех сфер жизнедеятельности и коммуникаций их субъектов и участников.

Юридическая антикультура органов муниципальной власти представляет собой единство внутренних и внешних, объектив­ных и субъективных, нормативных и ненормативных, индивиду­альных и надындивидуальных, общесоциальных и иных сторон. Внутренняя, субъективная сторона юридической антикультуры работников ОМСУ выражается в дистантных (зрительных, слу­ховых и т. д.) ощущениях, восприятиях, представлениях, в па­мяти, которая кодирует всю собранную информацию, а также в ложно понятых или противоправных интересах, мотивах, уста­новках, способностях, внимании, воле, эмоциях, оценках, в при­нятии иррациональных мыслительных решений и т. д. Внешняя, объективная сторона юридических аномалий заключается в том, что все деформированные элементы психологического меха­низма поведения имеют определенное юридическое значение и оценку лишь тогда, когда они внешне выражены, объективиро­ваны в практических действиях и операциях конкретных людей.

Как верно замечают психологи, внутреннее побуждение челове­ка обычно реализуется через внешне наблюдаемую систему дей­ствий и поступков людей^[10]. Поэтому мы не согласны с теми авто­рами (В. В. Ткаченко, Р. А. Кузнецовым и др.), которые, напри­мер, юридический нигилизм, фетишизм (идеализм), догматизм и другие подобные феномены рассматривают лишь в качестве форм деформации обыденного и профессионального правосозна­ния (выделено нами. - Н. В.)^[11].

Юридическую антикультуру можно рассматривать либо при­менительно к отдельным людям - должностным лицам местного самоуправления, депутатам, муниципальным служащим (инди­видуальный уровень), либо к их коллективам, организациям - ор­ганам местного самоуправления, структурным подразделениям этих органов и т.

Нормативный аспект юридической антикультуры во мно­гом определяется тем, какие нормативные и (или) ненорма­тивные регуляторы задействованы в конкретной социально­правовой ситуации^[12]. Как остроумно заметил американский криминолог А. Коэн, «делинквентная субкультура извлекает свои нормы из норм более широкой культуры, выворачивая их, однако, наизнанку»^[13].

Кроме того, нормативность юридической антикультуры про­является в степени ее структурирования и организации, а также в отношении ее носителей (отдельных людей, их коллективов и т. п.) к соответствующим юридическим ценностям, нормативам и предписаниям.

Существенным признаком юридической антикультуры яв­ляется ее опасность для отдельных лиц, их коллективов и ор­ганизаций, государства и общества в целом. При установлении степени опасности следует учитывать тип (вид и подвид) юри­дической патологии (нигилистическое или циничное отношение к юридическим ценностям, пробел в праве или правосознании, преступление или проступок, юридический конфликт или риск, ошибку и т. д.), уровень противоправности (при ее наличии), юри­дические и иные социальные последствия, размер причиненного вреда, средства, способы, время, место и обстановку совершения юридических погрешностей, характеристику делинквента, его виновность (невиновность), личный юридический опыт или его отсутствие (знания - незнания, убеждения - предубеждения, уме­ния - неумения и т. п.), мотивации, установки, интересы и многие другие внутренние и внешние, объективные и субъективные, су­щественные и иные обстоятельства.

Многие деструктивные юридические явления, процессы и со­стояния (например, противоправная и ошибочная юридические деятельности) могут выступать в качестве юридических составов, т. е. служат основаниями возникновения (изменения и прекраще­ния) правоотношений, реализации мер социально-правовой защи­ты и юридической ответственности.

Всем патологиям, составляющим структуру юридической антикультуры органов местного самоуправления, присуща опре­деленная массовость, устойчивость, повторяемость при сход­ных внешних и внутренних, объективных и субъективных усло­виях развития общественной жизни.

а комплексный, научно обоснованный, ресурсообеспеченный и долгосрочный характер.

Можно выделить и другие общие признаки, позволяющие раскрыть природу юридической антикультуры органов местного самоуправления. При этом следует обратить внимание на то, что существуют разнообразные ее типы (виды и подвиды), каждый из которых обладает не только общими, но и специфическими признаками, структурами, элементами содержания и формы, определенным уровнем дезорганизации общественных и право­вых отношений, характером юридических и социальных послед­ствий, степенью опасности и т. д.

Принципиально важным для уяснения сущности юридиче­ской антикультуры органов местного самоуправления, ее отдель­ных типов (видов и подвидов), средств и способов установления и устранения юридических недостатков является указание на то, что она, как и правовая культура, может иметь место в любых сферах муниципального образования и в любом элементе меха­низма правового регулирования общественных отношений как на

местном, так и региональном и федеральном уровнях.

Для муниципального права, например, характерны такие раз­новидности юридической антикультуры, как правовой вакуум, пробелы, противоречия, коллизии и другие аномалии.

Применительно к правосознанию должностных лиц и др. ра­ботников ОМСУ можно говорить о деформациях, присущих юри­дической психологии и идеологии, социально-психологическому механизму их поведения (виновных и невиновных, корыстных и бескорыстных, преследующих «свои» или «чужие» интересы, про­белах и противоречиях в юридических знаниях и навыках, непра­вильных оценках и интеллектуальных решениях, ложных идеях и понятиях, теориях и т.

Нужно четко различать аномалии в правотворческой, право­реализующей и интерпретационной разновидностях юридиче­ской практики органов местного самоуправления. Юридическая антикультура здесь проявляется как в деструктивных аспек­тах юридической деятельности, так и негативном социально­правовом опыте.

Следует обратить внимание на то, что юридическая анти­культура находит выражение во всех институциональных эле­ментах юридической деятельности, а именно: в ее носителях (субъектах и участниках), их деформированных или противо­правных действиях и операциях, неграмотном, ошибочном или правонарушительном использовании соответствующих средств (техники), способов, методов и правил (тактики), неумении пла­нировать и прогнозировать свое поведение (стратегии), достиг­нутых негативных (ущербных, вредных и т. п.) юридических и иных социальных результатах, которые образуют антикультур­ный юридический массив.

Для юридической антикультуры также присущ своеобраз­ный негативный юридический опыт, который накапливается в процессе подготовки и издания нормативных правовых актов органов муниципальной власти, их толкования, реализации, на­пример, в правонарушительной, ошибочной и конфликтной юридических деятельностях. Он представляет собой комплекс «образцов» неграмотных, нецелесообразных, бесполезных и вредных антиправовых решений и т. д. Этот опыт как важней­ший компонент юридической антикультуры представляет собой коллективную надындивидуальную, социально-правовую па­мять, обеспечивающую накопление, систематизацию, хранение и передачу определенной информации (деструктивных знаний, умений, оценок, подходов, «эталонов» неправильного и правона- рушительного поведения, неграмотного использования средств и т. д.), позволяющую фиксировать и в определенной степени вос­создавать весь процесс юридической деятельности или отдель­ные его фрагменты.

Для любой юридической практики характерно самое разноо­бразное проявление юридической антикультуры. Это: «манипу­ляция» нормативно-правовыми предписаниями либо их «игно­рирование», правонарушения, неисполнение (злоупотребление) субъективных прав и субъективных юридических обязанностей, юридические ошибки и конфликты, иные социально-правовые отклонения и нарушения правопорядка.

В отечественной литературе слабо изучены противоречия, коллизии, ошибки, конфликты и другие аномалии в правотвор­ческой практике органов местного самоуправления, в интерпре­тационной и правоприменительной типах практики. Злободнев­ными являются проблемы устранения разнообразных недостат­ков и повышения качества в ходе реализации актов толкования и применения права. Весьма актуальными представляются вопро­сы предупреждения и устранения ошибок и конфликтов, а также многие другие проблемы, связанные с повышением эффективно­сти и качества деятельности органов местного самоуправления.

Исследование разнообразных типов, видов и подвидов юри­дической антикультуры органов местного самоуправления, с одной стороны, конкретизирует, а с другой - обогащает общую теорию юридической культуры и антикультуры.

Одним из феноменов юридической антикультуры современ­ного общества является ОЮД органов муниципальной власти. Поэтому ОЮД присущи многие признаки, характерные для юри­дической антикультуры. Но имеются, естественно, и специфи­ческие черты, отражающие ее (ОЮД) природу. К рассмотрению последней мы и переходим в следующей части нашей работы.