§ 3. Специальные основания освобождения от ответственности грузоотправителя

1. А в а р и я н а п р е д п р и я т и и г р у з о о т п р а в и т е л я, в р е з у л ь т а т е к о т о р о й б ы л о п р е к р а щ е н о п р о и з в о д с т в о н а с р о к н е м е н е е т р е х с у т о к (п.

Взгляд М.А. Тарасова не может быть принят. Если считать, что только те аварии на предприятии грузоотправителя, которые вызваны действием сил стихийного характера, освобождают грузоотправителя от ответственности, то в этом случае становится непонятным, почему в п. «а» ст. 182 Устава ж. д. об этих авариях говорится н а р я д у с указаниями на явления стихийного характера. Вместе с тем очевидно, что аварии на производстве и проявление стихийных сил природы приравнять нельзя. Если явление стихийного характера охватывает

1 См.: Антимонов Б. С. Гражданская ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности.

2 Тарасов М.А. Договор перевозки по советскому праву. Водтрансиздат, 1954. С. 116.

3 Там же. С. 17.

413

Гражданская ответственность за невыполнение плана ж.-д. перевозки грузов

сферу природы, то авария относится к области о б щ е с т в е н н о г о п р о и з в о д с т в а. Причем п. «а» ст. 182 Устава ж. д. имеет в виду в с я к и е аварии, поскольку они вызывали прекращение производства на срок не менее трех суток.

О самостоятельном характере рассматриваемого основания свидетельствуют и Правила составления учетной карточки, которые устанавливают особый порядок оформления невыполнения плана вследствие аварии на предприятии, порядок, отличный от способа документального закрепления явлений стихийного характера. Согласно абз. I § 14 Правил, здесь достаточно справки руководителя предприятия со ссылкой на соответствующий акт об аварии.

Судебные органы предъявляют к рассматриваемому основанию другое, более важное требование: авария для того, чтобы освободить грузоотправителя от ответственности, должна п р е п я т с т в о в а т ь осуществлению грузовых работ. Именно это имел в виду Верховный суд РСФСР, когда отменил решение Кемеровского областного суда по иску Томской ж. д. к тресту Беловуголь. Считая неправильным отказ в части иска, обоснованного областным судом аварией электростанции в период 26–29 июля 1952 г., Верховный суд РСФСР указал: «…из представленного акта видно, что неоднократные случаи отключения электростанции имели место с 21 декабря 1948 г. по 15 июля 1953 г., почему электроэнергия не подавалась с 26 июля по 29 июля, в акте точно не указано. В акте не указана точно дата аварии… Таким образом, ответчик не представил данные, подтверждающие аварию, вследствие которой была прекращена погрузка угля более чем на трое суток».

Отсутствие четкости в разграничении явлений стихийного характера и аварий на предприятии грузоотправителя приводит к смешению этих оснований, к распространению на одно из них признаков другого.

414

Глава четвертая. Основания освобождения от ответственности

ного характера, полагая, что грузоотправителя освобождает от ответственности лишь та авария, которая не могла быть им предотвращена. Характерно в этом отношении следующее дело.

Архангельский областной суд отказал в иске Печерской ж. д. о взыскании с Болтинской базы штрафа за невыполнение плана перевозок по тем мотивам, что план не выполнен ответчиком вследствие штормовой погоды, в результате чего было сорвано два плота и ответчик не мог приступить к погрузке. Отменяя это решение, Верховный суд РСФСР указал следующее: «В данном случае из одностороннего акта, составленного Болтинской лесобазой 12 мая 1956 г. на аварию плотов, видно, что обрыв плота № 24 произошел от нагрузки, созданной большими скоростями воды, и создания пыжа от моловой древесины, накопившейся на голове плота, в результате хватальник плота оборвался. Следовательно, плоты унесло в результате слабого их крепления, поэтому за этот случай, который мог быть предотвращен своевременно принятыми мерами ответчика, последний не освобождается от ответственности за невыполнение плана перевозок древесины, т.к. ст. 182 Устава ж. д. не подлежит расширенному толкованию». Если бы это определение касалось только вопроса о явлениях стихийного характера, то содержащиеся в нем положения не вызывали бы сомнений.

2. Н е и с п о л ь з о в а н и е г р у з о о т п р а в и т е л е м в а г о н о в, п о д а н н ы х ж е л е з н о й д о р о г о й с в е р х п л а н о в о й н о р м ы в п о р я д к е с г у щ е н и я п о г р у з к и б е з п р е д в а р и т е л ь н о г о с о г л а с и я о т п р а в и т е л я, к о г д а т а к о е с о г л а с и е т р е б у е т с я (п. «в» ст. 182 Устава ж. д.). Право на сгущение погрузки является существенным оперативным правомочием железной дороги, позволяющей ей проявлять гибкость в выполнении государственного плана перевозок. Однако осуществление этого права не должно ставить грузоотправителя в такие условия, которые мешают ему, со своей стороны, выполнять плановую норму. Именно поэтому ст. 46 Устава ж. д. возлагает на же-

415

Гражданская ответственность за невыполнение плана ж.-д. перевозки грузов

лезную дорогу ряд обязанностей, которые имеют своей целью обеспечить надлежащее выполнение грузоотправителем плана перевозок. Одна из таких обязанностей дороги состоит в том, что она должна осуществлять сгущение подачи лишь в пределах строго установленных размеров (в пределах двух норм при суточной норме до 50 вагонов; в пределах полуторной нормы – во всех остальных случаях). Сгущение же погрузки сверх этих размеров может производиться только с предварительного согласия грузоотправителя. Если же дорога нарушила указанную обязанность, вагоны, поданные без согласия грузоотправителя и им не загруженные, в счет выполнения данной суточ-

ной нормы не засчитываются.

Рассматриваемое основание сводится в конечном счете к общей формуле, согласно которой должник освобождается от ответственности, если невозможность исполнения создана виной кредитора (ст. 118 ГК РСФСР). Однако здесь не требуется, чтобы в каждом случае было доказано, что нарушение дорогой обязанностей по подаче вагонов сверх норм ст. 46 Устава ж. д. без согласия грузоотправителя действительно помешало последнему осуществить погрузку вагонов. Необходимо лишь доказать, что дорога произвела сгущение погрузки без согласия грузоотправителя, когда такое согласие требуется. Так как сгущение дорогой подачи подвижного состава с нарушением требований ст. 46 Устава ж. д., как правило, приводит к невозможности для грузоотправителя выполнить плановую норму, законодатель при нарушении дорогой указанных обязанностей презюмирует наступление этой невозможности1.

Право грузоотправителя отказаться от погрузки вагонов, поданных с нарушением порядка сгущения погрузки, не означает, что он обязан во всех случаях оставлять вагоны незагруженными. При наличии соответствующих возможностей грузоотправитель вправе загрузить эти вагоны, которые засчитываются в счет выполнения плана перевозок. Устав ж. д. 1935 года формулировал рассматриваемое основание освобождения грузоотправителя от ответственности несколько шире, предусматривая в п. «в» ст. 63 распространение изложенных выше

1 Освобождение грузоотправителя от ответственности, предусмотренное п. «в» ст. 182 Устава ж. д., может получить и несколько иное обоснование по сравнению с тем, которое предложено в настоящем разделе работы. Поскольку согласие грузоотправителя на сверхнормативное сгущение погрузки свидетельствует о том, что в этом случае непосредственным правовым основанием отношений сторон является специальное соглашение, недогруз при отсутствии этого соглашения не является правонарушением, поскольку нет его объекта – нет той правовой формы, которая непосредственно регулирует сверхнормативную погрузку.

416

Глава четвертая.

принципов на тот случай, если при сгущении погрузки вагоны поданы без предупреждения.

Действующий Устав ж. д. также в общей форме обязывает железную дорогу предупреждать грузоотправителя о сгущении погрузки (за сутки до наступления пятидневки – о сгущении, намеченном на эту пятидневку; за 14 часов кануна дня подачи – о подаче вагонов сверх суточной нормы). Однако никаких санкций за их нарушение Устав ж. д. не предусматривает. Впрочем, и сами эти обязанности сформулированы в Уставе ж. д. весьма своеобразно: в абз. III и IV ст. 46 Устава ж. д. сказано лишь, что дорога «предупреждает» грузоотправителя, однако здесь нет слов «обязана предупреждать», что несомненно снижает нормативное значение предписаний ст. 46.

Между тем своевременное предупреждение грузоотправителя о предстоящем сгущении погрузки имеет не менее важное значение для надлежащей организации погрузочных работ, чем подача подвижного состава сверх установленных размеров лишь с согласия клиента. Поэтому представляется неоправданным сужение рассматриваемого основания освобождения от ответственности в действующем Уставе ж. д.

Неоправданность сужения формулировки п. «в» ст. 182 станет еще более очевидной, если рассматривать предупреждение в качестве условия осуществления дорогой ее права на сгущение погрузки. При таком понимании права на сгущение погрузки представляется несомненным, что отсутствие своевременно сделанного предупреждения лишает юридической силы действия железной дороги по подаче вагонов и, следовательно, должно освобождать грузоотправителя от ответственности за неиспользование поданных в порядке сгущения погрузки вагонов. Однако практическое применение этого заложенного в Уставе ж. д. принципа наталкивается на узкую формулировку п. «в» ст. 182, что обусловливает необходимость соответствующих разъяснений по этому вопросу со стороны Пленума Верховного Суда СССР.

3. В ы п о л н е н и е п л а н а в т о н н а х п о г р у з а м , п е р е в о з к а к о т о р ы х п л а н и р у е т с я в в а г о н а х и т о н н а х (п. «д» ст. 182 Устава ж. д.).

Параллельное применение двух плановых показателей может привести к тому, что на грузоотправителя, выполнившего план по одному показателю, возлагалась бы ответственность за невыполнение плана по другому показателю, хотя невыполнение плана в конечном счете было бы обусловлено неправомерными действиями дороги. Так, например, если при таком способе планирования, когда дорога несет ответственность лишь за невыполнение плана по еди-

417

Гражданская ответственность за невыполнение плана ж.-д. перевозки грузов

ницам подвижного состава, а грузоотправитель – по двум показателям, подано плановое количество учетных единиц, но меньшей грузоподъемности, ответственность за недогруз будет возложена не на дорогу, а на грузоотправителя. Поэтому Устав ж. д. 1954 года, сохранив и дальше развив порядок планирования по двум показателям, предусмотрел, однако, что доминирующее значение имеет один из них – весовые единицы. Этот показатель и является при рассматриваемой форме планирования единственным критерием, определяющим в конечном счете ответственность грузоотправителя за неиспользование вагонов.

Стимулирующее значение правила п. «д» ст. 182 Устава ж. д. очевидно: выполнив план в тоннах, отправитель ставит себя в льготные условия, так как ответственность за неиспользование вагонов с него снимается.