Сила права

Т р и ОСНОВНЫХ момента выражают указанные уникальные способности права.

В о п е р в ы х, право выступает в качестве исконного, органическо-

го, конститутивного компонента самой структуры и существа цивилизации.

В о в т о р ы х, рожденный цивилизацией общеобязательный нормативный регулятор вполне закономерно на всех языках мира получил наименование, однопорядковое с русским словом «право», что выражает глубокие достоинства права. Ибо созданный для людей – существ, наделенных разумом, он изначально, по самой своей природе является образованием, рассчитанным на то, что оно так или иначе будет

«выходить» на права субъектов, на человека. С этой стороны право по изначальным импульсам и императивам цивилизации предстало как истинно гуманистическое явление.

И в т р е т ь и х, право как общеобязательный нормативный регулятор, рассчитанный на человека, за долгие тысячелетия своего функ-

499

Полемические заметки

ционирования отработал и накопил великое множество приемов, методов, форм, иных средств, обеспечивающих разумное и достойное решение самых сложных жизненных задач, ситуаций любой сложности в соответствии с импульсами и императивами цивилизации.

Исторические данные свидетельствуют, что именно право в своем развитом, юридически отработанном виде конструктивно решало многие сложные жизненные проблемы, кризисы и неизменно оставалось таким выдающимся инструментом цивилизации, который способен в полной мере раскрыть и обеспечить реализацию потенциала наиболее существенных свершений человечества – таких как частная собственность, свободный, конкурентный рынок, политическая демократия, высокий, достойный статус личности, ее неотъемлемые права. Вместе с тем исторический парадокс заключается в том, что на протяжении большей, подавляющей части человеческой истории право (точь-в-точь как частная собственность – знаменательное совпадение!) не проявило весь свой потенциал, так и не стало постоянной и опре-

деляющей основой развития цивилизации.

Только в Новое время, открытое Великой французской революцией, право – и опять-таки точь-в-точь как частная собственность – стало раскрывать свои недюжинные уникальные возможности. Пусть первоначально – всего лишь достоинства эффективного общеобязательного нормативного регулятора.

И здесь важно вот какое уточнение. Указанные достоинства, выраженные в таких институтах, как «закон» и «суд», использовались, пусть даже в упрощенном и властно заданном виде, и при авторитарных, и даже при тиранических режимах, где господствовало право власти и где для правящей власти требовались свои «порядок и дисциплина». Но после буржуазных демократических революций эти регулятивные достоинства потребовались не в упрощенном, а в строгом развернутом виде для обеспечения последовательно демократических начал, развития частнособственнической рыночной экономики и воспрепятствования произволу власти, что стало раскрывать уже более высокое, гуманистическое предназначение права.

Вот что по этому вопросу сказал выдающийся русский правовед-мыслитель, цивилист И.А. Покровский. В своем прекрасном

500

Крушение права

труде, опубликованном летом 1917 года, за несколько месяцев до октябрьского большевистского переворота – вот такой жутко-тревожный, чуть ли не мистический знак! – наш отечественный правовед, описывая миссию права перед всесильной властью, в первую очередь обратил внимание на то, что «одно из первых и самых существенных требований, которые предъявляются к праву развивающейся человеческой личностью, является требование о п р е д е л е н н о с т и правовых норм». Причем, – продолжает И.А. Покровский, – дело «решительно меняется с того момента, когда возникает потребность в большей личной энергии и в большей личной инициативе, тогда определенность права становится непременным условием этих последних, с т а н о в и т с я в о п р о с о м с а м о й л и ч н о с т и. Индивид, поставленный лицом к лицу с обществом, государством, имеет право требовать, чтобы ему было этим последним точно указано, чего от него хотят и какие рамки ему ставят. Логически это право на определенность правовых норм, – заключает автор, – есть одно из самых неотъемлемых прав человеческой личности, какое только себе можно представить; без него, в сущности, вообще ни о каком «праве» не может быть речи»1.

Плюс к тому на более высоком уровне достоинств права существуют и особенности именно как «права», выражающие его силу как исконного гуманистического социального образования.

И вновь в подтверждение этого сошлюсь на слова И.А. Покровского, который – к гордости нашей отечественной культуры – впервые напрямую связал право в его высоком значении с неотъемлемыми правами человека. «Есть, – говорит И.А. Покровский, – такие «неотъемлемые права человека» (все это говорилось столетие назад –

в далеком 1917 году! – С.А.), которые никаким законом уничтожены

быть не могут, которые даже для государства в целом недосягаемы. Если всякое субъективное право, – продолжает правовед, – обеспечивает личность от произвола в л а с т е й, то идея «неотъемлемых прав» направляется против г о с у д а р с т в а к а к т а к о в о г о». «Самоутверждение личности, – пишет И.А. Покровский, – достигает здесь в юридическом отношении своего кульминационного пункта. Некогда безгласная овца в человеческом стаде, она заявляет теперь претензию на роль равноправной с государством державы»2.

1 Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М.: Статут, 1998. С. 89.

2 Там же. С. 81.

501

Полемические заметки

I.