От «прав человека» к «праву человека»

В тупике. – От субъективного права к объективному праву – праву человека. – Всеобщее правовое общество

В тупике. Стремительный, бурный, будоражащий XX век – век взлета и падения человечества, век человеческого гения и кровавого безумия – как никакое иное время раскрыл истинную ценность прав человека – этих, еще раз приведу слова Канта, прирожденных, необходимо принадлежащих человеку и неотчуждаемых прав.

В то же время надо честно признать – ныне, на пороге XXI века, идеи прав человека, еще недавно столь престижные и величественные, почитаемые в качестве знамени Свободы, именно в наше вре-

185

Самое святое, что есть у Бога на земле

мя, в последние годы все более утрачивают свой престиж и влияние на умы и дела людей.

Повторяющиеся изо дня в день во всех секторах социальной жизни стереотипные положения, цитаты и заклинания по поводу «прав человека» в представлениях все большего числа людей теряют свой истинный смысл, реальное значение, постепенно переходя на уровень тех лозунгов, которые были в ходу в условиях господства коммунистической идеологии. Кажется, теперь уже никто, вплоть до деятелей откровенно авторитарной политической ориентации, не страшится произносить подобные лозунги и заклинания, вносить их в свои декларации и даже юридические документы, представлять себя в качестве «поборника», а то и «гаранта» прав и свобод человека. Заметна и тревожная тенденция перехвата властью правозащитных организационных форм – попыток власти, порой небезуспешных, создавать под своей эгидой и своим контролем учреждения «по защите прав человека», что призвано создавать властителям, нередко весьма авторитарного типа, ореол поборников высших гуманитарных ценностей.

Причины такого положения дел с правами человека – многообразны. Это – и обескровливание, размывание данной категории, происходящее в результате включения в нее с помощью международно-правовых документов и научных деклараций все новых «поколений», вплоть до «права на самообразование», «права на сон» и др. И настойчивые усилия деятелей ряда стран, особенно восточных, представить категорию прав человека в качестве явлений сугубо «западных цивилизаций».

Главная же из причин состоит в том, что шаблонные положения и заклинания по правам человека по большей части (во всяком случае – во многих странах) фактически по главной своей сути, во всей своей полноте и реальной значимости не проводятся в жизнь. Риторика на этот счет, как и лозунги при коммунизме, далеко не всегда сообразуется с жизненными реалиями, а один из таких лозунгов, упорно пропагандируемый в обстановке брежневского неосталинизма, звучал в унисон теперешним декларациям – «все для человека, все для блага человека».

Условия, пути и способы решения возникающих здесь проблем, направленных на превращение в жизненную реальность идей о правах человека, также многообразны. Они сопряжены со степенью утверждения в обществе начал либеральной цивилизации, природой, характером и честностью политической власти, деятельностью общественных правозащитных организаций, действительных подвижников правозащитного дела, со многими другими факторами нашего сегодняшнего бытия.

186

Глава четвертая. Право человека

Но, быть может, среди этих различных условий, путей и способов тоже есть ключевое звено?

От субъективного права к объективному праву – праву человека. Да, и здесь, при определении условий, путей и способов превращения правозащитных лозунгов и формул в реальность, есть центральный пункт. Он состоит в юридическом возвышении прав человека. В том, чтобы идеи прав человека воплотить в действующем позитивном праве и в обществе утвердилось, стало незыблемым и основополагающим п р а в о человека.

Вновь приходится напоминать об азбучных положениях науки. Права человека в общераспространенном их понимании – это субъективные права, т.е. возможности конкретной личности, субъекта. Более того, и в античности, и даже в эпоху Просвещения они в принципе не имели юридического характера, выступали в качестве некоего духовного начала, требований естественного права, имеющих преимущественно идеологическое, гражданственное, моральное значение.

Только с середины XX века общественная значимость этой категории и необходимость ее реализации стали настолько значительными, что права человека получают общее признание, а отсюда шаг за шагом – и юридическое значение. Они в полномасштабном виде закрепляются в международных документах, конституциях, других внутригосударственных законах. А затем – уже ближе к нынешнему времени – постепенно начинают обретать и прямое юридическое действие. Последнее из указанных обстоятельств не только имеет существенное практическое значение, связанное с фактической реализацией прав и свобод человека, но и представляет собой крупный шаг в их юридическом возвышении – шаг к тому, чтобы начался процесс преобразования материи права, его перенастройка из «права власти» в «право человека». Такое преобразование обусловлено с юридической стороны тем, что прямое юридическое действие прав человека означает их непосредственное признание правосудными учреждениями – судом, и значит – вступление в «работу» других звеньев юридической системы, когда постепенно, звено за звеном начинает «работать» объектив-

ное право в целом.

Право человека, таким образом, в качестве своей основы и сути включает субъективные права человека, которые как бы распространяют на объективное право свою духовную силу и которые со своей стороны сами выступают уже в лоне и под эгидой объективного права. И потому – они, субъективные права человека, не только становятся

187

Самое святое, что есть у Бога на земле

критерием, своего рода камертоном построения и настройки всего содержания юридической системы, всех ее подразделений (в том числе и тех, которые направлены на обеспечение порядка и организованности в общественной жизни), но также – что не менее существенно – становятся юридическими субъективными правами и, стало быть, оснащенными юридическими средствами и механизмами по их реализации.

упоминалось.

В целом такого рода перенастройка юридической системы, осуществимая во всем своем объеме при успешном претворении в жизнь идеалов либеральной цивилизации, по конечным итогам будет означать качественный переворот в мире правовых явлений, когда реально, фактически, и притом – во вполне развернувшемся виде, и войдет в жизнь людей неведомый ранее юридический феномен – право человека, о котором двести лет тому назад прозорливо сказал Кант.

Хотя процесс становления права человека, по всем данным, окажется сложным и долгим, уже сейчас различимы основные вехи этого процесса. По-видимому, наиболее крупными, поворотными среди них окажутся следующие три. Это:

в о п е р в ы х, такое построение позитивного права, когда путем целенаправленного законодательства категории субъективных прав человека будет подчинен весь основной нормативный материал национальной правовой системы (именно такой курс – судя по фактическим данным – взят в демократически передовых странах, в конституциях которых заглавное, определяющее место занимают нормативные положения об основных правах человека; в Конституции России аналогичное положение записано в ст. 18);

в о в т о р ы х, создание независимой системы правосудия, способной и настроенной на то, чтобы противостоять любым акциям учреждений исполнительной и законодательной власти, не согласующимся с конституцией, основными правами и свободами человека;

в т р е т ь и х, фактическое, немедленное и резкое реагирование судебной системы (реагирование, при отсутствии иных оснований, – по своей инициативе), а вслед за ней – всего государства на все случаи, когда – пусть и в юридической форме – происходят на деле нарушения основных прав человека.

188

Глава четвертая. Право человека

Всеобщее правовое общество. Право человека – это право гражданского общества. И вот что примечательно. Рассматривая формирование последнего как «величайшую проблему для человеческого рода», Кант определяет его как всеобщее правовое гражданское общество1. Но что значит «всеобщее»?

Прежде всего, понятно то, что правовые и гражданские начала в таком обществе должны распространяться на все основные стороны его жизни (и иметь в этом отношении «тотальное», стало быть, всеобщее значение). Но дело не только в этом.

Характеризуя развитие человечества «во всемирно-гражданском плане», Кант связывал создание и существование совершенного гражданского устройства данного общества с состоянием международных дел, с утверждением законосообразного порядка и во внешних связях между государствами2. Именно – законосообразного! То есть – в принципе такого же, какой должен господствовать и внутри общества3.

Насколько эта сторона гражданского устройства представлялась существенной для Канта, видно хотя бы из того, что именно в плоскости международных дел он освещает важнейшие достоинства права. Рассматривая под этим углом зрения проблемы мира (основная работа по этой проблеме – «К вечному миру» 1795 г.), Кант говорит об

«уважении понятию права, которое одно только могло бы утвердить навечно мир»4.

Вместе с тем здесь, на мой взгляд, может быть отмечена и другая сторона проблемы. Реализация идеалов права (и, возможно, прежде всего – тех, которые относятся к субъективным правам человека) должна не только получать фактическую жизнь через механизмы объективного права данного государства, но и, по всем данным, иметь опору в мировом сообществе – в международном праве, в самом законосообразном порядке внешних связей государств, а главное – в общем состоянии и в «настроенности» права, характерном для мирового сообщества.

1 Кант И.

2 Там же. С. 101–115.

3 Важно, что Кант не только придает высокое значение международному праву (в состоянии которого, по его словам, «только и могут должным образом развиться человеческие способности, делающие наш род достойным любви» (Кант И. Сочинения на немецком и русском языках. Т. 1. С. 331)), но и строит его по образцу внутригосударственного права. Во всяком случае – в той его плоскости, которая делает международное право («основанное на публичных и опирающихся на силу законах, которым должно подчиниться всякое государство» (Там же. С. 349)) в сущности единственным средством, способным противостоять войне.

4 Там же. С. 459.

189

Самое святое, что есть у Бога на земле

Каковы доводы, обосновывающие это положение? Два основных соображения должны быть приняты в данном случае во внимание.

Первое из них заключается в том, что право – это универсальный институт в жизни людей на нашей планете. И потому в обстановке XX – начала XXI в., сблизивших через поразительную по эффективности систему коммуникаций людей всех стран и континентов, есть основания утверждать о существовании в мире общего правового состояния, свого рода уровня права, планки и порога правосознания, задаваемых общепризнанными правовыми ценностями, правовой культурой наиболее развитых, продвинутых по путям прогресса стран. Вполне понятно поэтому, что в странах, особенно – тех, которые только вступили на путь формирования права современного гражданского общества, опорными точками для такого правового развития должны стать не только внутренние, существующие в данном обществе условия и импульсы, но и та планка правовых ценностей, которая характерна для человеческого сообщества в целом.

А в этой связи – и второе соображение. Существо его в том, что и в современном гражданском обществе стран, уже во многом освоивших ценности либеральных цивилизаций, политическая государственная власть остается потенциально наиболее мощной социальной силой. И по этой причине – как уже отмечалось в начале книги – даже в передовых по демократическому развитию странах рецидивы насилия нет-нет да и прорываются в реальном бытии, в политической практике. И порой, увы, так, что возвышенные идеалы прав человека (права человека) грубо, вооруженной силой попираются.

Тем более такое положение вещей, характеризующее непростую конкуренцию насилия и права, присуще странам, стремящимся в ускоренных темпах достигнуть современной стадии общецивилизационного развития. Таким странам, как современная Россия, где либеральные по замыслу реформы реализуются через институты государственной власти и где в результате этого, а также в результате былой силовой идеологии декларируемые правовые формы и принципы остаются неустойчивыми, зыбкими, податливыми перед силовым давлением. Позор России – кровавая бойня в Чечне в 1994–1996 годах, отмеченная (официально не осужденными и даже официально не зафиксированными) грубыми массовыми нарушениями прав человека, обнажила реальное существо российской юридической системы, сохранившей глубокие следы коммунистической правовой идеологии с ее доминантой – возможностью вооруженного насилия при решении внутригосударственных проблем.

190

Глава четвертая. Право человека

В такой обстановке сама жизнь выдвигает необходимость (согласующуюся с кантовской идеей всеобщего характера гражданского общества) формирования на уровне мирового сообщества институтов, обладающих надлежащий компетенцией и достаточными императивными возможностями для инициирования и поддержания в странах, вставших на путь современного правового развития, правовых форм, ориентированных на утверждение в реальной жизни передовых правовых ценностей, идеалов прав человека (права человека).

Речь в данном случае не идет об утопических, сомнительных проектах создания некоего «всемирного правительства» или системы межгосударственных законов, равных по силе законам внутригосударственным (Кант – автор этой идеи – указывает и на великие опасности при ее реализации).

Реальное значение при решении возникающих здесь многосложных вопросов имела бы проработка таких вариантов решения рассматриваемой проблемы, в соответствии с которыми получили бы развитие и совершенствование система международных судов, призванных защищать права человека, упрочение и углубление их компетенции, императивной силы их решений.

Предложения по данному кругу вопросов С.А. Ковалева – истинного и верного подвижника в реальном утверждении идеалов и ценностей права должны привлечь внимание отечественной и мировой демократической общественности. Их смысл – не только в том, что в конце концов должен быть найден выход из ситуаций, когда массированная пропаганда и официальная риторика, лукавые и лживые

«правозащитные» акции власти создают непробиваемую иллюзию благополучия при ужасающем фактическом состоянии дел по правам человека. Их смысл – также и в том, чтобы не утратить веру, не сойти с курса, постигать на деле право, двигаться к торжеству, верховенству права в нашей жизни.