Необходимость более широкого подхода

Рассматривая немалое число конкретных дозволений и запретов в качестве таких, которые существуют в нераздельной связи, соответственно с ОбЗ и ОбД, т.е. в виде исключительных дозволений и запретов, нужно видеть и то, что значительная их часть (в особенности дозволений) существует за пределами этой связи.

Здесь необходимо отметить два основных случая.

Первый случай. Конкретные дозволения и запреты могут выступить как детальные и конкретизирующие варианты более общего юридического дозволения или запрета, в том числе и абсолютного запрета.

Применительно к запретам введение такого рода конкретизированных вариантов по большей части связывается с разновидностями юридической ответственности за различные правонарушения, образующие единый вид или род правонарушений. Один из примеров подобного рода уже приводился. Это предусмотренные в уголовном законодательстве различные составы преступлений, которые охватываются понятием преступления против социалистической собственности (ст. 89 и сл. УК РСФСР) и которые выражают варианты единого запрета – не нарушать общественную социалистическую собственность. Так, один из вариантов запретов, первоначально конкретизирующий запрет спекуляции, – запрет заниматься определенными видами промыслов, в ходе исторического развития ответственности за такого рода противоправную деятельность превратился со временем в самостоятельную разновидность запретов (в уголовном законодательстве – ст. 164 УК РСФСР;

ранее – ст. 991); последние, однако, в соответствии с ОбД заниматься

315

Общие дозволения и общие запреты в советском праве

промыслами образовали с фактической стороны замкнутый, исчерпывающий перечень и стали существовать в рамках общедозволительного типа регулирования.

Применительно к ОбД необходимость их конкретизированного выражения в более детализированных дозволениях проявляется реже; но и она порой встречается (об этих случаях уже говорилось – при необходимости отделить соответствующее правомерное поведение от неправомерного или специально ориентировать поведение людей на его социально полезный вариант). Интересно, что можно встретить также случаи, когда происходит не конкретизация ОбД, а их ограничение, но не путем или не только путем запретов, образующих исчерпывающий перечень, а прежде всего путем установления другого права или прав, тоже выраженных в исчерпывающем перечне. Пример тому – общее право на обращение с жалобой на административные правонарушения, по отношению к которому своего рода исключительным порядком является право на обращение в суд по поводу действий административного характера в случаях, предусмотренных законом (здесь, надо полагать, мы встретимся с особой модификацией ОбД-порядка).

Таким образом, хотя в рассмотренном случае конкретизированные, специализированные дозволения и запреты существуют не в рамках двух главных типов правового регулирования, они связаны с ОбД и ОбЗ и служат, как отмечалось ранее, формой их объективизации, выявления. Разумеется, и эти ОбД и ОбЗ должны быть учтены при их общетеоретическом освещении, и они представляют собой важные общеюридические начала. В то же время нельзя упускать из поля зрения качественную грань между ними и теми ОбД и ОбЗ, которым

«противостоят» исключительные запреты и дозволения. Дело, конечно, не только в том, что последние отличаются, как правило, более строгой, завершенной логической конструкцией своего построения. Главное – то, что именно в этом диалектически-строгом сочетании ОбД и ОбЗ с исключениями из них многообразно и полно проявляется свойственное им социальное юридическое значение, и, следовательно, они более органичны для права, в большей мере и непосредственно раскрывают его глубины.

Второй случай. В зонах неактивного (неинтенсивного) правового регулирования дозволениям и запретам, которые могут приобретать и общее значение, противостоят не исключения из них, а состояние непредусмотренности (незапрещенности) – зоны слабого, ненапряженного юридического регулирования.

316

Глава 5. Типы правового регулирования (общие положения)

счет ограничения запрета; они устанавливаются, условно говоря, если не в юридическом вакууме, то в «юридически-разряженной среде».

Если же данная зона объективно требует интенсивного юридического регулирования, эти отдельные запреты и дозволения могут иметь характер первых шагов, предвестников формирующихся ОбД или ОбЗ; которые с юридической стороны и будут со временем определяющим началом для рассматриваемой зоны социальной жизни. Это обстоятельство, с учетом всего существующего в данный момент социального регулирования, нужно принимать во внимание уже сейчас. А если общественные отношения объективно не требуют интенсивного юридического регулирования, то соответствующим отдельным запретам или дозволениям так и суждено оставаться одинокими, относительно разрозненными, пусть порой и связанными между собой, образующими известное единство, но не составляющими единого исчерпывающего перечня. Таковы, например, те дозволения (права) и запреты, которые установлены для родителей в отношении их детей; права, образующие компетенцию юридических органов решать юридические вопросы.

Помимо всего иного, более широкий подход к РР-порядку предупреждает против такой интерпретации советской правовой системы, при которой она не только в современном ее виде, но и в принципе трактовалась бы в качестве преимущественно запретительной (а этот вывод неизбежен, если полагать, что за пределами прав, установленных в нормативном порядке, «все иное» запрещено). Подобная трактовка не только не соответствовала бы изначальной природе советской правовой системы и была бы несовместимой с ее особенностями по идейно-политическим соображениям, но и вызвала бы немалые трудности на практике, привела бы, как отмечалось в литературе, к «далеко идущим последствиям»1.

1 Думается, именно в этом (а также в необходимости строгой законности в области ответственности) состоит позитивный смысл соображений Е.А. Тарновской, высказанных ею по отношению к «абстрактным запретам» (см.: Тарновская Е.А. Эффективность правового регулирования материально-технического снабжения. Л., 1976. С. 124).

2 См.: Сафиуллин Д.Н. Роль нормативных предписаний в определении содержания хозяйственного договора // Роль договора в регулировании общественных отношений. Пермь, 1979. С. 136–137.

317

Общие дозволения и общие запреты в советском праве

Отмечая особенности РР-порядка в неактивной зоне правового регулирования, было бы неправильно освещать отдельные запреты и дозволения при отсутствии связанных с ними ОбД и ОбЗ как нечто такое, что существует само по себе, в некоем вакууме вообще. Как это уже обосновывалось в отношении юридического регулирования в области космического пространства, отдельным дозволениям и запретам все же «противостоит», пусть не юридическая, но достаточно определенная регулятивная среда, в которой в большинстве случаев могут быть обнаружены тенденции, линии, выражающие направленность социального регулирования на дозволенность или на запрещенность. Эти тенденции, а отсюда характер регулятивной среды чрезвычайно важно учитывать при осуществлении законоподготовительных работ и в практике применения юридических норм при решении юридических дел.

Вместе с тем когда существует объективная необходимость интенсивного правового регулирования, отсутствие достаточной определенности в отношении порядка регулирования создает немалые трудности, может дезориентировать правоприменительные органы; и следовательно, здесь необходимо принять все меры к тому, чтобы «заполнить вакуум», в частности с необходимой четкостью определять тип правового регулирования1.

В связи с этим – о характере прав, предоставляемых субъектам при отсутствии на «другой стороне» четко выраженного общего запрета. Думается, что эти права нередко имеют по своей основе разрешительный характер, хотя по содержанию они порой выражаются в широкой мере дозволений. Таковы, например, права отдельных предприятий на оперативное управление государственным имуществом, которое, как и право собственности, имеет вещный и абсолютный характер.

А как же тогда, спрашивается, понимать природу «противостоящего» абсолютному праву общего пассивного запрета (не нарушать абсолютное право, не препятствовать его осуществлению и др.)? Тут иное явление, отличное от тех, которые характерны для типов правового регулирования. Функция пассивного запрета указанного рода – обеспечивать, охранять абсолютное право. Пассивный запрет не «противостоит» абсолютному праву, а сопровождает его, скоординирован с ним. Следует считать более точным в отношении данного случая говорить о скоординированных слоях правового регулирования.

318

1 См.: Сафиуллин Д.Н. Указ. статья. С. 136–137.

Глава 5. Типы правового регулирования (общие положения)