КОВАРНАЯ КОРОЛЕВА

В это же время на другом берегу Ла- Манша, во Франции, правила Екатерина Медичи, королева, не хуже освоившая коварное искусство политики и интриги. Власть она получила не сразу, пока был жив ее муж, Генрих II, с Екатериной никто особенно не считался.

именно такой она и изображена в романах Дюма.

На самом же деле все было не совсем так. Больше всего на свете Екатерина Медичи хотела укрепить королевскую власть. Она понимала, что без материнской помощи ее сыновьям не удержаться на престоле. Ради укрепления власти государства и поддержки своей семьи королева была готова на многое. День и ночь она занималась государственными делами. Екатерина, будучи хитрой правительницей, знала, что главное — это перессорить врагов между собой. Поэтому она опиралась то на католиков, то на гугенотов, никому не отдавая безусловного предпочтения. Сама королева признавалась, что ей лучше всего помогают править те люди, которых она называла «политиками». В те годы, когда каждый должен был придерживаться той или иной веры и быть заодно со своими единоверцами, Екатерина приближала к себе тех, для кого государственные интересы были выше интересов религиозных. Сама же она все время внимательно следила за тем, какая партия усиливается, а какая ослабевает, и лавировала между ними. В тот момент, когда ей показалось, что католики слишком сильны, она задумала выдать свою дочь Маргариту замуж за вождя гугенотов Генриха, короля Наварры — маленького государства на юге Франции.

Из этого замысла Екатерины, правда, ничего хорошего не получилось. Могучая католическая семья Гизов встревожилась из-за излишнего усиления гугенотов и стала уговаривать королеву воспользоваться случаем и расправиться с врагами. Екатерина не хотела давать Гизам возможность .укрепиться, но у нее, как у политика, всегда было в запасе несколько вариантов действий. Когда она поняла, что, возвысив гугенотов, может лишиться поддержки Гизов, то спокойно уступила и обрекла на смерть много тысяч человек.

В ночь на 24 августа 1572 года — перед днем святого Варфоломея — колокола церкви Сен-Жермен д’Оксерруа, находившейся совсем рядом с королевским дворцом, начали бить в набат. Так началась печально знамени-

Варфоломеевская ночь 340

тая Варфоломеевская ночь. Католики заранее подготовились — дома, где жили гугеноты, были отмечены белыми крестами. Несчастных убивали целыми семьями — расстреливали, сжигали, топили в реке. Пощаду получал только тот, кто соглашался перейти в католичество. Гугеноты были людьми, очень преданными своей вере, и поэтому отступить от нее согласились лишь немногие. Среди отступников был и находившийся в Лувре Генрих Наваррский — он тоже читал Макиавелли и знал, что цель оправдывает средства.