МОЖЕТ ЛИ КОРОЛЬ МЕНЯТЬ ВЕРУ?

Религиозные войны во Франции продолжались очень долго. За это время в стране сменилось несколько правителей. Два сына Екатерины Медичи умерли молодыми. Следующий — король Генрих III — не мог справиться

со знатными католическими семьями, диктовавшими ему свою волю. Больше всего королю досаждал герцог Гиз. Французские католики обожали Гиза — может быть, даже больше, чем короля. А Гиз не забывал всем напоминать, что он происходит из более знатной семьи, чем Генрих, и может тоже быть государем, тем более что наследника во Франции в это время не было.

Жак Клеман убивает Генриха III

Генрих III понимал, что судьба его власти висит на волоске. Он тоже считал, что цель оправдывает средства, и решил быстро действовать. Герцог Гиз был приглашен в королевский дворец в Блуа. Друзья предупреждали, что ему угрожает опасность, но он был слишком уверен в себе. Как только Гиз вошел во дворец, королевские слуги пронзи -

ли его шпагами и кинжалами. Так король расправился со своим соперником. Теперь он понимал, что католики отвернутся от него, и решил опереться на своих прежних врагов — гугенотов. Наследником престола был торжественно объявлен Генрих Наваррский. Тем самым король подписал собственный приговор.

Путь к французскому престолу для Генриха Наваррского был открыт. У Екатерины Медичи больше не было сыновей, и династия Валуа прекратила свое существование. Гугеноты были счастливы. Во Франции большинство все-таки составляли католики, а они никогда не признали бы своим правителем протестанта. И тогда Генрих доказал всем, что для него, как когда-то для королевы Екатерины, власть важнее религиозных различий. Гугеноты яростно отрицали католическую церковную службу — мессу. «Париж стоит мессы»,— произнес Генрих Наваррский свои знаменитые слова, вновь сменил веру и стал католиком и французским королем Генрихом IV.

В течение всего правления он не преследовал гугенотов и разрешил им верить так, как они считают нужным. Не обижал Генрих и своих старых врагов, даже тех, кто во время

религиозных войн действовал против него. Наоборот, он считал, что к бывшим врагам надо быть особенно милостивым: друзья и так будут едлу верны, а вот противников надо подкупать — он давал им земли, должности, награды. Может быть, старые соратники короля и обижались в глубине души, но все же прощали своего короля, ведь благодаря ему во Франции наступил мир.