<<
>>

§2. Проблема избыточного дискреционного вмешательства в хозяйственную практику и обеспечения эффективности санкций, налагаемых антимонопольными органами ЕС

Анализ антимонопольного права Европейского Союза позволяет сделать вывод о том, что его целыо является устранить использование рыночных механизмов и предоставленных прав хозяйствующими субъектами в целях получения дополнительной прибыли в ущерб конкурирующим контрагентам.
Европейский законодатель, в русле общемировых тенденций развития антимонопольного права, пришел к осознанию того, что с данной проблемой сопряжены злоупотребление доминирующим положением, сговоры и согласованные действия, создание неравных условий конкуренции с помощью органов власти, ограничение конкуренции посредством вытеснения рыночных типов взаимодействия, использование преимущества в асимметричном распределении информации или неполной информированности участников рынка.

Однако при применении антимонопольного права следует учитывать, что одновременно с необходимостью создания равноправных конкурентных условий для всех участников рыночных отношений важно предотвратить неэффективное использование ресурсов и неиспользование или недоиспользование возможностей создания новой стоимости и новых продуктов, стимулировать развития экономики.

Таким образом, проблема антимонопольного регулирования значительно шире, чем просто создание комплекса правовых норм - она предполагает развитие институтов и процедур, которые, с одной стороны, будут обеспечивать защиту конкуренции, а с другой - не будут препятствовать взаимодействию предприятий в целях рационализации хозяйственной деятельности.

Совершенствование правовой базы представляет собой лишь один из элементов конкурентной политики. При дальнейшем развитии антимонопольной нормативно-правовой базы в Европейском Союзе предполагается предпринять следующие меры69.

Помимо акцента на особенностях определенных типов хозяйственной практики, характеризующих как действия хозяйствующих субъектов и органов власти, так и соглашения и согласованные действия, совершаемые соответствующими субъектами, необходимо обратить внимание на особенности объектов сделок. Причиной, способствующей актуализации такого подхода является то, что антиконкурентные эффекты картельных соглашений и согласованных действий могут иметь свою специфику в зависимости от особенностей того или иного объекта соответствующей сделки. Типичным примером является проблема предотвращения злоупотреблений доминирующим положением в форме

Ill

создания дискриминирующих условии доступа к ключевым мощностям в сферах с естественно монопольным компонентом.

Конкурентное право нельзя формировать вне увязки с нормами сопряженных законов и основополагающими нормами гражданского, уголовного и административного права. Не всегда восприятие правом ЕС нормативных моделей американского законодательства происходит с учетом особенностей европейской правовой и судебно-процессуальной системы, правовых традиций и имеющейся инфраструктуре их правоприменения. Типичный пример тому, продолжающиеся на протяжении многих лет дискуссии в ряде европейских стран о переносе норм американского права относительно порядка компенсации ущерба и системе карательных санкций к нарушителям монопольного и других разделов хозяйственного права70.

Право ЕС движется в русле европейских национальных подходов, признавая факт наличия двух обособленных отраслей права и соответствующих им двух ведомственных сфер ответственности.

Так, имеет место разграничение сферы монополистической деятельности и сферы недобросовестной конкуренции. В первом случае ответственным контролирующим органом признается антимонопольное ведомство, во втором - орган юстиции. Поскольку в проведении антимонопольной политики участвует не только специализированный антимонопольный орган, но и другие ведомства, а также участники рынка, важным аспектом развития права о защите конкуренции в Европейском Союзе является обеспечение координации действий указанных субъектов антимонопольной политики. Практическая реализация этого направления развития права о защите конкуренции происходит, в первую очередь, путем совершенствования правовых инструментов координации, в частности, нормативного закрепления методик оценки последствий для конкуренции на соответствующих товарных рынках решений, принимаемых отраслевыми регулирующими органами71.

Приоритетным направлением совершенствования

антимонопольной политики является повышение действенности мер по пресечению и предупреждению злоупотреблений доминирующим положением хозяйствующими субъектами. Как указывалось выше, сам по себе факт доминирования на рынке, в соответствии с правом ЕС не является нарушением закона и не может служить основанием для применения к хозяйствующему субъекту санкций. Соответственно, наказанию подлежит использование доминирующего положения в целях получения частных выгод в ущерб экономической эффективности и интересам контрагентам. На целом ряде заседаний Еврокомиссии было отмечено, что наиболее распространенными формами злоупотребления доминирующим положением на Общем рынке в настоящее время являются: 1.

Изъятие товаров из обращения, целыо или результатом которого является создание или поддержание дефицита на рынке либо повышение цен; 2.

Навязывание контрагенту условий договора, не выгодных для него или не относящихся к предмету договора (необоснованные требования передачи финансовых средств, иного имущества, имущественных прав, рабочей силы контрагента, согласие заключить договор лишь при условии внесения в него положений, касающихся товаров, в которых контрагент не заинтересован, и других); 3.

Создание условий доступа на товарный рынок, обмена, потребления, приобретения, производства, реализации товара, которые ставят один или несколько хозяйствующих субъектов в неравное положение по сравнению с другим или другими хозяйствующими субъектами (дискриминационные условия); 4.

Создание препятствий доступу на рынок (выходу с рынка) другим хозяйствующим субъектам; 5.

Нарушение установленного нормативными актами порядка ценообразования; 6.

Установление, поддержание монопольно высоких или, наоборот, низких цен; 7.

Сокращение или прекращение производства товаров, на которые имеются спрос или заказы потребителей, при наличии безубыточной возможности их производства; 8.

Необоснованный отказ от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) при наличии возможности производства или поставки соответствующего товара%.

Комиссия также отмечает, что значительное число дел, связанных со злоупотреблением доминирующим положением, возникает в отраслях е естественно монопольным компонентом.

В этой связи следует выделить ряд мер, которые могут повысить действенности антимонопольного правового регулирования и недопущения злоупотреблений доминирующим положением.

Во-первых, актуальной на сегодняшний день является детальная регламентация проведения специальных отраслевых антимонопольных расследований на европейском и национальном уровнях, форм взаимодействия органов различного уровня. Существующая европейская практика наделения полномочиями антимонопольных органов для проведения комплексных проверок всех предприятий отрасли или предприятий нескольких секторов экономики, объединенных одним соглашением подтверждает целесообразность дальнейшей детализации и развития этой формы антимонопольного контроля.

На сегодняшний день в праве ЕС отсутствуют методические рекомендации но исследованию конкретных рынков, которые могли бы в существенной мере облегчить правоприменительную деятельность в сфере защиты конкуренции на таких рынках. Так, справедливым представляется включение в такие рекомендации требований учитывать не только формальные характеристики соответствующих рынков, но и детали контрактных отношений в каждой конкретной хозяйственной сфере, понимание которых может существенном образом повлиять на квалификацию хозяйственной практики как антиконкурентной и неэффективной.

Кроме того, европейские эксперты считают, что законодательство не должно препятствовать появлению альтернативных методик анализа конкурентной среды на рынках72. Это, во-первых, в полной мере соответствует принципам гражданского общества как социальной парадигмы развития Европейского Союза, а во-вторых, способствует развитию саморегулирующего потенциала Общего рынка, в частности, в форме развития полноценного рынка экспертных услуг в области экономико-правового анализа.

Во-вторых, одним из направлений развития антимонопольного законодательства ЕС должно стать недопущение сдерживания экономически оправданного перехода от форм организации, основанной на вертикальной интеграции, включающей естественно монопольный компонент, к формам, которые предполагают вертикальную дезинтеграцию, развитие конкуренции в тех сферах, где это возможно. В результате такого рода изменений должны снизиться барьеры входа на соответствующие рынки, что в свою очередь должно снизить актуальность проблемы злоупотреблений доминирующим положением на соответствующих рынках. Отметим, однако, что в этой связи важно учитывать возможные риски, связанные с вертикальной дезинтеграцией в отраслях с естественно монопольным компонентом.

Третьим направлением развития антимонопольного права ЕС должна стать активизация борьба с так называемым хищническим ценообразованием. До настоящего момента в Европейском Союзе не приняты нормативные стандарты, позволяющие проводить действенный мониторинг ситуации на предмет наличия входных барьеров на рынок, где существуют признаки хищнического ценообразования.

В этой связи одной из возможных мер воздействия на монополиста-нарушителя, по мнению ряда европейских экспертов, может стать установление ограничения на изменения цен или объемов реализации хозяйствующего субъекта, подозреваемого в хищничестве73. Проблемой, стоящей на пути урегулирования данного вопроса, является то, насколько возможно разграничить влияние иа соответствующий рынок внешних факторов от воздействия на него решений, которые основаны на стратегических соображениях фирмы-хищника.

Четвертым направлением развития антимонопольного права ЕС станет совершенствование правовой политики в области выявления и пресечения сговоров (соглашений) между потенциальными монополистами, решений и согласованных действий, ограничивающих конкуренцию.

Практические меры, которые будут предприниматься в этом направлении, сводятся к следующему:

Во-первых, следует сконцентрировать усилия по разработке правовых стандартов и нормативно закрепленных методов статистического наблюдения за ценами, позволяющие оценивать случайность или неслучайность колебаний цен. Такого рода анализ позволяет выявить на определенном временном интервале характеристики поведения хозяйствующих субъектов, которые специально не сговариваясь, вместе с тем перераспределяют часть потенциального выигрыша от обмена в свою пользу.

Во-вторых, очевидной становится необходимость унификации практики правоприменительных органов государств-членов ЕС по таким параметрам, как теория доказательств по делам об ограничении конкуренции, критерии идентификации признаков согласованных действий.

В-третьих, следует и далее поощрять активное применение нормы, в соответствии с которой участник соглашения, ограничивающего конкуренцию, первым раскрывший антимонопольным органам факт существования такого сговора, освобождается от ответственности. Тем самым необходимо создавать стимулы, которые делали бы такого рода сговоры неустойчивыми. Помимо этого, таким способом возможно совершенствовать доказательственную базу по делам о преследовании картельных соглашений и создавать стимулы для дачи показаний и передачи улик. Неотъемлемой составляющей таких законодательных инициатив должно стать дальнейшее развитие программы защиты свидетелей, эффективно используемой в ЕС с 1996.

Не менее важным направлением развития антимонопольного права и правоприменительной практики в ЕС должно стать применение правила взвешенного подхода при разграничении хозяйственных практик на незапрещенные, запрещенные как таковые и те, которые формально содержат в себе признаки запрещенных, но тем не менее могут быть разрешены при определенных обстоятельствах.

Правило взвешенного подхода - это инструмент антимонопольного регулирования, с помощью которого на основе сопоставления позитивных и отрицательных последствий соглашений или деятельности хозяйствующих субъектов, ограничивающих конкуренцию, разрешаются или запрещаются такого рода практики. Выше указывалось, что применение групповых изъятий и индивидуальных исключений является одним из показательных примеров применения принципа взвешенного подхода.

В этой связи принципиальное знамение для дальнейшего развития антимонопольного права в ЕС имеет: 1)

обеспечение нормативных, институциональных и процессуальных гарантий прозрачности процедур применения правила взвешенного подхода, 2)

развитие механизмов реализации норм, регламентирующих получение информации антимонопольными органами при применении принципа взвешенного подхода, 3)

создание необходимой материальной базы для деятельности антимонопольных органов, связанной с оценкой последствий той или иной деловой практики.

Шестым направлением развития антимонопольного права и правоприменительной практики в ЕС представляется обеспечение адекватности санкций за монополистические действия. Действенность санкций проявляется, прежде всего, в сдерживающем эффекте, возникающем из сопоставления выгод от нарушения и издержек, связанных с применением санкций. Если предположить, что величина выгод от нарушений известна и гарантирована, то ожидаемая полезность нарушения зависит от характера и величины санкций, вероятности и времени их применения. Отметим, что адекватность санкций не является синонимом ужесточения санкций.

Известны несколько способов формирования штрафных санкций: в форме фиксированных штрафов; в виде процента от оборота; в порядке компенсации возникшего ущерба; в форме величины, кратной размерам нанесенного ущерба; в порядке изъятия дополнительной прибыли, возникшей в результате правонарушения.

Вопрос о формировании адекватной системы санкций в антимонопольном праве ЕС имеет несколько аспектов, которые сводятся к балансу стимулов хозяйствующих субъектов. Очевидно, что для применения санкций необходима достоверная информация о нарушении. Зачастую такой информацией обладают те субъекты, которым наносится ущерб. Однако для того, чтобы они были заинтересованы в предоставлении такого рода информации антимонопольным органам или суду должен быть соблюден принцип избирательности стимулов.

Избирательность стимулов обеспечивается, если в результате нарушитель компенсирует как минимум ущерб, нанесенный пострадавшей стороне. С этой точки зрения само по себе увеличение размеров штрафов и даже обеспечения их привязки к масштабам негативных последствий допущенных нарушений (величина незаконно полученной прибыли или в качестве приблизительной оценки - доля выручки), не может в полной мере решить проблему, если средства, выплачиваемые нарушителем, идут только в бюджет, а лицо, чьи нрава нарушены монополистическими действиями не получает адекватной компенсации.

Одна из особенностей дел, связанных с нарушением антимонопольного права ЕС — длительные сроки производства, что в определенных условиях влечет дополнительные затраты для лица, чьи права нарушены монополистическими действиями. Возможность возмещения ущерба, нанесенного нарушителем антимонопольного права, предполагает решение вопроса количественной оценки данного ущерба с учетом сроков рассмотрения соответствующего дела.

Если анализировать систему санкций за нарушение антимонопольного права ЕС безотносительно стимулов хозяйствующих субъектов, чьи права оказались ущемленными, то и в этом случае выясняется, что действующая система неадекватна по меньшей мере в двух аспектах — размер санкций и способ определения этого размера. В этом случае вопрос, который следует решить — определение методики расчета причиненного ущерба, которая, с одной стороны, отражала бы размеры нанесенного ущерба, а, с другой стороны, предполагала бы сравнительно невысокие издержки по установлению такого рода ущерба.

Наиболее адекватным показателем, на основе которого мог бы определяться размер санкций, является размер незаконно полученной прибыли. Однако в отличие от показателя оборота компании, оценить величину незаконно полученной прибыли достаточно сложно. На практике показатель полученной в результате нарушения прибыли применяется крайне редко. Основная причина этого заключается в сложностях, связанных с получением достоверных исходных данных. Упрощение же методик влечет исключение из рассмотрения многих существенных параметров рыночной ситуации, влияющих на оценку прироста экономического благосостояния нарушителя.

Нормативные акты государств — членов ЕС, регулирующие назначение наказаний за нарушение норм конкурентного права, не содержат четко установленной методики и процедуры расчета прибыли, полученной в результате нарушения. Тем самым антимонопольным органам и судам предоставлена свобода усмотрения в выборе и оценке различных методик расчета незаконной прибыли. Для оценки незаконной прибыли используют несколько методик: теория «до и после» сравнивает прибыли и цены, являющиеся предметом рассмотрения, в период нарушения с прибылями и ценами до или после прекращения нарушения; метод «установления контрольных точек» сравнивает прибыли и цены, уплаченные истцом на соответствующую дату, с ценами и прибылями для фирмы или рынка, которые не подвергались влиянию нарушения; теория «рыночной доли» предполагает оценку доли, которую имели бы компании, если бы не совершенное нарушение. При этом подчеркивается, что данные теории не являются единственно возможными методологиями, а математически точное определение незаконной прибыли принципиально невозможно".

* См.подробнее: Thakaran, Р.К.М., Lloyd. P.J.W. Op. cil. P. 114-115.

Относительно приемлемый подход к оценке прибыли, полученной в результате картельных соглашений или злоупотребления доминирующим положением — метод «установления контрольных точек», основан на определении монополистического завышения цены (разности монопольной и конкурентной цены) на единицу продукции. Эта надбавка затем умножается на товарооборот, затронутый нарушением, в натуральном выражении. Отметим, что даже при применении этого метода существенной проблемой является определение конкурентной цены, в качестве которой обычно принимают цену, которая предположительно преобладала бы на рынке при отсутствии нарушения, либо цену, которая фактически имела место на конкурентных рынках в рассматриваемый период.

В целом суды признают, что истец по антитрестовскому делу редко может с точностью определить ущерб или незаконно полученный доход74. Этот факт, а также общий принцип наказуемости правонарушения и несправедливость предоставления правонарушителю возможности уходить от компенсации, настаивая на необходимости точного расчета ущерба, привели к снижению бремени доказывания размера ущерба по антитрестовским искам. После того как наличие убытков и причинно-следственная связь доказаны, суды обычно стремятся найти способ, которым ущерб можно возместить... Трудность установления размера ущерба более не ограничивает право на возмещение в случае доказанного посягательства на права истца.

Отмеченные сложности, по оценкам экспертов Организации экономического сотрудничества и развития, приводят к крайне ограниченному применению показателя полученных доходов как базы для установления финансовых санкций за нарушения законов о конкуренции. Фактически, в европейских странах лишь законодательство

Германии непосредственно увязывает размер санкции с незаконно полученной прибылью.

Проведя изучение небольшого числа дел, возбужденных против картелей, в рамках которых исследовался вопрос о размерах незаконно полученных доходов, специалисты Организации экономического сотрудничества и развития пришли к выводу, что размеры наложенных штрафов в процентах к незаконной прибыли колебались от 3 до 189%75. В Европе только в одном случае — в Германии — штрафы были выше оценочной величины незаконной прибыли. Штрафы в двух- или трехкратном размере, которые, с точки зрения экспертов, являлись бы оптимальными, не назначались ни разу76.

Специалисты отмечают также ряд недостатков метода установления штрафов на основе величины незаконно полученной прибыли, в частности: 1)

сложность расчетов, связанная с отсутствием общепринятых и закрепленных в нормативных актах методологий и невозможностью получить полные и достоверные данные о рыночных процессах, которые часто носят вероятностный характер; 2)

неприменимость метода в ситуациях, когда достигнутые в результате нарушения экономические выгоды оказались ниже запланированных (например, картели, которые были неуспешными или сопровождались временными нарушениями согласованных условий участниками картеля, убыточность предприятий-нарушителей и т. п.); 3)

неприменимость метода в ситуациях, когда ущерб от нарушения выше полученных нарушителями прибылей (что, по мнению экспертов, является обычным случаем при нарушениях, связанных с установлением монопольно высоких цен); 4)

неприменимость метола, если антимонопольное право предполагает ответственность за действия, совершаемые с намерением ограничить конкуренцию, вне зависимости от наступления фактических негативных последствий; 5)

необходимость учета иных факторов (отягчающих обстоятельств), которые могут увеличить величину штрафа свыше суммы незаконно полученных доходов77.

Наиболее эффективным, как полагают зарубежные эксперты в области конкурентного права и проблем его применения, является наложение штрафов, исчисляемых в процентах к обороту компании, затронутому нарушением,04. Применение показателя коммерческого оборота вместо показателя прибыли оправдывается правовым принципом применения санкций вне зависимости от того, насколько нарушителям удалось достигнуть поставленных целей. При этом, подчеркивается необходимость повышения «прозрачности» государственной политики назначения наказаний, что, в свою очередь, предполагает разработку нормативных руководств по расчету критериев оценки факторов, влияющих на размер штрафа, в том числе величины незаконно полученной прибыли.

Возвращаясь к вопросу о форме санкций, следует отметить, что использование показателей оборота или незаконно полученной прибыли не означает, что санкции в форме фиксированных штрафов вообще не могут использоваться. Например, выявленные нарушения, которые либо не привели к негативным последствиям, либо, что еще более важно, не оцениваются с точки зрения размеров незаконно полученной прибыли могут пресекаться с помощью фиксированных штрафов. Примером такого правонарушения, в отношении которого целесообразно применять фиксированные штрафы, является непредоставление информации хозяйствующим субъектом по требованию антимонопольного органа.

В целом, развивая систему санкций за нарушение антимонопольного права, ЕС может воспринять положения законодательства государств-членов и рекомендации международных организаций.

Так, например, в докладе Организации экономического сотрудничества и развития о природе и влиянии базовых картелей и санкциях против картелей в национальных законах о конкуренции 2002 г. отмечается, что санкции могут быть наложены одним из трех способов: в виде штрафов или конфискаций в отношении предприятий, нарушивших закон; в виде штрафов или тюремного заключения, которые применяются к физическим лицам, принимавшим участие в нарушении; в виде возмещения ущерба пострадавшим от нарушения, которое может носить компенсационный или штрафной характер78.

Известный положительный эффект имеет сочетание частных исков о возмещении ущерба и преследования со стороны государственных органов, в ходе которого преследованию подвергаются не только корпорации, но и физические лица, которые активно участвовали в совершении нарушения.

ЕС может воспринять опыт Франции, Германии и Испании, которые, кроме административных штрафов, накладываемых на предприятия, применяют штрафы для физических лиц, противоправные действия которых при этом обычно квалифицируются как уголовное преступление. Кроме того, в Германии, Ирландии и Словакии должностные лица, участвующие в наиболее серьезных нарушениях конкурентного права (как правило, в форме картельных соглашений), могут быть приговорены к различным срокам лишения свободы (максимальные сроки варьируются от 3 до 5 лет).

В соответствии с законодательством Дании, Финляндии, Германии, Швеции, Швейцарии и Великобритании, лица, пострадавшие от нарушений норм законодательства о конкуренции, могут требовать возмещения убытков либо в рамках административной процедуры, которая реализуется антимонопольным органом, либо в порядке самостоятельного гражданского иска.

При определении предельных размеров штрафов, накладываемых на предприятия, ЕС уже ориентируется на подходы, реализуемые в национальном законодательстве государств-членов. Так во Франции, Италии, Швеции, Венгрии предельный размер штрафов определяется в размере 10% от мирового оборота компании, аналогичная норма действует в ЕЕфопейском Союзе. В Великобритании эта величина скорректирована с учетом того, что во внимание принимается оборот компании на территории страны за весь период нарушения, но не более трех лет. Немецкое законодательство закрепляет более сложную конструкцию штрафа, который исчисляется как тройной размер дополнительной прибыли, полученной в результате нарушения.

В некоторых странах устанавливается несколько вариантов вычисления максимального размера штрафа, выбор которых оставляется на усмотрение правоприменительного органа. При этом в качестве максимума штрафа применяется наибольшее значение из предложенных вариантов. Такой подход наблюдается в Германии, Испании, Нидерландах, Ирландии, Польше, Чехии, Словакии. Норвегия в этом отношении отличается еще более жесткими санкциями - там суд может также принять решение о конфискации прибыли и незаконно полученного по картельным соглашениям имущества. Основная тенденция в области правоприменительной практики во всех европейских странах - ужесточение санкций за нарушение антимонопольного права. Исследование, проведенное Организацией экономического сотрудничества и развития, например, показывает, что существенно возросли штрафы, накладываемые на участников картельных соглашений. За период 1966-2000 годов десять стран накладывали штрафы в размере, превышающем 1 млн долларов. Три страны накладывали штрафы свыше 100 млн долларов79.

В то же время ужесточение санкций совмещается с различными методами поощрения для лиц, способствующих выявлению и преследованию картельных соглашений. В последние годы политика ведущих мировых держав и сообществ в области методов обеспечения исполнения требований антимонопольного права претерпела определенные изменения за счет активного развития разнообразных систем амнистии и смягчения санкций для компаний, активно сотрудничающих с антимонопольными органами. За рубежом эти программы получили условное название «Программы снисходительности». Их развитие связывают с практическими трудностями, с которыми сталкиваются правоприменительные органы при выявлении и расследовании картельных сговоров, которые в большинстве юрисдикции рассматриваются как наиболее опасные виды антиконкурентного поведения.

Европейский комиссар по конкуренции Марио Монти заявил, что, для достижения успеха в борьбе с картелями, Комиссии ЕС нужна эффективная «программа снисходительности»80. Аналогичные подходы стали с недавних пор применяться на национальном уровне в Англии, и Германии. Франция, Нидерланды и Швеция также работают над соответствующими программами.

Но ни одна из «программ снисходительности» не предлагает защиты от гражданских исков, которые могут быть поданы третьими лицами, пострадавшими от незаконных действии.

Проблема оптимизации санкций вызвана необходимостью оценки экономических последствий нарушений законодательства о конкуренции, в том числе дополнительных доходов нарушителей. Важнейшей целыо применения санкций является создание превентивного, «сдерживающего» эффекта. Так как мотивом совершения нарушений антимонопольного права является, как правило, получение определенной экономической выгоды, то превентивный эффект санкции может быть реализован лишь при условии, что незаконные доходы будут с се помощью полностью изъяты. Последние исследования в области оптимальных санкций также исходят из необходимости учитывать не только величину незаконных доходов, но и вероятность того, что нарушение будет раскрыто и нарушители наказаны. В противном случае компании склонны будут преуменьшать возможные издержки, связанные со штрафами и иными мерами, связанными с нарушением закона, с учетом своих представлений о вероятности его обнаружения.

С учетом этого обстоятельства большинство экспертов придерживаются мнения, что для обеспечения «сдерживающего» эффекта санкции за нарушение законодательства о конкуренции се совокупная

величина должна превышать величину ожидаемых дополнительных

108

доходов .

Комментируя такой подход применительно к назначению наказаний за картельные соглашения, эксперты Организации экономического сотрудничества и развития отмечают, что кратность превышения определяется уровнем раскрываемости нарушений, который может быть различным для каждой отдельной страны.

1С* Отчет «Анализ действующего в РФ антимонопольного законодательства и сравнение с современным правох! ЕС, возможные пути повышения эффективности ею применения в России. Анализ антитрастового законодательства и правоприменения в ЕС» /Огв. сост. Просветов В.В., Шаститко А.Е. М., 2004. С.22.

Изучение зарубежного законодательства и практики применения санкций за нарушения норм конкурентного права позволяет сделать определенные выводы, которые представляются полезными для определения направлений совершенствования мер ответственности за монополистические действия в ЕС. Эти направления видятся в следующем: 1)

Целесообразен переход к применению в законах, регулирующих отношения конкуренции на товарных и финансовых рынках, единого показателя оборота компании, затронутого нарушением антимонопольного права. Причем взыскание соответствующей суммы должно осуществляться в форме штрафа и не только за неисполнение предписания антимонопольного органа, но и за само нарушение.

Применение показателя оборота вместо показателя прибыли оправдывается правовым принципом применения санкций вне зависимости от того, насколько нарушителям удалось достигнуть поставленных целей; при правильном установлении процента штрафы, наложенные по антитрестовским делам, будут превосходить средние монопольные прибыли; простотой определения данной величины, что существенно снижает издержки сбора исходной информации и правоприменительной практики в целом; 2)

Зарубежная практика регулирования отношений конкуренции показывает необходимость наличия у правоприменительных органов определенных дискреционных полномочий в вопросе об установлении размера санкции для конкретного нарушителя. В пределах верхней границы штрафной санкции антимонопольным органам должно быть предоставлено право устанавливать размер суммы, подлежащей перечислению в бюджет, с учетом тяжести, продолжительности, размера ущерба, нанесенного потребителям и общественному благосостоянию, размера прибыли, полученной в результате нарушения закона, содействия, оказанного компанией антимонопольному органу в выявлении и расследовании нарушения, других обстоятельств дела. Учет конкретных обстоятельств дела, возможность путем варьирования размера санкции поощрять сотрудничество нарушителей с антимонопольными органами на различных стадиях выявления, расследования и пресечения нарушения делают антимонопольную политику более гибкой и эффективной. 3)

Опыт зарубежных стран показывает, что стимулирование «явки с повинной», «деятельного раскаяния» и помощи правоприменительным органам по таким серьезным нарушениям конкурентного права, как картельные соглашения, является практически единственным способом получить весомые доказательства, позволяющие пресечь данный вид монополистического поведения; 4)

Государственная политика в области применения мер ответственности за нарушения антимонопольного права должна обладать достаточной степенью «прозрачности» и предсказуемости. В силу этого свобода усмотрения правоприменительных органов должна быть ограничена путем разработки четких нормативных методик расчета критериев оценки факторов, влияющих на размер санкции за нарушение норм конкурентного права.

Немаловажным направлением развития антимонопольного права в ЕС является детальная регламентация сделок, приводящих к экономической концентрации, и полномочий антимонопольных органов в отношении этих сделок.

Целесообразным представляется отграничение сделок экономической концентрации, которые могут порождать негативные системные эффекты, от аналогичных сделок, которые не влекут таких последствий. Эта задача решается совершенствованием структурных требований к объединению предприятий, благодаря которым указанное разграничение возможно реализовать.

Одновременно необходимо обеспечить сбалансированность антимонопольного права ЕС в части создания стимулов для привлечения заинтересованных хозяйствующих субъектов к процедуре нотификации сделок экономической концентрации, позволяющую выявить информацию, необходимую для оценки последствий таких сделок.

Следующим направлением совершенствования

антимонопольного права ЕС может стать совершенствование процедуры рассмотрения споров о защите конкуренции.

Данная проблема имеет, как минимум, три аспекта ее разрешения. Первым аспектом является детализация антимонопольного права ЕС. Ей должно сопутствовать развитие информационной инфраструктуры применения антимонопольных норм. Наконец, третьим аспектом является обеспечение роста уровня специализации национальных судов, рассматривающих дела по монопольным правонарушениям и соответствующей квалификационной подготовленности судей, ведущих эти процессы, и повышение роли Суда Европейских сообществ в решении этих проблем.

В контексте совершенствования процедур рассмотрения споров о защите конкуренции государства-члены ЕС предпринимают значительные шаги в области структурных реформ судебной власти. В составе ряда европейских национальных судов имеются выделенные специальные палаты для рассмотрения исков, касающихся нарушений антимонопольного права.

Так, например, германская судебная система включает в себя три уровня специализированных картельных палат: картельная палата Земельного суда; картельный сенат Высшего Земельного суда; картельный сенат Федерального Верховного суда.

Практика европейских стран свидетельствует об обоюдной заинтересованности картельных ведомств и субъектов рынка в необходимой подготовленности судей для принятия решений по всем видам процессов109. Сами судьи часто выступают инициаторами разрешений законодательных коллизий и восполнения пробелов в законодательстве ЕС.

Европейская комиссия организует постоянные семинары для судей, специализирующихся на антимонопольных процессах. Сами судьи выступают распространителями накопленного опыта, активно участвуя в семинарах и публикациях по актуальным проблемам конкурентного права и его толкования.

Наконец, думается, что при совершенствовании антимонопольного права ЕС и законодательном закреплении форм и методов защиты конкурентной среды не следует допускать избыточного дискреционного вмешательства государственных органов в хозяйственную практику. Таким образом, как на уровне национального законодательства государств-членов ЕС, так и на уровне права ЕС, одним из приоритетных направлений аналитической и нормотворческой активности должно стать создание баланса между антимонопольным государственным вмешательством и функционированием саморсгуляцнонных рыночных механизмов.

Основываясь на проведенном анализе, можно отметить наиболее важные направления совершенствования конкурентной политики ЕС. Такими направлениям являются: 1)

Совершенствование нормативно-правовой базы конкурентной политики с акцентом на применение норм как к определенным типам действий и соглашений, так и к специфике различных сфер хозяйственной деятельности. 2)

Обеспечение независимости и прозрачности действий антимонопольного органа и других субъектов конкурентной политики в том числе посредством создания стандартов формализованной оценки

,,>у Отчет «Диализ действующего в РФ антимонопольного законодательства и сравнение с современным правом ЕС, возможные пути повышения эффективности его применения в России. Указ. соч. С.ЗЗ.

последствий принимаемых регулирующих решений для конкурентной среды на соответствующих рынках.

3) Разработка и применение методики анализа товарных рынков, в которых учитываются не только вопросы, связанные с определением границ рынков (географически и продуктовых), концентрацией рынка, но и вопросы, относящиеся к выяснению наличия и высоты барьеров входа.

5) Применение норм освобождения или смягчения ответственности за участие в соглашениях при условии сотрудничества с антимонопольными органами. 7)

Детальная разработка критериев определения сделок экономической концентрации, нарушающих конкуренцию и механизмов контроля за их совершением. 8)

Развитие системы санкций за счет их «привязки» к доказанным масштабам нанесенного ущерба. 9)

Целесообразно сформулировать исчерпывающий перечень соглашений и действий, запрещенных согласно букве закона. Все остальные действия и соглашения, которые ограничивают конкуренцию должны рассматриваться как объект для применения изъятий. При этом целесообразно нормативно закрепить детальные критерии применения таких изъятий в каждой из отраслей экономики.

Думается, что при реализации проанализированных направлений совершенствования антимонопольного права в ЕС оправдано использовать достижения иных, в том числе и неевропейских, систем антимонопольного правового регулирования. Кроме того, в условиях глобализации монополистические действия нередко приобретают транснациональный характер, что требует адекватных механизмов противодействия им, требующих тесного международного сотрудничества, многостороннего взаимного восприятия позитивной правотворческой и правоприменительной практики в области защиты конкуренции, координации деятельности антимонопольных органов различных государств и межгосударственных образований.

В этой связи представляется, что это направление развития антимонопольной правовой политики ЕС требует особого внимания к своему содержанию.

<< | >>
Источник: Толоконников Алексеи Николаевич. ПРАВОВАЯ ЗАЩИТА КОНКУРЕНЦИИ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ / Диссертация / Москва. 2007

Еще по теме §2. Проблема избыточного дискреционного вмешательства в хозяйственную практику и обеспечения эффективности санкций, налагаемых антимонопольными органами ЕС:

  1. §2. Проблема избыточного дискреционного вмешательства в хозяйственную практику и обеспечения эффективности санкций, налагаемых антимонопольными органами ЕС
  2. §2. Проблема избыточного дискреционного вмешательства в хозяйственную практику и обеспечения эффективности санкций, налагаемых антимонопольными органами ЕС
- Европейское право - Международное воздушное право - Международное гуманитарное право - Международное космическое право - Международное морское право - Международное обязательственное право - Международное право охраны окружающей среды - Международное право прав человека - Международное право торговли - Международное правовое регулирование - Международное семейное право - Международное уголовное право - Международное частное право - Международное экономическое право - Международные отношения - Международный гражданский процесс - Международный коммерческий арбитраж - Мирное урегулирование международных споров - Политические проблемы международных отношений и глобального развития - Право международной безопасности - Право международной ответственности - Право международных договоров - Право международных организаций - Территория в международном праве -
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -