<<
>>

§ 1.1. Сфера существования корпоративных правоотношений

Динамичное развитие современной цивилистической мысли привело к включению в юридический обиход такого термина как «корпоративные правоотношения». Он употребляется для обозначения правоотношений, возникающих в связи с участием в определенных видах юридических лиц, которые в теории гражданского права именуются корпорациями.

Действующее законодательство не выделяет корпорации в самостоятельную группу юридических лиц, что создает трудности при установлении круга организаций, которые по своей природе являются корпорациями. Решение этой задачи возможно лишь путем выявления признаков корпорации с их последующим сопоставлением с особенностями тех или иных организационно-правовых форм юридических лиц.

Первые зачатки корпораций обнаруживаются некоторыми исследователями уже в древнегреческих городах-государствах, использовавших идею корпорации для внедрения системы займов . Но большинство отечественных и зарубежных авторов связывают зарождения корпораций с римской эпохой, в период которой они получили достаточно широкое признание и распространение, а их- деятельность получила определенное регламентирование. Поэтому и сам термин «корпорация» происходит от латинского слова «corpus», означавшего у римлян объединение, сообщество, союз людей. Причем такие объединения первоначально являлись публичными образованиями, выполнявшими публичные цели9. Позднее, в имперский период (главным образом начиная со времени правления Марка Аврелия), в правовой лексикон вошло словосочетание «corpus habere», обозначающее права юридической личности, которые частично стали признаваться за частными союзами в Риме7.

Как указывал один из виднейших исследователей института юридического лица в римском праве Н.С. Суворов «государства, города, союзы имели право на имущество еще прежде, чем юриспруденция нашла необходимым поставить их в положение частного лица для сферы имущественных отношений, и никакой фикции, никакого воображаемого, в представлении лишь существующего, лица не требовалось для того, чтобы найти субъект для этих отношений союзов»8.

В процессе изучения источников римского права Н.С. Суворовым сформулированы следующие положения: 1.

Имущество universitatis (союза) не есть имущество отдельных членов по соразмерным частям (pro rata), которые выступают в качестве сособственников, а есть имущество особого лица. 2.

Требования universitatis не суть требования ее членов, а равным образом и долги ее не суть долги ее членов («si quid universitati debetur, singulis non de- betur, nec quod debet universitatas singuli debent»). 3.

Возможно, что universitatas и ее отдельный член могут оказаться сонаследниками, в каковом случае между ними, как и между сонаследниками вообще, может иметь место judicium familiae erciscundae, finium regundorum и aquae pluviae arcendae, т.е. между ними возможны иски о разделе наследства, о регулировании поземельных меж, о направлении стока дождевой воды. 4.

Universitates могут искать и отвечать в суде через своего уполномоченного, актора или синдика, который не должен рассматриваться как уполномоченный от отдельных членов universitatis, ибо он действует в пользу общины или союза, а не в пользу отдельных лиц9.

Близкие по смыслу выводы были сделаны и другими учеными, изучавшими вопросы зарождения института юридических лиц в Риме. Так, по мнению С.А. Муромцева для того чтобы союз людей признавался корпорацией необходимо существование четкого различия между членами корпорации и самим

11

идеальным субъектом, для которого союз лиц служит субстратом . В.Б. Елья- шевич при исследовании природы римских частных союзов цитирует Домиция Ульпиана, трудам которого была придана обязательная юридическая сила, указывая, что право требования совокупности членов объединения не есть право требования каждого отдельного члена; долг этой совокупности не есть долг каждого отдельного члена. Кредитором и должником перед третьими лицами выступает совокупность, но не отдельный член союза10.

Римские частные союзы отличались также независимостью от смены состава их членов.

Например, С.Н. Суворов указывал, что «не наличная, только в данный момент существующая, организация возводилась в субъекты прав и не наличные, только в данный момент существующие, члены имелись в виду при обличении союзных образований правами юридической личности, это само собой вытекало из непрерываемости цели, преследовавшейся тем или другим союзом, все равно как для области публичных отношений не могла иметь значения перемена личного состава в государственных учреждениях»11. Характеризуя указанный признак римских союзов И.Б. Новицкий ссылается на высказывания римского юриста Альфена, который сравнил корпорацию (союз с правами «corpus habere») с кораблем, на котором можно заменить все или отдельные составные части, но при этом корабль будет все тот же12.

Кроме этого, universitates (частные союзы) характеризовались особым внутренним устройством, при котором воля целого устанавливалась в резуль-

17

тате взаимодействия воль входящих в социальное образование (целое) людей .

Сказанное означает, что благодаря широкому распространению частных союзов римская правовая доктрина конца республиканского и имперского периодов, а вслед за ней и само классическое римское право, стали признавать за ними определенную гражданскую правосубъектность. Проводилось также разграничение частных союзов и лиц, их создавших. Справедливости ради следует отметить, что полного признания союзов как равных с физическими лицами субъектов частного права в Риме так и не произошло. Вместе с этим частные союзы имели большинство прав, которыми обладали физические лица - субъекты права. Данный вывод полностью согласуется со ставшим в последствии основополагающим для многих цивилистов мнением Н.С. Суворова о том, что «деление лиц на две категории: физических и юридических, составляющее неизбежную принадлежность всех современных систем частного права, произошло не в римской юриспруденции, а позднее. Однако ни римская юридическая жизнь не могла обойтись без признания особого рода субъектов гражданского права, не совпадающих с естественными лицами, ни римская юридическая наука не могла игнорировать действительного существования таких субъектов»13.

Поскольку союзы могли вступать в правоотношения благодаря признанию за ними статуса «corpus habere», впоследствии их стали именовать корпорациями.

В связи с тем, что союзы были единственными участниками правоотношений отличными от физических лиц (не учитывая публичных органов Римской империи и муниципий), которые обладали гражданской правосубъектностью, хотя и в определенной степени ограниченной, они долгое время были единственным видом юридических лиц частного права. Данный факт привел к тому, что понятия «союз» и «юридическое лицо» употреблялись как синонимы. При этом, как республиканскому, так и классическому римскому праву оставались неизвестны институты, учреждения или заведения, которые в современной юриспруденции принято рассматривать в качестве второго вида юридических лиц, в том отношении отличающегося от первого, что организация института не рассчитана на какие-либо собственные для нее интересы, как например, городская организация рассчитана на осуществление и охрану интересов города, организация коллегии - на интересы коллегии, а служит общественным пользам и нуждам в самом широком смысле слова, причем результаты деятельности ин- ститутной организации обращаются на пользу не ее членов, а разного рода нуждающихся, дестинаторов, посторонних для этой организации14. Нетрудно за- метить, что в понятия «институт» и «институтные организации» Н.С. Суворов вкладывает такой же смысл, какой вкладывается в содержание термина «учреждение» как отдельного вида юридических лиц. Понятие «учреждение» было разработано немецкими цивилистами в XIX веке. С этого момента термин

«корпорация» стал трактоваться исследователями как юридическое лицо, осно-

20

ванное на началах членства . К примеру, Ф.К. ф. Савиньи указывал, что корпорация представляет собой юридическое лицо, имеющие видимое проявление в известной сумме отдельных членов, и тем самым отличается от учреждения,

которое не имеет такого видимого субстрата, но имеет более идеальное сущест-

21

вование, основывающееся на общей достигаемой цели . Н.С. Суворов отмечал, что корпорацию необходимо определять как такое юридическое лицо, которое имеет своим субстратом союз физических лиц и за волю которого принимается соединенная воля всех членов корпорации . Последнее высказывание свидетельствует о зарождении в римских корпорациях некоторых современных характеристик, таких как: развитие системы органов, наличие отношений между корпорацией и ее отдельными членами, определенное правовое регламентирование этих отношений и т.д. Некоторые немецкие цивилисты (Гирке и др. германисты) все же указывали на различие между немецкими союзами и римскими universitas и отмечали, что римская корпорация - это фингированное лицо, совершенно отличное от индивидов его составляющих, между тем как германские союзы — объединения, в которых переплетены интересы союзной личности и ее членов таким образом, что права членства не противопоставляются интересам союзной личности" . По мнению Гирке, «германская корпорация есть реальное собирательное лицо, между ним и индивидуальными лицами завязывается лич-

лд

но-правовой союз, подобного которому не бывает вне корпорации» .

Безусловно, в утверждениях Гирке есть здравый смысл, хотя бы потому, что процесс развития корпораций не стоял на месте, а постоянно развивался, претерпевая определенные изменения на каждом историческом этапе своего развития. Отношения между корпорацией и ее членами с течением времени стали более сложными и содержательными, а процесс их правового регулирования — более совершенным. Однако полностью согласиться с ним не представляется возможным, поскольку еще С.Н. Суворов и Н.Л. Дювернуа обращали внимание на чрезмерную категоричность и необоснованность умозаключений Гирке в отношении большинства указанных им различий между римскими и германскими корпорациями. При этом отмечалось, что если мы не можем раскрыть для universitas по римскому праву материальной основы, повода, цели образования юридического лица, то это объясняется скудностью источников и отдаленностью явления от нас: не может быть никакого сомнения в том, что в каждом случае лица, образовывавшие корпорации, хорошо знали из каких ресурсов и для каких целей они выделяли особую правоспособность корпорации, и какие в материальном смысле результаты извлекал каждый из сочленов из этой операции; из того, что эта сторона нам не видна, нельзя заключать, что ее

25

не существовало на деле .

В результате проведенного анализа можно заключить, что для признания союза лиц корпорацией необходимо его единовременное соответствие следующим признакам: 1) независимость от состава его членов; 2) обладание имуществом отличным от имущества его членов; 3) требования и долги союза не должны смешиваться с требованиями и долгами его членов; 4) наличие особого внутреннего устройства, при котором воля союза как целого устанавливалась в результате взаимодействия воль входящих в его состав лиц.

В современных правопорядках разных стран в термин «корпорация» вкладывается различный смысл. К тому же нет абсолютного единства и в пределах одной правовой семьи. Так, в Великобритании термин «корпорация» является близким по своему содержанию к термину «юридическое лицо», поскольку правопорядок Объединенного Королевства при классификации юридических лиц подразделяет их на корпорации, представляющие собой совокупность лиц (corporation aggregate), и единоличные корпорации (corporation sole)15. Традиционная система взглядов на корпорации в США если не аналогична английской, то является очень близкой к ней, т.к. корпорациями в США обычно именуются самые различные виды юридических лиц. При этом выделяют четыре вида корпораций: публичные, квазипубличные, предпринимательские и непредпринимательские корпорации (public, quasi-public, business and non-profit

97

corporations) . Согласно этой классификации к публичным корпорациям относятся государственные и муниципальные органы. Статус квазипубличных признается за' корпорациями, служащими* общим нуждам населения. К числу предпринимательских относятся корпорации, преследующие в качестве основной цели своей деятельности извлечение прибыли. Непредпринимательские корпорации — это корпорации, не преследующие в качестве основной цели своей дея-

9R

тельности извлечение прибыли . Но в последнее время в США наблюдается некоторые отклонения от традиционно сложившейся системы представлений о корпорациях. Термин «корпорация» уже практически не используется в отношении государственных и муниципальных органов, т.е. им стали называть лишь юридических лиц частного права. Такие понятия как «квазипубличная корпорация» и «непредпринимательская корпорация» также утратили свою актуальность, уступив место более современным наименованиям, вследствие чего они если кем-то и используются - то крайне редко. Термин «корпорация» в большинстве случаев используется исключительно в отношении предпринимательских корпораций, причем указания- на прилагательное «предприниматель-

90

екая» обычно опускается . Другими словами, происходит процесс синонима- ции этих понятий. В связи с этим в юридической и экономической литературе США' укоренились такие выражения как «корпоративное право», «корпоратив- ные правоотношения», «корпоративные права и обязанности», «корпоративное управление», «корпоративная структура», «корпоративные конфликты», «корпоративные интересы», «корпоративные финансы» и т.д. . Все они относятся исключительно к предпринимательским корпорациям и никоим образом не затрагивают ни юридические, ни экономические, ни финансовые аспекты деятельности иных юридических лиц в США.

В Германии, Франции и Украине законодатель не выделяет корпорации в особый вид юридических лиц при их классификации. Во Франции юридические лица подразделяются на товарищества и ассоциации, в Германии — на союзы и учреждения, а в Украине — на товарищества и учреждения. В Швейцарии корпорацией называют один из двух основных видов юридических лиц, существующий наряду с учреждениями16. В российском правопорядке корпорации также не выделяются в особый вид юридических лиц,' а их классификация осуществляется по нескольким критериям. В зависимости от основной цели деятельности юридические лица подразделяются на коммерческие и некоммерческие организации, а в зависимости от наличия и/или природы прав участников - на юридические лица, в отношении которых их участники имеют обязательственные права, юридические лица, в отношении которых их участники имеют вещные права, и юридические лица, в отношении которых их участники

от

не имеют имущественных прав . Вместе с этим, в действующем российском законодательстве содержится такой термин как «государственная корпорация». Он употребляется для обозначения одной из форм некоммерческих организаций, то есть безотносительно к сущностному значению термина «корпорация».

Тем не менее, отсутствие нормативного закрепления понятия «корпорация» в законодательстве той или иной страны не препятствует выделению такого вида юридических лиц в доктрине гражданского права. В советские вре- мена корпорация в науке рассматривалась как «союз лиц, действующий в интересах субъектов, связанных между собой и корпорацией членскими правами и обязанностями»17. В современной же юридической литературе нет единства мнений в отношении понятия «корпорация», равно как и в отношении круга юридических лиц, относящихся к числу корпораций. Так, Е.А. Суханов определяет корпорацию как добровольное объединение физических и/или юридических лиц, организованное на началах членства их участников18. Это определение корпорации получило достаточно широкое признание в научных кругах19, но его приверженцы расходятся во мнениях по вопросу об установлении круга юридических лиц, являющихся корпорациями. К примеру, Н.В. Козлова и Е.А. Суханов указывают, что к корпорациям следует относить хозяйственные товарищества и общества, кооперативы, ассоциации (союзы) юридических лиц, а также большинство некоммерческих организаций (общественные и религиоз-

*5 ?

ные объединения, некоммерческие партнерства и т.п.) . П.В. Степанов, признавая принцип членства в качестве основного принципа построения корпорации, отказывает хозяйственным товариществам в корпоративном статусе20.

В последнее время определение корпорации как организации, основанной на членства, подверглось конструктивной критике21. При этом отмечается, что «применительно к обязанностям участников можно говорить об имущественном, личном и смешанном участии: имущественное участие означает обязанность по внесению имущественных взносов, личное - обязанность лично участвовать в деятельности корпоративной организации (в качестве работника, предпринимателя, иным образом), смешанное участие предполагает как лич-

39

ное, так и-имущественное участие» . Продолжая данную мысль Н.Г. Фролов- ский указывает, что «для* корпорации характерно либо только имущественное участие (хозяйственные общества), либо одновременно имущественное и личное участие, которое можно- обозначить как смешанное (производственные кооперативы). Для некоторых корпораций возможно > и* только личное участие (общественные организации, уставом* которых не- предусмотрена уплата вступительных и членских взносов). Личное и смешанное участие охватывается понятием членства»22. Сказанное свидетельствует, что названный автор рассматривает корпорацию как организацию; основанную не толькоша членстве (личном, а также смешанном участии), но и на имущественном участии. Кроме этого, в качестве признака корпорации он выделял «независимость ее существования от прекращения участия-в ней отдельных участников»23. В связи с несоответствием хозяйственных товариществ* указанному признаку Н.Г. Фроловский

42 гл

исключал возможность их отнесения к корпорациям . С учетом этого следует подчеркнуть, что невзирая на наличие между Н.Г. Фроловским и П.В. Степановым расхождений в определении самой корпорации, они аналогичным образом устанавливают круг юридических лиц, являющихся корпорациями.

В.В. Долинская соглашается с Н.Г. Фроловским в вопросе классификации возможных способов участия24, но указывает, что «корпорации, основаны на участии, в котором преимущественное положение занимает имущественный элемент»25. С учетом этого к корпорациям она. причисляет акционерные общества, общества с ограниченной ответственностью и производственные кооперативы26. По ее мнению, корпорации входят в более широкую группу юридиче- ских лиц, именуемую «корпоративные организации». Наряду с корпорациями к корпоративным организациям В.В. Долинская относит организации корпоративного типа (общества с дополнительной ответственностью и хозяйственные товарищества) и не занимающиеся предпринимательской деятельностью организации корпоративного типа (потребительские кооперативы, часть некоммерческих организаций собственников)27.

4 Критикуя предложенное Е.А. Сухановым определение корпорации, B.C. Кононов указывает, по сути, на независимость таких понятий как «участник» и «член» и, следовательно, «участие» и «членство», хотя и делает это очень осторожно и неоднозначно28. При этом B.C. Кононов не дает четкого определения корпорации, но указывает, что «к корпоративным правоотношениям относятся правоотношения, возникающие между хозяйственными обществами, кооперативами и их участниками»29, тем самым, относя перечисленные виды юридических лиц к числу корпораций.

В.П. Мозолин также не проводит глубокого анализа термина «корпорация», но ассоциирует корпоративные (внутрикорпоративные — по терминологии профессора) правоотношения с участием в хозяйственных товариществах и обществах30. В связи с этим есть все основания полагать, что именно за этими видами юридических лиц он признает корпоративный статус.

Проанализировав все приведенные выше позиции ученых, исследующих природу и сущность современных корпораций, диссертант в полном объеме не может разделить ни одну из них по следующим основаниям. Из положений действующего гражданского законодательства РФ усматривается, что такие понятия как «член» и «членство» не используются в отношении хозяйственных обществ и товариществ. Применительно к лицам, участвующим в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, законодатель употребляет термин «участник», а не «член»31. Исключение из этого правила составляют лишь товарищества собственников жилья, участников которых законодатель именует «членами»32. Но эти товарищества не являются хозяйст-

52

венными товариществами, т.к. п. 1 ст. 135 ЖК РФ указывает, что они есть некоммерческие организации, а хозяйственные товарищества п. 2 ст. 50 ГК РФ33отнесены к числу коммерческих организаций. В то же время производственные и потребительские кооперативы, а также коллегии адвокатов, саморегулируемые организации, товарищества собственников жилья, объединения работодателей, некоммерческие партнерства, общественные и религиозные организации (объединения), объединения юридических лиц (ассоциации и союзы) и некото-

ч

рые другие виды некоммерческих организаций (далее все вместе именуемые — членские организации или организации, основанные на членстве) относятся законодателем к числу объединений лиц (физических и/или юридических), основанных на началах членства. В большинстве случаев члены перечисленных выше организаций могут одновременно именоваться участниками34. Но иногда законодатель допускает употребление только понятие «член»35.

Из анализа положений ГК РФ усматривается три совершенно разных подхода к решению вопроса о соотношении терминов «участник» и «член». Согласно первому из них эти понятия соотносятся как философские категории «целого» и «части целого», т.е. понятие «участник» является более широким по своему содержанию и включает в себя термин «член». Этот подход находит свое отражение в п.п. 2, 3 ст. 48 ГК РФ, которые рассматривают лиц, участвующих в образовании имущества всех видов юридических лиц, в качестве участников. А в связи с тем, что участники членских организаций именуются в законодательстве членами, то и понятие «член» должно охватываться понятием «участник». Второй подход сформулирован в п.п. 3 и 4 ст. 213 ГК РФ, в которых термины «участник» и «член» указаны через запятую, что позволяет говорить об их независимости, а также о том, что ими обозначаются лица, участвующие в образовании имущества разных по своей природе юридических лиц. То есть лица, участвующие в образовании имущества хозяйственных обществ и товариществ, называется участниками, а лица, участвующие в формировании имущества членских организаций, именуются членами. В соответствии с третьим подходом понятия «член» и «участник» совпадают по своему объему и являются с юридической точки зрения синонимами. Правовой базой для подобного рода утверждений являются положения п. 1 ст. 107, п. 2 ст. 117 ГК РФ, в которых после слова «член» в скобках стоит слово «участник». Представляется, что из всех указанных выше подходов с точки зрения теории гражданского права и практики правоприменения наиболее оптимальным является первый подход, в соответствии с которым понятие «участник» является более широким по своему содержанию и включает в себя понятие «член». Данный вывод следует из того, что ст. 48 ГК РФ содержит нормы, устанавливающие общие положения, относящиеся ко всем, без исключения, юридическим лицам. В специальных нормах, регламентирующих порядок создания, деятельности, реорганизации и ликвидации определенных видов юридических лиц, лишь детализируются общие положения о юридических лицах, закрепленные в § 1 Гл. 4 ГК РФ. К тому же данный подход не вступает в противоречие с п. 1 ст. 107, п. 2 ст. 117 ГК РФ и ст. 6 Федерального закона «О некоммерческих организациях» (далее — Закон о некоммерческих организациях)36, которые содержат словосочетание «член (участник)», т.к. законодатель после употребления понятия «член» как наименования участника кооператива или общественной и религиозной организации (объединения) употребляет в скобках общее наименование лица, участвующего в образовании имущества любого юридического лица (т.е. употребляет более широкое понятие). Перечисление же в п.п. 3, 4 ст. 213 ГК РФ понятий «участник» и «член» через запятую являетсяши чем! иным как юридической тавтологией, которая иногда встречается-в.ГК РФ: Данный факт не может всерьез восприниматься в качестве доказательства, независимости понятий «участник» и «член».

>

Таким образом, следует исходить из того, что ГК РФ-допускает употребление термина «участник» в отношении лиц, участвующих во всех видах юридических лиц. Аналогичным образом решен данный вопрос и в некоторых иностранных кодифицированных актах гражданского законодательства37. Такой- подход к соотношению^ понятий «участник»- и «член» позволяет законодателю по разному именовать участников разных видов-юридических лиц. Так, в отношении участников, акционерных обществ законодатель употребляет термин

го

«акционеры» , участники обществ с ограниченной (дополнительной) ответственностью именуются законодателем как «участники-обществ, с ограниченной (дополнительной) ответственностью»38, участников полных товариществ законодатель называет «полными.товарищами»39, в отношении'участников» коммандитных товариществ (товариществ на вере)*законодатель употребляет термины «полные товарищи» и «вкладчики (коммандитисты)»40, а участники членских организаций именуются законодателем «членами»41.

Кроме этого, разное наименование участников юридических лиц различных организационно-правовых форм допускается законодателем не только по-

63

тому, что так сложилось исторически- , но и в силу существующих отличии в их правовом положении и характере взаимосвязи с самим юридическим лицом. Сомнения в правильности данного вывода исчезают при сопоставлении правового положения участников юридических лиц, основанных на началах членства, и не имеющих членства. Согласно действующему законодательству42 для того, чтобы стать участником организации, основанной на началах членства, лицо, желающее приобрести статус ее члена, обязано пройти процедуру принятия в члены, включающую в себя необходимость подачи заявки и принятия соответствующего решения высшим органом управления этой организации. К тому же, участник членской организации по общему правилу обязан участвовать в ее деятельности личным трудом либо внести дополнительный паевой взнос43. Причем учредительные документы некоторых организаций, основанных на началах членства, должны содержать помимо иных сведений, предусмотренных законодательством РФ, сведения о характере и порядке трудового участия членов в деятельности таких организаций, а также устанавливать ответственность членов за нарушение обязательства по личному трудовому участию44. В тех членских организациях, которые относятся к коммерческим организациям (производственные кооперативы) распределение прибыли, полученной в результате хозяйственной деятельности, осуществляется в соответствии с личным трудовым участием каждого члена в деятельности юридического лица и размера его паевого взноса. Более того, в уставных документах таких юридических лиц допускается возможность вовсе не учитывать размер паевого взноса члена, принимая во внимание лишь факт личного трудового участия в деятельности организации. Законодатель также устанавливает ограничения на распределение части прибыли, полученной членской коммерческой организацией ме-

67

жду ее членами только с учетом размеров их паевых взносов . В таком же порядке распределяется имущество, оставшееся после ее ликвидации. Для членских коммерческих организаций установлено правило, согласно которому для

/п

передачи прав членства необходимо согласие самого юридического лица . Правовой статус участников некоммерческих членских организаций вовсе исключает возможность передачи кому-либо прав членства45. В отношении некоторых членских организаций законодательно устанавливается минимальное количество ее членов. Так, согласно п. 3 ст. 108 ГК РФ и ст. 4 Федерального закона «О производственных кооперативах» (далее — Закон о производственных

ПЛ

кооперативах) число членов кооператива не может быть менее чем 5 человек.

Все это не свойственно организациям, в отношении которых на уровне закона не указано на наличие членства в них, что не может не сказываться на правовом положении их участников. Даже в хозяйственных товариществах, где участие в деятельности товарищества является обязанностью полных товарищей, оно не носит столь определяющего значения, как это имеет место быть в коммерческих организациях, основанных на членстве. Так, п. 1 ст. 72, п. 5 ст. 82 ГК РФ содержат положения, допускающие возможность возложить ведение дел хозяйственного товарищества на одного или нескольких товарищей. Эти нормы позволяют некоторым полным товарищам, а иногда и абсолютному большинству из них, лично не участвовать в ведении дел товарищества. По общему правилу, установленному п. 1 ст. 74 ГК РФ, прибыль хозяйственного товарищества распределяется между его участниками пропорционально их долям в складочном капитале, а не в соответствии с их личным участием в делах товарищества, как это происходит в коммерческих членских организациях. В отличие от членских организаций, где личное трудовое участие в их деятельности вызвано природой самих членских правоотношений, обязанность участия в деятельности товарищества для полного товарища носит договорный характер, ибо возникает на основании сложного юридического состава, составной частью которого является учредительный договор, заключенный между полными товарищами46. Существуют также различия в принципах построения системы управления членскими организациями и юридическими лицами, не имеющими членства47. Представляется, что именно в силу существования всех перечисленных выше отличий законодатель не называет участников хозяйственных обществ и товариществ членами, а при определении этих юридических лиц не указывает, что они основаны на членстве48.

Анализ соотношения понятий «участник» и «член», а также установление их содержательных отличий со всей очевидностью свидетельствует об аналогичном соотношении терминов «участие» и «членство». В связи с этим следует признать обоснованной предложенную в юридической литературе классификацию способов участия в юридическом лице по характеру обязанностей участников на имущественное, личное и смешанное участие49. Она позволяет более четко раскрыть сущность и характер взаимоотношений между юридическими лицами и их участниками. В целях данной классификации под имущественным участием следует понимать правовую связь участника с юридическим лицом, которая характеризуется наличием обязанности участника по внесению вклада, имеющего денежную оценку, с одновременным отсутствием у него обязанности личного участия в делах юридического лица. Имущественное участие характерно для участников хозяйственных обществ и вкладчиков товарищества на вере. Личное участие - это правовая связь участника с юридическим лицом, характеризующаяся наличием у участника обязанности по личному участию в деятельности юридического лица с одновременным отсутствием у него обязанности по внесению имущественных вкладов. Исключительно личное участие возможно в общественных и религиозных организациях (объединениях), уставы которых не предусматривают уплату вступительных и членских взносов. Смешанное участие - это правовая связь участника с юридическим лицом, характеризующаяся наличием в числе обязанностей участника как обязанности по внесению имущественного вклада, так и обязанности личного участия в деятельности юридического лица. Смешанное участие характерно для участников хозяйственных товариществ и членских организаций. При этом, по мнению диссертанта, смешанное участие может быть двух видов: имущественно- личным и лично-имущественным. Деление следует осуществлять по принципу приоритетности значения имущественного или личного элемента. Так, смешанное участие полных товарищей в хозяйственных товариществах будет являться имущественно-личным, поскольку, как было показано выше, приоритетное значение в таком смешанном участии будет иметь имущественный элемент (ст.74 ГК РФ). Смешанное участие членов в производственных кооперативах должно характеризоваться как лично-имущественное, т.к. проведенный выше анализ указывает на приоритет личного элемента перед имущественным (п. 4 ст. 109 ГК РФ). Смешанное участие в некоммерческих организациях, основанных на началах членства, также будет носить лично-имущественный характер50.

Как усматривается из приведенной классификации, для членских организаций характерно личное и лично-имущественное смешанное участие их членов. Имущественно-личное смешанное участие характерно лишь для хозяйственных товариществ. Установление определяющего значения личного элемента в членских правоотношениях дает основания говорить о том, что они обладают некоторыми признаками фидуциарности.

Подводя итоги, можно выдвинуть несколько принципиальных для данного исследования положений. Во-первых: термин «участник» является более широким по содержанию, нежели понятие «член» и охватывает его в полном объеме. С учетом этого нельзя согласиться B.C. Кононовым, указывающим на их независимость. Во-вторых: определение корпорации как организации основанной на членстве, с одновременным отнесением к числу корпораций хозяйственных обществ и товариществ с точки зрения современного законодательства РФ является недопустимым и неточным, т.к. последние не являются организациями, основанными на членстве. В связи с этим автор не может встать на позицию

Н.В. Козловой, Е.А. Суханова и П.В. Степанова по этому вопросу. В-третьих: по характеру обязанностей участников возможны следующие способы участия в юридическом лице: имущественное, личное и смешанное (имущественно- личное и лично-имущественное) участие. Участие лиц в хозяйственных обществах, равно как и участие вкладчиков в товариществах на вере характеризуется как имущественное. Участие полных товарищей в хозяйственных товариществах являться смешанным, приоритетное значение в котором принадлежит имущественному элементу. Для< участников членских организаций свойственно личное' и лично-имущественное смешанное участие. Сказанное позволяет частично не согласиться Н.Г. Фроловским, относящим к членству личное и сме-

76

шанное участие , а также заключить, что под членством следует понимать личное и лично-имущественное смешанное участие. Признание лично- имущественного характера смешанного участия в производственных кооперативах позволяет выявить некую противоречивость в позиции В.В. Долинской, которая с одной стороны отмечает, что «корпорации, основаны на участии, в котором преимущественное положение занимает имущественный элемент»51, а

78

с другой - относит к числу корпорации производственные кооперативы .

Продолжая настоящее исследование для установления круга юридических лиц, которые в соответствии с современной правовой доктриной могут быть отнесены к числу корпораций, представляется необходимым сопоставление озвученных выше положений с ранее выявленными признаками корпорации.

Как отмечалось, одним из признаков корпорации есть ее независимость от состава лиц, участвующих в ней. Другими словами, для существования корпорации не должен иметь значения выход из нее отдельных участников. В связи с тем, что участники членских организаций обязаны участвовать в их деятельности личным трудом, а также учитывая факт наличия между членскими организациями и их участниками правоотношений, обладающих некоторыми призна- ками фидуциарности, подобного рода организации зависят от состава их членов. Данный вывод подтверждается и приведенными выше положениями законодательства, устанавливающими особую процедуру приобретения и прекращения членства, особый характер взаимоотношений между членской организацией и ее участником, а также дополнительные права и обязанности субъектов членских правоотношений. Полные товарищи по общему правилу также обязаны участвовать в деятельности хозяйственного товарищества в соответствии с условиями заключенного между ними учредительного договора. Указанные обстоятельства (личное участие, наличие договорных отношений между полными товарищами) свидетельствуют о том, что состав полных товарищей имеет значение для товарищества в целом и для отдельных товарищей в частности. Представляется, что именно с этим связано положение п. 1 ст. 79 ГК РФ о возможности передачи полным товарищем (части) доли в складочном капитале полного товарищества другому участнику либо*третьему лицу лишь с согласия иных полных товарищей. Сказанное позволяет заключить, что все членские организации и хозяйственные товарищества относятся к числу объединений лиц, корпорации следовало бы причислить к объединениям капиталов.

Еще одной характерной чертой корпораций является разделение требований и долгов корпорации с требованиями и долгами ее участников. В современных условиях это положение означает, что: 1) корпорация самостоятельно отвечает по своим обязательствам всем закрепленным за ней имуществом; 2)участники не отвечают по обязательствам корпорации, а она в свою очередь не отвечает по их обязательствам; 3) отсутствие субсидиарной ответственности участников перед кредиторами самой корпорации.

79

Из положений действующего законодательства усматривается, что прак-

80

тически все членские организации , а также учреждения и хозяйственные товарищества не в полной мере соответствуют этому признаку корпорации, т.к. на их участников возложена субсидиарная ответственность по их долгам.

Комплексный анализ двух обозначенных выше признаков корпорации создает предпосылки для вывода о том, что все членские организации, хозяйственные товарищества, частные и бюджетные учреждения не являются корпорациями, поскольку одновременно не соответствуют этим признакам.

Отсутствие ответственности участников по долгам корпорации означает, что они несут лишь риск убытков, связанных с ее деятельностью в пределах стоимости переданного ей имущества. Но принцип самостоятельной ответственности корпорации и участников не является в современных условиях абсолютным, из него имеются исключения, обусловленные возможными злоупотреблениями со стороны участников и необходимостью защиты интересов ее кредиторов. Фактами, устанавливающими возможность ответственности участников всех юридических лиц по российскому законодательству являются: 1)полное или частичное неисполнение требования по формированию имущества юридического лица; 2) экономическая зависимость юридического лица от участника при его формальной юридической самостоятельности.

Согласно нормам закона учредители обязаны участвовать в формирова-

о 1

нии имущества юридического лица . В случае, если они не исполнят эту обязанность, либо исполнят ее не в полном объеме - на них будет возложена солидарная ответственность по обязательствам юридического лица в пределах стоимости неоплаченной части вклада каждого из участников.

Кроме этого, иногда возникают ситуации, когда юридическое лицо оказывается в положении экономической зависимости от участника при его формальной юридической самостоятельности. В этом случае участник получает возможность злоупотребления правом путем использования юридического лица в качестве «щита» от претензий кредиторов, благодаря признанию за ним юридической личности и отсутствию по общему правилу субсидиарной ответственности по его обязательствам. Именно для пресечения такого рода злоупотреблений, т.е. с целью устранения «занавеса» юридического лица, и был внедрен в систему гражданского права институт «дочернего общества». Со- гласно ст. 105 ГК РФ хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) общество или товарищество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять его решения. Основное общество (товарищество) которое имеет право давать дочернему обществу (в т.ч. и по договору с ним) обязательные для него указания отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение* таких указаний. Приведенные нормы со всей очевидностью свидетельствует о корпоративной природе дочернего общества, т.к. установление

t

солидарной ответственности для основного общества является вынужденной мерой, на которую законодатель пошел в связи с отсутствием по общему правилу какой-либо ответственности участников по долгам дочернего общества.

Еще одна возможность привлечения участника к ответственности по обязательствам современной корпорации предусмотрена абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ, согласно которому если несостоятельность юридического лица вызвана участниками, собственником его имущества или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для него указания, либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. Смысл этой нормы состоит в определенной компенсации кредиторам в случае, если обязательства приняты от имени юридического лица, но участник (собственник имущества) или иное лицо имели возможность определять его действия. Для возложения субсидиарной ответственности на участника в соответствии с п. 3 ст. 56 ГК РФ требуются наличие следующих условий: 1) несостоятельность юридического лица, установленная решением суда; 2) использование участником (собственником имущества) юридического лица или иным лицом права давать обязательные для него указания или иных возможностей, позволяющих определять его действия; 3) банкротство юридического лица вызвано виновными действиями его участников (собственника имущества) или иных лиц, которые имеют право давать обяза- тельные для него указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; 4) наличие причинно-следственной связи между использованием участниками или иными лицами указанных возможностей и наступившей несостоятельностью юридического лица; 5) недостаточность имущества юридического лица для удовлетворения требований его кредиторов.

Правовым основанием для возможности определять действия юридического лица является участие в формировании его имущества, обеспечивающее большинство голосов в высшем органе управления или наличие договора, предоставляющего право давать обязательные для него указания (напр., договор об исполнении функций единоличного исполнительного органа). Данные факты дают возможность лицам либо непосредственно выступать в качестве органов юридического лица, либо определять их волеизъявление. Тем не менее, наличие потенциальной возможности определять действия юридического лица не является основанием для возложения ответственности на участника. Такая возможность должна быть им использована.

Описанные выше условия не могут быть отнесены к стандартным ситуациям «жизни» корпорации, т.к. являются следствием нарушения ее участниками своих обязанностей либо возникают в результате недобросовестных действий с их стороны по отношению к кредиторам корпорации, а иногда и по отношению к другим ее участникам. Субсидиарная ответственность участников членских организаций, хозяйственных товариществ, учреждений возникает даже в случае отсутствия каких-либо нарушений и/или злоупотреблений с их стороны в силу указаний закона, т.к. является частью их правового положения.

Следует обратить внимание также на то, что корпорация должна обладать особым внутренним устройством, при котором воля корпорации как целого устанавливалась бы в результате взаимодействия воль входящих в ее состав лиц. Наличие данного признака свидетельствует о том, что участники должны иметь определенный комплекс прав по отношению корпорации в связи с участием в ней, основу которого составляет право на участие в управлении ее делами. Указанный факт устраняет возможность причисления к корпорациям тех видов российских юридических лиц, учредители/участники которых не имеют права на участие в их управлении в силу участия в формировании их имущества . К их числу относятся: автономные некоммерческие организации, благо-

83

творительные и иные фонды , а также некоторые другие виды некоммерческих организаций. К тому же, участники корпораций всегда знали, какие в материальном смысле результаты извлекал каждый из сочленов из этой операции52, т.е. из участия в корпорации. Это свидетельствует о необходимости наличия у участников имущественных прав по отношению к корпорации, а участники названных выше организаций не сохраняют после учреждения организации никаких имущественных прав в отношении созданного ими юридического лица53. Обозначенный выше признак указывает также на различие в правовом положении участников корпораций и коммандитистов товариществ на вере, не имею-

86

щих права на участие в управлении и ведении дел коммандиты .

В силу того, что на основе римского правопорядка происходило формирование современных правопорядков континентальной Европы, а пандектная система частного права является своего рода соправопреемницей системы римского частного права, существенные признаки корпорации, заложенные еще в римскую эпоху, не утратили своего значения и для современных корпораций.

Подводя итоги вышесказанного, необходимо отметить, что ни членские организации, ни хозяйственные товарищества, равно как и некоммерческие организации, не имеющие членства, не могут быть отнесены к числу корпораций. Из положений действующего гражданского законодательства РФ усматривается, что корпорациями по своей юридической природе являются хозяйственные общества, созданные в форме акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью. Именно они отвечают всем, без исключения, характерным признакам корпорации. В связи с тем, что участие лиц в акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью характеризуется как имуще- ственное, корпорацию можно определить как основанное на имущественном участии добровольное объединение лиц, созданное для достижения определенных, главным образом предпринимательских, целей.

Общества с дополнительной ответственностью, хотя и построены по корпоративному принципу, не могут быть четко охарактеризованы как корпора-

/

ции, т.к. их участники солидарно несут субсидиарную ответственность по обязательствам общества в одинаковом для всех кратном размере к стоимости их вкладов, определяемом учредительными документами. В связи с этим они по существу являются «квазикорпорациями», что служит еще одним подтверждением переходного положения данного вида юридических лиц от хозяйственных обществ к хозяйственным товариществам. Но законодатель сглаживает отмеченное выше неполное соответствие обществ с дополнительной ответственностью признакам корпорации, указывая в п. 3 ст. 95 ГК РФ, что к обществам с дополнительной ответственностью применяются правила об обществах с ограниченной ответственностью постольку, поскольку иное не предусмотрено настоящей статьей. Это «иное» как раз и связано с наличием субсидиарной ответственности участников обществ с дополнительной ответственностью в одинаковом для всех кратном размере к стоимости их вкладов. В остальном к правоотношениям, основанным на участии в обществах с дополнительной ответственностью, в силу предписаний п. 3 ст. 95 ГК РФ применяются нормативные конструкции, предназначенные для регулирования отношений по участию лиц в обществах с ограниченной ответственностью. Представляется, что положение названной правой нормы дает возможность ставить корпорации и общества с дополнительной ответственностью в один ряд, объединяя их в общую группу юридических лиц, которую можно назвать «корпоративные организации».

Следовательно, корпоративные правоотношения возникают в связи с участием в корпоративных организациях, к числу которых относятся акционерные общества (далее - АО), общества с ограниченной ответственностью (далее — ООО) и общества с дополнительной ответственностью (далее — ОДО).

<< | >>
Источник: Кулик Александр Анатольевич. КОРПОРАТИВНЫЕ ПРАВА В СИСТЕМЕ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ / ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2009

Еще по теме § 1.1. Сфера существования корпоративных правоотношений:

  1. 1.2. Характеристика корпоративных правоотношений
  2. § 1.1. Сфера существования корпоративных правоотношений
  3. § 1.2. Правовая природа корпоративных правоотношений и их место в современной правовой системе
  4. § 1.3. Субъекты и объекты корпоративных правоотношений
  5. § 4. Рассмотрение дел по корпоративным спорам 1. Понятие корпоративных правоотношений и корпоративного спора
  6. § 2. Корпорация как условие существования корпоративных правоотношений 1. Употребление термина " корпорация" и производных от него терминов в нормативных правовых
  7. § 3. Понятие и природа корпоративных правоотношений 1. Внутриорганизационный характер корпоративных правоотношений
  8. 2. Корпоративные правоотношения как правоотношения участия или членства
  9. 3. Основные и зависимые (производные) корпоративные правоотношения
  10. 6. Гражданско-правовые признаки корпоративных правоотношений
  11. 7. Обязательственно-правовые концепции относительно природы корпоративных правоотношений
  12. 8. Вещно-правовые концепции относительно природы корпоративных правоотношений
  13. 9. Корпоративные правоотношения как особая разновидность гражданских правоотношений
  14. § 1. Понятие и общая характеристика предпосылок и оснований возникновения и движения корпоративных правоотношений 1. Нормативные предпосылки возникновения и движения корпоративных правоотношений
  15. 2. Интерес как предпосылка возникновения и движения корпоративных правоотношений
  16. § 3. Эмиссионный состав как основание возникновения корпоративных правоотношений 1. Проблемы определения момента возникновения акций как объектов гражданских прав
  17. § 3. Участники хозяйственных обществ как субъекты корпоративных правоотношений 1. Понятие учредителя хозяйственного общества
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -