Обзоръ источниковъ права.

Подъ общимъ понятіемъ источниковъ права мн разумѣемъ проявленія во внѣшности той стороны духовной жиэви даннаго народа, которая уже извѣстна намъ подъ наименованіемъ права.—проявлеыія, предоставляющія вънаше распоряженіе фактическій матеріалъ для возстановленія эволюціи правовой жизни этого народа, иначе говоря — для построенія исторіи его права.

Оставляя въ сторонѣ спорный вопросъ о такъ называемомъ ,правѣ юристовъ" или „научномъ правѣ", какъ одномъ изъ источниковъ положительваго права, мы, въ качествѣ непосредственныхъ источниковъ этого послѣдняго, остановимся лишь на правѣ обычномъ и на законѣ.

Обычное право съ юридическимъ обычаемъ, какъ творческимъ элементомъ, въ его основѣ—является непосредственнымъ и первымъ по времени продуктомъ правовой жизни народа, „бытовою формою права, образующеюся и дѣйствующею въ народной жезни независимо отъ вакона, какъ внѣшнее выраженіе съ незапамятныхъ временъ живущихъ въ народной памятн правовыхъ во88рѣ- ній и правилъ, однообразно соблюдаемыхъ и примѣняемыхъ въ жизни въ силу общаго убѣжденія въ ихъ необходимости и обязательности" ^!). Какъ продуктъ непосредственнаго творчества.самого народа въ области устройства своихъ правовыхъ отношеній, обычноѳ право стоитъ, съ точки зрѣнія генезиса, совершенно въ сторонѣ отъ закона, хотя и имѣетъ къ нему весьма близкое соотношеніе въ томъ- смыслѣ, что, въ начальной правовой жизни всѣхъ народовъ, зарождающаяся въ ней законодательная дѣятельность въ первыя поры своего существованія всецѣло почти базируетъ на обычномъ правѣ, черпая въ немъ свое содержаніе и имѣя главною функціею своею санкціонированіе и облеченіе въ форму писанныхъ законовъ уже существующихъ нормъ права обычнаго.

Занонъ, какъ продуктъ творчества государственной власти въ той сферѣ дѣятельности ея, которую принято называть властью *законодательною", выступаетъ второю по времени формою внѣшняго проявленія правовой жизни народа, хотя, на первыхъ порахъ исторической жизни народовъ, законодательная дѣятельность, какъ это только что было замѣчено нами, имѣетъ своею ближайшею задачею рецепцію, письменную формулировку, санкцію, и только отчасти дальнѣйшее восполненіе и развитіе уже существующихъ нормъ обычнаго права.

Только что высказанное нами положеніе находитъ себѣ полное подтвержденіе и въ исторіи древняго русскаго права. Для перваго періода развитія этого послѣдняго противопоставленіе обычая закону должно быть признано особенно условнымъ, такъ какъ древнѣйшіе памятники русскаго свѣтскаго права (мы исключаемъ отсюда копцептированные памятники права церковнаго) възначительпѣйшей части своего содержанія являются лишь отраженіемъ и письменною формулировкою современнаго имъ обычнаго права русскаго народа. Мы будемъ имѣть, въ своемъ мѣстѣ, возможность убѣдиться въ томъ, что даже важнѣйшій памятникъ права эемско вѣчевого періода русской исторической жизни,—Русская Правда,—не былъ, въ подробной редакціи своей, плодомъ ниединовремен- ной ни, тѣмъ менѣе, оффиціальной кодификаціи. ^[11]

Только съ этою необходимою оговоркою выдѣлимъ мы обычное право въ болѣе ялн менѣе обособленную рубрику источниковъ права интересующаго васъ періода, обворъ которыхъ распадется въ нашемъ дальнѣйшемъ изложеніи на слѣдующія пять главъ: 1) Обычное право, 2) Договоры русскихъ князей съ греками, 3) Памятники церковнаго законодательства, 4) Русская Правда и 5) Договорй русскихъ княвей и городовъ съ Готландомъ и нѣмецкими городами. ^[12]