§ 1. Принятие сообщений о преступлениях, совершенных несовершеннолетними

Возбуждение уголовного дела является первой самостоятельной стади­ей уголовного процесса. Начинается она с поступлением повода для возбуж­дения уголовного дела, а завершается решением о возбуждении уголовного

дела или об отказе в таковом^[33].

Ф

Процессуальные особенности досудебного производства в отношении несовершеннолетних проявляются уже при поступлении поводов для возбу­ждения уголовных дел.

Понятие «повод для возбуждения уголовного дела» не является четко определенным и бесспорным в уголовно-процессуальной науке. УПК РФ (ст. 5) не содержит разъяснений рассматриваемой дефиниции. Вместе с тем определение сущности повода для возбуждения уголовного дела имеет не

ф только теоретическое, но и практическое значение.

Профессор В.Н, Григорьев считает поводом для возбуждения уголов­ного дела то, с чего начинается уголовное судопроизводство, его первый мо­мент, побудительное начало^[34].

В законе дан исчерпывающий перечень поводов. Согласно ч. 1 ст. 140 УПК РФ поводами для возбуждения уголовного дела служат; 1) заявление о преступлении; 2) явка с повинной; 3) сообщение о совершенном или готовя- щемся преступлении, полученное из иных источников. Вместе с тем этот пе-

речень, как отмечает профессор В.Н. Григорьев, носит открытый характер. Когда обнаружены признаки преступления, всегда есть повод для возбужде­ния уголовного дела - если не в виде заявления о преступлении или явки с

:'Ф повинной, то в виде сообщения о преступлении, полученного из иных источ­ников. Исключение составляют сообщения, полученные из анонимных ис­точников, поскольку в соответствии с ч. 7 ст. 141 УПК РФ анонимное заяв­ление не может служить поводом для возбуждения уголовного дела^[35].

В соответствии с ч. 1 ст. 144 УПК РФ дознаватель, орган дознания, сле­дователь и прокурор обязаны принять, проверить сообщение о любом совер­шенном ИЛИ готовящемся преступлении и В Пределах компетенции, установ­ці' ленной УПК РФ, принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления указанного сообщения.

частного обвинения - в суд).

Анализ ч. 1 ст. 144 УПК РФ позволяет выделить три этапа производст­ва по сообщению о преступлении, имеющего своей задачей разрешение во­проса о возможности начать производство по делу - прием сообщений, их проверка и принятие по ним соответствующего решения.

Порядок приема сообщений о преступлении установлен соответст­вующими ведомственными актами. Так, в органах внутренних дел действует ф Инструкция о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутрен-

них дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях, утвержденная приказом МВД РФ от 1 декабря 2005 г. № 985, и Типовое положение о едином порядке организации приема, регистрации и ф? проверки сообщений о преступлениях, утвержденное Приказом Генерально­го прокурора РФ, Министра РФ по делам гражданской обороны, чрезвычай­ным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, Министра экономического развития и торговли РФ, Директора Федеральной службы

РФ по контролю за оборотом наркотиков, Министра внутренних дел РФ, Министра юстиции РФ, Директора ФСБ РФ от 29 декабря 2005 г. № 39/1070/1021/253/780/353/399^[37].

ф. Проведенное исследование показало, что заявление о преступлении -

наиболее распространенный повод для возбуждения уголовного дела в отно­шении несовершеннолетних (68,5% уголовных дел). Они могут быть пись­менными и устными. Устное заявление заносится в протокол принятия уст­ного заявления о преступлении, который подписывается заявителем и долж­ностным лицом, принявшим заявление.

Устное сообщение о преступлении, сделанное при производстве след­ственного действия о ранее незарегистрированном преступлении, заносится в протокол следственного действия и одновременно оформляется рапортом со­трудника ОВД либо протоколом принятия устного заявления о преступлении в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации (ч. 4 ст. 141 УПК РФ).

В литературе высказано мнение, согласно которому заявление о пре- ф ступлений как повод для возбуждения уголовного дела должно содержать указание не только на признаки преступления, но также должно сопровож­даться просьбой о привлечении лиц, совершивших преступление, к уголов-

ной ответственности¹. Мы считаем, что если лицу, которое сообщает о со­вершенном или готовящемся преступлении, точно известно лицо, совершив­шее или подготавливающее преступление (несовершеннолетний), то об этом

,'ф необходимо указывать в заявлении. В случае подтверждения данного факта в ходе проверки уголовное дело должно возбуждаться в отношении конкретно­го лица (несовершеннолетнего), что позволит эффективно и законно провес­ти проверку данного заявления. Однако это положение должно найти отра­жение в тексте закона. В настоящее время законодатель не указывает на дан­ное обстоятельство как обязательный элемент содержания заявления о пре­ступлении. Поэтому, если в заявлении о преступлении нет просьбы о привле-

Ф чении лиц к уголовной ответственности, но имеются сведения о признаках

преступления, то такое заявление должно рассматриваться в качестве повода для возбуждения уголовного дела на основании п. 1. ч. 1. ст. 140 УПК РФ.

Возникает вопрос, как же в таком случае поступать с заявлениями, по­данными в органы внутренних дел непосредственно несовершеннолетними, необходимо ли приглашать при этом законных представителей такого заяви­теля, возможна ли вообще регистрация заявлений о совершении преступле­ний от лиц, не достигших 16-летнего возраста, которые не подлежат ответ- ственности за заведомо ложный донос? В УПК РФ данная проблема не уре­гулирована.

вершеннолетия, предлагая прийти с родителями, обратиться непосредственно к участковому уполномоченному, более юридически грамотно составить за-

См.: Усачев А.А. Возбуждение уголовного дела в российском уголовном судопроизвод­стве: Дис. ... канд. юрид. наук. - Иркутск, 2003. С. 54.

явление И Т.П.^[38]

Процессуальная значимость явки с повинной как повода для возбужде­ния уголовного дела гораздо выше, чем остальных сообщений, поскольку не ограничивается стадией возбуждения уголовного дела, но фактически ис­пользуется и при решении вопроса о степени ответственности лица, совер­шившего правонарушение, поскольку в п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явка с по­винной рассматривается как смягчающее ответственность обстоятельство. УПК РФ не регламентирует особенностей получения явки с повинной от не­совершеннолетнего, нет таких указаний и в вышеуказанной Инструкции. Во­прос ЭТОТ очень СЛОЖНЫЙ, поскольку необходимо соблюсти баланс между co­lli хранением добровольности такого обращения и гарантиями защиты прав и

законных интересов несовершеннолетнего.

Явка с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении органу дознания (дознавателю), следователю, прокурору или суду. Сообщение может быть сделано не только о совершенном, но и о готовящемся преступлении. При этом добровольность означает, что лицо имело реальную возможность не являться с повинной, но тем не менее пред­почло сообщить о содеянном.

Таким образом, для явки с повинной как повода для возбуждения уго­ловного дела необходимы следующие условия: факт явки самого лица, со­вершившего преступление, добровольное заявление о совершенном преступ­лении, неизвестность факта совершения преступления правоохранительными органами до явки с повинной.

Согласно ст. 142 УПК РФ в случае явки с повинной устанавливается личность явившегося и составляется протокол (приложение 3 к ст. 476 УПК ф РФ), в котором излагается данное заявление и который подписывается явив­шимся с повинной и лицом, составившим протокол. По смыслу данной нор­мы закона при отобрании явки с повинной могут присутствовать только два

лица: явившийся с повинной и лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или судья вне зависимости от возраста первого. Данная ситуация на практике чревата серьезными нарушениями прав несовершеннолетнего.

Ф' 26 мая 2003 г. несовершеннолетняя В. явилась в Центральный ОВД

г. Набережные Челны, где прокурором-криминалистом был составлен прото­кол ее явки с повинной о совершении убийства К. и А. в лесном массиве. В связи с этим было возбуждено уголовное дело по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в ходе расследования которого на допросах В. категорически отрицала факт совершения убийства К. и А., говоря, что обстоятельства, о которых она со­общила при явке с повинной, ею надуманы и явку с повинной она дала под

Ф давлением работников милиции. Кроме этого, при составлении явки с повин­ной В. не были разъяснены положения, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ^{[39] [40].}

По мнению И.П. Кокурина, из данной ситуации существует единствен­но приемлемый выход: распространить возможность присутствия законных представителей, педагога и защитника при отобрании у несовершеннолетних явки с повинной, с возложением обязанности на составляющее протокол ли­цо не допустить общения с подростком кого-либо до оформления данного

"Ф' 2

документа.

С позицией И.П. Кокурина можно согласиться лишь отчасти. Если го­ворить о возможности участия защитника при получении явки с повинной, то Конституция РФ гарантирует каждому право на получение квалифицирован­ной юридической помощи (ч. 1 ст. 48) и не связывает ее представление с фор­мальным признанием лица подозреваемым или обвиняемым, а следователь­но, и с моментом принятия дознавателем, следователем или прокурором ка- ф кого-либо процессуального акта^[41].

вокатуре в Российской Федерации» от 31 мая 2002 г. определяет адвоката как независимого профессионального советника по правовым вопросам (ч. 1 ст. 2) и указывает на возможность участия адвоката в уголовном судопроиз- ф водстве в качестве представителя или защитника доверителя (п. 5 ч. 2 ст. 2).

Согласно п. 5 ч. 3 ст. 49 УПК РФ защитник участвует в уголовном деле с мо­мента начала осуществления мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозре­ваемого в совершении преступления. В то же время ст. 51 УПК РФ устанав­ливает обязательное участие защитника в уголовном судопроизводстве в от­ношении несовершеннолетнего как в ходе досудебного производства (с мо- ф мента получения сообщения о преступлении - п. 56 ст. 5 УПК РФ), так и в ходе судебного производства по уголовному делу. Таким образом, несовер­шеннолетний, в отношении которого решается вопрос о возбуждении уго­ловного дела, имеет право на получение квалифицированной юридической помощи, предусмотренное ч. 1 ст. 48 Конституции РФ, но оно может быть реализовано при участии адвоката, но не защитника, поскольку в соответст­вии с ч. 1 ст. 49 УПК РФ, защитником является лицо, осуществляющее защи­ту прав и законных интересов подозреваемых и обвиняемых, а на данном

І¹

этапе уголовного судопроизводства несовершеннолетний не наделен таким процессуальным статусом.

При явке с повинной важным условием предоставления возможности консультации с защитником является установление личности несовершенно­летнего.

Профессор А.В. Гриненко справедливо замечает, что поскольку в праве существует презумпция знания закона, каждому должен быть предоставлен

Ф свободный доступ к любым законным источникам осведомленности (в т.ч. и при помощи защитника) по всем вопросам, касающимся законодательного регулирования социальных отношений. Именно поэтому следует признать необходимым еще в стадии возбуждения уголовного дела обеспечить лицу возможность защищаться как лично, так и с помощью квалифицированного

адвоката¹.

Предложение И.П. Кокурина по поводу недопустимости общения за­щитника с подростком до оформления явки с повинной не состоятельно, так как адвокат вправе беспрепятственно встречаться со своим доверителем на­едине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность, без ограничения числа свиданий и их продолжительности (п. 5 ч. 3 ст. 6 Закона «Об адвокат­ской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»), и только таким образом он может оказать полноценную юридическую помощь несовершен­нолетнему, разъяснив ему не только сущность явки с повинной, но и ее по­следствия.

С одной стороны, участие законных представителей при получении яв­ки с повинной у несовершеннолетнего обосновано тем, что несовершенно­летний не обладает полной процессуальной дееспособностью, и законный представитель (родители, усыновители, опекуны, попечитель) несет ответст­венность за воспитание и поведение несовершеннолетнего² в соответствии с Семейным Кодексом Российской Федерации³. С другой стороны, законный представитель может быть соучастником преступления и в связи с этим мо­жет оказывать неправомерное воздействие на несовершеннолетнего с целью оградить себя от уголовной ответственности. Следовательно, его участие в уголовном судопроизводстве не будет отвечать целям защиты прав и закон­ных интересов несовершеннолетнего.

На наш взгляд, прежде чем допустить законного представителя к уча­стию в уголовном судопроизводстве, а именно при получении явки с повин­ной от несовершеннолетнего, необходимо убедиться в том, что это участие не нанесет ущерба интересам последнего и целесообразно было бы спраши­вать в таком случае согласие несовершеннолетнего на возможность участия в уголовном судопроизводстве конкретного законного представителя. В любом

¹ См.: Гриненко А.В. Обеспечение права на защиту в стадии возбуждения уголовного дела //Уголовное право. 2001. Ха 1. С. 47.

² Мельникова Э.Б. Ювенальная юстиция. Проблемы уголовного права, уголовного процес­са и криминологии. - М.: Дело, 2001. С. 86.

³ Далее - СК РФ.

случае анализу должны подвергаться все обстоятельства совершенного пре­ступления, что впоследствии может оградить несовершеннолетнего не только от незаконного привлечения к уголовной ответственности, но и от возможно-

Ф сти оговора и самооговора.

Возникает закономерный вопрос, на основании какого документа за­конный представитель несовершеннолетнего имеет право участвовать в уго­ловном процессе? Согласно ч. 1 ст, 426 УПК РФ таким основанием является постановление о признании законным представителем, вынесенное прокуро­ром, следователем или дознавателем. Некоторые ученые-процессуалисты считают, что вынесение такового постановления излишне, так как закон и так ф признает родителей и лиц, их заменяющих, законными представителями. По­этому В.А. Панкратов предлагает осуществлять допуск родителей, усынови­телей, опекунов, попечителей в уголовное судопроизводство в качестве за­конных представителей по предъявлении документов, удостоверяющих их отношение к несовершеннолетнему^[42]. Такое предложение представляется дос­таточно обоснованным, так как лицо является законным представителем не­совершеннолетнего не в силу вынесения постановления о признании тако­вым, а в силу положений семейного законодательства. В то же время поста-

f¹

новление о допуске законного представителя несовершеннолетнего опреде­ляет момент начала его участия в уголовном процессе. Представляется воз­можным участие законного представителя несовершеннолетнего в уголовном процессе по предъявлении соответствующего документа, подтверждающего отношение к несовершеннолетнему, копия которого должна находиться в ма­териалах проверки сообщения, и вынесении соответствующего постановле­ния.

ф Может ли законный представитель заменить несовершеннолетнего при

получении явки с повинной или объяснения? В.П. Божьев считает, что явка с

повинной не предполагает обязательного личного и непосредственного об­ращения лица в прокуратуру, органы следствия или дознания. Оно может быть представлено и через его близких (например, в случае заболевания ли-

W Да)^[43].

С позицией В.П. Божьева можно согласиться, мотивируя это тем, что несовершеннолетние в силу стеснительности, страха мести, стыда, боязни ответственности, рассказав о совершении преступления своим законным представителям, могут отказаться явиться в правоохранительные органы, а вместо этого через своих законных представителей предоставить в письмен­ном виде явку с повинной. Кроме того, законные представители могут сами ф удержать несовершеннолетнего от явки в правоохранительные органы по различным причинам. Но в то же время в этом случае будет нарушаться пра­во лица на защиту и нет гарантии в том, что на несовершеннолетнего не ока­

зывалось давление.

В.Д. Адаменко же настаивает на том, что законный представитель во­обще может заменять несовершеннолетнего, совершая от его имени такие действия, как явка с повинной, предоставление необходимых материалов и дача объяснений^[44]. а

Его позиция представляется недостаточно верной, и замещение закон­ным представителем при совершении указанных процессуальных действий несовершеннолетнего недопустимо.

Как справедливо отмечает С.Б. Мартыненко, при замещении законным представителем несовершеннолетнего в случаях заявления о преступлении, совершенном несовершеннолетним, явки с повинной, дачи объяснений и представления каких-либо материалов от имени самого несовершеннолетне- ф го, трудно установить наличие волеизъявления последнего на совершение таких действий. Если законный представитель выполняет лишь посредниче-

скую функцию передачи правоохранительным органам выполненных несо­вершеннолетним в письменной форме признания в совершении преступле­ния, а также предметов и документов, имеющих отношение к преступлению, тогда проблем не возникает^[45].

Явка с повинной предполагает наличие добровольности и личной ини­циативы при сообщении субъектом о совершенном им преступлении. При информировании же правоохранительных органов законным представителем о совершенном несовершеннолетним преступлении не по его просьбе либо без его на то согласия, п уж тем более вопреки его волеизъявлению, указан­ный фактор отсутствует, а значит нельзя рассматривать означенные действия как явку несовершеннолетнего с повинной. Кроме этого, такой законный представитель не может быть в дальнейшем допущен к участию в уголовном судопроизводстве, поскольку заявление им о совершении преступления его подопечным вопреки желанию последнего указывают на коллизию их инте­ресов.

Недопустимо говорить о замещении законным представителем несо­вершеннолетнего при даче объяснения, так как дача объяснений персонифи­цирована, то есть объяснение отбирается у конкретного лица, данные которо- го указываются в бланке объяснения и это лицо ставит свою подпись под те­ми сведениями, которые оно сообщило компетентному лицу. Несомненно, что предоставление в распоряжение компетентных органов законными пред­ставителями несовершеннолетнего информации о преступлении будет спо­собствовать как решению задач стадии возбуждения уголовного дела, так и достижению целей уголовного судопроизводства в целом, в отличие от непо­ступления таковой информации вообще. В этом случае объяснение об об- стоятельствах совершенного преступления будет получено от законного представителя. Сообщение же законным представителем несовершеннолет­него информации о преступлении, которое совершенно последним и неиз-

вестно компетентным органам, должно расцениваться как самостоятельный повод для возбуждения уголовного дела - заявление о преступлении.

Под сообщением о совершенном или готовящемся преступлении, НО- 11 лученным из иных источников, понимают все случаи получения информации о преступлении, кроме перечисленных выше и кроме анонимных заявлений. Такое сообщение о преступлении оформляется в виде рапорта об обнаруже­

нии признаков преступления (ст. 143 УПК РФ).

Данный повод для возбуждения уголовного дела предусмотрен п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ и охватывает все прочие случаи получения сообще­ний о преступлении, кроме тех, что рассмотрены выше и предусмотрены

ф п. 1 и п. 2 ч. 1 указанной нормы УПК РФ.

Под непосредственным обнаружением (органом дознания, следовате­лем, прокурором) признаков преступления как поводом для возбуждения уголовного дела понималось ранее и надо понимать сейчас - факты выявле­ния кем-либо из них в процессе осуществления служебной деятельности све­дений об обстоятельствах, указывающих на совершение или подготовку уго­ловно наказуемых деяний.

Наличие этого источника как повода для возбуждения уголовного дела

Ф

можно констатировать при условии, что орган, обнаруживший признаки пре­ступления, ранее не располагал заявлением (сообщением) о его совершении.

Специфика этого источника в качестве повода для возбуждения уго­ловного дела состоит в том, что вопрос о возбуждении уголовного дела ре­шается не в связи с поступлением заявления, сообщения или письма о гото­вящемся или совершенном преступлении, а по инициативе органа дознания, следователя, прокурора. В любом случае на основании ст. 143 УПК РФ на- ф чальник органа дознания, дознаватель, следователь или прокурор должны со­ставить рапорт об обнаружении признаков преступлении, в котором указыва­ется на деяние, содержащее признаки преступления, и источник получения информации об этом, что и будет являться поводом для возбуждения уголов­

ного дела.

Дознаватель, а также следователь могут обнаружить признаки готовя­щихся или совершенных преступлений несовершеннолетними в ходе процес­суальной деятельности при производстве расследования по уголовным де-

: ф лам, которые уже возбуждены.

Признаки преступления могут быть обнаружены и в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий органом дознания. В ст. 11 Закона об ОРД указывается, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, на осно­вании УПК в соответствии с п. 3 ст. 140. Информацию, полученную в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, условно можно разделить ф на два основных вида; 1) информация о факте совершения преступления, ко­гда неизвестны лица, его совершившие; 2) информация о лице (лицах), за­мышляющем или совершающем преступления, когда неизвестны конкретные

факты противоправной деятельности.

В любом случае при проверке информации о возможном совершении преступления несовершеннолетним оперативные сотрудники должны не только установить все обстоятельства совершенного преступления, но также и акцентировать свою деятельность на установление точного возраста лица.

” Рассмотрев и проанализировав особенности принятия сообщений о

преступлениях, совершенных несовершеннолетними, с позиции обеспечения их прав, следует отметить, что несовершеннолетнему на стадии возбуждения уголовного дела должно быть разъяснено право на приглашение для оказания юридической помощи адвоката, о чем делается отметка в соответствующем документе, либо он должен быть назначен несовершеннолетнему органами, осуществляющими проверку сообщения о преступлении. Это положение на- ф ходит отражение в принципе 8 Декларации прав ребенка, провозглашенной Резолюцией 138 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.; ст.ст. 16, 40 Конвенции о правах ребенка 1989 г.; п. 7 Пекинских правил. На наш взгляд, если явившемуся с повинной в начальной части текста соответст­вующего протокола под роспись будут разъяснены положения ст. 51 Консти-

туции РФ и уже с этого момента он будет обеспечен адвокатом, то от этого только выиграют как должностные лица компетентных правоохранительных органов, так и сами лица, которые будут совершать явку с повинной.

ф Кроме этого, считаем необходимым внести изменения в ч. 1 ст. 426

УПК РФ и изложить ее в следующей редакции: «Законные представители не­совершеннолетнего допускаются к участию в уголовном судопроизводстве с момента первого процессуального действия, совершенного с участием несо­вершеннолетнего, на основании предъявления документа, подтверждающего отношение к несовершеннолетнему, и постановления, вынесенного прокуро­ром, следователем, дознавателем». В ч. 4 указанной статьи слова « уголовном ф деле» заменить на «уголовном судопроизводстве», а слова «подозреваемого, обвиняемого» исключить. Изложение ч. 1 ст. 426 УПК РФ в указанной ре­

дакции будет соответствовать ее названию.