31. Из "Хроники Анонима Галла"

Хроника, называемая "Хроникой Анонима Галла", написана неизвестным автором в начале XII века. Она посвящена, главным образом, правлению Болеслава III Кривоустого. Однако в первой книге "Хроники" автор сообщает ценнейшие сведения по истории Польши XXI веков.

Из вступления:

...Так как страна польская удалена от проторенных дорог паломников и знакома лишь немногим идущим на Русь ради торговли, пусть никому не кажется странным, если я вкратце расскажу о ней, и пусть никто не посчитает слишком для себя тягостным, если я при описании части ее коснусь ее и целиком.

Со стороны Аквилона Польша является северной частью земли, населенной славянскими народами; она имеет соседями с востока Русь, с юга Венгрию, с югозапада Моравию и Чехию, с запада Данию и Саксонию. Со стороны Северного или Амфитрионального1 моря соседями Польши являются три страны, населенные дикими языческими народами: Селекция2, Поморье и Пруссия, с которыми князь польский постоянно борется, стремясь обратить их в истинную веру...

За ними, как бы в объятьях Амфитриона, находятся другие языческие народы и необитаемые острова, где лежит вечный снег и лед. Так, земля славянская делится на севере на свои составные части, тянется от сарматов, которые называются и гетами, до Дании и Саксонии, от Фракии через Венгрию, некогда захваченную гуннами, называемыми также венграми, спускаясь через Каринтию, кончается у Баварии; на юге же возле Средиземного моря, отклоняясь от Эпира, через Далмацию, Хорватию и Истрию ограничена пределами Адриатического моря и отделяется от Италии там, где находится Венеция и Аквилея. Страна эта, хотя и очень лесиста, однако изобилует золотом и серебром, хлебом и мясом, рыбой и медом, и больше всего ей следует отдать предпочтение перед другими народами в том, что она, будучи окружена столькими вышеупомянутыми народами, и христианскими и языческими, действующими как вместе, так и в одиночку, и, подвергаясь нападению с их стороны, никогда, однако, не была никем полностью покорена.

Это край, где воздух целителен, пашня плодородна, леса изобилуют медом, воды рыбой, воины бесстрашны, крестьяне трудолюбивы, кони выносливы, волы пригодны к пашне, коровы дают много молока, а овцы много шерсти...

Гл. 5. Мешко, достигнув княжеской власти, стал чаще нападать на народы, живущие вокруг. Он все еще находился в столь великом заблуждении язычества, что по обычаю того времени имел семь жен. Наконец, он потребовал себе в жены правоверную христианку \из Чехии по имени Дубровка. Но она отказалась выйти за него замуж, пока он не откажется от своего порочного обычая и не пообещает ей стать христианином. Когда же он объявил, что намерен отказаться от обычаев язычества и принять священное учение христианской веры, она [Дубровка] въехала в Польшу с большой свитой светских и духовных лиц, но, однако, не сочеталась с ним браком до тех пор, пока он, постепенно и тщательно наблюдая за обычаями христианской религии и за деятельностью священного клира, не отказался от заблуждений язычества и не склонился к лону материцеркви.

О Болеславе I, прозванном Славным или Храбрым

Гл. 6. Итак, князь Мешко первый из поляков благодаря благочестивый жене своей достиг благодати крещения. К славе и хвале его достаточным основанием служит то, что в его время и благодаря ему свет истины озарил с высоты все королевство Польское. От этой же благословенной женщины у него родился славнейший Болеслав, который после его смерти мужественно управлял королевством и так возрос по милости бога в доблести и мощи, что, как я вправе сказать, своей храбростью озолотил всю Польшу. Кто же способен достойно рассказать о его славных подвигах или битвах с соседними народами, не говоря уже о том, чтобы описать это и передать памяти потомства? Разве не он подчинил Моравию и Богемию, занял в Праге княжеский престол и отдал его своим наместникам. Кто, как не он, часто побеждал в сражении венгров и всю страну их, вплоть до Дуная, подчинил своей власти? Неукротимых же саксов он подчинил с такой доблестью, что определил границы Польши железным столбом по реке Сале в центре их страны.

Нужно ли перечислять победы и триумфы над языческими народами, которых, как известно, он как бы попирал ногами? Он упорно уничтожал закоренелых язычников в Селенции, Поморье и Пруссии, а обратившихся в истинную веру поддерживал: построил там много церквей и поставил епископов при помощи папы или, вернее, их поставил папа при его поддержке. Он также с большим почетом встретил пришедшего к нему св. Адальберта, претерпевшего в своем долгом странствовании и от своего мятежного чешского народа великую несправедливость, и неуклонно следовал его советам и наставлениям. Святой же мученик Адальберт, воодушевленный христианской религией и стремлением к проповеди истинной веры, как только увидел, что в Польше понемногу распространилось христианство и усилилось церковное влияние, мужественно вступил в Пруссию и там закончил свою жизнь мученической смертью. А потом уже Болеслав выкупил у пруссов на вес золота его тело и поместил его с надлежащим почетом в гнезненском архиепископстве. Мы также считаем нужным упомянуть, что в его время [т. е Болеслава] к гробу святого Адальберта прибыл император Оттон Рыжий ради молитвы и успокоения, а также чтобы познакомиться с прославленным Болеславом. Болеслав принял его с таким почетом и пышностью, с какими и подобало принять короля римского императора, такого великого гостя. Великие чудеса приготовил он по случаю прибытия императора: прежде всего он построил разнообразные [по вооружению] полки рыцарей, затем на обширной равнине построил князей, стоявших как бы в виде хора; отдельные же полки отличались друг от друга одеждой различного цвета. И вся эта пестрая одежда стоила совсем не дешево, но там было собрано все наиболее ценное, что только можно было найти у какоголибо народа. Ведь во времена Болеслава все рыцари и все придворные дамы носили плащи, а не шерстяные и льняные одежды. И все меховые одежды, даже дорогие, хотя бы они были совсем новые, не носили при его дворе без подкладки из дорогой ткани и без парчи. Золото же в его время имелось у всех как обыкновенное серебро.

Презренное же серебро считалось как бы соломой. Увидев его славу, мощь и богатство, римский император воскликнул с восхищением. "Клянусь короной моей империи, все, что я вижу, превосходит то, что я слышал". По совету своих магнатов в присутствии всех он прибавил: "Не подобает называть столь великого мужа князем или графом, как одного из сановников, но должно возвести его на королевский трон и со славой увенчать короной". И сняв со своей головы императорскую корону, он возложил ее в знак дружбы на голову Болеслава и подарил ему в качестве знаменательного дара гвоздь с креста господня и пику св. Маврикия, за что Болеслав со своей стороны подарил ему руку св. Адальберта. Мало того, Оттон уступил ему и его потомкам все права империи в отношении церковных почетных должностей в самой Польше или в других уже завоеванных им варварских странах, а также в тех, которые еще предстояло завоевать. Договор этот утвердил папа Сильвестр привилегией святой римской церкви.

О великолепии и могуществе Болеслава Храброго

Гл. 8. Деяния Болеслава более велики и многочисленны, чем могли бы мы их описать или рассказать о них безыскусной речью. В самом деле, какой знаток арифметики мог бы точно сосчитать железные ряды его воинов или описать его бесчисленные победы и триумфы? Ведь в Познани он имел 1300 рыцарей с 4 тыс. щитоносцев, в Гнезно 1500 рыцарей и 5 тыс. щитоносцев, в крепости Владислава 800 рыцарей и 2 тыс. щитоносцев, в Гдече 300 рыцарей и 2 тыс. щитоносцев; все они во времена великого Болеслава были очень храбрыми и искусными в битвах воинами. Рассказывать о других городах и крепостях и для нас труд долгий и нескончаемый, и вам слушать, по всей вероятности, нудно. Но чтобы вам избежать скуки при перечислении, я покажу число воинов, не подсчитывая их точно. Король Болеслав имел рыцарей больше, чем в наше время имеет вся Польша щитоносцев; во времена Болеслава почти столько же насчитывалось рыцарей, сколько людей всякого рода имеется в наше время.

О расположении крепостей и городов в королевстве Болеслава

Гл.

15. Великий Болеслав, занятый охраною границ своего королевства от нападения врагов, на вопрос вилликов и управляющих, что приготовить для ежегодных праздников из одежды, кушаний и напитков в каждом отдельном городе, обычно приводил в назидание потомкам следующие слова: "Достойнее и почетнее для меня уберечь цыпленка от врагов, чем, праздно пируя в том или ином городе, уступить моим врагам, насмехающимся надо мною. Ведь потерять цыпленка, по истине говоря, это значит потерять не цыпленка, но лишиться крепости или города". И, призвав по своему усмотрению близких ему лиц, он некоторых из них посылал в города, некоторых в крепости; они должны были вместо него устраивать пиры жителям крепостей и городов и одаривать верных ему людей одеждами и другими королевскими подарками, которые король обыкновенно раздавал. Слыша такие слова и видя такие деяния Болеслава, все удивлялись щедрости и уму столь великого мужа, говоря между собой так: "Это действительно отец отчизны, это защитник, это господин не расточитель чужих денег, но честный эконом, хозяин государства, считающий, что ущерб, причиненный врагами крестьянам, следует сравнивать с потерей крепости или города". Но что мы об этом так много говорим? Если бы мы захотели перечислить в отдельности достопамятные деяния и речи Болеслава Великого, это все равно, как если бы мы пытались пером гусиным вычерпать море по каплям. Но что мешает располагающему временем читателю слушать то, о чем с трудом может найти сведения историк?

О восстановлении королевства'Польского Казимиром

Гл. 19. Тем временем короли и князья, каждый со своей стороны, притесняли Польшу или, подчиняя своей власти ее города и пограничные крепости или побеждая, сравнивали их с землей. И хотя Польша терпела от соседей столь огромные обиды и несчастья, однако еще худшими и более жестокими были бедствия, причинявшиеся ей ее же обитателями. Именно: рабы поднялись против своих господ, вольноотпущенники против знатных, возвысив себя до положения господ; одних они в свою очередь превратили в рабов, других убили, вероломно взяли себе их жен, преступно захватили их должности.

Кроме того, отрекшись от католической веры, о чем мы не можем даже говорить без дрожи в голосе, подняли мятеж против епископов и служителей бога, из них некоторых убили более достойным способом мечом, а других, как бы заслуживающих более презренную смерть, побили камнями. В конце концов Польша была доведена до такого разорения как своими людьми, так и чужестранцами, что почти совсем лишилась своих богатств и людей. В то время чехи разорили Гнезно и Познань и похитили тело святого Адальберта. Те же, кто спасся от врагов и избежал мятежа своих слуг, бежали за Вислу в Мазовию, и вышеназванные города оставались безлюдными так долго, что в церкви святого мученика Адальберта и ев апостола Петра дикие звери устроили себе логово. И такое бедствие, как полагают, постигло всю землю польскую оттого, что Гауденций, брат и преемник св. Адальберта, неизвестно по какому поводу подверг, как говорят, всю страну отлучению. Но пусть сказанного о разорении Польши будет достаточно, а тем, кто не сохранил верности своим исконным господам, пусть послужит к исправлению. Казимир же, пробыв недолго у германцев и заслужив там большую славу своими военными подвигами, решил вернуться в Польшу и тайно поведал это матери.

Когда же мать стала отговаривать его, чтобы он не возвращался к вероломному народу, еще не ставшему вполне христианским, но чтобы мирно вступил во владение наследством матери, и даже император просил его остаться с ним, желая подарить ему богатые княжеские владения, он, как ученый человек, ответил как бы юридической формулой: "Справедливей и почетней владеть отцовским наследством, чем наследством матери или дядей с ее стороны!" С 500 рыцарями он вступил в пределы Польши и, продвигаясь дальше, взял крепость, возвращенную ему своими, откуда понемногу, действуя мужеством и хитростью, освободил Польшу, занятую поморянами, чехами и другими соседними народами, и подчинил ее своей власти. Потом он взял себе в жены знатную девицу из Руси, с большим приданым, от которой он имел 4х сыновей и дочь, просватанную впоследствщ! за короля Чехии Имена этих сыновей следующие: Болеслав, Владислав, Мешко и Отто...

Galh Anonyrm Cronica et Gesta ducum

sive pnncipiura Polonorum, ed С Maleszyn ski,

, n s t II, 1952,

p. 68, 1521, 2526, 3435 4244

<< | >>

↑

Источник: С.Л. СКАЗКИН. ХРЕСТОМАТИЯ ПО ИСТОРИИ СРЕДНИХ ВЕКОВ ТОМ I. 2000

Еще по теме 31. Из "Хроники Анонима Галла":

- История России - История Средних веков -