ВЗАИМООТНОШЕНИЯ КОМАНДОВАНИЯ С ВОЕННЫМИ ТРИБУНАЛАМИ

Выполняя свои задачи по укреплению боеспособности Вооруженных Сил СССР, советская военная юстиция неизбежно вступала в те или иные взаимоотношения с командирами частей, соединений, военными советами армий и фронтов.

Основной задачей всех органов, ведущих борьбу с преступностью в армии, является борьба за установление и поддержание строжайшей воинской дисци-

•т

14 3aju 8421. Советское право. Часть И.

плины. За состояние дисциплины среди подчиненных ему военнослужащих в первую очередь несет ответственность командир. В силу этого командование принимает активное участие в борьбе с преступностью в армии и обладает рядом процессуальных прав. Командиры всех степеней наделены дисциплинарными правами, а командиры соединений — и правом направлять нарушителя дисциплины в штрафную часть без суда, на основании материалов дознания. Но в более сложных случаях судебный процесс лучше, чем одно дознание, обеспечивает принятие правильного решения по делу. Кроме того, судебный процесс оказывает большое воспитательное воздействие на состав воинской части.

Для правильного сочетания всего арсенала мер принуждения с мерами воспитательного характера, для поддержания строжайшей воинской дисциплины требуется самое тесное взаимодействие между командованием, политическими органами и органами военной юстиции.

Советская Армия — детище самого демократического государства в мире. В Советской Армии соблюдению законности в широком понимании этого придается исключительное значение.

Законность в армии — это точное соблюдение всеми военнослужащими правил поведения как на службе, так и вне ее, строгое соблюдение порядка несения военной службы, установленного соответствующими законами, устаівами, наставлениями и приказами командования.

В армии подробно регламентированы все стороны службы и быта военнослужащего, его поведение при несении военной службы и при нахождении вне службы. Такой подробной регламентации нет вне армии. В силу этого военнослужащий отвечает за действия, предусмотренные уголовным законодательством, и за служебные проступки и поведение вне службы — в порядке дисциплинарного устава. Само разграничение между понятием воинского преступления и дисциплинарного проступка и решение вопроса о судебной или дисциплинарной ответственности предоставлено усмотрению

соответствующего военного начальства. Следовательно, как поддержание должного правопорядка в армии, так и борьба с его нарушителями в первую очередь и главным образом ложится на плечи командования, действующего на основе строгого соблюдения принципа единоначалия. В силу принципа единоначалия никто, кроме вышестоящих начальников, не может вмешиваться в распоряжения и приказы командира. И в соответствии с этим командиры несут ответственность не только за состояние дисциплины во вверенных им частях и соединениях, но и за состояние борьбы с преступностью. Командование выступает то как орган, сообщающий прокуратуре о преступлении, то как орган, наделенный определенными процессуальными правами.

Каковы функции отдельных командных инстанций в области борьбы с преступностью?

Наиболее широкие полномочия во всех областях жизни и быта армии имели в период Великой Отечественной войны Верховное Главное Командование и Государственный Комитет Обороны, дававшие директивы по борьбе с преступностью, в своих приказах заострявшие внимание органов военной юстиции на наиболее актуальных в тот или иной момент вопросах борьбы о ней.

Особое место занимали приказы и указания Верховного Главнокомандующего, Генералиссимуса Советского Союза товарища Сталина. Указания товарища Сталина были положены в основу деятельности всех органов советской военной юстиции, каждого ее работника.

В военное время процессуальные и другие права следующего командного звена — военных советов округов, фронтов и флотов — весьма велики. К ним перешел ряд функций, осуществлявшихся в мирное время непосредственно нко СССР или даже Президиумом Верховного Совета СССР. Военные советы фронтов, осуществляя свое право на снятие судимости с военнослужащих, осужденных судами, действовали от имени Президиума Верховного Совета СССР, делегировавшего им часть своих прав. Военным советам предоставлено было право утверждать решения военной прокуратуры о привлечении к уголовной ответственности, аресте и предании суду отдельных категорий военнослужащих, а также в исключительных случаях об обращении к исполнению приговоров военных трибуналов с высшей мерой наказания.

В пределах фронта (округа, флота) военный совет являлся высшим военным органом. Как уже отмечалось, председатели военных трибуналов, в соответствии со ст. 13 Положения о военных” трибуналах от 22 июня 1941 г., информировали военные советы (и командиров соединений) о своей борьбе с преступностью. Следовательно, в известной мере военные советы фронтов являлись директивными органами для органов военной юстиции фронта. Они могли указывать на общее направление борьбы с преступностью, и эти указания были обязательны для органов юстиции, если они не противоречили директивам центра (НКЮ СССР и Прокурора СССР).

Военным советам принадлежало право санкционировать привлечение к уголовной ответственности, арест и предание суду офицерского состава.

В ст. 15 действовавшего в период Отечественной войны Дисциплинарного устава Красной Армии 1940 г. было сказано, что командование решает вопрос о дисциплинарной или уголовной ответственности в тех случаях, когда действия военнослужащего граничат между служебным проступком и уголовным преступлением. Однако и по уголовным преступлениям требовалась санкция командования на привлечение к уголовной ответственности и предание суду.

Значительно меньшая сумма процессуальных прав принадлежала командирам соединений (корпусов, дивизий, бригад) и военным советам армий.

Несомненная заинтересованность командиров соединений в высоком политико-моральном состоянии вверенных им войск заставляла их принимать самое деятельное участие в организации борьбы с преступностью. Эта деятельность командиров соединения выражалась в их распоряжениях о передаче дел на тех или иных лиц в органы военной прокуратуры или в даче распоряжения о производстве дознания о преступной деятельности подчиненных им лиц.

Низшим звеном командования с рассматриваемой нами точки зрения являлись командиры отдельных воинских частей и начальники военных учреждений и заведений. Они были вправе возбуждать уголовное дело, поручая одному из подчиненных им офицеров (дознавателей) произвести дознание о том или ином преступлении или чрезвычайном происшествии во вверенной им части.

При производстве дознания командир части давал обязательные для дознавателя указания и решал вопрос о разрешении дела в порядке дисциплинарном, о прекращении дела или о направлении его через военного прокурора для предания суду виновных лиц. Эти права были направлены прежде всего на поднятие авторитета командира, укрепление единоначалия в армии и сосредоточение в его руках необходимой полноты власти.

Указания военного прокурора при производстве дознания были обязательны для командира части. При несогласии командир части мог ставить вопрос перед вышестоящим военным прокурором об отмене данных ему указаний.

Если же командир части или соединения издавал приказ о направлении военнослужащего в штрафную часть, то, поскольку приказ командира являлся административным актом, а не процессуальным, он мог быть опротестован военным прокурором в порядке общего надзора.

Верховный Главнокомандующий товарищ Сталин в своем приказе № 70 от 1 мая 1944 г., перечисляя источники побед Красной Армии, одним из них назвал высокий моральный дух и наступательный порыв наших бойцов и командиров. Воспитание личного состава армии стойким, дисциплинированным, готовым отдать свою жизнь за Родину, за Сталина — большая, сложная и ответственная задача. Она решается совместными усилиями командования, политических органов армии, военной прокуратуры и военных трибуналов. Непосредственное ведение политико-воспитательной работы, координация деятельности всех органов в этом направлении возложены на политический аппарат (политуправления, политотделы и т. д.).

Поэтому борьба военных трибуналов за высокое политико-моральное состояние войск протекала в тесном взаимодействии с политическими органами армии, под общим их партийно-политич"ёским руководством, но без вмешательства последних в разрешение конкретных уголовных дел. Политические органы армии проводили широкую разъяснительную работу вокруг приговоров военных трибуналов, помогая органам военной юстиции лучше сочетать цели общего и специального предупреждения преступлений.