§3. Защита наследственных прав

Права цивильного наследника защищались виндикационным иском о наследстве (vindicatio hereditatis), который обычно назы­вают hereditatis petitio. Требование могло быть предъявлено в форме agere in rem per sponsionem, сопровождаемой sponsio prae­iudicialis, решение по поводу которой выносилось в судах центум- виров, где процесс велся в режиме legis actio sacramento in perso-

nam.

Gai., 4,144:

Pro herede autem possidere Считается, что владеет в каче- videtur tam is qui heres est, стве наследника как тот, кто quam is qui putat se heredem является наследником, так и тот, esse: pro possessore is кто думает, что он является

possidet qui sine causa наследником; в качестве владельца aliquam rem hereditariam vel владеет тот, кто без какого-либо etiam totam hereditatem основания владеет какой-либо sciens ad se поп pertinere наследственной вещью или даже possidet. всем наследством, зная, что оно

ему не принадлежит.

Если при этом владение опиралось на какое-либо иное право­вое основание (pro emptore, pro donato, pro legato и т. д.), следо­вало вчинить обычный виндикационный иск. На hereditatis petitio был также пассивно управомочен — в качестве possessor iuris (владельца правами) — должник наследодателя или самой here­ditas, претендовавший на то, чтобы быть наследником (D.5,3,13,15). По иску об истребовании наследства отвечает также тот, кто ут­ратил владение наследственной вещью, получив за нее вознагра­ждение, которое и становится предметом требования (pretium succedit in locum rei — цена заменяет вещь).

Осужденный по иску об истребовании наследства обязан вер­нуть победителю процесса не только само наследство со всеми приращениями, но и все приобретенное им при помощи на­следства.

В 129 г., в консульство Ювенция Цельса, было принято SC Iuventianum, которое модифицировало режим vindicatio caduco­rum, но положения которого были вскоре распространены на he­reditatis petitio. Отныне к ответственности привлекался даже тот владелец, который умышленно утратил владение до litis contes­tatio (“qui dolo fecit quo minus possideat”, — D.5,3,25,5). Позже этот принцип был применен и к rei vindicatio (Paul. D.6,1,27,3). На основании SC Iuventianum добросовестный владелец, утративший владение наследственной вещью, отвечал в объеме своего обога­щения (in id quod locupletior factus est). Наконец, ответчик по иску о наследстве обязывался также вернуть плоды, собранные

до litis contestatio (D.5,3,20 pr-3), что соответствовало представ­лениям о hereditas iacens, но нарушало принципы вещного иска.

Эти и другие отступления от режима actiones in rem (такие, как взыскание с должника наследства) позволили Ульпиану заклю­чить, что hereditas petitio допускает взыскание и некоторых лич­ных требований (“praestationes quosdam personales”, — D.5,3,25,18). Юстиниан включил иск в категорию iudicia bonae fidei (1.4,6,28).