§7. Новация (novatio)

Обязательство прекращается также новацией, то есть его за­меной на новое.

Ulp., 46 ad Sab., D. 46,2,1 pr:

Novatio est prioris debiti in aliam obligationem vel civi­lem vel naturalem transfusio atque translatio [hoc est cum ex praecedenti causa ita nova constituatur, ut prior pere- matur/.

Новация — это преобразование и перенос прежнего долга в другое обязательство, либо цивильное, ли­бо натуральное [то есть когда из предшествующего основания новое устанавливается так, что преж­нее прекращается].

В классическую эпоху реквизитами новации считались идентичность предмета обязательства (idem debitum) и замена какого-либо элемента в прежнем обязательстве (aliquid novi). Юстиниан добавляет к этому намерение новировать прежнее обязательство — animus novandi (С.8,41,8; 1.3,29,3 а), что отра­зилось в интерполяции в определении Ульпиана: требование idem debitum оказывается несущественным.

Aliquid novi может заключаться в добавлении или изменении условия или срока, гарантии (Gai., 3,177)^[362], лица на любой стороне обязательственного отношения, а также — в замене causa obligationis. Таким образом, новацией является litis contestatio и iudicatum (процессуальная повация), а также nomina transcrip- titia — записи в счетных книгах, посредством которых любому обязательству придавалась форма литтерального контракта. Юристы-классики, однако, считали новацией замену прежнего обязательства на новое в форме стипуляции, предметом которой являлось prius debitum. Такая стипуляция погашала обяза­тельство ipso iure, отменяя прежние гарантии и прекращая тече­

ние процентов (D. 13,7,11,1; 46,2,18)^[363]. Новирующую стипуляцию называют также титулированной (каузальной), поскольку ее действенность зависит от существования прежнего обязательства (prius debitum). В этой связи следует различать негативный и пози­тивный эффекты новации: прекращение прежнего обязательства и установление нового.

Gai., 3,179:

Quod autem diximus, si condicio adiciatur, novatio­nem fieri, sic intellegi oportet, ut ita dicamus factam nova­tionem, si condicio extiterit; alioquin si defecerit, durat prior obligatio. Sed videamus, num is qui eo nomine agat doli mali aut pacti conventi exceptione possit summoveri, quia videtur inter eos id ac­tum, ut ita ea res peteretur, si posterioris stipulationis extite­rit condicio. Servius tamen

Когда же мы сказали, что новация происходит и в случае добавления условия, следует понимать так, что мы говорим, что новация осуществилась с реализацией усло­вия; напротив, если оно не насту­пило, остается в силе прежнее обязательство. Но посмотрим, мож­но ли того, кто вчиняет иск по этому [прежнему] долгу, опроверг­нуть посредством возражения о злом умысле или о заключенном со­глашении [о непредъявлении требо­вания], раз считается, что мы договорились о том, чтобы, требова-

Sulpicius existimavit statim et pendente condicione nova­tionem fieri, et si defecerit condicio, ex neutra causa agi posse eo modo rem pe­rire. Qui consequenter et illud respondit, si quis id, quod sibi L.Titius deberet, a servo fue­rit stipulatus, novationem fieri et rem perire, quia cum servo agi non posset.

ние по этому делу предъявлялось, только если реализовано условие последующей стипуляции. Однако Сервий Сульпиций решил, что но­вация происходит сразу же и до реализации условия, и что. если условие не наступает, нет ос­нования, по которому можно вчи­нять иск, и что отношение та­ким образом прекращается. Он впоследствии дал и такой ответ, что если кто-либо стипулировал от раба то, что ему был должен Л.Тиций, то новация происходит и дело гибнет, так как невозможно вчинить йск рабу. Но в обоих слу­чаях мы пользуемся другим пра­вом. И тем более новация не про­исходит в тех случаях, когда я стипулирую то, что ты мне дол­жен, от перегрина, с которым не может быть заключена спонсия, употребив слово “SPONDES”.

Замена causa obligationis на вербальную позволяла затем ис­пользовать символическую форму исполнения — acceptilatio и добиться прекращения обязательства в плане ius civile. Такой ме­тод прекращения разнородных обязательств в середине I в. до н. э. предложил Аквилий Галл — stipulatio Aquiliana: concep­tio verborum новирующей стипуляции упоминала все сущест­вующие отношения между сторонами, включая условные и сроч­ные сделки, с тем чтобы придать им единую форму ex stipulatu и затем погасить посредством acceptilatio (D.2,15,4).

Florent., 8 inst., D. 46,4,18,1 (cp. I. 3,29,2):

Quidquid mihi ex quacumque causa dare facere oportet oportebit praesens in diemve, quarumque rerum mihi te­cum actio quaeque adversus te petitio vel adversus te perse­cutio est eritve, quodve tu meum habes tenes possides : quanti quae­que earum rerum erit, tantam pecuniam dari stipulatus est Aulus Agerius, spopondit Numerius Negidius.

Что бы ты ни был должен мне дать, сделать по какому бы то ни было основанию в настоящее время или с какого-либо срока, каким бы ни был у меня иск против тебя или требование к тебе, какой бы моей вещью ты ни обладал, ни дер­жал, ни владел , — какова будет оценка всех этих дел, столько денег было стипулировано дать в собственность Авлу Агерию по спонсии Нумерия Негидия.

Затем следовала acceptilatio, текст которой воспроизводился в документальной форме, подобно приведенному тексту stipulatio Aquiliana (D.46,4,18,1; ср.

Quod N^SN^S A°A° promisit Нумерий Негидий спросил Авла spopondit, id haberetne a se Агерия, получил ли он то, что H.He- acceptum, N^SN^S A^mA^m roga- гидий пообещал А.Агерию, А.Агерий vit, A^SA^S №№ acceptum fecit, заявил о получении Н.Негидию.

Aestimatio (оценка), упоминаемая в stipulatio Aquiliana, была составлена в объеме quanti ea res erit (сколько будет стоить эта вещь), то есть объем нового обязательства соответствовал воз­можной судебной оценке (litis aestimatio) всех ожидаемых от должника предоставлений, что отвечало требованию идентич­ности объекта обязательства при новации. Напротив, стипуляция в объеме quanti ea res est (сколько стоит эта вещь) не имела но­вирующего эффекта, поскольку такая оценка могла не соот­ветствовать объему прежнего долга и условие idem debitum не выдерживалось (Pap. D.46,2,28).