1. Когда форма стесняет содержание

Широко известна длящаяся уже много лет дискус- сия о возможности назначать хотя бы некоторые виды судебных экспертиз в стадии возбуждения уголовного дела. Известны и аргументы спорящих сторон, и их взаимная оценка, так что не будем их повторять.

Вот тут и срабатывает процессуальная ловушка: источник информации есть, а доказательств нет, а может, нет и материального носителя информации.

Но голь на выдумки хитра. Тот же сотрудник, который проводил исследование, но теперь уже в ка- честве эксперта, назначенного законным путем, пере- писывает свою справку на бланк заключения экспер- та при молчаливом согласии следователя — и все ста- новится на свои места: на свет появился законный ис- точник доказательств и задним числом легализованы основания для возбуждения уголовного дела. Но фак- тически совершена фальсификация доказательств, по существу — преступление против правосудия.

Глава X Ловушки и хитрости___________________205

Криминалистами неоднократно предлагалось два варианта выхода из подобных щекотливых ситуаций: либо разрешить в подобных случаях назначение экс- пертиз в стадии возбуждения уголовного дела, либо легализовать справку специалиста, отнеся ее к "иным документам", предусмотренным ст. 88 УПК. Процессу- алисты отвергают оба.

Еще одна процессуальная ловушка связана с кон- тролем за качеством судебных экспертиз. Ловушка эта заключается в провозглашенной законом (и совершен- но правильно!) независимости эксперта. Эксперт сво- боден в своей профессиональной деятельности, в вы- боре методов исследования и в интерпретации полу- ченных результатов; его внутреннее убеждение дол- жно быть свободным от влияний и давлений со сторо- ны. Все это — расхожие, неоспариваемые истины.

Но у эксперта, работающего в государственном учреждении, есть начальник — руководитель судеб- но-экспертного учреждения или подразделения экс- пертной службы ведомства. И от начальника ведомство требует, чтобы экспертизы были качественны и не вызывали сомнений у органа, их назначившего. Ины- ми словами, требуют контроля за качеством экспер- тиз, что и выражается в соответствующих ведом- ственных нормативных актах или инструкциях. Возни- кает процессуальная ловушка: контроль необходим, но он противоречит процессуальному статусу эксперта.

Ловушек на практике избегают разными путями, они известны, и я на них останавливаться не буду. Но все они, по сути, представляют нарушение закона: убеждение, а то и давление на эксперта, чтобы он из- менил заключение, назначение руководителем СЭУ повторной экспертизы, на что он не имеет по зако- ну права, и др.

Решение, как избежать процессуальной ловушки, неоднократно предлагавшееся криминалистами, лежит на поверхности: производство экспертизы от имени не только физического, но и юридического лица — эк- спертного учреждения. За качество экспертизы будет впрямую нести ответственность руководитель, а орга-

206

Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня

ну, назначившему экспертизу, будет безразлично, сформулированы ли экспертные выводы одним или несколькими экспертами, в результате дискуссии или повторного исследования объектов и т.п.

Ряд процессуальных ловушек прямо связан со средствами доказывания, разрабатываемыми кримина- листикой.

УПК содержит исчерпывающий перечень техни- ческих процедур при работе с доказательствами. Их можно пересчитать по пальцам: фотографирование, киносъемка, магнитная запись, получение слепков и оттисков следов, составление планов и схем. При мол- чаливом согласии участников процесса допускается стенографирование показаний,' машинопись.

Ловушка обнаруживается тотчас же, как возникает вопрос о применении нового технического средства, новой исследовательской процедуры, и тут достаточно одного возражения: "законом не предусмотрено" — и вопрос может быть снят с повестки дня. Наглядные примеры таких процессуальных ловушек — примене- ние одорологической выборки и полиграфа.

И одорология, и полиграф были предметом ожес- точенных дискуссий между их сторонниками, главным образом криминалистами, и противниками, среди ко- торых большинство составляют процессуалисты. Пос- ле того как последние исчерпают все свои аргумен- ты, им достаточно вспомнить сакраментальную фра- зу: "законом не предусмотрено" — и дискуссия сама собой прекращается.

Криминалисты неоднократно предлагали легаль- ный путь преодоления ловушки: в законе следует сформулировать не исчерпывающий перечень средств доказывания и сопутствующих технических процедур, а общие принципы их допустимости в судопроизвод- стве. Но пока все попытки были тщетны.

Тогда прибегли к хитрости. В результате серьез- ных исследований были разработаны гарантии получе- ния надежных запаховых проб, процедуры использо- вания запаховых следов, обеспечивающих объектив-

Глава X. Ловушки и хитрости___________________207 ность и достоверность одорологической выборки, и после этого, воспользовавшись тем, что процессуаль- ный закон разумно не содержит перечня допустимых судебных экспертиз, стали напрямую удовлетворять потребности в одорологических экспертизах следствия и суда.,По имеющейся информации, эта хитрость не- гативных последствий не повлекла.

Для того чтобы открыть дорогу в судопроизвод- ство полиграфу, приходится избирать более извили- стый путь. Благодаря усилиям ряда криминалистов- практиков, при поддержке криминалистов-ученых не так давно полиграф был "допущен" в оперативно-ро- зыскную деятельность. Можно надеяться, что это первый шаг и по направлению к судопроизводству: иногда обходный путь может в конечном счете ока- заться более легким, чем прямой.

Еще одна процессуальная ловушка связана с тем, что действующий УПК содержит опять-таки исчерпы- вающий перечень, но уже не технических процедур, а следственных действий.

Речь идет о так называемом выходе на место со свидетелем или обвиняемым, который в криминалис- тике получил более привлекательное название про- верки и уточнения показаний на месте. Суть этого следственного действия всем известна и не требует пояснений.

Дискуссия о нем приобрела публичный характер после статьи С.С. Степичева, опубликованной в 1959 г. в журнале "Социалистическая законность". Сразу же нашлись ярые противники этой новеллы, которых воз- главил признанный лидер отечественных процессуали- стов М.С. Строгович. Результатом дискуссии стало признание этого следственного действия процессуаль- ными законами пяти бывших союзных республик; Рос- сии среди них не было. Игнорируется это следствен- ное действие в нашем УПК и поныне, но оно уже значится в проекте нового УПК.

Следственная практика и не думала отказывать- ся от вьгхода на место, несмотря ни на его критику, ни на молчание УПК. Был найден хитрый выход: еде-

208

Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня

лать вид, что подобного следственного действия не существует, и проводить его под "чужим именем": как следственный эксперимент, допрос на месте и т.п. Криминалисты же продолжали разрабатывать своеоб- разную тактику именно этого следственного действия и даже защищали диссертации о его научных осно- вах и практике проведения. Хитрость удалась, все смотрели на эти псевдоэксперименты и псевдодопро- сы сквозь пальцы и с пониманием, дискуссии утихли, острота вопроса сошла на нет. Искать решения теперь нет необходимости: оно найдено в проекте УПК Рос- сии. К этому следует добавить, что такое решение уже принято в новых УПК Казахстана, Узбекистана и Киргизии.