§1. Применение международно-правовых норм & основные терминологические аспекты

«Реализация», «осуществление», «имплементация», «выполнение», «использование», «применение», «действие» термины наиболее часто встречаемые при описании или оценке международно-правовых норм.

Равнозначны ли эти понятия, как они соотносятся, насколько оправдано их использование? «Реализация»

Реализация (от латинского «realis» - вещественный) - буквально овеществление. Сегодня традиционно реализация определяется как осуществление, исполнение чего-либо, проведение в жизнь какого-либо плана, проекта, программы и т.п.2 Термин «реализация права» аналогичен по смыслу. В рамках общей теории права предложено множество определений данного понятия,3 обобщая их, можно охарактеризовать!реализацию права (как процесс

Vs-*—-—-— —

осуществления правовых предписаний (предписаний правовых норм), их воплощение в поведении, деятельности субъектов права. Следует заметить, что также используемый для обозначения претворения в жизнь нормативных ус- тановлений термин «осуществление норм права» синонимичен рассматриваемому понятию. В целом, приведенное выше общетеоретическое определение может быть применено и для характеристики «реализации норм международного права».4 Реализация права в зависимости от характера правотворческих (правореализующих) действий субъектов права происходит в нескольких формах: использование, исполнение, соблюдение. Некоторые исследователи5 в качестве формы реализации называют применение, правда, практически всегда с оговоркой о ее особом, специальном, вспомогательном характере в ряду других форм реализации права. Три вышеназванных формы реализации права выделяют и при анализе реализации норм международного права.6 В международно-правовых актах, специальной литературе достаточно часто используются термины «соблюдение обязательств», «выполнение», «осуществление», которые в зависимости от контекста, необходимо оценивать либо как общее указание на реализацию международно-правовых норм, соответственно речь идет о всех формах реализации, например, общепризнанный принцип «pacta sunt servanda», либо как конкретную форму, например, осуществление как синоним использования.

«Имплементация» Термин «имплементация» заимствован из англоязычных текстов международных договоров.7 Буквально «implementation» - осуществление, выпол- нение.8 Развернутое определение имплементации предложено А.С.

Гавер- довским: «Имплементация норм международного права - это целенаправленная организационно-правовая деятельность государств, предпринимаемая индивидуально, коллективно или в рамках международных организаций в целях своевременной, всесторонней и полной реализации принятых ими в соответствии с международным правом обязательств».9 Имплементация, по его мнению, не может отождествляться с русскоязычным термином «осуществление», что во многом определяется различиями между внутригосударственными (национальными) правовыми системами и международным правом, как самостоятельной системой права, отличиями в реализации международно- правовых норм по сравнению с внутригосударственными - особенности субъ- ектного состава, метода, отсутствие единого контрольного над государственного органа.

Рассматривая международный механизм имплементации, Гавердовский отмечает, что «имплементация международно-правовых норм на национальном уровне - основной, но не единственный путь реализации норм международного права»/ Очевидно, что если один способов имплементации - «путь» (суть способ) реализации, то имплементация - это тоже самое, что и реализация.

Анализ приведенного выше определения показывает, что автор, используя «выражение «в целях» разграничивает реализацию и имплементацию, при этом последняя выступает как подготовительная стадия, условие для реализации. Если же обратиться к содержательной стороне определения, то можно прийти к выводу, что имплементация «то же, что и реализация - то есть деятельность государств, соответствующая нормам международного права, направленная на достижение того результата, ради которого была создана норма международного права».10

«Применение»

Несмотря на предложения рассматривать применение как одну из форм реализации, применение права все же «относится к процессу реализации его «ходу». Компетентный орган, наделенный государственно-властными полномочиями (суд, арбитраж, управленческий орган и др.), при известных обстоятельствах включается, «вклинивается» в процесс реализации, принимает необходимые меры для претворения правовых предписаний в жизнь...

Правильнее ... утверждать, что применение юридических норм является особой стадией в процессе реализации права. Вместе с тем оно включает и указанные выше формы реализации».3

Суммируя представленные в работах по общей теории права дефиниции термина «применение»,11 можно предложить следующее определение: 1приме-

нение права

—»

- это властная организующая деятельность компетентных органов и лиц по подготовке и принятию индивидуально-конкретных правовых предписаний, осуществляемая в специально предусмотренных процессуальных формах, имеющая своей целью содействие адресатам правовых норм в реализации принадлежащих им прав и обязанностей.

Применение международно-правовых норм имеет свою специфику. Нельзя не согласиться с замечанием В.Я. Суворовой, что применение норм права в рамках международных отношений «не имеет того властного характера, который присущ правоприменительному процессу в государстве... правоприменительная деятельность реализуется на основе соглашения».12 Вместе с тем, хотелось бы заметить, что такой согласительный характер правоприменительной деятельности в рамках прежде всего межгосударственных отношений реализуется далеко не всегда. И это наиболее явно проявляется в деятельности международных судебных органов.13

Бесспорно, в основе деятельности всех существующих международных судов лежит соглашение государств. Но после обращения в судебный орган, вне зависимости обращаются ли стороны по обоюдному согласию (Международный трибунал по морскому праву (пл.«а» п.1 ст.188 Конвенции ООН по морскому праву14), Арбитражный трибунал (п.1 ст.26 Конвенции по примирению и арбитражу в рамках СБСЕ15), Международный суд ООН (п.1 ст.36 Статута Международного Суда ООН16)) или заявление направляется одной стороной (Международный трибунал по морскому праву (пп.«Ь» п.1 ст. 188 Конвенции ООН по морскому праву), Арбитражный трибунал (п.2 ст.26 Конвенции по примирению и арбитражу в рамках СБСЕ), Международный суд ООН (п.2 ст.36 Статута Международного Суда ООН), Суд Европейского Сообщества (ст.170 Договора об учреждении ЕЭС,17 (аналогичные по содержанию статьи присутствуют и в договорах о ЕОУС (ст.89)18 и ЕвроАтоме (ст.142)19), Европейский суд по правам человека (ст.ст.ЗЗ, 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод20) и некоторые другие) суд действует самостоятельно в соответствии с собственным регламентом, который разрабатывается и принимается, как правило, самим судом, и выносит решение обязательное для всех сторон, участвующих в деле (ст.59 Статута Международного Суда ООН, п.2 ст.31 Конвенции по примирению и эрбитражу в рамках СБСЕ, ст.ЗЗ Статута Международного Трибунала по морскому праву, ст.46 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст.192 Договора об учреждении ЕЭС, п.4

Положения об Экономическом Суде СНГ21 (правда, формулировки Положения носят несколько «смягченный» характер - в решении Суда «определяются меры, которые рекомендуется принять соответствующему государству в целях устранения нарушения и его последствий.

Государство, в отношении которого принято решение Суда, обеспечивает его исполнение»)). Следует признать, что решения международных судебных органов, по спорам, где одной из сторон выступает государство, отличаются от правоприменительных актов национальных судов, прежде всего невозможностью их принудительного исполнения. По моему мнению, это отнюдь не лишает правоприменительную деятельность международных судов ее властного характера22 - государства следуют правилам производства в судах, обязуются исполнить их решения (подчиняются решению суда), кроме того, строго говоря, принудительное исполнение судебных актов не является стадией правоприменительного процесса.23

И совсем не применимо вышеуказанное замечание о согласительном характере правоприменения в международных отношениях к деятельности международных уголовных судов (трибуналов). Принятое решение является само по себе актом принуждения24 для лица, признанного виновным в совершении преступления. Кроме того, исполнение судебного решения хотя и осуществляется в исправительных учреждениях государств в соответствии с их законодательством, но под надзором Суда и правом освобождения от наказания или его смягчения, обладает только Суд.25

Тем не менее, с предложенным В.Я. Суворовой определением применения международного права: «применение международно-правовых норм - основанная на нормах международного права правовая индивидуальная или коллективная деятельность государств либо иных субъектов по организации реализации норм международного права в конкретных ситуациях»,26 в целом, можно согласиться, правда, только применительно к международным отношениям.

Последняя оговорка связана с необходимостью оценки возможности применения норм международного права, прежде всего, международных договоров, в рамках национальных правовых систем. В научной литературе высказывались и высказываются различные мнения по этому вопросу.

Отдельные исследователи выступают категорически против прямого действия27 международно-правовых норм во внутригосударственной сфере.3 При этом предлагаются два основных аргумента:

сферой действия международного права являются межгосударственные отношения, сферой действия национального права - отношения с участием физических и юридических лиц;

международно-правовые договоры могут связывать только субъектов международного права, отдельные личности и организации (предприятия) не являются субъектами международного права, их возможность ссылаться на положения международных договоров зависит от исполнения государством межсдународно-правого обязательства.

Следует заметить, что международно-правовые нормы регулируют не только собственно международные (межгосударственные) отношения, «вместе с тем в нормах международного права нередко предусматриваются согласованные между государствами меры, затрагивающие область внутригосударственной компетенции».28 В международном праве существует значительное количество норм, адресатом которых выступает отнюдь не государство или отдельные его органы, но физическое или юридическое лицо, в частности, посвященные праву обращения индивида и организаций в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, международной уголовной ответственности лиц за совершение международных преступлений, преступлений международного характера и некоторые другие. В рамках теории международного права для объяснения осуществления международно-правовых норм в национальном праве разработана концепция трансформации международно-правовых норм во внутригосударственные.

Ее положения Используются и для оценки коллизионных норм, предусматривающих преимущественное применение международных договоров в случае возникновения противоречия межеду положениями национального законодательства и международных договоров. Термин трансформация, как отмечают многие ученые,29 достаточно условен, и сам по себе вызывает множество возражений: буквально трансформация - «преобразование» - при преобразовании преобразуемое явление, предмет исчезает, перестает существовать. При таком «дословном» понимании, трансформация фактически сводится к замещению международной нормы положением национального законодательства, соответственно отпадает необходимость в существовании как таковой системы международного права, международно-правовое регулирование подменяется национальным (внутригосударственным). Иная трактовка трансформации («широкая») предполагает, что «никакого преобразования нормы международного права не происходит, например, норма договора так и остается нормой договора. А вот содержащемуся в ней правилу придается статус нормы внутреннего права. Или в соответствии с нормой международного права создается норма права внутреннего».30 Фактически, такая трансформация приводит к «удвоению» норм права: Нормы международного права копия Нормы национального права Достаточно искусственная схема. Почему, государство, будучи сувереном не может просто «распространить действие им же согласованных и принятых норм международного права в сфере внутреннего права для регулирования отношений с участием организаций и индивидов»,31 допустить чтобы нормы международного права действовали на его территории от своего собственного имени, непосредственно регулируя правоотношения во внутренней сфере.

В некоторых работах, как по международному праву,32 так и посвященных отдельным отраслям национального права33 отмечается, что международные нормы являются частью права страны, международные договоры выступают источниками национального права.

Тем не менее, «сама природа понятийного аппарата обуславливает «привязку» определенных правовых категорий к соответствующей правовой системе.

Каждая правовая система имеет свои источники, которые обладают способностью выполнять присвоенные им функции в рамках другой правовой системы, не переходя в нее, сохраняя «прописку» в своей собственной правовой системе».34

Я разделяю мнение многих исследователей,35 что регламентация внутренних отношений международно-правовыми нормами - достаточно частое явление, и нет никаких принципиальных препятствий для прямого действия международных норм во внутригосударственной сфере. Соответственно, для внутригосударственных отношений применение международно-правовых норм соответствует признакам, предложенным в рамках общей теории права. Вместе с тем, если рассматривать правоприменение в динамике, как процедурную, процессуальную деятельность, можно выделить определенные особенности применения международно-правовых норм. Речь идет о стадии правоприменения, связанной с выбором и анализом правовых норм, подлежащих применению (юридической квалификации) в конкретной ситуации. Именно здесь правоприменитель обязан принять решение об использовании для регулирования возникших общественных отношений нормы международного права, при этом,, безусловно, учитываются и существующие национальные нормы, регламентирующие данные отношения. В такой ситуации возможны несколько вариантов действий органа власти, обеспечивающего реализацию норм права:

в случае отсутствия нормы национального права, регулирующей данные отношения, применяется норма международного права, которая предусматривает такое регулирование (самостоятельное применение);

когда то или иное отношение регламентировано как национально- правовой, так и международно-правовой нормой, при этом правила, изложенные в данных нормах, не противоречат друг другу, а дополняют друг друга применяются обе нормы (совместное применение);

при возникновении коллизии, противоречия между нормами, правоприменитель должен руководствоваться специальной коллизионной нормой, предусмотренной законодательством (в Российской Федерации, это правило, изложенное в ч.4 ст. 15 Конституции (аналогичные положения содержатся в целом ряде других нормативных правовых актов России) - «Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора») (коллизионное применение). Следует заметить, что возможны, собственно, несколько коллизий: международный договор предусматривает более благоприятное, «льготное» регулирование нежели национальный правовой акт и обратная ситуация, когда такую регламентацию подразумевает внутригосударственный нормативный акт. В последнем случае вполне логично предположить, что предпоч- тение будет отдано норме национального права, косвенно это подтверждают положения международных соглашений - п.2 ст.5 Международного пакта о гражданских и политических правах:

«Никакое ограничение или умаление каких бы то ни было основных прав человека, признаваемых или существующих в каком-либо участвующем в настоящем Пакте государстве в силу закона, конвенций, правил или обычаев, не допускается nod тем предлогом, что в настоящем Пакте не признаются такие праеа или что в нем они признаются в меньшем объеме»;36ст.53 Конвенции о защите прав человека и основных свобод:

«Ничто в настоящей Конвенции не может быть истолковано как ограничение или умаление любого из прав человека и основных свобод, которые могут обеспечиваться законодательством любой Высокой Договаривающейся Стороны или любым иным соглашением, в котором она участвует».

<< | >>

↑

Источник: Фёдоров Игорь Вадимович. ГРАЖДАНСКОЕ И АРБИТРАЖНОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО КАК ПРЕДМЕТ СОВМЕСТНОГО МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОГО И ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ / Диссертация / Екатеринбург. 2002

Еще по теме §1. Применение международно-правовых норм & основные терминологические аспекты: