Мир как политика территориальной стабильности

Если война всегда выступала в истории как политика территориального переустройства, то мир был и остается политикой территориальной стабильности. Человечеству понадобились века и тяжелые испытания, пока в пакте Бриана-Келлога от 27 августа 1928 г.

Неизменность площади территории государства и его границ ведет к утверждению атмосферы стабильности и надежности в отношениях как между государствами, так и между индивидами. Последующий перенос внимания на вопросы экономического и культурного сотрудничества обеспечивает создание атмосферы добрососедства и взаимопонимания. Ситуация мира между государствами, даже при наличии у них территориальных споров, обеспечивает постоянную возможность разрешения любых противоречий за столом переговоров.

Та же Япония в течение нескольких десятилетий второй половины XX в. твердо придерживалась курса, при котором ее безопасность обеспечивалась лишь за счет минимальных оборонительных вооружений сил самообороны и договора безопасности с США. Лишь кризис и военные действия в Персидском заливе (1992 г.), прямо угрожавшие экономической безопасности и социальной стабильности Японии, привели к принятию парламентом закона, разрешающего участие японских сил самообороны в операциях по поддержанию мира.

Мир как отношения согласия, спокойствия, как отсутствие войны отнюдь не означает полной безмятежности. В обстановке мира может сохраняться межгосударственная вражда, могут возникать периодические ссоры и конфликты. Мудрость политики заключается в их разрешении невооруженным путем, через механизм переговоров и консультаций. В том числе используя противоречия между отдельными группами государств, как, например, Советская Россия использовала противоречия между Германией и Антантой при подписании Брестского мира в 1918 г. ^[588] «Холодная война» коалиций государств, возглавляемых США с одной стороны и Советским Союзом с другой, - также пример такого мира.

И тем не менее мир по праву остается символом территориальной стабильности. В закреплении этой стабильности - главное значение Заключительного акта по безопасности и сотрудничеству в Европе, подписанного в Хельсинки в августе 1975 г., провозгласившего нерушимость послевоенных границ в Европе.

Изменение территории государств возможно и в условиях мира по взаимному согласию заинтересованных государств. При этом одним из Принципов деятельности ООН (Принцип 3) является разрешение членами этой организации своих международных споров мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир, безопасность и справедливость (ст. 2 Устава ООН).

В противоположность войне мир выступает как система стабильности государственных территорий. В этом смысле сформулирован и Принцип 4 деятельности ООН, гласящий: «Все Члены Организации Объединенных Наций воздерживаются в их международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с Целями Объединенных Наций» (ст. 2 Устава ООН). Шесть статей гл. VI Устава ООН посвящены вопросам мирного разрешения споров.

Закреплены и жесткие гарантии мира.

Ф. М. Бурлацкий разграничивает пассивный всеобщий мир («холодную войну»), активный всеобщий мир или разрядку, и планируемый всеобщий мир. При этом он подчеркивает, что главное звено в осуществлении планов всеобщего мира - полный отказ от производства и применения термоядерного оружия^[589].

В своей фундаментальной «Энциклопедии Мира» А. С. Капто всесторонне рассмотрел мир как «сверхпонятие», чья сущность, по словам К. X. Шахназарова, раскрывается через ряд других^[590], как состояние общества, свободного от войн, насилия и вражды^[591]. Саммит тысячелетия (юбилейное заседание ООН в сентябре 2000 г.) в качестве цели международных отношений в XXI в. назвал переход к миру глобальному, в котором наряду с принципами и практикой многосторонности будет существовать прочный международно-правовой режим, позволяющий определить основные правила формирующейся глобальной цивилизации. При этом остается актуальной закономерность, особо отмеченная Д. П. Никольским: все проекты вечного мира основаны на смешении принципов международного и государственного права^[592].