<<
>>

§ 6. ПРИНУЖДЕНИЕ, САНКЦИИ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ

1. Обеспеченность норм права государственным принуждением—свойство самого права. Использование принуждения для реализации правовых предписаний не является особенностью какой-либо из отраслей права. Оно присуще им всем 1.

Вместе с

1 В данном случае остается в стороне вопрос о соотношении убеждения и принуждения для обеспечения реализации права. В нашей литературе многократно и правильно отмечалось, что соответствие социалистического права интересам советского народа и высокая сознательность, в том числе высокий уровень правовой культуры трудящихся обеспечивают добровольное соблюдение норм. права подавляющим большинством членов общества.

112

тем принуждение в каждой из отраслей включается в общую цепь отраслевого регулирования, обслуживает его, приобретает свойственные ему черты. В силу этого принуждение в каждой из отраслей наряду с общими признаками обладает значительной спецификой по его степени, назначению, видам, механизму применения. Не учитывать этих особенностей нельзя, ибо применение принуждения, не соответствующего регулируемым отношениям, неэффективно и способно даже причинить опосредуемым отношениям определенный вред.

Принуждение в гражданском праве строится соответственно регулируемым отношениям. Поэтому оно характеризуется в целом теми же чертами, которые присущи отраслевому методу. Без учета особенностей гражданскоправового метода невозможно выявить специфику принуждения в данной отрасли. Но поскольку использование принуждения — одна из сторон гражданскоправового регулирования, постольку метод отрасли не может быть полностью раскрыт без изучения осуществляемого ею принуждения1.

2. Правовое принуждение связано с санкциями. Ввиду многозначности термина «санкция»2 соотношение принуждения и санкции многоаспектно. В целом санкция понимается как неблагоприятное последствие для субъекта, допустившего противоправное поведение. Принуждение как таковое само выступает в качестве неблагоприятного последствия за ненадлежащее с точки зрения права поведение субъекта. В этом смысле понятия принуждения и санкции совпадают. Санкцией как принуждением прямо или косвенно снабжены все правовые нормы. На таком понимании санкции основано учение о трехчленном строении правовой нормы — правила, включающего в себя гипотезу, диспозицию и санкцию.

Под санкцией понимают также те неблагоприятные последствия противоправного поведения, которые представляют собой возложение на субъекта специальных тягот, таких, например, как некомпенсируемое лишение права, неэквивалентное возложение навой или дополнительной обязанности. К санкциям в указанном их понимании относятся, в частности, выговор, перевод на более жесткую форму расчетов, возмещение убытков, выплата неустойки, исправительные работы, лишение свободы и т. п. В этом смысле санкция связана с принуждением, ее применение обеспечено принуждением, но по своему содержанию она не сводится

1 Связь мер принуждения, в частности мер ответственности, с отраслевыми методами регулирования отмечали С. С. Алексеев («Общая теория социалистического права». Вып. 2, Свердловск, 1964, стр. 198), И. С. Самощен-ко, М. X. Фарукшин Ответственность по советскому законодательству». «Юридическая литература», 1971, стр.

178—185).

2 О. Э. Л е и с т. Санкции в советском праве. «Госюриздат», 1962, стр. 11-12.

к принуждению. Различные виды санкций связаны с принуждением по-разному. Применительно к одним из них (лишение свободы, высшая мера уголовного наказания) принуждение включается в само их содержание. Без принуждения нет и санкции. Другие (возмещение убытков, выплата неустойки) могут быть приняты субъектом на себя добровольно.

Следовательно, санкции лишь обеспечены принуждением, которое не входит в их содержание. Поэтому они остаются санкциями как неблагоприятными мерами и тогда, когда их реализация не сопровождается принуждением. Санкция в рассматриваемом смысле не совпадает с принуждением, ибо, с одной стороны, некоторые ее виды могут быть реализованы без принуждения, а с другой — не всякое принуждение санкция в этом аспекте. Не является санкцией в данном смысле принудительное исполнение обязанности по основному охраняемому правоотношению (например, по договору купли-продажи); принуждение здесь не связано с возложением на правонарушителя каких-либо новых тягот (например, в виде дополнительной обязанности).

На понимании санкции во втором смысле основана теория двучленного строения правовой нормы 1. Если санкции—специально предусмотренные нормами неблагоприятные последствия для правонарушителя, а не вообще правовое принуждение, то, очевидно, они содержатся лишь в охранительных нормах, которые включают в себя также диспозицию, (выступающую в качестве гипотезы для применения санкции. Напротив, регулятивные нормы санкций не содержат. Они устанавливают правовые последствия правомерного поведения и состоят из гипотезы и диспозиции. Принуждением же регулятивные нормы снабжаются через нормы охранительные2.

Принуждение вводится в право санкциями охранительных норм. Оно само служит санкцией как неблагоприятное для субъекта последствие его противоправного поведения и применяется либо как таковое в целях обеспечения регулятивного правоотношения, либо в составе содержания санкции как специальной тяготы, возлагаемой на правонарушителя, либо в качестве средства обеспечения применения санкции.

Принуждение применяется в рамках охранительных правоотношений. Содержание их характеризуется обязанностью лица претерпевать неблагоприятные последствия его противоправного

' А. ф. Ч е р д а н ц е в. Специализация и структура норм права. «Правоведение», 1970, № '1, стр. 41—49.

2 В данном случае мы встречаемся с третьим значением термина санкции, в качестве которой рассматривается уже та часть охранительной нормы, которой устанавливаются последствия противоправного поведения. Санкцией как частью нормы может быть установлено последствие как в виде воз-•ложения новой тяготы, так и в виде принуждения для исполнения основной обязанности по охраняемому правоотношению.

114

поведения. При этом в зависимости от рассмотренных вариантов соотношения принуждения с неблагоприятными последствиями содержание обязанности в охранительном правоотношении различно.

3. Дифференциация принуждения по отраслям права проявляет себя прежде всего в роли охранительных правоотношений, от чего в значительной мере зависит различная степень принуждения в разных отраслях.

В гражданском праве, опосредующем нормальные для данного общества экономические отношения, абсолютно преобладают регулятивные нормы. Их реализация представляет собой установление прав и обязанностей, предусмотренных диспозициями норм, на основе правомерных действий, предусмотренных гипотезами норм. Вследствие этого основной слой гражданских правовых связей состоит из регулятивных правоотношений, в рамках которых применение государственного принуждения не происходит и которые служат правовой формой обычных для общества отношений. Охранительные гражданские правоотношения выполняют в данной отрасли вспомогательную, обеспечительную для регулятивных отношений роль и поэтому по удельному весу значительно уступают последним. Гражданскоправовое регулирование есть прежде всего реализация диспозиций норм и лишь затем, во вспомогательных целях,—санкций норм. Это само по себе означает ослабленность принуждения в данной отрасли права в сравнении, например, с уголовным правом, нормы которого являются в целом охранительными. Реализация последних представляет собой угрозу применения или само применение санкций и происходит в рамках охранительных правоотношений, основных для уголовного права 1. Поэтому угроза принуждения и его применение составляют важнейшую сторону уголовноправового воздействия на отношения.

Ослабленность принуждения в гражданском праве является также следствием правонаделительной направленности гражданскоправового регулирования. Уголовное право состоит в основном из запретительных норм и воздействует на отношения путем запрета поведения под угрозой наказания. Административное право состоит в первую очередь из обязывающих норм и воздей-

1 В теории уголовного права признано, что уголовное правоотношение возникает вследствие совершения лицом преступления. Такое правоотношение по наказанию правонарушителя, бесспорно, является правоохранительным. Но некоторые ученые полагают, что существуют также иные уголовные правоотношения, возникающие из самого факта установления законом уголовной ответственности за определенное деяние (М. И. Ковалев. Советское уголовное право. Курс лекций, вып. 1, Свердловск, 1971, стр. 81—83, 96—100). Представляется, что если и признать существование этих правоотношений, то они также должны быть квалифицированы в качестве охранительных, ибо содержание их сводится к обязанности воздерживаться от определенного поведения под угрозой применения санкции, принуждения.

115

ствует на отношения путем возложения обязанностей. Гражданское право характеризуется прежде всего наделением права, которое сопровождается возложением обязанностей. Такие различия в путях воздействия на отношения неизбежно обусловливают разную степень принуждения для реализации норм названных отраслей права и предопределяют различное значение правоохранительных отношений в системе регулирования.

Различия в роли охранительных правовых связей и их соотношении с регулятивными связями сказываются на самом принуждении, применяемом в рамках охранительных правоотношений. В гражданском праве принуждение лишь обеспечивает исполнение обязанности как по регулятивному, так и по охранительному правоотношению. Но оно не входит ни в содержание регулятивных отношений, ни в содержании санкций как особых последствий правонарушения. Исполнение обязанности даже по охранительному правоотношению может произойти добровольно, без применения принуждения. В этом также проявляется ослабленный характер гражданскоправового принуждения. Напротив, в уголовном праве принуждение есть органическая составная часть санкции как правового последствия правонарушения. Поэтому реализация норм уголовного права в конкретных правоотношениях означает, по общему правилу, применение государственного принуждения.

4. Далее, дифференциация принуждения то отраслям права отчетливо проявляется в назначении связанных с ним мер. В целом правовое принуждение направлено на защиту социалистического правопорядка и воспитание граждан в духе неуклонного соблюдения требований законности1. Все его меры в той или иной степени служат предупреждению правонарушений, их пресечению, ликвидации неблагоприятных для общества и отдельных лиц последствий правонарушения, возложению на правонарушителя известных тягот. В то же время наблюдается значительная специализация принудительных мер, использование каждой из тих в первую очередь для выполнения одной из перечисленных функций. Так, лишение свободы представляет собой прежде всего определенную тяготу, для правонарушителя. Именно в этой роли названная мера служит предупреждению правонарушений. Но она не является средством восстановления нарушенного общественного отношения и ликвидации неблагоприятных для потерпевшего лица последствий правонарушения. Наоборот, такая мера как (возмещение убытков потерпевшего за счет правонарушителя обеспечивает в первую очередь защиту прав и интересов потерпевшего лица, устранение неблагоприятных последствий правонарушения. Поскольку возложение этой меры на правонарушителя представляет собой определенную

1 И. С. Самощенко, М. X. Фарукшнн, указ. соч., стр. 108—111.

тяготу для него, она служит и задаче предупреждения правонарушений.

С точки зрения основного назначения каждой из принудительных мер они подразделяются на меры предупреждения правонарушений, их пресечения, восстановления общественного порядка, меры ответственности 1, защиты субъективных гражданских прав 2. Однако различной направленностью отличаются не только определенные меры принуждения. Значительная дифференциация их имеется и по отраслям права. В каждой из отраслей принудительные меры приобретают единую направленность, что предопределяет как круг мер, используемых каждой отраслью, так и известную их общность, единую отраслевую «окраску». В уголовном праве, например, они в соответствии с общим характером уголовнаправового регулирования служат в целом мерами ответственности, наказания лица за нарушение установленных данной отраслью запретов.

По указанной причине в уголовном праве принудительные меры обращены против личности правонарушителя 3. Среди них преобладают меры личного характера. В этой связи даже меры, сходные по содержанию, приобретают в разных отраслях различную направленность. Так, имущественные (конфискация, штрафы, возложение обязанности загладить причиненный вред), а уголовном праве служат средством наказания преступника и воздействия на личность правонарушителя. В трудовом праве меры материальной ответственности работников есть в первую очередь средство укрепления трудовой дисциплины. В гражданском праве меры имущественного содержания служат прежде всего защите имущественных прав потерпевшего лица.

В целом принудительные меры в гражданском праве - средство защиты субъективных гражданских прaв. И дело не только в том, что они, обладая превентивным воздействием. предупреждают гражданские правонарушения. Это характерно для принуждения в любой отрасли права. Суть в том, что своим конкретным применением принудительные меры пресекают нарушение субъективного гражданского права и обеспечивают необходимые условия для его осуществления, либо восстанавливают нарушенное право или иным способом устраняют последствия его нарушения4.

1 И. А. Г а л а г а н. Административная ответственность в СССР. Изд. Воронежского госуниверситета, 1970, стр. 65—118.

2 С. С. Алексеев. Общая теория социалистического права. Вып. 2, стр. 188.

3 М. И. Ковалев. Советское уголовное право. Курс лекций, вып. 1, Свердловск, 1971, стр. 83.

4 О понятии мер защиты см.: Ю. Г. Васин. Основы гражданского законодательства о защите субъективных гражданских прав. Проблемы применения Основ гражданского законодательства и Основ гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Саратов, 1971, стр. 32—34.

117

5. Таким образом, принуждение в гражданском праве включается в общую цепь правонаделительного регулирования, служит одной на сторон последнего и средством его обеспечения. Правонаделителыный характер принуждения в гражданском праве имеет два аспекта: первый состоит в том, что принуждение применяется в основном в качестве средств защиты субъективных прав, второй сводится к тому, что использование средств защиты зависит от воли потерпевшего лица и представляет собой установленную законом возможность этого лица, т. е. его право.

Правообеспечительная направленность принуждения в гражданском праве находит свое выражение в наличии специальных норм общей части, посвященных защите субъективных прав (ст. ст. 6, 7 Основ гражданского законодательства), в особенностях построения, видах, механизме применения средств защиты.

В качестве основных средств защиты, с которыми связано гражданскоправовое принуждение, ст. 6 Основ устанавливает: признание оспариваемого права за определенным лицом; восстановление положения, существовавшего до нарушения права (например, возврат собственнику вещи из чужого незаконного владения посредством виндикационного требования, возмещение причиненного вреда в натуре); пресечение действий, нарушающих право (например, посредством негаторнюго требования); принудительное исполнение обязанности в натуре по охраняемому правоотношению; возмещение причиненных правонарушением убытков; взыскание с правонарушителя в пользу потерпевшего установленной неустойки.

Статья 6 допускает применение и иных средств защиты, предусмотренных законом. К их числу относятся реализация мер обеспечения исполнения обязательств (залога, задатка, гарантии, поручительства), так называемые оперативные санкции во взаимоотношениях между социалистическими организациями (перевод должника на более жесткую форму расчетов, задержка груза транспортной организацией, прекращение отгрузки продукции поставщиком, оплата продукции после качественной ее приемки и т. д.). К числу средств защиты прав относятся также предусмотренные законом меры самозащиты управомоченного лица (в частности такие, как необходимая оборона, действия в состоянии крайней необходимости и др.) 1.

Перечисленные меры весьма разнообразны по их непосредственному назначению, содержанию, основаниям применения. Они включают в себя меры предупреждения правонарушения, его пересечения, обеспечения исполнения обязанностей, ликвидации последствий правонарушения, меры ответственности. Само по себе разнообразие принудительных мер, не сводящихся (как, на-

1 О мерах самозащиты см.: Ю. Г. Б а с и н, указ. соч., стр. 36—37.

пример, в уголовном праве) исключительно к мерам ответственности, является важной особенностью гражданского права. При многообразии названных мер все они, каждая по-своему, без какого-либо исключения, служат защите субъективных гражданских прав. В этом и состоит основная особенность принуждения в гражданском праве.

6. Прежде всего правозащитительная направленность принудительных мер проявляется в субъектном составе охранительного гражданского правонарушения: правом требования по применению принудительных мер обладает сам носитель защищаемого субъективного права; обязанным претерпевать применение этих мер выступает лицо, в той или иной форме нарушившее чужое субъективное право. В то же время гражданское право допускает применение принудительных мер против лиц, которые сами непосредственно чужого субъективного права не нарушали. Если применение мер принуждения к непосредственному правонарушителю с точки зрения защиты права невозможно или неэффективно, то закон предусматривает возложение этих мер на иных лиц (на родителей несовершеннолетних— ст.ст. 450, 451 ГК, на лиц, осуществляющих надзор за недееспособными,—ст.452 ГК, на поручителя неисправного должника— ст. 204 ГК, на гаранта — ст. 210 и др.).

Гражданскоправовые, как и всякие принудительные меры, направлены против правонарушителя. Однако гражданское право использует лишь то принуждение против правонарушителя, которое пригодно для защиты субъективных прав. Именно способность к защите отличает гражданскоправовые меры под углом зрения их характера и содержания. Поскольку объектом гражданскоправовой защиты фигурируют прежде всего имущественные права, постольку и защита имеет имущественный характер. Меры, направленные против личности правонарушителя, в гражданском праве не применяются вообще, ибо они непригодны для конкретной защиты права другого лица.

Даже неимущественные права защищаются в гражданском праве имущественными средствами, если нарушение неимущественного права (например, авторского) повлекло за собой неблагоприятные имущественные последствия. С другой стороны, гражданское право использует и неимущественные средства, если они способны служить защите права, например, такие, как признание авторства, восстановление чести и достоинства лица. Способностью к защите прав и определяется пригодность тех или иных принудительных мер для гражданского права.

7. Правозащитительная направленность гражданскоправового принуждения проявляет себя, далее, в значительной специфике оснований применения принудительных мер.

119

Прежде всего известное своеобразие имеется в таком условии применения принуждения к лицу, как противоправность его поведения. В разных отраслях права понимание противоправности не совпадает. Разумеется, противоправным для любой отрасли будет поведение, которое прямо противоречит норме права. В гражданском праве ввиду правонаделительности регулирования несоблюдение норм объективного права в подавляющем большинстве случаев означает нарушение чужого субъективного права. Поэтому поведение является противоправным и в этом аспекте. Но субъективное гражданское право может быть нарушено поведением, которое прямо законом не запрещено и вообще им не предусмотрено.

В уголовном праве противозаконным считается лишь поведение, которое противоречит конкретной норме объективного права, нарушает установленный ею запрет. В гражданском праве понятие противоправности значительно шире—здесь противоправно любое поведение, которым лицо нарушает чужое субъективное право, не будучи управомоченным на это законом. Противоправным считается и такое поведение, которое прямо не противоречит конкретной норме объективного права, но нарушает без достаточного законного основания чужое субъективное право.

Все субъективные права, в том числе и те, которые установлены не противоречащим закону волеизъявлением участников, защищаются гражданским правом; их нарушение также противоправно, ибо противоречит общим началам гражданскоправового регулирования.

Следовательно, если в уголовном праве противоправным считается лишь поведение, прямо запрещенное законом, то в гражданском праве противоправным является не только запрещенное, но и недозволенное законом поведение, если им нарушается чужое субъективное право 1.

Направленность принуждения на защиту субъективных гражданских прав столь велика, что в ряде случаев закон защищает субъективное право, нарушенное дозволенным, т. е. правомерным поведением. Так, ст. 360 ГК управомочивает заказчика по договору подряда на отказ от договора в одностороннем порядке, но тем не менее обязывает его возместить убытки подрядчика,

1 В. К. Р а и х е р, обращая внимание на возложение обязанности возместить причиненный вред независимо от несоответствия поведения нормам объективного права, если субъект неуправомочен на причинение вреда, приходит к выводу, что противоправность не является (в отличие от причинной связи и вины) обязательным условием гражданскопраповой ответственности (В. К. Райхер. Вопросы ответственности за причинение вреда. «Правоведение», 1971, № 5, стр. 57—58). По нашему мнению, ввиду особенностей гражданскоправового регулирования недозволенное нарушение чужого права является для данной отрасли противоправным.

120

понесенные последним вследствие расторжения договора. В таком на первый взгляд парадоксальном решении кроется двусторонняя дозволительность регулирования отношения. Поскольку в целом регулирование подрядных отношений подчинено задаче удовлетворения интересов заказчика, постольку последний наделяется правом одностороннего отказа от договора, к исполнению которого интерес потерян. Однако отказ от договора означает нарушение прав другой стороны; поэтому закон принимает меры к защите ее интересов, хотя и допускает это нарушение. Следовательно, в предусмотренных законом случаях меры защиты применяются при наличии поведения противоправного лишь с точки зрения нарушения субъективного, но не объективного права. Таким же образом решается вопрос о возмещении вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости (ст. 449 ГК). Отмеченная направленность принуждения в гражданском праве позволяет применить его в отдельных, предусмотренных законом, случаях и тогда, когда имеется «самонарушение» права. Именно таковы в целом обязательства, возникающие вследствие спасания социалистического имущества. Организация, имущество которой гражданин спасал, обязана возместить ему вред, хотя последний наступает вследствие собственных действий гражданина по спасанию имущества. В данном случае поведение этой организации, обязанной возместить вред, непротивоправно, а также не находится в причинной связи с имущественными потерями гражданина.

Гражданское право знает и другие случаи принудительного возложения средств защиты на лиц, поведение которых не имеет прямой причинной связи с нарушением субъективного права потерпевшего. Так, в соответствии со ст. 101 Воздушного кодекса СССР предприятия авиатранспорта отвечают за вред, причиненный пассажирам во время взлета, полета и посадки и тогда, когда вред является следствием воздействия на деятельность транспорта непреодолимой силы.

Однако применение принудительных мер за дозволенное законом или не имеющее прямой связи с нарушением субъективного права поведение возможно лишь в случаях, прямо предусмотренных законом. В качестве общего правила и противоправность, и причинная связь с отрицательным результатом выступают в качестве обязательных условий для применения принудительных мер. Поскольку гражданскоправовое принуждение служит защите субъективных гражданских прав, поскольку его меры применяются, как правило, при фактическом нарушении субъективного права. При этом большинство мер по своему существу могут быть применены лишь при условии, что нарушение права повлекло за собой неблагоприятные имущественные последствия для потерпевшего. К та-

121

ким мерам относятся, например, возмещение причиненнего имущественного вреда, возмещение убытков, виндикационное и негаторное требования и др. Отсутствие имущественного вреда, убытков, иных неблагоприятных последствий исключает возможность применения принудительных мер, направленных на их устранение, хотя бы само противоправное поведение и имелось.

8. Существенной особенностью обладает гражданское право и по субъективному условию применения принудительных мер. Если в уголовном праве принуждение применяется, по общему правилу (исключая принудительные меры медицинского характера), лишь к лицу, виновно нарушившему закон, то большинство принудительных мер, установленных гражданским правом, может быть применено и тогда, когда чужое субъективное право нарушено лицом в отсутствие его вины. Независимо от вины могут быть использованы такие меры, как принудительное исполнение обязанности то охраняемому правоотношению, виндикационное и негаторное требования, большинство средств обеспечения исполнения обязательств, оперативные санкции и даже в ряде случаев возмещение причиненного имущественного вреда (ст 454 ГК РСФСР). Применение принуждения в отсутствие вины диктуется необходимостью защиты субъективного права, ибо его носитель в одинаковой степени нуждается в защите как при виновном, так и при невиновном нарушении права. Напротив, поскольку в уголовном праве принудителыные меры направлены на наказание лица, нарушившего уголовно-правовой запрет, применение принуждения за невиновное поведение было бы бессмысленным и даже вредным.

Особенности принуждения в каждой из отраслей права являются многоаспектными, но они между собой неразрывно связаны. Ввиду правонаделительности гражданскоправового регулирования принуждение имеет здесь ослабленный характер. Однако по этой же причине, т. е. ввиду необходимости защиты нарушенных субъективных прав, гражданское право допускает применение принуждения и тогда, когда другие отрасли его не допускают (при невиновном и даже при правомерном поведении). Таким образом, с точки зрения субъектного состава охранительных правоотношений и оснований их возникновения гражданское право открывает более широкие возможности для применения принуждения, чем другие отрасли права.

9. Построение принудительных мер отражает и другие черты: юридическое равенство субъектов, правовую диспозитивность и инициативу сторон.

Правовая диспозитивность в плане принуждения находит свое выражение в предоставлении субъектам известной свободы усмотрения как по установлению соответствующих мер для конкретного правоотношения, так и по их использованию.

122

Усмотрение по установлению прежде всего касается тех мер, которые применяются лишь постольку, поскольку они прямо установлены для данного правоотношения (способы обеспечения исполнения обязательств, оперативные санкции и др.). При этом известная свобода усмотрения принадлежит сторонам и тогда, когда названные меры в целом установлены в нормативном порядке. Так, Положениями о поставках продукции и товаров установлена целая система неустоек за различные правонарушения. Тем не менее многие установленные меры (например, неустойка за просрочку в поставке) могут применяться лишь при наличии договорных отношений. Стороны могут сами устанавливать неустойку за те правонарушения, на случай которых она не предусмотрена Положениями, вправе определять размер неустойки, если он не установлен в нормативном порядке, могут повышать соглашением размер неустойки, определенной законом, и т. д. Что касается мер, которые установлены законом в качестве общего правила для всех правоотношений определенного типа (например, возмещение убытков —ст. 219 ГК), то по усмотрению сторон их применение может быть ограничено или исключено полностью для данного правоотношения, если законом такое ограничение не запрещено прямо (ст. 220 ГК).

Соглашения субъектов гражданских правоотношений могут касаться не только отдельных мер (ст.ст. 187, 209, 220 ГК), их соотношения (ст. 189 ГК), но также оснований их применения, в том числе вины (ст. 222 ГК). Следует заменить, что такое явление свойственно лишь гражданскоправовой ответственности.

С точки зрения применения принудительных мер диспозитивность субъектов гражданского права состоит в том, что оно происходит в целом по усмотрению потерпевшего от правонарушения лица; нормы часто наделяют субъекта свободой избрания одной из нескольких возможных мер принуждения (например, ст.ст. 181, 364 ГК РСФСР).С этим связан исковой порядок применения мер принуждения в гражданском праве, в котором находит свое выражение наделение субъектов правовой инициативой. В большинстве случаев меры применяются лишь постольку, поскольку потерпевшая сторона заявила свои притязания на их применение либо непосредственно правонарушителю в форме претензии, либо, когда требуется само принуждение, в суд, арбитраж и другие правоприменительные органы в форме искового заявления.

10. Важной особенностью принудительных мер в гражданском праве является их построение на началах юридического равенства, которое выражается прежде всего во взаимности и однотипности мер для сторон гражданских правоотношений. Меры защиты одинаково доступны для любого из участников правоот-

123

ношении, права которого нарушены. С другой стороны, меры принуждения могут быть обращены против любого субъекта гражданскоправовых связей, допустившего правонарушение. При этом по своему содержанию, тяжести, основаниям, порядку применения принудительные меры в принципе одинаковы для участников правоотношений.

Далее, юридическое равенство проявляет себя в том, что охранительное правоотношение между правонарушителем и потерпевшим не является властеотношением, не меняет общего характера взаимоотношений субъектов гражданского права. Ни один из участников не обладает возможностью одностороннего, властного установления или принудительного возложения мер на другую сторону, что имеет место в иных отраслях (например, административной, трудовом праве). Меры гражданскоправового принуждения устанавливаются либо законом, либо соглашением. Потерпевшая сторона обладает лишь возможностью известного выбора между установленными мерами (например, при альтернативной неустойке). Принуждение, обеспечивающее реализацию мер, исходит от специальных правоприменительных органов, не являющихся участниками гражданских правовых связей, и осуществляется в рамках процессуальных, носящих властный характер отношений. Сам потерпевший на применение принуждения неуправомочен и может лишь либо требовать от правонарушителя добровольного принятия на себя соответствующих мер, либо их принудительного применения властью соответствующего органа. Потерпевшему доступны однако меры самозащиты, выражающиеся в некоторых его собственных односторонних действиях (таких как необходимая оборона, прекращение отгрузки продукции, невозвращение задатка и т. д.) в случаях, установленных законом или соглашением сторон.

Отступления от начал юридического равенства субъектов гражданского права в построении принудительных мер недопустимы, ибо они отрицательно сказываются на самих охраняемых отношениях, интересах граждан, социалистических организаций, общества. В отдельных случаях действующее законодательство обеспечивает недостаточную защиту прав одной из сторон в некоторых видах гражданских правоотношений. Эти явления тем более не соответствуют общему характеру гражданскоправового регулирования, что они касаются защиты прав стороны, на удовлетворение потребностей которой в первую очередь направлена опосредуемая регулятивным правоотношением деятельность. Обращает на себя внимание, например, недостаточная защищенность гражданскоправовыми средствами прав социалистических организаций как клиентов железнодорожного транспорта, граждан как заказчиков по некоторым договорам подрядов в сфере их бытового обслуживания и т. д., которая становится для пот-

124

ребителей особенно ощутимой в условиях дефицитности отдельных видов услуг или товаров.

11. Принудительное применение средств защиты гражданских прав происходит в особой форме, определяемой нормами гражданского процессуального права. Особенности гражданско-правового принуждения находят свое воплощение в процессуальных формах его применения. Последние по своей направленности и построению обеспечивают быструю и эффективную защиту нарушенных гражданских прав. Эти формы сочетают в себе, с одной стороны, начала властной деятельности компетентных органов, обеспечивающих необходимое для защиты гражданских прав принуждение, а с другой—начала диспозитивности, инициативы, юридического равенства субъектов охраняемого гражданского правоотношения, выступающих в качестве участников процессуальных отношений.

12. Среди средств защиты гражданских прав особое место занимают меры ответственности. Гражданскоправовая ответственность есть обеспеченное государственным принуждением или его возможностью возложение имущественных лишений на лицо, допустившее правонарушение 1.

Как и все средства защиты, меры ответственности обеспечивают прежде всего предупреждение гражданских правонарушений. Однако иные средства в случае правонарушения целиком направлены на защиту интересов потерпевшего лица и являются поэтому мерами защиты гражданских прав. Меры же ответственности обращены против правонарушителя, обеспечивают возложение на него дополнительных тягот и поэтому характеризуются двумя отличительными особенностями: 1) не только связаны с принуждением, но по содержанию всегда представляют собой в гражданском праве либо некомпенсируемое лишение лица субъективного права, либо возложение на него без встречного эквивалента новой или дополнительной обязанности; 2) устанавливаются за осуждаемое обществом поведение, упречное с точки зрения субъективного отношения к нему самого правонарушителя2.

Меры защиты отличаются от мер ответственности тем, что не обладают, по крайней мере, одним из признаков ответственности. Либо они по содержанию не представляют собой возложение на

1 О понятии правовой ответственности см.: С. С. Алексеев. Общая теория социалистического права. Вып. 2, Свердловск, 1964, стр. 182 и сл.; О. С. Иоффе, М. Д. Шaргородский. Вопросы теории права. Госюриз-дат, 1961, стр. 318; В. И. Кофман. Причинная связь как основание ответственности по советскому гражданскому праву. Автореферат кандидатской диссертации. М., 1961, стр. 7; Н. С. Малеин. Понятие и основание имущественной ответственности. «Советское государство и право», 1970, № 12, стр. 36—39.

2 О. С. Иоффе. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л., 1955, стр. 14.

125

правонарушителя дополнительных тягот (например, сводятся «принудительному исполнению обязанности по охраняемому правоотношению), либо их возложение производится независимо от вины лица, нарушившего чужое субъективное право.

13. В отличие от других отраслевых видов гражданскоправовая ответственность служит одновременно средством защиты нарушенных субъективных гражданских прав. Это явление, несомненно, связано с правонаделительным характером гражданскоправового регулирования. Поскольку правонарушение в гражданском праве в большинстве случаев представляет собой также нарушение и субъективного права, постольку возникает необходимость совмещения ответственности правонарушителя с защитой нарушенного права. Возможность же использования гражданскоправовой ответственности для защиты права определяется двумя ее специфическими чертами. Первая из них состоит в том, что гражданскоправовая ответственность—всегда ответственность имущественная. Она по своему содержанию выражается либо в возложении имущественных обязанностей по возмещению имущественного вреда (ст.ст. 444, 457 ГК), возмещению убытков (ст. 219 ГК), по выплате неустойки (ст. 187 ГК), суммы задатка (ст. 209 ГК) и т. п., либо в лишении имущественного права, например, права наследования (ст. 531 ГК), права собственности на имущество (ст.ст. 49, 50, 109, 111, 141 ГК).

Вторая черта гражданскоправовой ответственности состоит в том, что, по общему правилу, она строится как ответственность перед потерпевшим. Имущественные блага и денежные средства, которых лишается привлеченный к ответственности правонарушитель, переходят к потерпевшему субъекту, а не к государству, как это происходит на основе норм административного, финансового, уголовного, процессуального права. Восстановление имущественного положения потерпевшей стороны имеет место и в других отраслях права, таких как трудовое, колхозное. Вместе с тем в названных отраслях в отличие от гражданского права имеется также и личная ответственность, которая восстановительной, компенсационной функции не выполняет.

Восстановительный, компенсационный характер гражданско-правовой ответственности определяет виды ее мер.

14. Основные меры гражданскоправовой ответственности— возмещение убытков или причиненного имущественного вреда, выплата неустойки, потеря суммы задатка. Возмещение убытков или причиненного имущественного вреда наиболее определенно выражает компенсационное назначение гражданскоправовой ответственности, поскольку они применяются лишь при условии умаления имущественных прав потерпевшего. Размер ответст-

126

венности, ее тяжесть определяются степенью умаления имущественных прав потерпевшего. При этом в качестве общего принципа закреплено правило о возмещении причиненных убытков или имущественного вреда в полном объеме (ст.ст. 219, 457 ГК).

Действующее законодательство допускает многочисленные отступления от названного принципа, что дает даже основания для выводов о том, что фактически общим правилом служит скорее ограниченное, а не полное возмещение причиненных убытков 1. Учитывая необходимость последовательной защиты гражданских прав и ту компенсационную роль, которую выполняет возмещение убытков, следует признать, что ограничение полного возмещения убытков, причиненных виновным поведением, должно быть продиктовано достаточно вескими экономическими аргументами и допускаться в порядке исключения. В противном случае интересы управомоченного лица будут защищены недостаточно.

Весьма распространенной мерой ответственности, особенно в отношениях между социалистическими организациями, служит выплата неустойки.

В отличие от возмещения убытков взыскание неустойки может производиться при наличии самого факта правонарушения независимо от того, понесла потерпевшая сторона имущественные потери или нет. В связи с этим в литературе подчеркивается штрафной характер выплаты неустойки 2. Представляется, что недооценивать компенсационную роль неустойки было бы неправильно; слишком прямолинейным было бы и утверждение, что она имеет чисто компенсационное назначение.

Гражданскоправовая ответственность остается таковой независимо от ее конкретной формы. Любая мера имущественной ответственности, в том числе и возмещение убытков, оборачивается для неисправной стороны определенной тяготой, лишением и носит для него штрафной характер. Именно это обстоятельство превращает и возмещение убытков, и выплату неустойки в действенное средство предотвращения правонарушений, придает им превентивное значение. Штрафной характер неустойки, однако, усилен тем, что она взыскивается независимо от наличия убытков у потерпевшего и в ряде случаев сверх убытков (когда законом или договором установлена штрафная неустойка — ст. 189 ГК).

Компенсационная роль неустойки состоит в следующем:

1) Неустойка, как и сумма убытков, взыскивается в пользу потерпевшего от правонарушения лица, исключая особые случаи.

2) По общему правилу взыскание неустойки увязано с возмеще-

' Н. С. Малеин, указ. соч., стр. 41—42.

2 В. К. Р а и х е р. Правовые вопросы договорной дисциплины в СССР. М„ 1958, стр. 174—185.

127

нием убытков. Если они имеются, взыскиваемая неустойка (за исключением штрафной) является средством их возмещения, ибо потерпевший не может требовать возмещения убытков независимо от полученной неустойки. 3). Анализ современного законодательства показывает, что ответственность в форме выплаты неустойки устанавливается обычно за наиболее распространенные правонарушения, (причиняющие социалистическим организациям наиболее ощутимые имущественные потери. При этом в одних случаях выплата неустойки связана не с самим фактом правонарушения, а с неустранением его, вследствие чего контрагенту может быть причинен значительный ущерб. Так, проектные и конструкторские организации выплачивают неустойку не за сам факт дефектов в проектной или технической документации, а за их неустранение в установленный срок1. В других случаях размер неустойки зависит от длительности правонарушения и от степени его влияния на хозяйственную деятельность контрагентов. В частности, размер неустойки за просрочку поставок продукции и товаров значительно повышается, если просрочка является длительной и способна поэтому серьезно повлиять на хозяйственную деятельность контрагента2.

15. Поскольку меры гражданскоправовой ответственности служат средствами защиты гражданских прав, постольку им присущи все основные черты, характеризующие построение средств защиты в гражданском праве. Гражданскоправовая ответственность строится на началах юридического равенства субъектов гражданского права, правовой диспозитивности и инициативы. Участники гражданскоправовых связей несут друг перед другом взаимную и в принципе равную ответственность. Они обладают известной свободой в установлении и использовании мер ответственности. Приведение последней в действие происходит в исковом порядке, т. е. но инициативе потерпевшей от правонарушения стороны.

Вместе с тем меры ответственности по их назначению не могут быть сведены лишь к средствам защиты гражданских прав. В сравнении с мерами защиты в них значительно усилен штрафной элемент. Представляя собой возлагаемые на правонарушителя тяготы как санкции за допущенное правонарушение, меры ответственности выполняют репрессивную роль. Меры защиты специально служат охране субъективных прав от нарушений либо восстановлению нарушенных прав.

Именно в этой, основной для них роли они имеют и предупредительное назначение. Напротив, меры ответственности выполняют превентивную роль, выступая прежде всего в качестве средства наказания лица за допущенное правонарушение. Вос-

1 СП СССР 1967 г. № 26, ст. 186. 2 СП СССР 1969 г. № 11, ст. 64.

становительная, компенсационная функция гражданокоправовой ответственности служит хотя и важной, но не самостоятельной, а связанной с другой, репрессивной функцией гражданскоправовой ответственности. Названное обстоятельство выделяет гражданокоправовую ответственность среди других средств защиты, определяет дифференциацию ее мер и особенности условий их применения.

Наряду с мерами ответственности, которые всегда выполняют восстановительную, компенсационную функцию и немыслимы без нее (возмещение вреда или причиненных убытков), имеются меры ответственности, которые применяются хотя и при условии нарушения субъективного права (выплата неустойки, утрата задатка), но независимо от того, повлекло ли правонарушение за собой неблагоприятные для потерпевшего имущественные последствия. В отсутствие таковых названные меры ответственности компенсационной функции не выполняют.

Гражданское право знает также меры ответственности, применение которых не связано с нарушением конкретного субъективного права. В подобного рода случаях ответственность применяется за правонарушения, которые представляют собой злоупотребление принадлежащим лицу правом или такое его осуществление, которое сопряжено с причинением вреда общественным, государственным интересам. В этих случаях нет конкретного потерпевшего лица (гражданина, организации), поэтому правонарушитель отвечает непосредственно перед государством (ст.ст. 49, 50, 109, 111, 141 ГК, п. 85 Положения о поставках продукции и др.).

Названными мерами ответственности гражданское право обеспечивает предупреждение наиболее опасных гражданских правонарушений. Центр тяжести в этих мерах перенесен на их репрессивное, а тем самым и предупредительное назначение. Такие меры, а следовательно, и гражданскоправовая ответственность в целом выходят за пределы средств защиты субъективных прав.

16. Если всем мерам ответственности присущ штрафной характер, а некоторые из них имеют лишь репрессивно-предупредительное назначение и средством защиты конкретных субъективный прав вообще не служат, то они должны отличаться и действительно отличаются от мер защиты по основаниям их применения. Последние могут применяться в целях защиты нарушенного субъективного права и тогда, когда отсутствует один из объективных или субъективных элементов правонарушения: противоправность поведения, причинная связь его с возникшими неблагоприятными для потерпевшего последствиями, вина лица, за счет которого производится защита субъективного права. В соответствии с прямым указанием закона защита права (напри-

129

мер, возмещение имущественного вреда, понесенного гражданином при спасании социалистической собственности может происходить в отсутствие всех названных элементов правонарушения. Ответственность же в гражданском праве обладает всеми чертами правовой ответственности, иначе она не была бы таковой. Поэтому меры гражданскоправовой ответственности подлежат применению лишь тогда, когда для этого имеется законное основание в виде правонарушения в единстве всех его объективных и субъективных элементов. Для того чтобы гражданскоправовая ответственность наступала, поведение субъекта должно иметь противоправный характер, быть причинно связанным с отрицательными для потерпевшего последствиями (если применение меры ответственности поставлено в зависимость от их наличия), а лицо, привлекаемое к ответственности, должно быть способным нести ответственность и быть виновным в противоправном поведении.

В целом в литературе признается, что гражданскоправовая ответственность наступает при наличии правонарушения в полном его составе. Вместе с тем существует мнение, в соответствии с которым гражданское право в отличие от других отраслей допускает в порядке отступления от общего правила ответственность в отсутствие отдельных элементов правонарушения. Чаще всего такое отступление от общих начал юридической ответственности усматривается в возможности ее применения за невиновное поведение. Так, И. С. Самощенко и М. X. Фарукшин пишут: «Фактическим основанием юридической ответственности в советском обществе является в принципе совершение правонарушения; в некоторых случаях таким основанием может служить объективно противоправное деяние»1. Прежде всего вторая часть приведенного утверждения отрицает первую, ибо ответственность не может строиться на двух противоположных взаимоисключающих началах. Далее, поскольку гражданское право допускает применение принуждения в отсутствие также и других элементов правонарушения, постольку более последовательным было бы признание того, что гражданскоправовая ответственность в случаях, предусмотренных законом, возможна не только без вины, но и без любого из элементов правонарушения 2 и даже всех их, взятых вместе. Очевидно, что при такой интерпретации ответственность теряет всякую определенность и не может быть отличена от других правовых категорий. Невозможно определить, где ответственность начинается и где она кончается. И, наконец, такая позиция, очевидно, не учитывает наличия в гражданском праве многочисленных мер защиты гражданских прав, которые в силу внешнего сходства с некоторыми мерами ответственности вообще отождествляются с последней.

В гражданском законодательстве нашло свое закрепление то правило, что ответственность наступает при наличии правонарушения со всеми его элементами, в частности вины правонарушителя (cт.ст. 221, 444 ГК) Вместе с тем не без влияния приведенных теоретических воззрений в новом законодательстве

1 И. С. Самощенко, М. X. Фарукшин. Ответственность по советскому законодательству. «Юридическая литература», 1971, стр. 73.

2 Именно такую позицию занимает Г. К. Матвеев (Г. К. Матвеев. Основания гражданскоправовой ответственности. «Юридическая литература», 1970, стр. 3—8).

130

предусматривается возможность установления ответственности и без вины (ст. 221 ГК). Многие ученые полагают, что ответственность без вины установлена, например, ст. 454 ГК для владельца источника повышенной опасности.

Однако в теории гражданского права все больше пробивает, себе дорогу взгляд, в соответствии с которым «ответственность» без вины, в том числе за вред, причиненный источником повышенной опасности, вовсе не есть ответственность, а представляет собой меру защиты нарушаемого невиновным действием субъективного права 1. Представляется, что это положение является правильным.

Действительно, смысл ответственности состоит в возложении на правонарушителя определенных тягот или лишений за то, что он сознательно или в силу недостаточно предусмотрительного поведения нарушает установленный правопорядок. Но зачем обществу возлагать ответственность на лицо, которое допустило правонарушение при таких обстоятельствах, что упрека, осуждения не заслуживает. Ответственность невиновного способна причинить обществу скорее вред, чем пользу. И если гражданское право возлагает, например, на владельца источника повышенной опасности обязанность возместить потерпевшему причиненный вред, хотя бы причинитель и не был виновен, то, очевидно, это происходит не с целью наказания невиновного, а для защиты прав потерпевшего лица.

Ответственность в принципе возможна за сам факт правонарушения независимо от того, наступили ли в конкретном случае отрицательные последствия правонарушения. Между тем «ответственность» без вины, которую устанавливает гражданское право, во всех без исключения случаях наступает лишь там, где имеется реально причиненный вред. Важно заметить и то, что если в других случаях гражданское право предусматривает ответственность не только в виде возмещения убытков, вреда, но и в форме мер, которые непосредственно не связаны с причиненными убытками, то «ответственность» без вины установлена лишь в форме возмещения причиненного вреда; фактов применения, например, выплаты неустойки за невиновное поведение наша правовая действительность не знает. Изложенное позволяет утверждать, что во всех случаях «ответственности» без вины мы имеем дело с мерами защиты гражданских прав, которые ответственностью не являются.

Трактовка мер защиты в качестве ответственности без вины объясняется тем обстоятельством, что отдельные меры ответст-

1 См., например: О. А. Красавчиков. Социалистическая законность, гражданскоправовые санкции и ответственность. «Юридические гарантии применения советских правовых норм и укрепление социалистической законности». Тезисы, третья секция, Киев, 1971, стр. 36.

131

венности и меры защиты совпадают то своему содержанию. С одной стороны, некоторые (но далеко не все) меры защиты представляют собой (возложение на правонарушителя новых или дополнительных обязанностей (возместить вред, убытки), ас другой — ввиду выполнения ответственностью компенсационной функции ей наряду с другими известны и такие меры, как возмещение причиненного вреда, убытков. Таким образом, имеется частичное совладение мер защиты и мер ответственности по их содержанию. Однако этот факт не должен служить причиной отождествления тех и других. Напротив, он обязывает науку искать отличия этих мер. Нельзя, например, отождествлять ответственность в виде возмещения убытков, причиненных противоправным, виновным неисполнением обязанностей по договору, с предусмотренной ст. 360 ГК обязанностью возместить убытки подрядчика, причиненные дозволенным, а потому и невиновным поведением заказчика. Если все меры ответственности (а не только те, которые не имеют компенсационного характера и являются чисто штрафными) применяются лишь при наличии вины правонарушителя, то, наоборот, все меры защиты (в том числе совпадающие по своему содержанию с мерами ответственности) применяются независимо от вины. Меры защиты и меры ответственности имеют различные общественные предпосылки и в разных исторических условиях подвержены различной судьбе. В принципе возможно освобождение невиновных причинителей вреда от обязанности по его возмещению вообще или с заменой обязанности возмещением имущественных потерь потерпевших посредством системы социального страхования, как это и произошло с возмещением вреда, наступающего вследствие заболевания пневмокониозом1. Однако подобное решение по возмещению вреда, причиненного виновными действиями, принципиально неправильно и невозможно, ибо общество не должно отвечать за виновные правонарушения, допускаемые его членами.

17. Изложенное не означает, что гражданскоправовая ответственность по субъективному основанию не имеет особенностей. Особенности, диктуемые компенсационным характером ответственности, сводятся к следующему.

1) В гражданском праве допускается ответственность не только за свою, но и за чужую вину. Возможность возложения исполнения обязанности на другое лицо, в частности в силу структуры договорных связей, при одновременной необходимости обеспечения защиты субъективных прав объясняет использование такого специфического приема, как возложение на субъекта ответственности за чужую вину (ст. 223 ГК). В литературе справедливо отмечалось, что установление такой ответственности не означает отступления от начал вины, поскольку лицо, привлеченное

1 «Ведомости Верховного Совета СССР» 1959 г. № 26, ст. 146.

к ответственности за чужие виновные действия, имеет, по общему правилу, возможность возместить выплаченные им суммы за счет виновного лица. Этот прием обеспечивает наиболее последовательное осуществление принципа ответственности за вину.

2) В отличие от ответственности в других отраслях права. например, уголовном, где ее тяжесть зависит от формы вины (умысла, неосторожности), размер гражданскоправовой ответственности с формой вины не связан вследствие того, что он находится в прямой зависимости от другого фактора — степени нарушения субъективного права, от тех имущественных последствий, которые вызывает правонарушение.

3) В гражданском праве учитывается встречная вина потерпевшего. В отличие от других отраслей гражданское право связывает с виной потерпевшего либо полное освобождение правонарушителя от ответственности, либо снижение ее размера (ст. 224 ГК). Именно таким образом решаются вопросы ответственности при причинении внедоговорного имущественного вреда (ст.ст. 458,454 ГК). По этому же пути идет арбитражная практика, которая либо освобождает от ответственности сторону, не выполнившую обязанности по договору, либо снижает размер ответственности, если установлено, что в неисполнении виновна также и другая сторона или только она. Точно так же органы арбитража усматривают основание для освобождения неисправной стороны от уплаты убытков или снижения их суммы в факте непринятия потерпевшей стороной возможных мер для снижения суммы убытков или полного их предотвращения.

4) По соображениям защиты интересов потерпевшего лица гражданское право в отличие, в частности, от уголовного устанавливает презумпцию вины правонарушителя (ст.ст. 222, 444 ГК), который освобождается от ответственности перед потерпевшим лишь в том случае, если докажет свою невиновность.

18. Особенность гражданскоправовой ответственности обнаруживается и в аспекте субъектов. Если другие отрасли, например, уголовное право безусловно освобождает от ответственности невменяемое лицо, то освобождение от ответственности недееспособных лиц в гражданском отраве не является столь категоричным. Необходимость защиты прав потерпевшего лица диктует возложение мер ответственности на дееспособное лицо, обязанное по закону осуществлять надзор за поведением недееспособного или неполностью дееспособного субъекта. Поскольку в качестве средств защиты используются в данном случае меры ответственности, постольку возложение их на дееспособных лиц зависит от виновности или невиновности последних в непредот-нращении правонарушения (ст.ст. 451, 452 ГК).

Потребностью защиты субъективных прав продиктовано также установление гражданскоправовой ответственности социа-

133

диетических организаций за вред, причиненный действиями ее работников другим лицам (ст.ст. 445, 446, 447, 454 ГК).

При этом виновные действия работников рассматриваются как виновные действия самой организации с предоставлением последней права в случае возмещения вреда потерпевшему предъявить регрессное требование к непосредственному причинителю вреда (ст. 456 ГК). Подобное решение вопроса невозможно в уголовном праве, так как оно, не выполняя восстановительной функции, всегда обеспечивает личную ответственность виновного лица.

19. Принуждение в гражданском траве в сравнении с иными отраслями имеет особенность еще в одном важном аспекте. Оно находится в таком соотношении с другими средствами правового воздействия, которое определяет вспомогательную роль принуждения в предупреждении гражданских правонарушений. Уголовное право обеспечивает вытеснение антиобщественного поведения именно принудительным путем. Принуждение в гражданском праве охраняет субъективные права не только путем их прямой защиты, восстановления в случаях их нарушения, но и путем предупреждения правонарушения, т. е. обеспечения исполнения корреспондирующих правам обязанностей. Гражданское право располагает другим, более действенным, нежели принуждение, юридическим средством обеспечения исполнения обязанностей. Поскольку гражданскоправовое регулирование имеет правонаделительный характер и правонаделение является в относительных правоотношениях, как травило, двусторонним, постольку главным стимулом к исполнению гражданских обязанностей служит не принуждение, а стремление субъекта к реализации приобретенного в правоотношении субъективного права. Если субъект выступает в правоотношении одновременно в качестве носителя эквивалентных права и обязанности, а реализация права зависит от исполнения им обязанности, то, очевидно, что встречное право другой стороны наиболее надежно гарантируется заинтересованностью первой стороны в осуществлении принадлежащего ей права. Механизм гражданскоправового воздействия на отношения характеризуется прямым использованием имущественных интересов субъектов правоотношений, системы стимулирования надлежащего поведения. Юридическим средством стимулирования и становится наделение лица субъективным правом, эквивалентным принимаемой обязанности. Трудно рассчитывать на надлежащее, инициативное исполнение гражданскоправовых обязанностей, если их носители не заинтересованы в реализации принадлежащих им прав, т. е. если исполнение обязанности представляется субъекту невыгодным. Самая отработанная система стимулирования второго порядка—принуждения—те способна обеспечить такое пове-

134

дение обязанного субъекта, которое наиболее соответствовало бы интересам управомоченного лица.

Разумеется, оптимальная организация имущественных отношений, при которой признаваемые обществом экономические интересы находили бы наиболее полное удовлетворение, зависит прежде всего от существующих экономических условий. Уровень и качество удовлетворения потребностей в имущественных благах и услугах зависят, в частности, от соотношения спроса и предложения на соответствующие блага 1. Однако при существующих условиях само по себе оптимальное соотношение прав и обязанностей участников гражданских правоотношений, порядок их исполнения—важный фактор надлежащего построения отношений, ибо управление социально-экономическими системами происходит в правовой форме. Даже в благоприятных экономических условиях неэквивалентность прав и обязанностей способна причинить вред отношениям и охраняемым интересам. Напротив, сбалансированное их построение является главным юридическим средством предупреждения гражданских правонарушений. Вопрос экономически обоснованного соотношения прав и обязанностей субъектов гражданских правоотношений—ключевой для надлежащего пополнения обязанностей и реализации прав. Принуждение должно в этом аспекте выполнять вспомогательную роль и применяться лишь постольку, поскольку не «сработало» главное средство обеспечения субъективных гражданских прав. Нельзя поэтому при широкой распространенности определенных гражданских правонарушений видеть средство их устранения лишь в усилении гражданскоправовой ответственности. Следует выявить экономические причины, а также изучить соотношение прав и обязанностей сторон и установленный порядок их исполнения. Так, причина весьма распространенного нарушения сроков выполнения заказов по договорам бытового подряда состоит не только в отсутствии санкций за подобные нарушения по многим видам договоров, но также в превышении спроса над предложением и таком построении исполнения прав и обязанностей, при котором подрядчик, получив причитающиеся ему за работу суммы уже в момент заключения договора, теряет интерес к своевременному выполнению заказа. Если названная экономическая причина не может быть устранена немедленно (для этого требуются время и средства), то приведенные юридические причины могут быть легко устранены путем изменения нормативных актов.

20. Усиление использования правонаделення как средства стимулирования к надлежащему дополнению обязанностей по

1 О роли соотношения спроса и предложения в механизме обратной связи как факторах, существенно влияющих на удовлетворение потребностей, см.: В. Трапезников. Человек в системе управления. «Наука и жизнь», 1972, № 2, стр. 8—9.

135

передаче продукции и товаров, оказанию услуг происходит в процессе совершенствования планирования и экономического стимулирования народного хозяйства. Переход от административных методов управления народным хозяйством к экономическим означает отказ от такого способа управления, при котором возложение на хозяйствующие звенья соответствующих обязанностей не сопровождалось достаточным использованием средств экономического стимулирования их исполнения. Экономические методы означают установление прямой связи между получением имущественных благ и качеством исполнения обязанностей 'перед контрагентами и обществом на основе использования хозрасчетных, товарно-денежных категорий.

Создание системы экономического поощрения закономерно требует развития правонаделительного регулирования, ибо позитивное стимулирование, если оно носит характер системы, с точки зрения правовой неминуемо представляет собой наделение субъективным правом, которое может быть реализовано при условии исполнения лицом его обязанности. Переход от хозрасчета формального, чисто учетного к хозрасчету действительному, имеющему стимулирующее назначение, с юридических позиций означает развитие субъективных прав хозрасчетных звеньев. Это развитие выражается не только в том, что расширяются правомочия предприятий и объединений по оперативному управлению государственным имуществом, их возможности по самостоятельному участию в имущественном обороте, но, главное, в рассматриваемом аспекте возрастает «весомость» субъективных прав предприятий по конкретным правоотношениям, их реализация ощутимо сказывается на экономическом положении предприятия, на оценке его деятельности и материальном поощрении работников.

Государство широко использует планирование как средство централизованного управления развитием экономики. Но оно дополняет централизованное возложение обязанностей механизмом стимулирования их выполнения1.

В частности, планирование деятельности предприятия включает в себя показатели по повышению технического уровня, качества выпускаемой продукции. Однако практика хозяйственной деятельности показывает, что если инициатива предприятий стимулируется недостаточно и расходы по повышению качества продукции не приносят должного экономического эффекта для предприятия, а иногда оборачиваются убытками, ухудшением экономических показателей, от которых зависят оценка деятельности и формирование поощрительных фондов предприятия, то

' См. подробно: М. Г. М а с е в и ч, Б. В. П о к р о в с к и и, М. К. С у-лейменов. Правовые вопросы материального стимулирования предприятий. Алма-Ата, 1972.

316

быстрого повышения качества продукции, ее обновления не происходит. Именно поэтому планирование в области осуществления технического прогресса и повышения качества выпускаемой продукции в настоящее время обеспечивается созданием системы экономического поощрения 1. В эту систему входит, в частности, механизм цен, зависящих от качества продукции и ее технического уровня. Снижение цен на устаревшую продукцию и установление повышенных цен на продукцию с высокими технико-экономическими показателями означает установление такого соотношения прав и обязанностей поставщика, которое имеет экономически обоснованный характер и способствует наилучшему выполнению поставщиком своих обязанностей 2.

Стимулирование исполнения обязанностей посредством экономического поощрения, принимающего форму субъективных гражданских прав, означает интенсивное развитие гражданско-правового регулирования отношений в народном хозяйстве, что позволяет во все большей степени использовать само правонаделительное регулирование в качестве наиболее надежного средства обеспечения исполнения обязанностей предприятий по хозяйственным обязательствам.

Тем не менее многочисленные правонарушения в области хозяйственных связей, особенно такие как несвоевременная поставка продукции и недопоставка ее, поставка некачественной или некомплектной (продукции, несвоевременная сдача объектов капитального строительства и некачественное строительство одной из своих причин имеют недостаточное стимулирующее воздействие субъективных гражданских прав на всестороннее совершенствование хозяйственной деятельности предприятий, свидетельствуют о том, что далеко не все возможности в этом аспекте использованы. Наблюдаются факты разрыва субъективных прав и обязанностей предприятий по их хозяйственным связям. В одних случаях разрыв состоит в том, что субъект имеет возможность реализовать принадлежащее ему право независимо от объема принимаемых обязанностей или независимо от их исполнения. Оптовые базы, например, получают одинаковый размер скидок с цен как в том случае, когда они оказывают предприятиям розничной торговли минимальные услуги по поставкам товаров, так и в том, когда эти услуги, а следовательно, и расходы (например, по транспортировке товаров) возрастают. Строительные предприятия, получившие от своих заказчиков основную часть причитающихся им за строительство сумм, включая стоимость строительных материалов, теряют интерес к завершению строительства, поскольку остается выполнить наиболее трудоем-

' СП СССР 1964 г. № 15, ст. 105; СП СССР 1965 г. № 19—20, ст. 153; СП СССР И966 г. № 13, ст. .123; СП СССР 1971 г. № 13, ст. 91.

2 М. Г. Масевич, Б. В. Покровский, М. К. Сулейменов, указ. соч., стр. 137--139, 194—202.

137

кие, с расходованием сравнительно небольшого количества материалов, отделочные работы, приносящие относительно невысокую оплату. Это приводит к нарушению сроков строительства и к распылению материалов и средств по большому числу объектов: строительные организации стремятся начать новое, более выгодное на первом его этапе строительство. Подобные явления были бы исключены, если бы право на получение основной суммы вознаграждения зависело от выполнения основной обязанности по сдаче заказчику строительного объекта 1.

В других случаях разрыв прав и обязанностей выражается в том, что реализация права не представляет интереса для предприятия, поскольку оно неэквивалентно обязанности. Здесь исполнение обязанности оборачивается для предприятия имущественными потерями, становится невыгодным. Стимулирующее значение субъективного права сводится к нулю или опускается еще ниже, поскольку реализация права оказывается убыточной. Это происходит, например, в тех случаях, когда затраты предприятия по разработке и внедрению новой продукции, имеющей более высокие технико-экономические характеристики, не возмещаются оплатой, которую они получают от своих контрагентов.

Разновидностью рассматриваемого варианта разрыва прав и обязанностей предприятия служат факты, когда имеется существенное различие в субъективных правах, приобретаемых предприятием в разных правоотношениях, например, по поставкам различных видов продукции. При таком положении дел наблюдаются попытки предприятия увеличить производство продукции, более выгодной для него, хотя и менее дефицитной, и уменьшить производство или вовсе избавиться от продукции экономически невыгодной для предприятия, хотя, возможно, более нужной потребителям и обществу.

Весьма распространенным является такой вариант, при котором право не стимулирует к исполнению обязанности вследствие того, что при существующей системе оценки деятельности предприятия и материального поощрения работников реализация права не имеет существенного значения ни для первого, ни для второго. Оценка итогов хозяйственной деятельности и формирование фондов материального поощрения производится подчас по показателям, которые не стимулируют исполнение обязательств наиболее экономичным и рациональным образом. Так, использование большего количества или более дорогих материалов без существенного улучшения качества продукции объективно вредно. Однако, если в оценке итогов деятельности пред-

1 Переход к такому порядку исполнения обязанностей и осуществления прав предусмотрен постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 28 мая 1969 г. (СП СССР'1969 г. № 15, ст. 82).

138

приятия и в формирований поощрительных фондов показатель объема реализации продукции имеет более существенное значение, чем показатели себестоимости продукции, уровня действительной производительности труда, размера получаемой прибыли, то это неизбежно должно толкать предприятия на использование материалов на большую сумму, что и происходит в действительности. Поскольку покупатель продукции часто использует ее для изготовления своего конечного продукта и заинтересован в увеличении суммы реализации, то он также не возражает против удорожания стоимости приобретаемого им сырья, материалов, полуфабрикатов. Поэтому на пути искусственного увеличения стоимости продукции за счет удорожания материалов не оказывается действенных правовых и экономических преград.

Приведенные соображения свидетельствуют о том, что рациональное использование правонаделительного правового регулирования само по себе способно существенно стимулировать общественное производство. Для этого важно, чтобы право на получение средств, имущества предприятием или его отдельным работником было поставлено в прямую зависимость от выполнения ими обязанностей перед другими лицами и обществом.

<< | >>
Источник: Явковлев В.Ф.. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. –Свердловск. –212 с.. 1972

Еще по теме § 6. ПРИНУЖДЕНИЕ, САНКЦИИ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ:

  1. §10. Теоретические аспекты применения гражданского права и практика предупреждения адвокатом при осуществлении юридического обслуживания организаций недобросовестных действий и обмана партнеров в хозяйственных отношениях
  2. § 2. Роль и место ответственности в правовом регулировании социалистических общественных отношений
  3. § 2. Требования социалистической законности при осуществлении юридической ответственности
  4. 3. Понятие защиты гражданских прав
  5. 1. Понятие и значение ответственности в гражданско-правовых обязательствах
  6. ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ СЕМЕЙНЫХ ПРАВ. МЕРЫ ЗАЩИТЫ И ОТВЕТСТВЕННОСТИ В СЕМЕЙНОМ ПРАВЕ
  7. III. КРАТКИЙ СЛОВАРЬ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
  8. § 1. Понятие и сущность юридической ответственности по российскому праву. Виды юридической ответственности за нарушение правопорядка
  9. § 1. Принцип гарантированного осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей
  10. 2.1. Понятие, принципы защиты гражданских прав на недвижимость
  11. 2.2. Общая характеристика способов защиты гражданских прав на недвижимость
  12. Защита гражданских прав
  13. § 6. ПРИНУЖДЕНИЕ, САНКЦИИ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ
  14. § 7. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО В СИСТЕМЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ПРАВА, ЕГО ОТЛИЧИЯ ОТ ДРУГИХ ОТРАСЛЕЙ
  15. § 2. ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ МЕТОДА В ПОДОТРАСЛЯХ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
  16. Глава 13 ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ СЕМЕЙНЫХ ПРАВ. МЕРЫ ЗАЩИТЫ И ОТВЕТСТВЕННОСТИ В СЕМЕЙНОМ ПРАВЕ
  17. § 5. Административное наказание как мера административного принуждения и ретроспективное измерение административной ответственности
  18. Обстоятельства, исключающие юридическую ответственность, и основания освобождения от юридической ответственности по действующему российскому законодательству
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -