Власть, принуждение и санкции
Если Остин ошибался, полагая, что абсолютным источником законности является власть, то, пожалуй, следует еще оста новиться на его концепции принуждения, как заключительной фазе осуществления права. Выше было показано, что для Остина закон — это приказ суверена. И это, по его мнению, означает, что закон является нормой, установленной сувереном, соблюдение которой обеспечивается угрозой наказания в случае неповиновения. Наказание он определял, как «правовую санкцию» нормы. В одной из предыдущих глав (8) уже обсуждалась роль принуждения в функционировании правовой системы. Здесь же необходимо попытаться прояснить лишь некоторые незначительные моменты, вызывающие противоречивые толкования. Во-первых, следует принять во внимание, что санкция необязательно означает наказание в конкретной форме. Это специфическая черта уголовного права, и, без сомнения, именно криминальный аспект имеется в виду прежде всего, когда правовая система предусматривает возможность применения различных санкций. Наказание в виде санкций может применяться не только в уголовных делах. Но здесь оно обычно выносится за нарушение судебных предписаний, например, за отказ конкретного лица соблюдать постановление суда о воздержании от определенных действий или за отказ, вопреки императивному указанию, предоставить определенные документы, необходимые для рассмотрения дела, и т.п. В подобных случаях, а также когда какое-либо лицо чинит препятствия осуществлению правосудия (например, запугивает свидетелей, чтобы те отказались давать показания), суд может приговорить нарушителя к тюремному заключению на срок, целесообразный, по его мнению, для исправления этого правонарушения. Однако в гражданских делах под принуждением обычно имеется в виду не столько наказание, сколько принудительные действия по исполнительному листу в отношении собственности ответчика. Так, у ответчика, не выполняющего решение суда об уплате долга, может быть конфисковано движимое имущество, чтобы из вырученных от его продажи денег, если их будет достаточно, оплатить этот долг. Или он может быть объявлен банкротом, и тогда вся принадлежащая ему собственность и весь его текущий доход будут использованы для выплаты кредиторам. Таким образом, правовые санкции имеют очень широкий смысл, означая любые меры принудительного характера. Закон прибегает к ним, как к крайнему средству, с целью обеспечить должное исполнение своей воли лицом, нарушившим решение суда или правопорядок. И все же бывают ситуации, когда правовая система устанавливает нормы, но не предусматривает никаких принудительных мер в случае их несоблюдения. Массу подобных примеров можно обнаружить в любой современной правовой системе, включая английскую. Так, например, существует целая категория норм, имеющих разрешительный характер, то есть устанавливающих условия, которые необходимо соблюдать для достижения определенных правовых целей. Большая часть гражданского права состоит из подобного рода диспозитивных норм, примерами которых могут служить формальности при составлении завещаний или определенные виды сделок, требующие обязательного письменного оформления. Так, хотя закон и не предусматривает применения каких-либо мер принуждения в случае неправильно оформленного завещания, тем не менее это влечет за собой отрицательные последствия, поскольку несоблюдение определенных формальностей ведет к признанию подобного завещания недействительным. И несмотря на то, что результат весьма важен, его нельзя навязать посредством санкций, основанных на принуждении. Но в конечном счете признание недействительным в широком смысле этого слова само по себе является всё же определенного рода санкцией. И если его рассматривать в контексте правовой системы в целом, то можно увидеть, что оно действительно связано с санкциями, по крайней мере косвенно. Это объясняется тем, что признание завещания недействительным лишает его юридической силы и, следовательно, любой, кто попытается исполнить это завещание, не сможет этого сделать в силу вышеуказанной причины. Также и любое решение суда, принимающее во внимание факт недействительности завещания, подлежит принудительному исполнению в обычном порядке, то есть если получатель по недействительному завещанию отказался передать имущество, о котором идет речь в этом, лишенном юридической силы завещании, законным наследникам. С другой стороны, достаточно часто в современном обществе закон налагает обязанности на государственные органы, не предусматривая санкций и наказаний за их неисполнение. Так, в Англии на министерство железнодорожного транспорта была возложена обязанность выполнения определенных действий по организации транспортной системы (9), а Комиссия по электроэнергетике предписала ему выполнять аналогичные обязанное- ти, но касающиеся электрификации железных дорог. (10) Поэтому, хотя законом и предусматривается возможность возбуждения иска против государства, ни одно из судебных решений по делам подобного рода не подлежит принудительному исполнению, как было бы в случае с частным лицом. (11) Приверженцы теории Остина утверждают, что во всех подобных ситуациях не существует обязанности в строго юридическом смысле, поскольку она не сопровождается возможным применением санкций. Однако такая точка зрения в действительности далека от реальности, так как Парламент прямо возлагал подобные обязанности или разрешал возбуждение исков против государства, что заставляло относиться к ним, как к обязанностям, налагаемым законом. И вышеуказанные государственные органы, и само государство, если против них возбужден иск, будут подобно любому другому ответчику заинтересованы в определении точного объема своих обязанностей и ответственности, предписанных законом. Также никто не сомневается в том, что, если государство проиграет иск, оно заплатит и сделает это в силу юридической обязанности, а не просто из морального долга. Таким образом, существует четкое различие между ситуацией, когда государство выплачивает определенную сумму по решению суда, постановившего, что оно обязано сделать это по закону, и ситуацией, когда государство платит просто ex gratia (на добровольной основе) в случае, если обязательство отсутствует или не может быть установлено. (11а) Подобная ситуация проясняет ошибочность взгляда Остина, что приказ суверена лишь в том случае создает позитивную правовую обязанность, если он обеспечивается санкциями. В подобной точке зрения есть, правда, доля истины, заключающаяся в том, что ни одна правовая система, учитывая состояние человеческого общества и человеческой психологии в прошлом, настоящем, да, возможно, и будущем, не может функционировать, если она не опирается в конечном итоге на аппарат принуждения, который и заставляет обеспечивать выполнение ее норм и предписаний. Если всю систему в целом можно квалифицировать, как правовую, при условии, что её эффективность достигается подобным образом, то для квалификации каждой конкретной нормы этой системы в качестве правовой совсем необязательно убеждаться в том, обеспечена данная норма специальной санкцией или нет. Вполне достаточно, чтобы обязан ность, хотя и предписанная законом, но не обеспеченная санкцией, являлась частью совокупности норм, обладающих правовыми атрибутами и заслуживающих в силу этого квалификации правовых в отличие от всех остальных норм, источником которых служат другие системы человеческих ценностей, такие, как мораль, религия, социальные условности, этикет и пр.
Еще по теме Власть, принуждение и санкции: