§ 38. ТЮРЬМА КИРИЛЛО-БЕЛОЗЕРСКОГО МОНАСТЫРЯ

Истории Кирилло-Белозерского монастыря посвящено фунда­ментальное исследование H. Никольского [139]. Первый выпуск его первого тома охватывает период 1397—1625 гг. Среди 52 прило­женных к книге рисунков и хромолитографий внимание историка царской тюрьмы обращает на себя огромный, в развернутый лист газетной бумаги, план названного монастыря.

Время устройства тюремных помещений в Кирилло-Белозер- ском монастыре относится к периоду построения там так назы­ваемого «Нового города», который строился 15 лет, а именно с 1653 по 1667 год.

Г. Антипин, автор работы, специально посвященной историче­скому очерку Кирилло-Белозерского монастыря как крепости ца­ризма, полагает: «Ни одно военное сооружение XVII века в Рос­сии не имеет таких грандиозных монументальных сооружений, предназначенных исключительно для классовой борьбы» [140].

K числу таких монументальных сооружений принадлежат аре­стантские помещения. Если крепость монастыря воздвигалась для борьбы с внешними врагами, то одновременно с самою крепостью строились «в нижнем ярусе северного прясла крепостной стены» 14 казематов для заключенных. Тюремные помещения были и в других частях крепостных стен. Г. Антипин лично подробно их обследовал и сделал их описание.

B своем описании крепости названный автор подвел следую­щие итоги своих изысканий:

«От Московской башни стена под прямым углом сворачивает на запад и тянется до въездовой Косой башни на 137 м.

B нижнем ярусе ее 8 дверей ведут в 23 помещения, значитель­ная часть которых, по обе стороны речки, резко отличается своим устройством от всех помещений кяжнего яруса.

Здесь окна имеют косяки и снаружи окружены наличниками.

Сами помещения построены так же, как и в тюрьме, находя­щейся в этом же прясле (у Белозерской башни), т. e. одна общая комната с 1—2 окнами на монастырь и 2 дверьми и 2 небольшие камеры в толще стены. Камеры очень малы размером (1,8X1,8 м.) и имеют небольшое четырехугольное окно на волю с решеткой.

Отапливались помещения также «по-черному». Всего здесь 4 одиночных камеры».

«На 27-м метре, сразу же за левой караульней, в нижнем яру­се, вплоть до наугольной башни, на расстоянии 69 м. находится монастырская тюрьма XVII—XVIII веков. Это прясло шире ос­тальной стены и выступает из крепости наружу на 2,5 метра.

Больших тюремных помещений здесь 6; все они довольно од­нообразны: одна общая комната с 1—2 окнами в наличниках на монастырь; между ними идут 6 более узких комнат с дверьми, имеющих в толще стены 6 одиночных камер с небольшим решетчатым окном на волю в каждой камере. Здесь же, в толще наружной стены, имеются 2 общих длинных и узких камеры.

Одно окно и в большой комнате сохранило еще решетки» 7

Состав заключенных в тюрьме Кирилло-Белозерского мона­стыря не отличался от состава узников монастырских тюрем в Суздале и на Соловках. Сюда направлялись светские и духовные лица за государственные преступления, за религиозные, за рас­путное поведение и безумные.

Как и в других монастырских тюрьмах, срок пребывания здесь заключенных обычно не определялся в точности, и их пожизнен­ное пребывание здесь не было исключительным явлением.

Обычное число узников, по словам Антипина, колебалось в пределах восьми — двенадцати человек.

Среди них были пересланные сюда из Петропавловской и Шлиссельбургской крепостей. Таковыми были заточенные в 1728 году в монастырскую тюрьму, переведенные из Петропавлов­ской крепости двое узников, основанием для заключения которых послужило «сумасбродство и безумие».

B 1867 году был переведен в Кирилло-Белозерский монастырь из Шлиссельбургской крепости арестант Ромашев. Он был заклю­чен в крепость 6 ноября 1864 г. «за сочинение бумаг возмутитель­ного содержания, за распространение и переделку билетов кредит­ных учреждений». Побег Ромашева вместе с охранявшим его сол­датом Шлиссельбургской крепости (они скоро были пойманы) привел к составлению первой инструкции по Шлиссельбургской крепости.

B 1864 году Ромашев был переведен в Бабаевский монастырь на пять месяцев, откуда снова возвращен в Шлиссельбургскую крепость, и через 27г года был сослан в качестве секретного аре­станта в Кирилло-Белозерский монастырь. По словам Антипина, это был последний арестант Кирилло-Белозерского монастыря, пробывший здесь до 1871 года и выбывший неизвестно куда.