Свободные и освободившиеся земли

Территории проживания эвенков в изучаемый периодбылидоста- точно обширны и малонаселенны. Поэтому основным способом при­обретения земель было освоение никем не занятых. Земля отходила пользователю по праву первооткрывателя, об этом свидетельствовали установленные им «плашки» или метки.

"'' ГАРФ. Ф р. 538. On. 1 Рд. хр. 71 Материалы по научному обследованию север­ных окраин и общего характера

Можно было занимать и освободившиеся земли, если предшествен­ники ушли на другую территорию или умерли от эпидемии. ...Достался муринским тунгусам , после того как нотайские тун­гусы вымерли. Теперь, в свою очередь, в связи с уменьшением мурин- цев этот угол ими не осваивается и его постепенно занимают новылей- ские тунгусы... Они тоже претендуют на свое право, на эти угодья и фактически там промышляют...» ы

Временно-отчужденные земли — это территории, в основном хреб­ты, на которых охотился местный род, но его права могли ограничивать­ся в весенний периодзимней охоты, т. e. в периодохоты с помощьюло- вушек. Bo все остальное время местные люди могли охотиться там, где было им удобнее. «...Раньше Ленские тунгусы с Чанчура и Дудовки приходили промышлять в Тутурское место ... Теперь Тутурские ходят промышлять на Лену и Киренгу — запрета нет... наш закон — где плашки поставил, там его земля...» 152 B противном случае, если ловушки не оставляли на следующий год, потеря права пользования происходило с момента окончания охоты. Подобные ситуации соверша­лись тогда, когда на территории своего рода охотничьи места были заняты, либо чем-то не устраивали охотника. Таким образом, вре­менно часть земель одного стойбища могла отойти другому, на что, правда, требовалось разрешение эвенков, фактически пользующихся угодьями.

Помимо прямого указания, подтверждением этому служат и косвен­ные факты. Скажем, у нерчинских эвенков — «...заранее назначают для промыслов главное место, скрывая это от других, чтобы они не могли предупредить и прийти прежде перестрелять белку...» '53.

Фактически, пользователи могли вернуть себе право, если только угодье было занято наполовину, и с обязательного разрешения нового хозяина. Территория могла считаться занятой до следующей весны, но только при наличии нахождения на ней ловушек. Соответственно она

г>| Петри Б. Э. Указ. соч. — С. 70.

,г'2 Петри Б. Э. Там же. — С. 73.

и.< Путешествие подолмне реки Нерчи поручика Усо.пьцева. — Ч. 20. — Кн. 6. — Отд. 2. — С. 105.

могла наследоваться гю мужском дніінн от отца к сыну и т. д. B том слу­чае если у отца было несколько сыновей, то территория отходила младшему, а старший отправлялся искать новые земли. Необходимо подчеркнуть, что право наследственного пользования, при наличии ло­вушек, возникало только весной, во все другое время на этой террито­рии могли промышлять все желающие члены рода фактического пользо­вателя. Co временем такими территориями стали считаться не только места добычи пушного зверя, но и места охоты на лося (катангская, подкаменно-тунгусская и забайкальская группы).

Что касается рыбных угодий, то к концу XIX века существовавшие обычаи пользования ими были распространены в большей степени, чем в области охоты. Места рыбалок становились традиционно посто­янными, что закреплялось по праву постоянного освоения. Известны случаи, когда такими пользователями становилось не только коренное население, но и пришлое. Например, казаки, хотя и жившие по рекам Инготы и Шилки, считались пользователями р. Нюкж и р. Балыктах так какдобывали рыбутам постоянно. Интересно и то, что эти же пра­ва они делили и с тунгусами Урульгинского ведомства, которые так же не проживали в местах лова.

Хозяйственные циклы людей, ведущих кочевой или полуоседлый образ жизни предполагали, что освоение земель и присутствие людей на территориях подвластно временам года. Поэтому, в зависимости от промыслов, люди могли находиться в разное время на различных тер­риториях. Земли считаются занятыми, если на них есть знаки, метки, оставленные орудия труда и т. д., обозначающие, что эта территория занята. Вместе с тем в источниках встречаются описания земель, на которых нет ничего подобного, но территория считается занятой. Воз­можно, исследователи были неточны или не понимали смысла увиден­ного.

Ho почему тогда у последующих авторов отсутствуют какие либо упоминания об этом, и все они едины во мнении, что территория при­надлежит конкретной группе? Почему это же подтверждают и сами эвенки? При этом все ссылаются на то, что эта группа там зимует, а не промышляет, как следовало бы. Таким образом, если земля принадле­жит кому-либо, в то время как отсутствуют на это указания, ее исполь­зование резко снижается. Вероятно, у части групп места зимовок были постоянными и не нуждались в закреплении прав пользователя. Воз­можно, именно этот «пробел» в обычно правовой системе и служил причиной бесконечных войн, поскольку нарушение границ рода было одной из основных причин возникновения конфликтов. Очевидно, рас­ширение имеющейся архивной базы, позволит ответить на поставлен­ные вопросы и разобраться во всех тонкостях.

Появление и увеличение объема отношений, определяющих конк­ретного пользователя, бесспорно, было стимулировано ясачным обло­жением, когда постоянно требовалась пушнина. Действительно, для эвенков пушнина стала представлять большую ценность, чем до этого. Например, в XVII веке первопроходцы были шокированы тем, что у эвенков лыжи подбиты соболями. Так, еще в XVII веке рыба не была объектом купли-продажи, а уже в XIX веке ведется активная торговля, поэтому и происходит выделение рыбных угодий. ...Для ловли рыбы... известные семьи в известных местах и городясь наследуют это право от своих предков...» 154 Право пользова­ния рыбными угодьями, так же как охотничьими, возникает по праву постоянного освоения.

2.6.3. Земельные отношения оседлых и полуоселлых фупп эвенков

Эвенки, занимающиеся земледелием, в изучаемый периодсостав- ляли небольшую часть эвенков, живущих в России. C течением времени их численность постоянно растет, и к началу века составила примерно 28%. B разных регионах их количественный состав сильно колебался (Енисейская губерния — 1,4%; Забайкальская область — 54,1% и т. д.)155, но это не умаляет значимости и важности сложившихся юри­дических обычаев этих групп. Внешние факторы, безусловно, способ­ствовали трансформации права и приспособлению к новым условиям, но традиция продолжает иметь важнейшее значение.

Земельные отношения у оседлых и полуоседлых групп эвенков, B связи с особым типом хозяйствования, были более развиты по сравне­нию с кочующими соплеменниками, но, несмотря на это, в изучаемый период институт землевладения так и не был оформлен. Поэтому отно­шения во многом сводились лишь к землепользованию. Исходя из это­го, земли оседлых, полуоседлых и кочевых групп эвенков можно разде­лить на три категории:

13,1 Григоровский Г Указ. соч. — Т. 21. — № 2. — С. 15.

И. И. С. Земледельческая Сибирь. K вопросу о численности сельскохозяйствен­ного населения Сибири // Известия Вост. Сиб. отд. И. РГО. — Иркутск, 1910. — T 41

1 ГІодворно-наследственные земли;

2. Земли, подлежащие ежегодномузакреплению прав пользователя (переделы);

3. Неделимые земли.

Подобный тип хозяйствования устроен так, что особую ценность представляли собой территории для земледелия и животноводства, хотя пушная охота оставалась еще одним из важнейших источниковдо- хода. Поэтому обычное право таких групп в части охотничьихучастков лишь формально предусматривало разделение. По сути своей, земли родов хотя и обозначались, но не предусматривали исключительного пользования.

Тохоминские тунгусы говорили так: ... Для каждой группы населения в пределах наших охотничьих угодий устанавливается охотничья пло­щадь, но если зверя здесь недостаточно, то охотиться могут на соседней площади. Недоразумений на этой почве никаких не бывает...»156. Тем не менее разногласия по земельным вопросам возникали, но только не среди эвенков, а между ними и представителями других этносов. «...Тунгусы считают окружающие леса и реки своими старинными зве- ропромысловымидачами, которые якобы когда-то были предоставле­ны в их исключительное пользование. Многие тунгусы сообщали даже, что в старое время ни один русский не мог зайти для охоты на террито­рию, находящуюся в пользовании тунгуса...» 157 Подобное состояние земельных вопросов было обусловлено тем, что несмотря на раздел земли в целом такие части территорий относились к людям, принадле­жавшим либо к одному роду (а так чаще всего и было), либо к родам, состоящим в тесных кровнородственных отношениях.

K этим территориям относились следучощие земли:

1 Подворно-наследственные земли — усадьба с утогом, пашни и сенокосы. «...Лучшая обеспеченность угодий, находящихся в оседлых стойбищах Кичегировском и Тыркинском, самое малое — в Тутурском и Чанчури... Из числа угодий, находящихся в пользовании, наибольшее значение имеют сенокосы. Пашни имеются у одних тыркинцев...»,58.

2. Земли от ежегодных переделов. Появление такого вида земель достаточно интересно, тіак как ежегодное закрепление земель, несом-

',(,Ковя:шн H. Указ. соч. — X? 7-8. — С. 137 Копылов И. П. Указ. соч. — С. 25.

i:,s Копылов И. П. Там же. — С. 25.

ненно, идет из юридических обычаев более позднего периода, но при этом за основную единицу разверстания берется одна взрослая (охот- ничья)душа. По сути, таким образом выделяются права семьи на зем­лю.

3. Неделимые земли расчистки — таковыми являлись отдельные сенокосы — выделялись как индивидуальные. Подобные земли были, как правило, разбросаны небольшими кусочками в разных местах. Если говорить о поселениях, в которых наряду с эвенками проживали представители других народов, то похожие селения представляли со­бой нечто подобное колониям аборигенов. Данные поселения харак­терны для эвенков, переходящих к оседлости, либо ведущих полуосед- лый образ жизни. Селения оседлой группы не были разделены на отдельные районы, в которых проживали люди преимущественно од­ной национальности. A постройки и хозяйства были равно распростра­нены по всей площади.

Анализ источников и специальной научной литературы позволяет предположить, что состояние традиционных отношений было оправда­но сложившимися условиями. Таким образом, когда появились первые переселенцы, взаимоотношения строились на основе сложившихся ве­ками традиций и обычаев, а когда их число стало подавляющим, то гла­венствующее положение стали занимать государственное право и обы­чаи пришлого населения. Логика земельных отношений у эвенков в XVIl-XX веках была нарушена. Вот почему этот период отмечен про­цессом вытеснения эвенков с обжитых территорий и появлением отно­шений, которые совершенно не были понятны северянам. Существую­щая власть пыталась юридическим путем оградить коренное население от притеснений. Примером тому служит Указ Екатерины II в 1779 году, подтверждающий права тунгусов на землю. ...Речки Курлыч, Куенгу и Олов со впадающих в оные речушками и падями отдать под кочевье ва­ших ясачных и под скотский выпуск, как и на перед сего оные отданы были вам, и с оных отнють со своими родами некуда не перекочевы­вать, и оные места из русских вперед к поселению и обзаводствудома- ми и зимовьями отпють никому не позволять... Иногда тунгусы сами

|;,!) Путешествие подолине реки Нерчн иоручика Уеольцева. — Ч. 20. — Кн. 6. — Отд. 2. С. 61 — 112.

добивались положительных решений в суде. B подтверждение тому — решение Олекменского Земского суда в 1800 году, по которому эвен­кам Жиганского рода отводилась вся местность и левый берег р. Ви­тим. Тем не менее все решения носили формальный характер. B ре­зультате чего к началу XX века практически во всех регионах эвенки пользовались самыми экономически невыгодными землями, что и по­служило началом сокращения населения, которое продолжается и до сих пор.

Исходя из вышеперечисленного, можно сделать вывод, что у осед­лых и полуоседлых групп эвенков землепользование для целей сельского хозяйства находилось еще в зачаточном состоянии. Большое значение продолжало сохранять использование лесных и водных территорий для охотничьего промысла. Ho, несмотря на это, явно виден прогресс в по­добных отношениях. Первым его результатом явилось то, что факти­чески кровные роды данных групп в течение XIX-XX веков стали рас­падаться, и на одной территории проживали и занимались промыслом представители разных родов. Более того, начинали выделяться подвор­но-наследственные идаже индивидуальные земли. Таким образом, в изучаемый период если еще не было земельной общины в полном смысле слова, то, во всяком случае, явные зачатки таковой уже име­лись. Можно сделать вывод и о том, что, несмотря на явное изменение земельных отношений, право постоянного освоения оставалось от­правной точкой в определении собственника. Поэтому все предприни­маемые попытки очертить картографически земли эвенков были изна­чально неправильны160

B более позднее время начинает оформляться тенденция к началу владения участками. B одних группах изменение обычного права про­исходило под влиянием пришлого русского населения. B других груп­пах эвенков царское правительство само стало разбивать территорию на участки, чтобы оградить эвенков от вторжения новых поселенцев и не подорвать поступление ясака. У этих групп территория разбивалась не только на охотничьи, но и на рыболовные и другие угодья. У треть­их — русские уже застали разделенные участки. Такие участки принад­лежали конкретному роду, и никтодругой не имел право вести на них промысел. Появилось понятие своего и чужого участка.

B заключение можно сделать вывод, что у эвенков в XVII — начале XX века не было землевладения, а существовало лишь землепользова-

"’" Сведения о результатах первой экспедиции по исследованию колонизированных земель в юго-западной части Верхо-Ленского и юго-востока Балагановского уезда Ир­кутском области в 1908 г. // Известия Вост. Сиб. отд. И РГО. — Иркутск, 1910. — Т. 40.

ние. Наиболее развитыми в этом смысле были отношения у оседлых и полуоседлых групп, у которых появились первые признаки земельной общины. Ho таковая еще до конца не была сформирована, поэтому при переуступке приусадебного участка плата взималась только за пост­ройки на нем, а земельный участок не оплачивался, ввидутого что зем­ля не являлась земельной собственностью.

2.7.