Статья 18

А иже изломить копье, любо щит, любо порт, а начнетъ хотети его деръжати у себе, то приати скота у него; а иже есть изломил, аще ли начнетъ приметати, то скотом ему заплатити, колько дал будетъ на нем.

Переводы

Wer aber einen Speer verdirbt, oder einen Schild, oder ein Kleid, und beginnt, es bei sich behalten zu wollen, so ist bei ihm das Vieh zu nehmen. Aber wenn es verdarb, indem er es zu verwerfen begann, so hat er mit Vieh zu bezahlen, so viel er fiir dasselbe gegeben haben wurde (Ew.).

Если кто испортит у кого копье, или щит, или одежду и пожелает испорченное оставить за собою; то хозяину взять за то с него скота. Но если бы он испорченного не захотел удержать за собою; то платить ему скота столько, сколько бы он сам заплатил за те вещи (Пл.).

Aber wenn jemand einen [fremden] Speer verdirbt oder einen Schild oder ein Kleid und will das bei sich behalten, so nimmt man das Geld [dafiir] von ihm. Aber wenn es jemand verdorben hat, und wenn er es (dann) zuriick geben will, so muss er mit Geld so viel bezahlen, als er fur es gegeben haben wiirde [in neuem Zustand] (G.).

А если кто сломает копье, щит или испортит одежду и хозяин захочет удержать у себя, то он получает доплату деньгами за порчу, но если собственник отказывается от сломанной вещи, то пусть ему будет заплачено, сколько он дал при ее покупке (К.).

Комментарии

Эверс, считая эту статью, как и ст. 16 и 17, „придаточными статьями в Ярославовом законодательстве", полагал, что „этим прибавлением, которого смысл, очевидно, направлен ко взаимным сношениям в обще­стве, утверждается то основное правило, что никто не в праве, взяв у другого товары, возвратить их в испорченном виде, но должен непре­менно уплатить цену их“ (с. 336).

Неволин отмечал, что в Правде Яроелава „определяется один только случай повреждения чужих вещей, именно: когда бы кто изломал у другого копье или щит или испортил платье, и на этот случай устано- вляется порядок вознаграждения хозяина" (V, с.

Станиславский склонялся к тому что в ст. 18 „речь идет, кажется, о предметах, данных в ссуду или на подержание . „Тот, кто ими был ссужен, конечно, должен был возвратить их хозяину в том же виде, в каком он их получил; если же он их тем или другим образом испортил, то мог оставить их у себя или отдать назад хозяину, но в обоих случаях обязан' был заплатить последнему цену испорченных предметов. Надобно впрочем сознаться, — добавлял Станиславский, • ■ что различные варианты этой статьи могут подать повод к различному ее толкованию . Впрочем, какие „варианты" имел он в виду, Станиславский не уточнил (с. 209—211).

Ланге так толковал эту статью: „Если испорченную вещь обиженный желал удержать у себя, то мог требовать за нее только добавочной платы; но если он отдавал вещь тому, кто ее испортил, то имел право получить полное за нее вознаграждение". Ланге полагал, что в ст. 18 „не разумелось умышленного действия, а только неосторожное или случайное, которое не считалось уголовным преступлением, и потому за такое действие и не назначена продажа. Но она без сомнения взыски­валась, если кто с умыслом, напр., из мести или ненависти, повреждал или истреблял чье-либо оружие или одежду" (с. 189—-190).

Загоровский не соглашался, что ст. 18 относится к ссуде. Он полагал, что „она имеет более общий характер — взыскание за порчу чужих вещей независимо от того, как они попали в руки испортившего; по крайней мере статья не дает и намека на договорные отношения между собственником и повредившим вещь" (Очерк займа, с. 8, прим. 2).

Мрочек-Дроздовский считал эту статью припискою, сделан­ною „еще при жизни" Ярослава, и находил ее источник в приписке к Судному закону об изломании чужих вещей: „О оружии. Иже изломить другу копие или щит, или топор, да Іаще у себе начнеть хотети держати, то прияти ино что у него, аще ли инем чем заплатит пред чадию, иже начнеть ведати, колко будетъ дал на нем" (Соф. врем., I, 148). Расчленяя статью, Мрочек толкует: „приметати — возвращать изломанную вещь хозяину, настаивая на ее принятии: случай спорный, тяжебный; при желании поломщика оставить за собою изломанную вещь спора нет: это случай соглашения сторон, причем несомненным признаком состо­явшегося соглашения признается принятие денег за вещь.

Гетц тоже считал ст. 18 позднейшей вставкой, — она заимствована < из судебника царя Константина Пространной Правдой, откуда потом уже была включена в Краткую. Такое предположение Гетц обосновывает

■ следующими соображениями: статья совершенно расходится и нисколько

■ не согласована с прочими постановлениями „1-й редакции". В то время как в „1-й редакции" установлены точные цифры композиций, ст. 18 не указывает определенной суммы платежа, а говорит о деньгах вообще, употребляя при этом старинное название их „скот". Вторым доказатель­ством служит то, что многие списки Пр. Пр. не включают эту статью в свой текст и не имеют аналогичного и параллельного постановления