Итоги

Рассмотрение сохранившихся свидетельств X — начала XVI в., относящихся к де­сятским и сотским, позволяет охарактеризовать возникновение и последующее развитие этих социальных групп на протяжении более чем пяти столетий.

На исторической арене десятские и сотские появляются сравнительно поздно, в период существования Древнерусского государства. Никаких признаков связи этих должностных лиц с догосударственным устройством восточнославянского общества не обнаруживается. Институты десятских и возглавлявших их сотских возникают в период, когда в раннегосударственном русском обществе идут важ­ные внутренние преобразования, когда господствующий класс, представленный князьями и их дружинами, отказывается от суливших большую добычу крупных военных походов на богатые соседние страны, походов, приводивших не только к успехам, но и к жестоким неудачам, и переходит к более надежной, не подвержен­ной большим рискам и более интенсивной эксплуатации собственного населения. Из собираемых даней князьями нуждавшейся части этого населения выдавались мелкие ссуды-купы, которые должны были быть отработаны. Такие должники, называемые в разных местах и в разное время закупами, должниками, серебряни­ками, половниками, организовывались в ячейки-десятки, легко управляемые, удобные как для проведения различных работ, так и для взимания одолженных средств. Во главе таких десятков были поставлены десятские, а во главе более крупного объединения в десять десятков, т.

юзо об этом рассказывается в Киево-Печерском патерике. См.: Древнерусские патери­ки. М., 1999. С. 53-57, 65.

424

В. Л. Кучкин

княжеских стольных городах: Киеве, Новгороде, Пскове, Смоленске, Галиче, а в последующее время — преимущественно в городах и окологородных округах. Яр­кий пример организации сотни (или ее использования) по княжеской инициативе дает история возникновения в конце XIII в. княжеского охотничьего хозяйства в Берестье.

С развитием княжеского хозяйства, которое удовлетворяло нужды не только одного князя и его семьи, но и обслуживало определенные потребности княжеско­го двора, т. е. было рассчитано и на личное, и на общественное потребление, де­цимальная система расширяется и укрепляется. Десятские и сотские стали консо­лидироваться в особые социальные группы, которые наделялись определенными правами и обязанностями.

Десятские являлись низшей руководящей прослойкой децимальной системы. Они принимали непосредственное участие в призыве на княжескую землю новых поселенцев, наделении их материальными средствами, организации черных людей для исполнения различных натуральных повинностей, в частности, строительных, в сборе налогов с членов своего десятка, наблюдали или сами производили меже­вание земли, даже если границы устанавливались не между сельчанами, а между землями светских или церковных землевладельцев самых высоких рангов, присут­ствовали на судебных разбирательствах по земельным делам. Как показывает пример с десятским Погостицкого десятка новгородской Велильской волости, по­лучавшим померное, десятские, возможно, использовались и в других княжеских службах, выполняя должности померщиков, мытников и подобных им мелких чи­нов.

Статус сотских был более высоким. Им подчинялись десятские. Должность сотских занимали, особенно в раннее время, представители боярских фамилий. Главной функцией в деятельности сотских была хозяйственно-административная. Они организовывали производство по сотням, следили, как показывают новгород­ские материалы, за весом и размерами различных товаров, занимались креди­тованием, собирали следуемые с сотен налоги, имели право суда, очевидно, над определенной категорией (или категориями) населения и по определенным юри­дическим делам, в частности, таким, как затрагивавшим поземельные права, дол­говые обязательства, представлявшим угрозу жизни и имуществу. Сотские кон­тролировали различные земельные сделки, выступая в качестве «мужей» на суде низшей инстанции и свидетелей-послухов на суде высшей инстанции, доводчика­ми и послухами при проведении земельных границ. Пополняя численность своих сотен, они имели право выдавать новопоселенцам льготные грамоты от имени князей. Наряду с этим сотские выполняли дипломатические функции, принимая участие в составлении переписки и договоров с иностранными государствами и становясь послами в эти государства. Сотские участвовали также в войнах. Их по­литический вес, особенно в городах-республиках Новгороде и Пскове, был весьма значителен, от них в определенной степени зависело приглашение на стол того или иного князя. По данным XV в., сотские имели земельные владения, равные по своим размерам небольшой вотчине, получали корм от сельских жителей и тор-

Десятские и сотские Древней Руси

425

говцев, в новгородских землях в их пользу шел особый налог — сотничьи куны. Пребывание в сотских в течение нескольких десятков лет скорее говорит о назна­чаемости сотских, чем об их выборности.

С течением времени децимальная система охватывала все большую террито­рию. От XIII столетия сохранились данные, свидетельствующие о распростране­нии института сотских на сельскую местность.

В XIV столетии намечается слияние должности сотского и должности станов-щика, который должен был заботиться о строительстве княжеских станов, содер­жании там построек, обеспечении станов питанием и питьем для людей и кормом для коней. В XV в. исчезает понятие «сто» как определенной организации. Сот­ский возглавляет стан, который приходит на смену древней сотне. Земли черных людей, из которых эти десятки и сотни состояли, начинают переходить в руки светских и церковных вотчинников. Московская княжеская власть, сосредоточи­вая в своих руках все больше прав, гораздо меньше заботится о сохранении этих земель и децимальной системы в целом. При обладании большими территориями и ликвидации самостоятельности других княжеств московские правители уже не тратят средств для раздачи ссуд мелким крестьянским хозяйствам. Последние мо­гут производить необходимые продукты не за купы, а по принуждению. Создание централизованного государства в итоге приводит к закрепощению крестьянства.

Генетически десятские и сотские не связаны с крестьянским миром, как неко­гда казалось Н. П. Павлову-Сильванскому. Их упоминания в источниках X-XV вв. не свидетельствуют о широком распространении в средневековой Руси крестьян­ской общины. Эти упоминания говорят о существовании княжеского хозяйства, медленно эволюционировавшего на протяжении столетий и резко изменившегося при создании единого Русского государства, когда у правителей-монархов появи­лись совсем другие возможности собственного жизнеобеспечения. Для преобла­дающего в нашей исторической науке представления о том, что в раннем и разви­том средневековье на Руси огромное значение имела крестьянская община, нужны другие факты и другие доказательства.